Глава 8. Подземелья Блэкторна: Зеркало, Метки и Прошлые Тени.

С тяжелым сердцем, но с кипящим любопытством, Гермиона и Снейп направились к подвалу. Старый особняк, казалось, дышал собственным, мрачным дыханием, и каждый скрип пола, каждый шорох ветра за окном добавлял атмосферы готического романа. Винки, все еще немного побледневшая после инцидента со статуэткой, жалобно попискивала, следуя за ними, но Гермиона успокоила ее, приказав оставаться на кухне. "Винки, милая, останься здесь и приготовь нам что-нибудь горячее, когда мы вернемся," – Гермиона постаралась придать своему голосу как можно больше уверенности, хотя внутренне чувствовала нарастающее напряжение. – "И, пожалуйста, будь очень осторожна." Эльфиня кивнула, исчезая в направлении кухни, а Гермиона и Снейп подошли к массивной деревянной двери, расположенной в самом конце служебного коридора. Дверь была старой, с почерневшими от времени железными петлями, и выглядела так, будто не открывалась десятилетиями. От нее веяло могильным холодом, и даже магический свет от палочки Гермионы казался тусклым и неуверенным. "Думаете, она просто так откроется?" – спросила Гермиона, оглядывая замок. Он был замысловатым, с несколькими магическими печатями, которые, казалось, светились слабым, едва уловимым синим светом. "Покойный Блэкторн не был идиотом, Грейнджер," – сухо заметил Снейп, доставая свою палочку. – "Или, по крайней мере, не в том, что касалось защиты его... сокровищ. Стойте подальше." Он направил свою палочку на замок, и произнес серию сложных, низких заклинаний. Символы на замке вспыхнули ярче, заискрились, а затем один за другим стали гаснуть. Раздался резкий щелчок, затем другой. Снейп отступил, и дверь, словно с неохотой, с душераздирающим скрипом, начала открываться, выпуская наружу поток холодного, затхлого воздуха. Из подвала пахнуло сыростью, пылью и чем-то еще... чем-то металлическим и острым, что Гермиона никак не могла идентифицировать. Это был запах старой магии, глубоко въевшейся в камни. "Вы первые, Грейнджер," – Снейп жестом указал на темноту. – "Вы же любите приключения, не так ли?" Гермиона фыркнула, но все же шагнула вперед. Она подняла палочку, произнося "Люмос Максима", и яркий свет залил верхнюю часть лестницы, ведущей вниз. Ступени были каменными, скользкими от влаги, и местами покрыты зеленоватым мхом. Они осторожно спустились, их шаги эхом отдавались от каменных стен. Подвал оказался гораздо больше, чем Гермиона могла себе представить, разделенный на несколько секций, каждая из которых была еще темнее предыдущей. Воздух здесь был тяжелым, насыщенным какой-то зловещей энергией. "Похоже на лабораторию," – прошептала Гермиона, когда они достигли первого большого помещения. Повсюду стояли столы, заставленные колбами, ретортами, мензурками, многие из которых были покрыты слоем пыли и высохших осадков. Некоторые колбы все еще содержали странные, мерцающие жидкости, а на стеллажах громоздились склянки с компонентами, многие из которых Гермиона никогда не видела. "Лабораторию? Скорее, пыточную," – сухо заметил Снейп, брезгливо рассматривая засохшие растения, свисающие с потолка, и несколько странных инструментов, напоминающих скальпели, лежащие на одном из столов. – "Ваш дядюшка, судя по всему, был не просто теоретиком." Их внимание привлекло мерцание в дальнем углу комнаты. Там, за занавесом из темной, выцветшей ткани, стояло то самое зеркало. Гермиона почувствовала, как по ее спине пробегает холодок. Оно было огромным, от пола до потолка, в тяжелой, витиеватой бронзовой раме, украшенной символами, которые Гермиона узнала из Liber Sanguinis et Spiritus. Но самым поразительным было то, что Винки сказала: оно не показывало отражений. Когда они подошли ближе, Гермиона увидела, что это правда. Вместо их собственных лиц и окружающей комнаты, в глубине зеркальной поверхности, словно сквозь туман, просматривались лишь смутные, едва различимые тени, похожие на танцующие языки пламени. Воздух вокруг зеркала был значительно холоднее, чем в остальной части подвала, и Гермиона чувствовала, как по ее телу пробегают мурашки. "Оно... оно действительно не отражает," – прошептала она, протягивая руку, но останавливаясь, не дотронувшись до поверхности. "Это не обычное зеркало, Грейнджер," – голос Снейпа стал серьезным, лишенным обычной иронии. Он внимательно изучал раму. – "Это Зеркало Душ. Оно используется в ритуалах призыва и обмена, чтобы связать или перенаправить сущность. Такие вещи невероятно редки и ужасно опасны." "Обмена... душ?" – Гермиона почувствовала, как ее желудок сжимается. Это звучало еще страшнее, чем некромантия. "Именно," – кивнул Снейп, его палец осторожно скользнул по одному из символов на раме. – "Судя по всему, ваш дядюшка пытался что-то... вернуть. Или кого-то." В этот момент Гермиона заметила нечто еще. На полу перед зеркалом была вырезана сложная, почти стершаяся пентаграмма, а в центре ее – небольшое, круглое углубление. Похоже, здесь когда-то стоял какой-то предмет. "Профессор, посмотрите," – она указала на углубление. – "Здесь что-то было. Может быть, 'ключ', о котором говорила Винки?" Снейп опустился на колени, внимательно изучая углубление. "Возможно. Или предмет, необходимый для завершения ритуала. Ключ к 'старой силе', как она выразилась." Внезапно взгляд Снейпа остановился на чем-то, выгравированном на внутренней стороне рамы зеркала. Он прищурился, затем его глаза расширились. "Что-то не так?" – спросила Гермиона, чувствуя, как ее сердце начинает стучать быстрее. "Грейнджер, посмотрите на это," – Снейп указал на небольшую, едва заметную гравировку. Это был герб, который Гермиона с трудом узнала – фамильный герб Поттеров. Но рядом с ним, словно вплетенная в тот же узор, была другая, не менее шокирующая деталь – метка, напоминающая шрам Гарри Поттера, вырезанная рядом с символом, который Гермиона узнала из книги как символ жизненной энергии. "Невозможно," – выдохнула Гермиона, отступая на шаг. – "Элайджа... он не мог быть связан с Поттерами." "Похоже, он был, Грейнджер. Или, по крайней мере, крайне ими интересовался," – в голосе Снейпа звучала мрачная констатация. – "И этот символ жизненной энергии... он не к добру. Боюсь, ваш дядюшка был одержим не просто возвращением, но и, возможно, перераспределением жизненной силы. А если учесть, что это зеркало связано с душами..." Снейп поднялся, его взгляд был тяжелым и наполненным древней, почти невыносимой болью. Он смотрел на метку, словно она была каким-то личным оскорблением. Гермиона вдруг почувствовала, как эта тайна касается его лично, гораздо сильнее, чем она могла себе представить. "Что-то здесь не сходится," – прошептал Снейп, его голос был низким и задумчивым. – "Элайджа Блэкторн исчез незадолго до окончания войны. Его смерть была объявлена естественной, но никаких следов тела или явных свидетельств смерти не было. А если он был связан с Поттерами... и с этой книгой..." Он умолк, погрузившись в собственные мысли. Гермиона чувствовала, как весь ее мир переворачивается. Наследство, странный культ, зеркало, некромантия, и теперь... Поттеры. Это было слишком много, слишком быстро. "Что нам делать?" – спросила Гермиона, ее голос дрожал. Снейп повернулся к ней. В его глазах читалась смесь отчаяния и решимости. Он сделал шаг к ней, его рука осторожно коснулась ее плеча. "Мы найдем ответы, Грейнджер," – твердо произнес он. Его прикосновение было неожиданно сильным, но в то же время успокаивающим. – "И мы не позволим этому злу вырваться наружу. Но вы должны понять," – его глаза встретились с ее, и в них Гермиона увидела глубину, которую прежде никогда не замечала, – "мы в этом вместе. И это может быть очень, очень опасно." Гермиона кивнула, чувствуя, как по телу пробегает тепло от его прикосновения. Опасность была реальной, но странным образом, рядом со Снейпом, она чувствовала себя более защищенной, чем когда-либо. И что-то внутри нее говорило, что это опасное приключение только начинается.