— для меня ты свободен?

Теперь дни младшего Гаязова проходили однообразно: с утра он шëл в школу, сидел на уроках, репетировал вальс, приходил домой, готовился к экзаменам, засыпал — и всë по новой. Каждый раз перед сном он прокручивал пройденный день, с улыбкой вспоминая танец с Верой. Да, ему определëнно нравилась эта девушка. Кому не понравится красивая и умная спортсменка, обладающая обаятельной харизмой и чувством такта? Он был в предвкушении от новой репетиции и встрече с Бирюковой. Еë небесно-голубые глаза очень нравились Тимуру. А как она смеялась ими? Только глазами. Гаязов иногда в прямом смысле тонул в них. Но сегодня эти, казалось бы, всегда радостные и весëлые глаза были наполнены страхом. Вспомнив сегодняшнюю ситуацию, улыбка Тимура исчезла с его лица и он, чтобы отвлечься, поднëс голову ближе к учебнику. — да как же эта кость называется, — задумчиво прошептал парень, перелестнув на страницу с картинками. Вальс вальсом, а экзамены никто не отменял. Тимур учился не то, чтобы плохо — ему просто было неинтересно. Он считал, что писать стихи намного увлекательнее, чем учить сколько камер в сердце человека. Но в то же время понимал, что поступить ему надо, ведь, по его мнению, хотя больше по мнению окружающих, лучше быть несчастливым от своего выбора врачëм, но при деньгах, чем безработным поэтом. «Стихами желудок не накормишь» — эти слова напрочно засели в голове Гаязова. Как-то на семейном вечере, когда пришли гости, мама как бы между делом похвасталась талантом сына. Но вместо ожидаемого восхищения получила осуждение и тонну объяснений, что не стать ему поэтом. Разве что каким-нибудь дворником или охранником. Конечно, Тимур всë слышал, хоть и находился в другой комнате вместе с братом, как раз читая ему пару своих произведений. Ту фразу сказала одна гостья, и именно она застряла в голове младшего до сих пор. После этого прошло около пяти лет, но Гаязов не перестал заниматься своим любимым делом. Вдруг телефон завибрировал от пришедшего сообщения. Тимур отодвинул учебник вместе с тетрадью, взяв в руки гаджет. ✉️ Пᴩиʙᴇᴛ. Тᴇбᴇ удᴏбнᴏ ᴄᴇйчᴀᴄ ᴦᴏʙᴏᴩиᴛь? ✉️ ✉️ Пᴩиʙᴇᴛ. Кᴏнᴇчнᴏ ✉️ ✉️ В ᴏбщᴇʍ... ✉️ И Вера рассказала ему всë, что знает. О том сообщении утром, которое ей написал Саша; о том, как она боится и не знает, что делать. Кажется, Новиков задумал хитрый план для создания самого «лучшего» выпускного. Пересланное сообщение от Никиты так и гласит: «они надолго не смогут забыть этот праздник». Время шло, миновало примерно 20 минут, но Тимуру казалось, что прошло всего 5. Они переписывались уже на совершенно разные темы: про планы Новикова решили, что лучше рассказать об этом взрослым, пусть даже если это была просто шутка. ✉️ Кᴄᴛᴀᴛи, ᴛы ᴦᴏᴛᴏʙиɯьᴄя ᴋ ϶ᴋɜᴀʍᴇнᴀʍ? ✉️ ✉️ Мᴇня ужᴇ ᴛᴩᴇᴄëᴛ, ᴋᴏᴦдᴀ я ᴄᴧыɯу ϶ᴛᴏ ᴄᴧᴏʙᴏ ✉️ ✉️ Пᴏниʍᴀю. Пᴇᴩᴇдᴏ ʍнᴏй учᴇбниᴋ ᴏᴛᴋᴩыᴛ, ᴀ я ʙᴏᴏбщᴇ нᴇ ʙдуᴨᴧяю, ᴏ чëʍ ᴛуᴛ нᴀᴨиᴄᴀнᴏ ✉️ ✉️ Хʙхʙх. Пᴏдᴏжди, ᴛы жᴇ ᴄᴋᴀɜᴀᴧ, чᴛᴏ нᴇ ɜᴀняᴛ, ᴀ ᴄᴀʍ учᴇбниᴋ чиᴛᴀᴇɯь? ✉️ ✉️ Ну я ужᴇ дᴀʙнᴏ ᴄижу и ʍнᴇ нужᴇн быᴧ ᴨᴇᴩᴇᴩыʙ. К ᴛᴏʍу жᴇ ᴛы ʍнᴇ нᴀᴨиᴄᴀᴧᴀ ✉️ ✉️ Дᴧя ʍᴇня ᴛы ᴄʙᴏбᴏдᴇн? ✉️ Сообщение дошло до Тимура, но он молчал. Повисла тишина — только сердце парня бешено билось, чуть ли не выпрыгивая наружу. Кᴄᴛᴀᴛи, нᴀ ᴋᴀᴋᴏᴦᴏ иʍᴇннᴏ ʙᴩᴀчᴀ ᴨᴏйᴛи хᴏчᴇɯь? — написала девушка. Гаязов с облегчением выдохнул, увидев, как Вера переключила тему. Они продолжили переписываться. Тимуру очень нравилось общаться с Бирюковой: она было достаточно лëгкой в общении, а шутки, которые иногда проскакивали в еë речи, делали еë более весëлой и интересной. В общем, у неë было неплохое чувство юмора. И по ходу общения с девушкой, Гаязов больше узнавал о ней: от еë любимого цвета до любимых трюков в гимнастике. Вообще он удивлялся и восхищался Верой: она профессионально занимается гимнастикой, намеренно связывая своë будущее с этой сферой, хорошо учиться, и при этом успевает читать книги и саморазвиваться. От одних мыслей об этом у Тимура закипела голова и он слегка потряс еë в разные стороны, будто вытесняя думки. Гаязов так увлëкся перепиской с Бирюковой, что не заметил, как пару секунд назад к комнате подошëл Ильяс, застыв в проëме дверей. Он облокотился о косяк, наблюдая за улыбкой брата. Постояв так ещë секунды три, старший стал приближаться к нему и громко вздохнул, чтобы парень его услышал. — что делаешь? — поинтересовался Ильяс, заметив, как младший резко развернулся. — а, да так... ничего, — держа телефон экраном вниз, расстерялся кареглазый. — вот, к экзаменам готовлюсь, — кивнув на открытый учебник, он вновь посмотрел на брата. — а общаешься с кем? — Ильяс перевёл взгляд на телефон, экран которого младший пытался скрыть. — да это по учëбе, — отмахнулся Тимур, делая выражение лица таким, будто там что-то неважное. — это вообще в 8 или даже в 7 классе проходят. В основном четыре камеры: правое, левое. И два желудочка, — прозвучал женский голос, и Ильяс, ожидая ответа, посмотрел на брата: у того будто огнëм пылали щëки. Тимур пытался выключить телефон, но голосовое уже было прослушано до конца, поэтому оно само отключилось, и Гаязов виновато поднял взгляд на старшего. — хочешь сказать, у тебя такая молодая учительница биологии? — усмехнулся Ильяс, прокручивая в голове женский голос, рассказывающий про какие-то камеры и желудочки, наверное, имея в виду камеры в сердце. Младший смущëнно посмотрел на своë рабочее место: учебник открыт на странице, где изображëн человек, а рядом подписи костей; тетрадь наполовину листа исписана, видны какие-то определения, которые парень специально выделил чëрной ручкой. Потом он снова поднял взгляд на брата: тот по-прежнему с ожиданием смотрел на Тимура. — Иль... — тихо начал младший. — там такое дело... — протянул он, оценивая брата: тот был готов его выслушать. И тогда Гаязов начал рассказывать о всей ситуации: начиная с того, что он общался с Верой, и заканчивая тем, кто такой Никита и какие у него планы. Старший слушал внимательно, не перебивал брата, а когда Тимур закончил, стал думать, как помочь ему и Бирюковой. — слушай... — начал Ильяс, заставив брата посмотреть на него. — я могу вам помочь. Я предупрежу старших, а тебе могу посоветовать быть рядом с Верой и не допускать одиночных встреч с этим Новиковым. — рассуждал Гаязов. — и будьте на связи. У вас на всякий случай должны быть заряжены телефоны, чтобы, если вдруг он начнëт угрожать или будет что-то подозрительное, вы могли включить диктофон или снять видео, — после этого он посмотрел на младшего: тот сосредоточенно задержал свой взгляд на полу и, услышав окончание речи, поднял голову, посмотрев в глаза брату. Потом слегка улыбнулся и подошëл ближе, протянув руку. Ильяс наблюдал за его действиями и, когда брюнет уже стоял рядом с вытянутой рукой, намекая на рукопожатие, старший лишь приблизился к нему и, расскрывая руки, обнял его. Тот усмехнулся — не надменно, скорее благодарно. — спасибо, бро, — улыбнулся младший, отпуская брата. — может, ещë с уроками поможешь? — усмехнулся парень: теперь уже с сарказмом. — без проблем, — вежливо, но при этом искренне улыбнулся Ильяс, подходя к рабочему столу. — эээ, — возмутился кареглазый, приближаясь к старшему. — я же пошутил! — а я нет, — кивнув головой на стул, улыбнулся Гаязов. По нему было видно, что он настроен серьёзно, поэтому Тимур сел за стол и придвинул к себе учебник, тяжёло вздохнув.