Глава 2 - Зло не дремлет

      Мораннон. Черные Врата, ведущие в Мордор, были закрыты с тех пор, как Саурон одержал победу над силами Запада в последней битве. Но теперь же они вновь отворились, но вернее сказать – приоткрылись. Через них вышли орки, которые вели поиски на недавнем поле боя. Окрестности полностью были заполнены трупами, как людскими, так и созданиями Темного Властелина. Орки аккуратно перебирали и переворачивали холодные тела. То, что они искали, могло быть уничтожено в тот день, поэтому им жизненно важно найти это, дабы не навлечь на себя гнев господина. Оттащив очередной труп, снага заметил что-то выделяющиеся на фоне черной брони падших собратьев, и, отодвинув еще одно тело. На его лице застыла ни то улыбка, ни то облегчение, ни то гримаса ужаса. Осторожно беря находку руками, он громко крикнул охриплым голосом: «Нашел!»                     Деревья в лесах северного Итилиэна сохраняли глубокую тишину, и лишь ветер, волнующий зеленую листву, заставлял их нарушать ее. Ослепительное солнце находилось в зените и освещало цветущие земли. От приятной жары вгоняло в сон, поэтому даже птицы предпочли насладиться погодой и не дополнять идиллию своим пением. Такие дни выпадают не так часто, как хотелось бы, потому не стоит нарушать такой дар природы. Однако, до этого никому не было дела.       Тело следопыта с грохотом упало на сухую землю неподалеку от окраины леса. Его руки были связаны за спиной, а сам он находился уже не в лучшей форме. Все тело было покрыто синяками, на открытых участках кожи красовались многочисленные порезы, а пальцы на руках переломаны. Все до единого. Плащ был испачкан грязью, но не запятнан кровью (или же грязь перекрывала кровь). Легкая броня выглядела достаточно разбитой, но еще способной защитить владельца.       - «Ну что, так и не хочешь ничего сказать?» - с нотой иронии спросил Сандир, воин-харадрим, возвышающийся над раненным пленником. Он был высок, а кожа его смугла, как и у всех окружающих собратьев. Голова, полностью бритая, была не покрыта, в отличие от остальных. На лице красовалась жестокая улыбка, пока темные глаза с презрением смотрели на следопыта. Выделяла его на фоне черных тканей у других воинов кроваво-алые одеяния выше пояса. Медные пластины покрывали широкую грудь, которые плотно были скреплены с полукруглыми наплечниками, а наручи защищали кисть от опасности уже долгие годы. Столь же алый капюшон был спущен к основанию шеи и терпеливо ждал возращения опаляющего солнца. На поясе висел широкий ятаган из темной стали, выкованный настоящим мастером, которого редко можно встретить среди людей Юга, и также жаждал как можно скорее пролить кровь врагов.       После битвы у Черных Врат харадримов, учувствовавшей в ней, осталось всего около трехсот человек, и Темный Властелин решил выслать их как авангард (или по крайней мере разведчиков) в Итилиен. Им необходимо было устранить возможные угрозы для скорого наступления сил Мордора, в частности следопытов Гондора, что до сих пор скрывались где-то в лесах. Хоть их ряды и поредели в ходе войны, но они все еще оставались искусными стрелками и, таясь в засаде, могли наносить серьезные удары по армиям Саурона.       Харадримы же, также потеряв значительную часть войск и не имея возможности дожидаться подкрепления с Юга, избрали сильнейших воинов разных племен своими лидерами и, разделившись на шесть отрядов, выдвинулись истреблять следопытов, одновременно пытаясь найти их убежище. Одним из них был Сандир – выходец из племени Расколотого Черепа. Под его командованием находилось около сорока воинов, и потому следовало действовать осторожно.       - «Ну же, укажи путь к своим собратьям, и тогда твоя жалкая жизнь продлиться чуть дольше» - продолжал давить на пленника Сандир. Но следопыт сохранял самоотверженное молчание, несмотря на всю боль, что терзала его после стольких увечий. Он лишь презрительно смотрел в глаза захватчику. Харадрим медленно стал обходить жертву, хищно оценивая добычу. Остановившись за спиной, Сандир разочарованно вздохнул и резким движением обхватил шею следопыта. Сопротивление, борьба, треск, и тело рухнуло на землю. – «Снимите с него все» - скомандовал лидер и со значением посмотрел в чащу леса.                     - «В укрытие! Все в укрытие!» - кричал командир подразделений Гондора, отправившихся в Минас Моргул на разведку. В вечно темном и окутанном мраке небе кружили назгул, верхом на крылатых тварях. Саурон приказал немедленно вновь занять оставленный город, и кольценосцы вместе с отрядом орков, что должны были пополнить гарнизон Кирит Унгола, принялись исполнять волю Повелителя. Солдаты бросились в полуразваленные дома, что когда-то были символами наследия нуменорской архитектуры.       Один из всадников приземлил свое чудовище на внешнюю стену Мертвого города и издал душераздирающий крик, что заставил всех в агонии зажать свои уши, отчаянно пытаясь спастись от этого ужаса. Солдаты прятались под крышами домой, некоторые падали наземь, лишь бы быть хоть немного дальше от смерти. Когда они начали приходить в себя, то, услышав приказ командира стали занимать позиции, с которых можно было вести огонь по врагу. Их взволнованные лица выглядывали из-за углов зданий и темных переулок древнего города. Стрелы стремительно одна за другой стали лететь в огромную цель, и крылатая тварь, недовольно взвыв, воспарила обратно в небо.       - «Что нам делать, командир? Они заполонили все небо над выходом!» - взволнованно спросил солдат. Весь состав стянулся вокруг, ожидая дальнейших указаний. Командир Виктем, пытаясь скрыть свое волнение, быстро окинул взглядом своих подчиненных, а затем на небо.       - «У этого проклятого места есть другой выход. В отличие от Минас-Тирита, здесь есть проход, ведущий в верхний район города. Скорее всего там будет выход в ущелья, через которые проходили орки. Быть может, там нам удастся выбраться» - рассудил командир Виктем, и вновь задумался на мгновение. – «Фаинт, ты вместе со вторым взводом отправитесь туда, попробуете скрыться и отступить обратно в Осгилиат. Первый же взвод вместе со мной останется здесь, и также будет пытаться скрыться от призраков, быть может, они оставят выход и путь будет снова открыт. Хотя один из нас должен принести весть о активности врага. Все понятно?»       - «Так точно, командир» - без явной уверенности ответил Фаинт.       - «Тогда приступить к исполнению немедленно!» - часть воинов незамедлительно вернулась на позиции в руинах, а другая стала продвигаться вглубь города.              Назгул приземлились входа на мост с противоположной стороны реки. Они медленно окинули друг друга взглядом, пока их змееподобные создания злобно рычали, желая утолить свой голод.       Минас Моргул, как всегда, излучал тускло-зеленое свечение. Разведчики растворились в стенах города, и повисла гробовая тишина. Даже река, что, на данный момент, разделяла их совсем не шумела. Темные воды медленно текли в сторону Андуина, храня в себе многовековые тайны и ужасы.       - «Двое следят за выходом… Двое помогут оркам… Четверо истребят всех до единого» - промолвил Кхамул, и все призраки в безмолвном согласии воспарили вверх, направляясь исполнять свои задачи.              В это время отряд орков под командованием Шакхмата, который совсем недавно охотился за кольцом у Ородруина, стремительно маршировал через перевал Кирит Унгола. После устроенной ими битвы с самими собой, их количество не превышало даже сотни бойцов. Но для перехода через узкие ущелья это шло им только на руку. Однако столь продолжительный путь значительно утомил их.       - «Сколько нам еще тащиться?» - недовольно воскликнул один из орков, - «Мои ноги уже страшно болят!»       - «Да, мы неизвестно сколько уже премся без остановки» - поддержал Магогх, его потная, грязная седая прядь ниспадала ему на лицо, - «Нам нужен привал!»       - «А ну заткнулись, ублюдки!» - злобно рявкнул Шакхмат, остановив всю колонну, - «Когда в прошлой мы остановились на ваш «драгоценный» отдых, вы переубивали друг друга!»       - «Чего? Это ты начал ту бойню! Если бы твоя безмозглая башка могла бы хоть что-нибудь запомнить, тогда бы…!» - но не успел Магогх договорить, как урук схватил его за горло своей огромной рукой, а другой поднес тесак к скуле воина.       - «Я мог бы сломать тебе шею одним движением, жалкий червяк. Но нам приказано добраться до Минас Моргула как можно быстрее, поэтому у нас нет времени на очередную драку!» - Магогх отчаянно хрипел, держась за душащую руку, - «Пусть ты и остальные снаги запомнят это. А теперь захлопни пасть, и делай что говорят!» - Шакмат оттолкнул прочь седовласого, - «Продолжаем идти, ленивые твари!»              Спокойный день в лесу Итилиэна подходил к концу. Солнце начинало уходить за горизонт, и небо окрашивалось багряно-алым цветом. Жизнь в природе медленно впадала в сон, пока время сумерек приближалось все ближе и ближе. Только следопыт, бродящий по лесных чащам, оставался бодр и суров. Камуфляжная экипировка почти полностью скрывала его тело, оставив только вырез для глаз между капюшоном и маской на лице.       Однако в взгляде не было добрых намерений, ибо под одеждой скрывался совсем другой человек. Один из воинов харадрим был отправлен на разведку в обличии врага, после того как его прежнему владельцу Сандир жестоко оборвал жизнь. Отобрав самого бледного из отряда, они отправили собрата на поиски убежища следопытов.       Разведчик разломал одну из украденных стрел и вонзил часть в землю под корень дерева. Это был след, по которому позже можно будет определить путь назад. Заметить отметки было тяжело, но зоркий глаз смог бы обнаружить их. Харадрим осмотрелся и продолжил путь через бесконечные чащи.       Лес был спокоен, что крайне напрягало человека из племени Юга, где постоянно приходилось бороться за свою жизнь. Темнота также захватывала местные земли быстрее, чем в жарких пустынях. Потому с каждым часом южанин все больше замедлялся, страшась неизвестной тьмы среди деревьев. Но страх перед Темным Властелином, который мог избавиться от них всех во мгновение око, был гораздо сильнее, что заставляло все же ускориться, пока не наступит полный мрак.       Через некоторое время перед харадримом предстал небольшой ручей, текущий неизвестно откуда неизвестно куда. Воин опустился на одно колено, приспустил маску и зачерпнул воды в свою ладонь. После долгих часов скитаний сильная жажда наседала на него. Промочив горло, он вновь скрыл лицо и оставил очередной торчащий конец стрелы между камнями на берегу ручья.       Решив не уходить далеко от воды, разведчик продолжил путь вдоль течения. С каждой минутой все больше вопросов зарождалось в его голове. Откуда исходит ручей? Как далеко он уходит? Использует ли его враг? Чем дольше он думал, тем больше казалось, что ответ укажет на цель.       Но внезапно раздалось пение птицы, которое выдернуло воина из раздумий. Звук был похож на зов, что издается по утрам от этих созданий. Однако сейчас был вечер, и птицы давно уже молчали. Харадрим не обратил внимание и продолжил путь. Снова пение - два протяженных щебетания. Нутро подсказывало: что-то не так. Не могло сказать что, однако нечто тревожное должно было произойти.       И через мгновение стрела пронзила грудь разведчика. Она со поразительной точностью пробила легкое рядом с сердцем. Глаза южанина забегали в поисках стрелка, однако среди темных лесных чащ были тысячи теней. Любая из них могла совершить столь подлую атаку. Харадрим неуверенными шагами, скорее напоминавшие рывки, двинулся к воде. Напоследок ему хотелось вновь испить воды, чтобы избавиться от жажды, что нахлынула на него с новой силой, но, не успев, рухнул лицом в течение с вытянутой вперед рукой.       Крепкая рука убийцы ловко развернуло тело и обнажила лицо притворщика. Следопыт с досадой нахмурился и снова растворился среди деревьев, оставив бездыханное тело природе.              Лагерь харадримов был разбит между опушкой леса и дорогой соединяющей Черные Врата с Южными землями. Воины отдыхали, опустошая провизию, но в то же время были наготове в случае внезапных действий. Часть из них были в дозоре, в том числе Сандир.       Стоя на краю выступа, у подножья которого среди кустов лежало тело убитого ранее пленника, взгляд лидера охватывал всю округу вдоль дороги. Однако почти все время он глядел на густые лесах по ту сторону пути. Каждый раз, когда ему удавалось уделить внимание окружающей среде, что цепляло жестокую душу южанина, что-то загоралось в глазах воина и сознание будоражило от переполнения амбициозных мыслей.       - «Кто-то приближается к лагерю! Это Десертур с людьми из Черной Змеи!» - раздался голос одного из дозорных. Сандир вырвался из великих мыслей и вернулся в центр лагеря. Через непродолжительное время нежданные гости прискакали на своих конях и спешились перед ним.       - «Сандир, надеюсь ты со своими людьми добился каких-нибудь успехов» - раздраженно спросил Айнар, один из вождей клана Черной Змеи, устремив свой «змеиный» глаз, вокруг которого красовался давний шрам, напоминавший чешую, на собеседника, - «Мои воины уже не могут терпеть ваших немощных родичей, пока Десертур боится отправить их в разведку»       - «И где же ваши воины?» - подавляя неистовую жажду крови внутри себя, ответил Сандир.       - «Мы расположились к северо-востоку отсюда. И готовы выступать в любой момент»       - «Почему же воины Черной Змеи не могут сходить в разведку?»       - «Мы превосходные воины. Ни одному врагу не выстоять от нашего удара. Вы же слабее и более… быстрые. Разведчики из вас выйдут получше» - надменно заявил Айнар.       - «Настоящий воин не страшился бы скрытого врага и пошел бы, не задумываясь о подобном» - недовольно заметил Десертур, Змей же бросил свой злобный взгляд, прожигая ненавистью необходимого «союзника».       - «Ладно, успокойтесь» - сказал Сандир, - «К северо-западу отсюда, у леса мы видели активные передвижения бледнолицых. Как будто они следят, чтобы никто туда не приближался. Мы отступили сюда, чтобы восстановить и силы и продолжить поиски»       - «Хм… Думаешь, они скрываются там?» - подозрительно спросил Айнар.       - «Думаю да, если привести туда наши силы и нанести удар, то они не выстоят» - отвечал Сандир, следя за реакцией собеседника. Заметив хищное желание в его глазах, он продолжил, - «Мы скоро будем выдвигаться. Темный Властелин будет доволен нашим успехом»       Змей бросил очередной косой взгляд на него и недовольно отдал приказ:       - «Возвращаемся в лагерь»       Пока Айнар со своей свитой седлал коней, Десертур, озираясь на тех, подошел ближе к собрату.       - «Я чувствую коварство в твоих словах, брат» - тихо сказал он, - «Ты солгал ему о местонахождении бледнолицых?» - Сандир нахмурился от такого обвинения.       - «Отнюдь. Мы направимся туда, как только восстановим силы. Если этот ублюдок захочет броситься вперед ради внимания Властелина, то не дай ему забрать все лавры себе»       Десертур вновь подозрительно посмотрел в глаза родича и, оседлав вместе с остальными своего скакуна, и направился прочь. Сандир долго смотрел вслед уезжающих, пока не убедился, что те слишком далеко, чтобы изменить свои планы.       - «Сворачиваем лагерь! Нам пора выдвигаться»              Пронзительный визг назгул пронёсся эхом по мертвым улицам Минас Моргула. Темные всадники парили над городом, в поисках скрывшихся противников. Среди древних руин не было ни одного признака жизни. Однако это было не так.       Солдаты Гондора пробирались через разрушенные города, стараясь как можно меньше выходить под открытое небо. Каждый их шаг сопровождался ужасом и осторожным осмотром неба. Если все же было необходимо перебираться от одной руины к другой, то все вымерялось с точностью до секунды – кто когда бежит, насколько быстро, кто следит за передвижением противника. Они понимали, что в открытом столкновении им ни за что не уйти живыми, потому, ради выполнения приказа, собрали всю волю в кулак и действовали без ошибок.       Но сердце Фаинта не переставало бешено биться от страха. Каждый раз как тень проносилась над ними, он был готов рухнуть наземь, закрыться руками от всего этого ужаса. Но это было недопустимо. Возможно командира уже нет в живых, а потому именно на его плечах лежит ответственность за донесение. Сейчас нельзя проявлять слабость.       Отряд пробирался от руины к руине. Третье кольцо города было уже близко. Почти половина пути к цитадели, за которой должен быть проход в ущелья. Главное, чтобы он действительно был и это не оказалось бредом отчаявшегося человека.       Однако вновь наступил момент, когда нужно пересечь дорогу разделяющее кольцо. Другого пути нет. Авангард осторожно выглянул из-за углов здания. Призраки на крылатых чудовищах далеко. Они в очередной раз кружат над первым ярусом. Это подходящий шанс для продвижения. Пару разведчиком перебежали через дорогу и без проблем добрались до укрытия.       Дозорные, убедившись в безопасности нового места, подали знак, и остальные воины построились небольшими группами. После повторного сигнала они незамедлительно выдвинулись вперед, как можно быстрее перебегая к авангарду. Снова успешно.       Фаинт был вместе с арьергардом. Они также простроились, ожидая сигнала. Дозорные махнули рукой, и те побежали. На самом деле дорога была не столь широкой, чтобы занимать много времени. Но даже так он был готов кричать от волнения. Но когда его взгляд пал обратно на дозорных, чьи лица побледнели и застыли от незримого ужаса, то ему показалось, словно собственный язык был чем-то чужеродным.       Не успел Фаинт обернуться, как солдата из последнего ряда уже пригвоздила к земле своими острыми когтями крылатая тварь. Она взревела и вцепилась зубами в другую жертву, ломая ее ребра и выбрасывая растерзанное тело прочь. Призрак, сидящий верхом на монстре, смотрел прямо в душу. Он не говорил, не визжал, не делал ничего. Просто внушал ужас одним своим присутствием. Тело словно скованно, отказывалось слушаться.       Стрелы вонзились в тварь, отчего та застонала, и Фаинт наконец пришел в себя. Товарищи взволнованно звали к себе, пока чудовище было поражено. Арьергард бросился на зов, пока назгул кричал, успокаивая летучего скакуна.       Добравшись до укрытия, отряд разрозненно продолжил пробираться через руины, уже без организации, разведки или какого-либо плана. Лишь бы скрыться от следовавшей по пятам смерти. Но спешившийся назгул не отставал.       - «Идите! Мы задержим его!» - крикнули двое из конца отряда, обнажив клинки. Фаинт хотел было возразить, но понимая безысходность ситуации, понимающе кивнув и продолжил.       Призрак настиг отчаянных защитников. Их руки задрожали при виде него. Один, закричав и сжав зубы, решился атаковать. Меч вошел в призрачное тело и через секунду стал рассыпаться, словно многовековой прах. Подобной силой раньше обладал только Король-Чародей, но с возвращением Кольца каждый из Восьмерых стал могущественнее прежнего. Рука солдата будто горела и в агонии он бросил одинокую рукоять. Кольценосец, ничего не почувствовав, пронзив сердце наглеца. Лицо застыло в гримасе ужаса, и тело упало наземь. Второй же защитник не выдержал и бросился бежать, но от смерти не скроешься. Острие прошло насквозь, и груда металла повалилась с глухим грохотом. Назгул отправился дальше…              Харадрим поднял переломанную стрелу из-под корня дерева. Крикнув: «Сюда!», он поманил к себе всех остальных. Отряд Сандира шел по следам разведчика. Они бредут уже много часов, но до сих ни к чему не пришли. Однако пора уже покончить со следопытами, потому никто не вернется назад, пока их головы не будут принесены для Темного Властелина.       След привел к ручью, но дальше он оборвался и отряд встал. Разведчики прочесали округу, но безуспешно. Сандир злобно нахмурился, прижал пальцы к виску и принялся думать, что делать дальше. Его переполняло отвращение к бледнолицым, что прячутся в лесах как трусы. Честный поединок – вот к чему стремятся настоящие воины. А из-за их трусости, приходиться прибегать к таким же жалким трюкам.       Внезапно на его глаза попалось кровавое пятно, в течении ручья. Он посмотрел в сторону истока, и в голове пронеслось озарение. Первое, что разведчик, точнее его труп, лежит где-то в воде. А второе, что откуда-то начинается исток. Дорога из Харада к Мораннону не проходит через ручей, значит он начинается в лесу. Где-то из скалы. Где-то, где можно идеально спрятаться.       - «Идем вверх по течению!» - приказал Сандир, и весь отряд двинулся вперед. Лес, как всегда, был зловеще тихим, только марш харадримов нарушал тишину. В любой момент могла быть выпущена стрела из-за деревьев, и угодить прямиком в лидера. Однако, по его плану все должно было пройти гладко.       Спустя некоторое время они настигли труп разведчика, чей торс действительно частично был погружен в ручей. Кровь уже едва истекала из простреленной груди. Никаких следов убийцы, все прошло быстро и искусно. Сандир осмотрелся по сторонам, но, поняв тщетность своей попытки, выбросил лишние мысли прочь. Подав знак своим воинам, он зашагал дальше.       С каждым шагом тишина все больше нагнетала. Сомнения в верности пути посетили каждого из южан. Но то, что они еще все живы, кроме павшего разведчика, придавало им чуть больше уверенности. Однако тьма, окутывающая лес с каждой минутой, замедлял их продвижение. Ночь стремительно сменяла уже наступивший вечер, и солнце почти полностью скрылось за горизонтом. Совсем немного, и придется разжечь огонь для видимости, становясь идеальной целью для засады.       Но исток ручья встретился воинам Юга быстрее. Течение исходило из пруда, в центр которого стекал высокий водопад и бился аккуратными потоками о поверхность. Это было весьма странное место. Такое красивое и спокойное. Совсем не соответствовавшее войне, что бушует в этих землях уже много лет.       Один из воинов подошел ближе, чтобы осмотреть загадочный пруд, как вдруг стрела пронзила его грудь. Он схватился за древко, издал последний вздох и упал на спину. Весь отряд немедленно приготовился к возможной атаке и стал укрываться от незримого врага. Еще несколько стрел полетели в их сторону, но только одна из них настигла цель, но без летального исхода. Это оно. То самое место. И враг теперь знает, что они здесь. Нельзя медлить, впредь дорога каждая секунда, пока враг не успел перебить их всех. Сандир обнажил изголодавшийся по крови ятаган и был готов бежать навстречу битве.              Отряд Фаинта продолжал отступление в Верхний город. Уже осталась позади цитадель, от которой веяло смертью и казалось, что ведется пристальный взгляд от бесчисленного количества мертвых душ, что обитают в ней. Ценой жертвы еще нескольких солдат, им удалось оторваться от назгул. Однако это ненадолго.       Переходя через мост, соединяющий Верхний город с ярусом цитадели над бездонной пропастью, они увидели, как еще одна крылатая тварь стремительно летела в их сторону. Отряд ускорился и исчез среди узких улочек и бывших жилых домов богатых дунэдайн.       Когда-то здесь жили люди, процветала цивилизация. Но от этого осталась только тень былого величия. Дома давно превратились в дряхлые могилы, полностью разграбленные и оскверненные за долгие столетия. Останки горожан до сих разбросаны по дворам, переулкам и площадям. Кости с тошнотворным звуком хрустели каждый раз, когда кто-то ненароком наступал на них.       Авангард вышел на площадь, к которой примыкал путь в ущелья. Однако и здесь не было места надежде. Толпа орков во главе с Шакматом маршировала как раз оттуда, перекрывая путь к побегу. Заметив людей, орк закричал:       - «Гондорцы! Убить их всех!» - и указал он в сторону врагов. Воины ринулись вперед, а в небе появились двое назгул, что сопровождали орков. Поняв, что им уже не скрыться, солдаты авангарда встали в оборону с оружием наготове.       Первый ряд орков набросился на противника, но моментально встретил смертельные удары защитников. Их тела повалились у ног убийц, когда вторая волна уже более успешно атаковала. Шакхмат ворвался в бой, зарубив наповал своим тесаком одного из гондорцев. Пока остальные солдаты отвлеклись на огромного урука, снаги начали резать и рубить. Всего несколько секунд и весь авангард превратился в кровавый фарш. Орки злобно засмеялись, глумясь над телами убитых.       - «Найдите остальных! Принесите их головы!» - прервал веселье Шакхмат и, отдав приказ, побежал вместе с остальными.              Харадримы ворвались в пещеры Запретного пруда, воды которого уже обагрена кровью захватчиков, что теперь покоятся на дне. Следопыты держали оборону у входа за водопадом. Узкий проход не позволял южанам сломить противника стремительным натиском. Лучники продолжали осыпать стрелами врагов. Отряд Сандира сократился уже на четверть от изначального, что только больше злило его и придавало сил от переполняемого гнева.       Кровь закипала в жилах командира харадримов, и тот бросился вперед, сталкивая собственных воинов, стоявших на его пути, с высокого уступа в пучину пруда. По крайней мере трое подверглись этой участи, и три глухих всплеска воды сообщили о их падении. Пара следопытов, что держали оборону, на секунду потеряли концентрацию от увиденного, из-за чего не смогли сдержать яростную волну в виде Сандира. Один отправился вниз вслед за бедолагами с рассеченной грудью, другой же был оглушен резким ударом о стену пещеры, когда лезвие врага разделило лицо по диагонали неглубоким порезом. Тело его скатилось вниз, пока через него уже пробегала толпа воинов Юга.       Сандир мчался вперед, ничто не могло остановить его. Последний защитник прохода натянул тетиву и целился в безумного зверя. Харадрим яростно вскричал, поднимая боевой клич, который подхватили все остальные собратья, и устрашающий вой на мгновение напугал несчастного лучника. Рука дернулась, и выпущенная стрела угодила в одного из воинов, а не командира. Следопыт потянулся к мечу, но не успел обнажить его, ибо кровожадный ятаган прервал жизнь своей жертвы. Сандир, не обращая внимание на убитого, немедленно повел за собой отряд в глубины Хеннет Аннун.       Трое сброшенных вниз харадрима выбрались на берег, сбросив с себя часть снаряжения, что утащило бы их на дно. Отдыхиваясь и переваривая, что им удалось избежать смерти, один из них заметил нечто интересное. Еще одну пещеру у подножья водопада. Указав на находку собратьям, они отправились осмотреть скрытое место.                     Орки начали наступать со всех сторон, создав хаос в построение отряда Фаинта. Необходимость продвижения вперед, несмотря на появившиеся проблемы, вынудила гондорцев разделиться на множество мелких групп, что сильно облегчало охоту на них. Шакхмат в сопровождении нескольких снаг обрушился на очередную тройку людей. Его тесак хоть и не был заострен, но сила, с которой бил урук, позволяла прорубить любую броню, любую оборону или мастерство ближнего боя противника. Грубая и неминуемая. Шакхмат считал себя неудержимым. Каждая маленькая победа над человеками угождала его гордыне. Заливаясь смехом, он победоносно вновь взвыл на всю округу.       Самодовольный и яростный вой пронесся по улицам Мертвого города, и каждый раз заставлял дернуться седовласого Магогха от отвращения. Его всегда раздражал этот безумный урук, а после того, как он устроил резню под Роковой горой, каждое слово, каждый вздох, что исходил от кровожадного ублюдка взвывал орка к кровопролитию. Но в равном бою ему не победить. Урук огромен по сравнению со снагой, потому седовласому приходиться ждать и терпеть жажду крови внутри себя.       Он шел вместе с еще тремя воинами. Каждый был уставшим, злым и с ржавым оружием в руках. Если бы не подгоняемый гнев Шакхмата и темных господ, они бы в ту же секунду развалились бы на месте и вдоволь наелись бы добытым человеческим мясом. Однако до этого счастья еще далеко.       Вместо обеда им встретилось двое солдат Гондора, что немедленно бросились в атаку. Орки, естественно, ответили тем же. Никаких красивых дуэлей или воинской чести, только бездумное убийство врага. Меч солдата сразил орка, пока трое других забивали его напарника своим дубинками и ножами. Преисполненный ненавистью он обрушил свой гнев на второе создание Тьмы, и оставшиеся снаги отступили на пару шагов. Тот продолжал наступать. Меч замахнулся и стремительно прибил к земле третьего. Только подняв глаза на последнего, солдат не успел среагировать, когда седовласый орк уже набросился вплотную к нему и стал закалывать его своим тупым ножом. Удар за ударом и силы покинули отважное тело, что обрушилось на прошлую жертву.       Магогх взглянул на убитого. Затем на его меч. На свой нож. Он выбросил последнее и поднял гондорское оружие. Сталь слепила глаза даже в этом темном и проклятом месте. Плюнув на лезвие и размазав мутную слюну вдоль и поперек, орк наконец усмехнулся и отправился вперед.       Улицы по-прежнему были заполнены постоянными криками, воями и стонами. Но один конкретный привлекал Магогха сильнее всего. Осторожно приближаясь, он наконец увидел его.       - «Ко мне, жалкие отбросы! Придите к своему командиру и сдохните за меня!» - кричал Шакмхат, оставшийся один и окруженный четырьмя гондорцами. Его лицо сияло от ярости. То ли от погибшей «свиты», то ли от врагов, то ли от собственной слабости. Магогх смотрел на него со жгучей ненавистью. Он сжал рукоять сильнее. Злобно оскалившись, орк отправился дальше, оставляя увиденное позади.       - «Жалкие свиньи! Надо же было так сдохнуть!» - запыхаясь от злости, продолжал кричать урук, - «Ну давайте, нападайте!» - провоцировал он противников, но по итогу заставил атаковать только себя. Шакхмат бросился вперед на самого незащищенного солдата. Видимо в обычной ситуации он бы стрелял издалека из своего лука, но сейчас у него был только небольшой кинжал. Урук напрыгнул на жертву и стал ее кромсать, пока та не замолчит навсегда. Кровавое месиво – все что осталось от верного сына Гондора. Он успел перед смертью вонзить клинок в бок убийцы, но тот даже не заметил этого. Мясник обернулся назад, как двое щитоносцев уже теснили его назад. Шакхмат схватился за край щита и дернул его вбок, после чего рассек руку, что держала снаряжение. Естественно, данный маневр не обошелся без ран и порезов, но кровь в глазах заливало взор воина, а безумие подавляло боль и чувства.       Урук собирался добить раненого врага, но его напарник продолжал оттеснять того щитом. Взревев подобно дикому зверю, он отбросил врага мощным пинком. Жертва пыталась защититься, но тесак не видел преград. Второй был повержен. Третий повален. А четвертый… сбежал. Шакхмат бешено, рывками стал мотать головой в поисках труса. Он настолько был поражен таким побегом, что не заметил, как щитоносец пришел в себя и уже контратаковал. Резкий удар щитом по челюсти, и в голове урука зазвенело. Не успел он опомниться, как уже был повален наземь.       Ситуация полностью перевернулась. Теперь Шакхмат лежит на земле, а гондорец возвышается над ним, готовясь к последнему удару. Первый рассек и так израненную руку, которая после этого онемела. Второй же удалось отбить тесаком. Но третий стремился окончить жизнь кровожадного урука. На мгновение он почувствовал самое ненавистное ему чувство. Не существовало более ужасной эмоции чем это. Даже то, что он испытывал, глядя на сильных врагов и союзников, не могло сравниться в ним. Страх. Его он испытывает и когда смотрит на назгул, но сейчас он первобытный. Страх смерти. И в момент, когда клинок должен был опуститься и покончить со всем, раздался визг. Тот самый визг. Душераздирающий, что доносился откуда-то сверху.       Солдат немедленно попытался заглушить их, не слышать, убежать. Всевозможные мысли приходили в его голову, но тело могло лишь согнуться в ужасе. Шакхмат же смог собрать последние силы и вонзить тесак в колено врага. Щитоносец упал и, будучи полностью оглушенным, погиб после второго удара по шее. Урук быстро дышал. Его переполняла злость. В этот раз к самому себе. Он хотел было прогнать ее путем утоления жажды крови, но тело отказывалось идти дальше. Ран было слишком много, потому оно бессильно упало на колени. Бой для него окончен.                     Пещеры Хеннет Аннун наполнились звуками безжалостной битвы. Боевые кличи и лязг оружия эхом проносился по тоннелям убежища, предвещая о скорой бойне. В главной пещере, где хранились все запасы и снаряжение следопытов, Маблунг и Дамрод, оставшиеся руководить действиями собратьев заместо Фарамира, что отправился готовить отвоеванный Осгилиат к последующим битвам, взволнованно обсуждали план действий.       - «Их вдвое больше, чем нас. Нам не выстоять под их свирепым натиском! Нужно оставить Хеннет Аннун и реорганизоваться в Каир Андрос» - утверждал Маблунг.       - «Мы не можем сдать им это место! Потерять контроль над Итилиэном, вот чего добьемся!» - возражал Дамрод, - «Южане крайне кровожадны и безумны в боевом пылу. Они слишком разрозненны. Мы сможем отразить их атаку!»       - «Даже если так, возможно они уже всем доложили о нашем местоположении. Убьем одних придут другие. Быть может армия харадримов на севере, которую отправились останавливать большая часть наших, направлялась именно сюда»       Дамрод понимал опасения товарища и даже разделял их, но также и осознавал, что, если они отступят, армии Мордора займут позиции в этом регионе. Харадримы лишь передовые отряды, потом придут новые войска, которые уже будет невозможно изгнать из этих земель силами одних следопытов. Он отчаянно искал другой выход из сложившийся ситуации, но времени уже не было. Его раздумья прервал ошеломительный крик врагов, что становились все ближе.       - «Хорошо» - решительно согласился Дамрод, - «Уходите через северный тоннель, мы останемся биться с ублюдками, чтобы вы могли без проблем скрыться» - и указал на пятерых следопытов, что стояли с оружием наготове со стороны приближающегося шума. Маблунг, скорбя о вероятной судьбе защитников, коротко кивнул и подал сигнал остальным следовать к скрытому выходу. Следопыты словно тени скрылись среди тоннелей Хеннет Аннун.       Через несколько мгновений харадримы наконец настигли оставшихся стражей Итилиэна. Сандир вел отряда вперед, его глаза заливались кровью от безудержной ярости. Лишь захватчики успели показаться мое зрения противников, как в них вылетело две стрелы. Командир харадримов увернулся от одной, другая же сразила воина позади него. Но это нисколько не остановила безумного зверя. Не теряя ни секунды, он бросился вперед на ближайших противников, пока вокруг него свистели новые снаряды, что не могли попасть в непредсказуемую цель. Его не волновала судьба собственных воинов, главное сейчас утолить свою жажду и убить бледнолицых.       Он набросился на следопыта, наносил удар за ударом, каждый из которых был отражен. Это злило его, очень сильно. Оппонент хорошо защищается. Нужно дождаться, когда тот попытается атаковать, и сразить одним стремительным ударом. Но противник не торопился делать этого. Сандир продолжал напор, но следопыт держал оборону и более того не давал ему продвигаться дальше.       Но все же наконец стрела нашла свою цель, и пронзила бедро харадрима. Безумец был остановлен, и он зашипел от острой боли. Следопыт решил действовать, но Сандир все же воспользовался этой возможностью. Несмотря на внезапное ранение, он смог выпрямится и с размаху разрезать грудь врага. Тот был поражен таким маневром, что дало сделать еще один удар, в этот раз смертельный. Клинок вонзился в легкое и, провернувшись, вернулось к владельцу, что победоносно стоял над павшим врагом. Но времени чествовать победу не было, ибо битва еще не окончена. Сандир бросился вперед, но на его пути встал Дамрод, хладнокровный в лице, но с яростью в темных глазах. Настал черед сразиться двум командирам.                     Фаинт бежал. Появившиеся орки разбили порядок в рядах его отряда. Все были вынуждены разделиться и биться порознь. Возможно, так хотя бы одному и удастся выбраться из этого проклятого места. Именно так и рассудил Фаинт бросив своих товарищей, когда они столкнулись с бешеным и неубиваемым уруком. Он продолжал бежать изо всех сил. С самого начала ему казался этот план безнадежным. Но доверенное командиром Виктемом задание легло тяжким грузом на его плечи. Таков долг, и он должен быть исполнен.       - «Фаинт!» - раздался голос в бесконечной буре хаоса вокруг, - «Сюда!» - и показались трое солдат, укрывавшиеся в переулке между руинами домов. Объединившись, они озарились вокруг, проверяя наличие врагов поблизости.       - «Мы предполагаем, что выход к ущелью уже совсем рядом. Поток орков был особенно большим с той стороны» - говорил один из воинов, указывая на восток, - «Однако призраков стало больше. Мы втроем едва смогли сбежать от их ужасной твари» - Фаинт с скрытым трепетом выслушал эти подробности. Бросив взгляд в сторону выхода из города и глубоко вздохнув, он наконец решился.       - «Хорошо. Медлить нельзя. Выдвигаемся» - и отряд отправился вперед. Они двигались быстро и осторожно. Лишний раз сталкиваться с нескончаемым врагом означало смерть. Каждый шаг давался им тяжело. Неизвестность пугала их. Но не больше чем то, что с ними может случиться если им встретиться назгул.       За углом здания показался труп товарища. Его сердце пронзил острый клинок, а лицо замерло в предсмертных муках в сочетании с невообразимым ужасом. Спустя некоторое время еще одно тело. В этот раз растерзанное словно от пасти огромного волка и выброшенное гнить и в конце концов стать частью этого гиблого места.       - «Видимо его растерзала та же тварь, что пыталась настигнуть нас» - заметил один из солдат.       - «Возможно она находится еще где-то поблизости» - предположил второй.       - «Н-нет…» - ответил третий и замолк, увидев что-то позади них. Все тут же обернулись и заметили его. Кошмар воплоти. Призрак медленно приближался к ним. Надо было бежать, но каждого из них будто приковали к земле, и никто не мог и пальцем пошевелить. Теперь, когда назгул так близко, страх поглотил их полностью, и они словно стадо козлов замерли как мертвецы.       Фаинт смотрел на безликое существо. Оно приближалось. В глазах начало темнеть, а в ушах звенеть. Земля уходила из-под его ног. Но в голове вновь пронесся приказ командира. Вернуться в Гондор и доложить о пробуждении Мордора. Мысль о том, что каждого постигнет такая кончина, заставила его бежать. Быть может, если он все же вернется что-то изменится? Король сможет противостоять великому злу? И вновь он бежал. Не оглядываясь назад, не слыша, как снова гибнут товарищи, он бежал.       Призрак ускорился, совсем скорого настигнет свою жертву. Фаинт бросился в развалины. Путь шел через комнаты, в которых когда-то жили люди, внутренний сад, что давно был разрушен, а дерево в нем сгнило. И внезапно перед ним развернулась очередная сцена бойни. Несколько орков и людей бездыханно лежали на крыльце дома. Но одному удалось уцелеть. Он стоял на одном колене в центре этой картины. Выживший завидел Фаинта и отчаянно потянулся в его сторону, прося помочь в пути, ибо сам он уже слишком обессилен. Тот сделал шаг в его сторону, но вдруг остановился.       - «Прости, брат» - тихо произнес Фаинт и укрылся среди обломков дома. Затаив дыхание он стал ждать. Как и предполагалось, призрак появился совсем скоро. Зажмурившись, Фаинт перестал дышать. Шаги существа были беззвучны, но столь ощутимы. Оно прошло мимо, на крыльцо. Несколько секунд, взмах меча и оборвалась еще одна жизнь. Переждав еще некоторое время, он все же решился выглянуть. Назгул ушел, а раненый солдат присоединился к лежавшим вокруг трупам. Из глаза выжившего героя потекла одинокая слеза. Отвернувшись, он поспешно ушел.                     Дамрод продолжал биться с Сандиром. Слишком долго держался бледнолицый, по мнению харадрима. Несмотря на стрелу, до сих пор торчащую из бедра, южанин стойко и проворно сражался изо всех сил, не ослабляя натиск ни на секунду. Волнистые волосы следопыта полностью пропитались потом, держаться наравне с таким грозным противников требовало больших усилий. Никто не осмеливался вмешиваться в поединок, ибо сами увязли в собственных кровопролитных битвах.       Сандир вновь начал атаковать. Один удар, два, три. Каждый был отражен. Внезапно рукоять врезалась в нос харадрима, ошеломив такой наглостью на мгновение. Ему едва удалось увернуться от стремительного лезвия и немедленно контратаковать вновь. Взмах и ятаган смог оставить небольшую царапину на хмуром лице следопыта. Тонкая струя крови стекала на неухоженную щетину, но Дамрод быстро стер ее.       Южанин оскалился и, заревев, вновь бросился вперед. Оппонент атаковал в ответ, но это не остановило безумца. Клинки взаимно ранили хозяев, одного в плечо, другого в бок. Следопыт зашипел, и сурово пнул ногой по внутренней стороне колена, на которое обильно текла кровь из раны. Сандир зарычал и ударил наотмашь, но тот увернулся и по инерции нанес удар кулаком пол смуглой физиономии зверя.       Воин повалился на другое бедро и успел укрепить положение, пристав и уперевшись коленом к земле, когда вражеский меч собирался оборвать его жизнь. Клинки столкнулись в искрящем поцелуе и продолжали напор друг на друга. Темные глаза презрительно смотрели в душу врага. От обеих сторон веяло жаждой крови, ненависть переполняла их сердца. Неважно что было раньше, и что будет потом. Сейчас один желает убить другого, и наоборот.       Следопыт продолжал продавливать харадрима. Сандир слабел. С каждым уступленным дюймом гнев вытеснял его разум. Отдаться этому чувству было бы так приятно, но оно означало бы лишь смерть. Собственную кончину.       Взревев оглушительным воем, Сандир смог увести удар вбок и отпрыгнуть в противоположную сторону. Перекатившись, он взмахнул ятаганом и попал в ногу врага под самое колено. Дамрод припал на раненую ногу, и, только бросив взгляд на харадрима, получил смертельный удар. Острие прошло насквозь его шеи. Взгляд отражал тот ужас, что успел осознать защитник Итилиэна, перед тем как мясник дернул рукоять и провернул голову вбок, переломав кости и разорвав все мышцы. Клинок со свистом высвободился, и тело безвольно рухнуло вперед. Оставшихся двух следопытов будто парализовало от увиденного. Несколько секунд они безмолвно смотрели на погибшего капитана и на его убийцу. Прежде чем они успели прийти в себя южане подобрались достаточно близко, чтобы сразить тех за пару мгновений.       После пары глухих звуков о землю, наступила гробовая тишина по всему убежищу. Вывод был один – все защитники были перебиты. Харадримы переглядывались друг с другом, пока Сандир громогласно не взвыл:       - «Во имя Темного Властелина!» - и пещеры наполнились победоносным ликованием всех тех, кому удалось пережить эту битвы, что было весьма немногим числом, менее половины от того, чтобы было несколько часов назад. Но сейчас это не играло никакой роли. Победа была одержана, не смотря на цену что пришлось заплатить. Радость и гордость переполняла души воинов, а головы павших врагов послужат трофеями их подвига. Однако этот прекрасный момент был вынужден испортить один из собратьев, тех, что были сброшены в воды Запретного Пруда и пробравшихся в Хеннет Аннун другим путем.       - «Сандир» - обратился прибывший воин, - «Часть врагов смогло сбежать через тайный ход. Мы пытались остановить их, но они убили остальных» - заявил он, хотя на его теле не было ни царапины. Улыбка сползла с лица командира, когда тот осознал причину отчаянной и самоотверженной обороны защитников. Он мог бы вновь вспылить от услышанного, но это ничего бы не изменило. Враг сбежал, и их противостояние еще не окончено…                     В Минас Моргуле, на нижнем ярусе крепости, что среди немногих может зваться Кругом Скорби, остатки отряда разведчиков Гондора встречали последний бой со смертью. Они долго укрывались среди пустых и забытых светом домах, пока кольценосцы наконец не настигли их. У них не было не единого шанса спастись или сбежать из Мертвого города, потому им пришлось с достоинством встретиться лицом к лицу с мрачными призраками. По крайней мере, должны были. При виде созданий Саурона сердце несчастных застывало, и те покорно принимали гибель.       Последние трое выживших пытались запереться в одной из развалин, что когда-то была кузней. Им даже удалось найти оставленные орками факела и чудом разжечь в них пламя подручными материалами, так как слышали, что эти существа боятся огня. И совсем скоро Кхамул прибыл по их души. От взора ныне сильнейшего из слуг Темного Властелина двое сразу же рухнули на колени судорожно закрывая глаза и уши от тьмы вокруг. Командир Виктем продолжал стоять, дрожа своим телом и истерично всхлипывая с зажженным огнем в руке. Подчиненные пали быстрой смертью, и назгул шел к нему.       Виктем держался. Он пытался быть стойким, как и подобает лидеру. Но ему это не удалось. Обронив меч и факел, командир точно также пал низ, закрылся от мира и с ужасом вскричал, покуда клинок не прервал его муки. Он знал, что судьба тех, кто отправился вглубь города была предрешена, и, скорее всего, уже свершилась.                     На выходе из Минас Моргула в ущелья Гор Теней не было никого. Все орки, наплевав на необходимость сторожить проход, отправились на охоту за людьми. Потому дорога была совершенно пуста, за исключением одного единственного человека. Фаинт, истощенный и сломленный, бежал из последних сил. Хотя тяжело это назвать бегом, когда он волок свое тело по темной земле. Доспехи были сброшены, чтобы облегчить путь, но ноги уже едва поднимались. Однако несмотря на все это, Фаинт не сдавался и продолжал идти. С каждой минутой Мертвый город удалялся от него. Угасали крики орков, визг призраков, только мертвецкая тишина.       Фаинт обернулся назад, поминая всех товарищей, что погибли в этом гиблом месте и, скребя сердец, побрел дальше.                     Тем временем орки в Верхнем городе отмечали свою победу на телах убитых гондорцев, глумясь над телами побежденных. После долгого пути они наконец решили устроить долгожданный отдых. Развалившись на грязной и обагренной кровью земле и заливаясь мерзким смехом, воины принялись пробовать свежее людское мясо.       Магогх, осматривая присутствующих в поисках ненавистного Шакхмата, решил, что тот все же пал от рук врага. Он ехидно оскалился и присоединился к пиру. Однако чуть рука приблизилась к заслуженному мясу, как раздалось злобное рявканье из-за спин орков.       - «Чего развалились, убогие твари!?» - грозно крикнул Шакхмат в сопровождении двух снаг, прихрамывая и скалясь от боли, - «Кто разрешал развалиться и жрать мясо? А ну, пошли! У нас еще полно работы здесь!» - и под недовольные стоны воины оставили свой ужин и побрели вглубь Минас Моргула.                     В недрах обители Зла, в темных залах Барад-Дура, Темный Властелин, преисполненный вновь обретенной истинной силой, проводил темный ритуал. Орки нервно копошились вокруг, исполняя приказы повелителя, пока тот подготавливал все к древней нечестивой магии. Кольцо позволило ему вновь управлять в полной мере жизнью и смертью, и даже душами, особенно собственных слуг. Потому в предстоящей войне ему необходимы верные и могущественные полководцы. Отыскав остатки погибшего служителя Тьмы, что, к счастью, оказались почти невредимыми, на поле битвы пред Черными Вратами, Саурон вернул отсеченную голову к телу и срастил их с помощью своих сил, так будто ничего и не было. Вырвав душу из рук Мандоса в его чертогах, Темный Властелин вернул к жизни самого преданного слугу. Того, кто будет нести волю Его народам Средиземья. Своего Глашатая.