7

Ворота "Северного форпоста" с тяжелым скрежетом распахнулись, пропуская внутрь армейский багги. За рулем сидел Тень, сосредоточенно следя за дорогой. На переднем пассажирском сиденье, откинувшись назад и затянувшись сигаретой, расположился Гоуст. Дым тонкой струйкой растворяясь в воздухе. На заднем сиденье Фантом поправлял лямку своей снайперской винтовки, его взгляд скользил по привычным, но сегодня почему-то напряженным лицам часовых у КПП. Взгляд часовых был встревоженным, они переговаривались между собой тихими, взволнованными голосами, бросая беспокойные взгляды вглубь территории форпоста. Их жесты были резкими и нервными, словно они обсуждали что-то из ряда вон выходящее. — Неспокойно что-то, — пробормотал Гоуст, выпуская струйку дыма. — Ага, — отозвался Фантом, нахмурившись. Тень молча кивнул, припарковав багги на отведенной стоянке. Едва двигатель заглох, трое мужчин спешно выскочили из машины и направились к главной площади. До них доносился нарастающий гул голосов. Солдаты группами направлялись в одном направлении, их лица выражали растерянность и спешку. Гоуст почувствовал, как внутри нарастает неприятное предчувствие. Что-то серьезное стряслось, пока их группа выполняла задание за пределами периметра.

***

Протиснувшись сквозь плотную толпу взволнованных солдат и гражданских, Гоуст вышел вперед и замер, пораженный открывшейся перед ним картиной. Центральная городская площадь, обычно служившая местом для важных собраний и редких попыток развлечений, сейчас напоминала импровизированный зал суда. В самом центре, на коленях, стояла девушка со связанными за спиной руками и повязкой на глазах. Гоуст узнал её, это была Морган Кэмпбелл, молодая военная, с которой он пару раз пересекался и которая, как он точно знал по ее робким взглядам, испытывала к Роучу явные, хоть и невысказанные чувства. По обе стороны от нее стояли двое мрачных солдат. В шаге перед Морган возвышался Генерал Шепард, держа в руках лист бумаги и зачитывая его ровным, бесстрастным голосом. — …военный трибунал, рассмотрев дело военнослужащей Кэмпбелл, Морган, признал ее виновной в измене и пособничестве побегу особо опасных преступников. Ее действия, выразившиеся в добровольном предоставлении возможности скрыться двум беглецам, повлекли за собой гибель военнослужащих и поставили под угрозу безопасность карантинной зоны. На основании вышеизложенного, трибунал приговаривает Кэмпбелл, Морган, к смертной казни через расстрел. Приговор подлежит немедленному исполнению. Шепард отложил бумагу и медленно достал из кобуры свой служебный пистолет. Генерал неспешно приставил дуло пистолета ко лбу Морган. — Есть ли у вас последнее слово, солдат? Морган подняла голову, её голос был твердым и спокойным. — Горите в аду, генерал. Раздался оглушительный выстрел. Тело Морган безвольно обмякло и рухнуло. Тишина, повисшая на площади после выстрела, казалась оглушительной. Гоуст почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Жестокость этого зрелища, хладнокровие Шепарда и последние слова Морган эхом отдавались в его голове. Мгновенно приняв решение, Гоуст развернулся и быстрым шагом, пошел в сторону казарм.

***

Влетев в помещение, он увидел перевернутую кровать своего друга, сброшенное на пол одеяло и разбросанные личные вещи. Явные следы спешного обыска говорили о том, что Роуча здесь уже нет и его искали. Выбежав из казарм, Гоуст столкнулся с Авророй. Ее лицо было искажено злостью. Он знал, что она служила с Роучем в одном отряде и, возможно, знает, что произошло. — Эй, Аврора! Что здесь творится? Что с Сандерсоном? — резко спросил Гоуст, преграждая ей путь. Аврора остановилась, ее грудь тяжело вздымалась.— Этот предатель! Этот чертов Сандерсон! — выплюнула она слова, словно яд. — На задании мы взяли одну бродячую девку. Она могла быть связана с мародерами. А этот идиот… он к ней как-то привязался, черт его знает почему! А потом… потом он помог ей сбежать! Убил нескольких наших парней, когда они пытались их остановить! Ее голос дрожал от ярости. — Он предал всех нас, Гоуст! Всех, кто ему верил! Он просто… свихнулся! Гоуст внимательно посмотрел на ее озлобленное лицо. В ее словах звучала искренняя ненависть и обида, но что-то в ее рассказе не складывалось. Он знал Роуча как дисциплинированного и преданного солдата. Такое поведение было на него совершенно не похоже. — Убил нескольких солдат? — переспросил Гоуст, нахмурившись под маской. — Ты уверена? — Абсолютно! Я сама видела тела! Он хладнокровно их застрелил, чтобы эта тварь сбежала! — выпалила Аврора, отворачиваясь. — Не хочу больше об этом говорить. Он для меня больше не существует. Гоуст молча проводил ее взглядом. Что-то здесь было не так. Он не мог поверить, что Роуч вот так просто предал всех и убил своих.

***

Гоуст сидел напротив Генерала Шепарда в его кабинете. Тот, как обычно, излучал уверенность и властность. — Гоуст, отличная работа, — произнес Шепард, довольно кивнув. — Ваш отряд хорошо потрудился, зачистив эти районы. Теперь мы сможем отправить туда исследовательскую группу и, надеюсь, найти что-нибудь полезное. Ресурсы нам сейчас нужны как никогда. Генерал откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди.— Вы свободны, Гоуст. Отдохните. Через пару дней я отправлю вас на новое задание. Вы один из моих лучших людей, и у меня есть для вас кое-что важное. Гоуст помедлил, но все же решился задать мучивший его вопрос. — Генерал, сэр… что случилось с Роу….Сандерсоном? Лицо Шепарда слегка помрачнело. Он вздохнул, словно эта тема была ему неприятна. — Сандерсон… оказался предателем, Гоуст. Позор для нашей формы. Он помог сбежать опасной задержанной, убив при этом нескольких наших солдат. Теперь у каждого бойца есть приказ: при обнаружении Сандерсона — огонь на поражение. Шепард на секунду замолчал, затем его взгляд смягчился, в нем промелькнула какая-то снисходительность. — Я помню, вы с ним дружили, верно? Что ж, Гоуст, скажу тебе прямо: такой друг тебе не нужен. Забудь о нем. Он перешел на темную сторону. Сосредоточься на своих обязанностях. Ты гораздо ценнее этого предателя. Гоуст молча кивнул, чувствуя, как внутри нарастает смятение. Он не верил до конца словам Шепарда. Что-то здесь было не так. Но спорить с генералом было бессмысленно. — Так точно, генерал, — сухо ответил Гоуст, поднимаясь с кресла. В его голове уже зрела мысль: он должен выяснить правду. Сам.

***

Гоуст направился прямиком в медблок, в ту самую изолированную часть, где содержали задержанную девушку. Подходя к нужному коридору, он увидел натянутую желтую ленту с надписью "Оцеплено" и нескольких мрачных солдат, дежуривших у входа. Он подошел к одному из них, парню с зачесанными волосами на бок. — Что здесь произошло? — спросил Гоуст, стараясь сохранять спокойный тон. Солдат вздохнул и повторил все то, что Гоуст уже слышал от Авроры: о задержанной девушке, о предательстве Сандерсона и о погибших солдатах. — А что это вообще за девушка была? Кто-нибудь знает? — спросил Гоуст, пытаясь выудить хоть какую-то новую информацию. Солдат пожал плечами. — Да хрен ее знает. Говорили, у нее какой-то иммунитет был. Врачи что-то там копались с анализами, но толком ничего не поняли. Оборудования у нас такого нет, чтобы нормально исследовать. Но генерал сказал, что рисковать нельзя. Даже если у нее и правда иммунитет, кто знает, что у нее еще в крови бродит. Решили бы ее убрать, рано или поздно. Слишком опасно такую держать.

***

Выйдя из медблока, Гоуст столкнулся со своим напарником Фантомом. Тот, увидев его, облегченно вздохнул. — Гоуст! Я тебя повсюду ищу. Мы тут затеял посиделки. Генерал сегодня добрый, дал нам выходной после той зачистки. Тень уже какую-то термоядерную смесь мутит. Пошли с нами, расслабимся немного. Забудем про весь этот бардак. Фантом дружески хлопнул Гоуста по плечу, его лицо выражало искреннее желание провести вечер в компании. Гоуст покачал головой, маска скрывала всю его натянутую улыбку. — Спасибо, Фантом. Заманчиво, конечно, но у меня тут кое-какие дела нарисовались. Может быть, чуть позже к вам присоединюсь. Как закончу. Фантом пожал плечами, не настаивая. — Ну как знаешь. Будем тебя ждать. Только не затягивай, а то все самое интересное пропустишь. Он подмигнул Гоусту и направился в сторону казарм, где, судя по всему, Тень уже вовсю готовился к их импровизированной вечеринке. Гоуст же, проводив его взглядом, двинулся в противоположном направлении.

***

Гоуст вошел в относительно оживленную столовую. Несмотря на рабочее время, несколько групп солдат и гражданских обедали или просто коротали время. Его взгляд скользнул по залу, выискивая нужную цель. В дальнем углу, за одним из неприметных столиков, он заметил Корсара. Тот сидел в компании молодой девушки. Ее одежда была простой, возможно, гражданская, а может, и неформальная военная форма – Гоуст не мог разобрать наверняка. Они о чем-то тихо беседовали, изредка посмеиваясь. Решительным шагом Гоуст направился к их столику и бесцеремонно опустился на свободный стул прямо напротив Корсара. Девушка, сидевшая боком к нему, вздрогнула от неожиданности и вопросительно посмотрела на Корсара. Гоуст, не обращая на нее внимания, устремил свой взгляд сквозь темные прорези своей балаклавы прямо на лицо Корсара. Его взгляд был тяжелым и недобрым, и девушка, почувствовав исходящее от него напряжение, заметно напряглась, инстинктивно отодвигаясь чуть дальше. — Какого черта ты творишь, Гоуст? — недовольно пробурчал Корсар, нахмурившись и бросив быстрый взгляд на свою спутницу, словно извиняясь за вторжение. — Ты что, правил приличия не знаешь? — Нам нужно поговорить, — отрезал Гоуст, его голос был низким и твердым, не терпящим возражений. — Нечего мне с тобой разговаривать. Проваливай, — огрызнулся Корсар, пытаясь сохранить непринужденный вид перед девушкой. — Я бы на твоем месте дважды подумал, прежде чем так говорить, — спокойно, но угрожающе ответил Гоуст, не отводя взгляда. Корсар побагровел.— Ты что, мне угрожаешь, ублюдок в маске? Да я тебя сейчас… — Нет, Корсар, — перебил его Гоуст, слегка наклонившись вперед. — Я просто напоминаю тебе о некоторых твоих маленьких слабостях. Например, о твоей любви к травке. А ты ведь знаешь, как генерал относится к наркотикам на территории карантинной зоны. Думаю, он не обрадуется, если узнает, что один из его доблестных бойцов тайком накуривается за казармами. Особенно сейчас, когда у нас тут такая… неспокойная обстановка. Лицо Корсара вытянулось, а взгляд забегал. Девушка рядом с ним, до этого с любопытством наблюдавшая за развитием событий, теперь с испугом уставилась на Корсара. Тот явно почувствовал, как ситуация выходит из-под контроля. Корсар, нервно сглотнул, затем вздохнул и сдался. — Ладно, ладно, — проворчал он, бросив на Гоуста злобный взгляд. — Чего тебе от меня надо? Гоуст наклонился еще ближе, его голос стал тише, но от этого еще более зловещим. — Расскажи мне, Корсар. Что произошло там, на задании? Все с самого начала. Корсар замялся, явно не желая ворошить неприятные воспоминания. — Да что рассказывать… На нашу группу напали. Внезапно. Их было много. Мы разделились. Я с Авророй рванули в одну сторону, Сандерсон… он побежал в другую. Там был такой замес, мы думали, его уже нет в живых. Он сделал паузу, закусив губу. — Потом… уже на пути к точке эвакуации… мы девку встретили. Ну, бродячую. Решили схватить, допросить, может, она как-то связана с теми, кто на нас напал. А она как бешеная бросилась на Сэма… и зарезала его. Прямо там. Нашего парня. Пришлось скрутить ее. Корсар скривился, вспоминая тот момент. — Ну и потащили ее на точку эвакуации. А там… там этого Сандерсона живого встретили. Представляешь? Мы сами чуть челюсти не уронили. И всю дорогу в машине он бубнил одно и то же: "Она меня спасла", "Не надо с ней так", "Оставьте ее в покое". Бесил, честное слово. Ну а на базе… там ты уже сам знаешь, что было. Допросы, анализы… ну и побег этот дурацкий. Корсар закончил свой рассказ, избегая смотреть Гоусту в глаза. Девушка рядом с ним молчала, с тревогой наблюдая за их напряженным разговором. — Это все, Корсар? — пронзительно спросил Гоуст, не отрывая взгляда от его лица. Корсар закивал, стараясь выглядеть убедительно. — Клянусь! Больше ничего не знаю. Спроси у Авроры, она тебе то же самое скажет. Этот Сандерсон просто спятил. Гоуст молча смотрел на него еще несколько секунд, словно пытаясь прочесть его мысли. Затем медленно поднялся со стула. — Тогда послушай меня, Корсар, — его голос был тихим. — Тебе лучше сменить место для курения всякой дряни. А то уже весь форпост в курсе твоей маленькой слабости. Бросив на Корсара последний презрительный взгляд, Гоуст развернулся и вышел из столовой, оставляя Корсара сидеть за столом с бледной и испуганной девушкой.

***

Саймон устало опустился на покосившуюся деревянную лавочку в небольшом уголке парка. Сгущались вечерние сумерки, последние отблески заходящего солнца окрашивали верхушки деревьев багряным светом. Редкие фонари едва освещали поросшие дорожки. Достав из кармана пачку помятых сигарет, он пальцами вытащил одну и прикурил. Он снова и снова прокручивал в голове обрывки разговоров, слова Авроры и Корсара, сухой отчет Шепарда. Ничто не складывалось в цельную картину. Роуч, его спокойный и рассудительный друг, вдруг превратился в предателя и убийцу. Это казалось невозможным, абсурдным. Куда он так вляпался? Что могло заставить его пойти на такое? И эта девушка… бродяжка с иммунитетом. Почему она так взволновала Роуча? Что он в ней увидел? Гоуст затянулся сигаретой, выпуская дым в сгущающиеся сумерки. Приказ стрелять в Роуча на поражение… эта мысль давила на него, не давая покоя. Он не мог представить себе, как поднимет оружие на своего друга, на того, с кем делил пайки и опасности зараженных зон. Но и игнорировать прямой приказ он не мог, это означало бы самому стать предателем.