9.2 Суд девятый: Надежда

Мир слетел С тормозов, Стал спектаклем для глупцов. Ты грустишь? Ну и пусть — Спрячь под маской свою грусть. Ты ведь счастлив, ты счастлив, ведь ты всему рад? Я счастлив, я счастлив, да, я всему рад! «Будь счастлив!» — Нам они твердят… Ты слышишь, «тик-так, тик-так» — В твоём сердце бомба! Эй! Скорее улыбнись! Прекрасна эта жизнь! Так пой и веселись! Эй! Скорее улыбнись! Прекрасна эта жизнь! Так пой и веселись! Несмотря Ни на что, Повторяй «всё хорошо!» Голливуд — Институт Моды, слов и любви Нас научит быть счастливыми! Ты ведь счастлив, ты счастлив, ведь ты всему рад? Я счастлив, я счастлив, да, я всему рад! «Будь счастлив!» — Нам они твердят… Иначе, «тик-так, тик-так» — Разорвётся бомба! Эй! Скорее улыбнись! Прекрасна эта жизнь! Так пой и веселись! Эй! Скорее улыбнись! Прекрасна эта жизнь! Так пой и веселись! (А-а-а, а, а, а-а!) Смерть всего поколения! Отныне нет спасения! (А-а-а, а, а, а-а!) Смерть всего поколения! Отныне нет спасения! Эй! Скорее улыбнись! Прекрасна эта жизнь! Так пой и веселись! Эй! Скорее улыбнись! Прекрасна эта жизнь! Так пой и веселись!

***

Из темноты медленно появляется старый квадратный телевизор, наполненный лишь розовыми помехами. Никаких источников освещения, кроме телевизора в комнате нет. Перед телевизором стоит столик, на котором лежит помятый стаканчик из-под кофе, недоеденный чизбургер, салфетки, поломанные цветные карандаши и ещё какой-то мусор. Кто-то переключает каналы, но на экране всё равно виден лишь шум из полос и точек разных оттенков розового цвета. Наконец, в какой-то момент, на каком-то канале появляется картинка — видимо, сериал о школьной жизни молодой девушки и длинными светлыми волосами и янтарными глазами.

***

Неру идёт по коридору, надутая, как хомяк. Кажется, её буквально распирает от злости. Звучит вспышка фотокамеры и кадр застывает. «Опять играем в обиженку» Эта идиотка с самого утра ходит и плюётся во всех кислотой, потому что на неё опрокинули мусорное ведро, лол» — так гласит подпись к фотографии в блоге. Девушка усмехается и прячет телефон в школьную спортивную сумку. Неру растягивает губы в улыбке, глядя на подругу. «Молодец, идеально сыграла. После школы угощу тебя в кафетерии.» Таких фотографий в блоге множество. То Неру валяется на полу, облитая водой, то вытаскивает из мусорника своих вещи, то держит в руках разбитый телефон. Эти фотографии набирают в соцсетях сотни лайков, но ни один человек, листающий ленту блога, не догадывается, что это всё с первого и до последнего кадра — постановка. На самом деле большую часть времени, что она проводит в школе, она улыбается. Подруги любят её улыбку, поэтому Неру старается улыбаться даже тогда, когда на самом деле ей грустно. Даже сейчас, когда они стоят возле подоконника и делают селфи, а Неру в сторонке жуёт фруктовый лёд, потому что не влезла в кадр, она старается не грустить. В конце концов, хотя бы фруктовый лёд вкусный. Она украдкой заглядывает в телефон, чтобы проверить, зашёл ли аудитории последний пост. К сожалению, нет, по сравнению с предыдущими публикациями отметки «нравится» набегают намного медленнее. Неру с досадой складывает телефон и засовывает в карман. Обидно. Но подруга окликает её и девушка, снова улыбнувшись, подходит у компании. Вспышка, вспышка, снова вспышка. Дурацкие фотографии сыплются из телефона, как из принтера и разлетаются по всему классу. Вспышка, вспышка, ещё вспышка… Начинает слепить глаза. Неру, поправляя превращённые практически в паклю волосы, поднимает один из снимков. Он совершенно засвечен, на нём ничего не видно — одна только розовая вспышка, в которой она случайно замечает свое отражение…

***

Безмятежно ступая босыми ногами по облакам, ангелесса танцует в сверкающем аквамариновом небе. Складки розового платья из лёгкой полупрозрачной ткани, похожей на тончающий батист словно гладят воздух вслед за движениями девушки. За её ступнями тянутся светящиеся ленты радуги. На лице девушки застыла очаровательная улыбка, а глаза сияют насыщенным розовым светом, словно яркий луч солнца пропустили через пластину из самого нежного розового кварца. Её движения лёгкие, плавные, изящные, словно она намекает незримому наблюдателю, что сейчас оступится и упадёт, но не падает, кажется, вот сейчас — и снова не падает! А танец всё быстрее, как будто её всё больше захватывает азарт и она сама уже точно не знает, насколько это безопасно для неё, но продолжает играть с коварной высотой, которая в любой момент готова затянуть и поглотить её. Ещё пара шагов, поворот, и… Девушка, вдруг рассмеявшись, срывает нимб со своей головы и одним сильным движением рук ломает его пополам. Лёгкий золотой металл с хрустом трескается и угасает. Обломки падают на облака и быстро плавно тонут в них. Девушка лишь ещё счастливее усмехается.

***

Снова кто-то листает ленту. Подлили клея в портфель. Дёргали за волосы. Заперли в туалете. Всё как обычно. Это просто постановка. Ради очередной порции серотонина в виде сердечек на экране. Именно с таких постов они почему-то сыплются потоком. Похоже, людям нравится наблюдать за чужими страданиями?.. А ты должна просто улыбаться — даже когда тебя толкают и сбивают с ног какие-то хулиганы, пытаясь вырвать сумку. Каждый раз, когда она проходит по коридору, на неё направлены фонарики телефонов. Иногда ей кажется, будто у этих людей нет лиц, а есть только телефоны, которые они всегда носят как маски. Но всё же внутренний взор Неру невольно проглядывает сквозь цветные металлические прямоугольники, закреплённые у них в ладонях, мириады хищных смазливых глаз. И она даже не знает, что более жутко. Но надо ведь просто улыбаться, верно? И тогда всё будет хорошо. Неру хватает телефон одной из стоящих рядом с ней девчонок и со злостью бросает на пол. По экрану расходится огромная трещина.

***

Девушка уже практически подошла к краю облаков. Она стоит буквально в полушаге от затягивающей синей бездны, под которой медленно проплывает город, полный бесполезных людей с чёрными сердцами. Высоко, очень высоко… Но ей ни капельки не страшно. Рассмеявшись, ангел раскрывает крылья и спокойно делает… …шаг вперёд… Белые перья нескончаемым потоком вьются за её спиной, смешиваясь с летящими следом чёрными. Чистая тьма заменяет собой чистый свет. Всего через пару секунд в этом облаке нет ни одного светлого пятнышка — все белые перья сгорели, а её крылья теперь покрывает угольно-чёрное одеяние. От этого Неру ощущает нечто, похожее на блаженство. Она теперь совершенно свободна… От всего. Она теперь совершенно безалаберна и безмятежна. Вся жизнь — только нескончаемая радость без причин, условий и обязательств. И теперь можно позволить ветру нести себя.

***

Крыша школы — как ни странно, довольно чистая и просторная. Когда зрение обретает чёткость, Неру видит перед собой подругу. С ядовитой усмешкой она стоит спиной к краю крыши, направив на неё телефон. Неру делает шаг к ней — подруга делает шаг назад. Неру делает ещё шаг — и подруга тоже. Неру уже увереннее начинает к ней приближаться, а подруга всё неувереннее пятится, но не открывает глаз от телефона.

***

Тени вьются по углам комнаты, но с шипением растворяются, попав под лучи телевизора.

***

Глаза ангелессы внезапно вспыхивают знакомым розовым цветом. Но теперь он какого-то другого оттенка, другого… Настроения? Чёрные перья облетают следом за белыми и от крыльев остаётся только некрасивый каркас из костей, которые тоже вскоре превращаются в прах и уносятся вместе с ветром. Девушка, падающая вниз, улыбается безумной, возбуждённой улыбкой.

***

После очередного шага она оступается и повисает над пропастью. В отчаянии девушка пытается удержать равновесие, но Неру делает ещё один шаг вперёд и легонько — совсем легонько! — толкает бывшую подругу в грудь. В глазах девушки и в последний раз отражается ужас. Последний снимок, сделанный на этот телефон. Неру стоит на крыше, очаровательно улыбаясь, и её глаза горят зловещим розовым огнём, а за спиной возвышаются два чёрных, как ночь крыла.

***

Сигнал обрывается и телевизор снова наполняют розовые помехи. Чья-то рука направляет на него пульт и щёлкает пальцем красную кнопку. Последний раз мигнув в агонии белесой вспышкой, так похожей на вспышку камеры смартфона, экран гаснет и комната погружается во тьму.