Эхо Унижения: Побег в Никуда.

Пусть лучше смерть, чем снова этот кошмар унижения! Скорее умру, чем стану молить кого то о пощаде. Выжечь бы каленым железом из памяти наглую ухмылку Пола Лейхота, в которого, по иронии судьбы, она умудрилась поверить! Доверилась, как последняя дура, а получила… правильно, пинок под зад и предательский нож в спину! "Рейчел? Да мы с ней расстались!" – пел соловьем Пол. А теперь что? Снова воркуют, как голубки? Оригинально! Вот она, сидит на той же скамейке, как тогда, когда этот гад притащил ее сюда, в эту богом забытую резервацию. Да чтоб его черти драли, опять он в мыслях! Не помешала бы сейчас бутылочка ледяного пива, чтобы хоть как-то утопить это вселенское одиночество. Легкий шорох из леса заставил ее замереть. Не то чтобы страх… скорее, любопытство. Интересно, кто сегодня решил сыграть в палача? Из чащи вышла Ли Клируотер. Вот уж кого она точно не ожидала увидеть посреди ночи! — Ты чего тут шляешься? Здесь опасно! – прошипела Ли, метая молнии. Маргарет опустила голову, пряча бурю эмоций. — Решила проветриться, – пробормотала она. Ли хмыкнула и плюхнулась рядом. — Лейхот опять воняет? Ли, как всегда, читает мысли. Маргарет промолчала, запирая все свои переживания на замок. — Да он просто кусок дерьма. — Иди в дом. Меган почувствовала, как её сердце замерло в груди, словно ледяной осколок, пронзивший плоть. Слова Лии висели в воздухе, как тяжелый туман, затягивающий всё вокруг в свою бездну. Она сжала кулаки, ногти впились в ладони, оставляя следы, которые, казалось, кричали о её боли. — Не пойду я к нему, ясно! — вырвалось из её губ, словно последний выстрел в безнадёжной битве. Лия стояла неподвижно, её лицо — каменная маска, не выдающая ни единой эмоции. Тьма вокруг них была живой, она обволакивала Меган, шептала что-то на ухо, что-то древнее и страшное. — Успокойся и иди в дом, — повторила Лия, её голос звучал, как холодный металл, режущий кожу. Меган сглотнула комок, подступивший к горлу. Дом… Это слово теперь звучало, как проклятие. Внутри него был Лэйхот, её личная тюрьма, её проклятый хранитель. Он опустил её так низко, что, казалось, земля сама отвернулась от неё. — Ниже плинтуса, Ли, — прошептала она, голос дрожал, как лист на ветру. Клируотер стояла в тени, её глаза — два уголька, горящих в кромешной тьме. Она не вмешивалась, её задача была проста — защищать. Ни больше, ни меньше. Но даже она почувствовала напряжение, витающее в воздухе, как грозовая туча перед ливнем. Меган сделала шаг назад, её тело напряглось, как струна, готовая порваться. — Я не вернусь к нему, — выдохнула она, словно последнюю надежду. Лия наконец сдвинулась с места, её движения были плавными, как у хищника, готовящегося к прыжку. — Ты не понимаешь, что происходит. Иди в дом, — её голос был мягче, но в нем всё ещё слышалась сталь. Почувствовала, как её ноги дрожат, но она не сдавалась. — Я не могу… — её шёпот был похож на крик души, разрывающийся на части. Клируотер наконец прервала молчание, её голос звучал, как лезвие, режущее тишину. "Решай сама. Но помни, что дом — это не всегда тюрьма. Иногда это начало новой игры." Она взглянула на неё, в её глазах плясали искры страха и отчаяния… Маргарет вошла в дом, и тишина обрушилась на нее, словно колокол, оглушая каждый нерв. Пол сидел за столом, неподвижный, как изваяние скорби, подперев голову руками – в позе, словно высеченной из вечного отчаяния. — И снова я, — усмехнулась Маргарет, в ее голосе не было искры, лишь выжженная пустошь. Улыбка не тронула губ, лишь дрогнула тенью обреченности. Пол поднял глаза, но взгляд его скользнул мимо, словно она – всего лишь призрак, а раковина – магнит, притягивающий его внимание сильнее, чем живая женщина. Ей почудилось, что в глубине его зрачков плещется ненависть – холодная, как зимняя река. — Забудь Лэйхот, все в порядке, — прозвучало фальшиво, словно сломанная пластинка. "Нихрена не в порядке", – кричал каждый атом в ее теле. — Точно? Всё норм? — его голова повернулась на мгновение, но лицо исказила гримаса раздражения, словно она разбудила его от кошмара. — Клёво! — выпалила она, словно бросила кость голодному зверю. "Клёво", – щит, за которым она прятала зияющую рану, чтобы он не увидел, как ей "хуево". Тишина сгустилась, превратившись в осязаемую материю, давящую на плечи, словно надгробная плита. Маргарет чувствовала, как эта тишина разъедает ее изнутри, словно кислота, обнажая все трещины и изъяны ее души. Она вдруг осознала, что ее голос, ее слова, как монеты, брошенные в колодец без дна – бессмысленны и потеряны. Пол снова ушел в себя, в свою скорбь, как улитка в раковину. Он был непроницаем, словно замурованный в каменной гробнице. Маргарет чувствовала, как между ними растет стена, сложенная из недосказанности, лжи и боли. Эта стена становилась все выше и толще, грозя похоронить их обоих под обломками разрушенных надежд. "Клёво", – эхо этого слова, как ледяной ветер, пронеслось по комнате, замораживая последние остатки тепла. Маргарет почувствовала, как ее сердце сжалось в маленький, окаменевший комок, лишенный всякой надежды на исцеление. Она вдруг осознала, что "клёво" – это ее персональный ад, тщательно выстроенный из лжи и самообмана. Она подошла к окну, глядя на угасающий закат, на небо, окрашенное в багровые тона, словно в преддверии апокалипсиса. В ее глазах отражались отблески этого заката, словно маленькие угольки тлеющей обиды. "И что дальше?" – пронеслось в ее голове. "Что дальше, когда "клёво" – это всего лишь маска, скрывающая бездну отчаяния?" — Лэйхот! — слово, словно удар колокола, обрушилось на звенящую тишину. Кажется, даже мощная фигура парня невольно вздрогнула от неожиданности. — Что, Мэ… Маргарет? Она позволила себе короткий смешок, пытаясь смягчить напряженность момента. — Мы ведь можем просто… общаться? — слова дались с неимоверным трудом, но словно тяжелый груз, сами собой вырвались наружу. Маргарет лишь знала одно: он оказывал на нее целебное воздействие. Как именно? Она не понимала, но ей становилось значительно лучше. Именно это ей и нужно было сейчас – вернуться к нормальной жизни. А для этого ей был нужен Лэйхот. — Серьезно, блять? Да ты просто ебанутая. — Пол, не знаю, как это прозвучит, но ты мне морально… помогаешь, — даже на его резкость она ответила сдержанно, лишь потупив взор. Она совсем перестала узнавать себя, совершенно. — Рэйчел – профессиональный психолог, а ты обращаешься ко мне? — Он не понимал, и это непонимание выводило его из себя. — Рэйчел, безусловно, профессионал, — тихо произнесла Маргарет, поднимая взгляд. — Но с тобой… всё иначе. Я не могу это объяснить. Это не консультация, не терапия. Это… просто общение. Твоё присутствие, твои слова, даже твоя резкость… они возвращают меня к реальности. С тобой я жива, Пол. Пол нахмурился, не отводя взгляда. Он чувствовал, как внутри нарастает раздражение. Он не понимал, что от него хотят, и это бесило. Он не психолог, не целитель, а обычный парень, пытающийся разобраться в собственной жизни. И тут появляется она, с её странными просьбами и нелогичными объяснениями. — Ты говоришь загадками, Маргарет, — процедил он сквозь зубы. — Я не понимаю, что ты от меня ждёшь. Просто трепаться ни о чём? Или ты хочешь, чтобы я играл роль твоего личного антидепрессанта? — Я не прошу тебя играть роль, Пол, — ответила Маргарет, стараясь сохранять спокойствие. — Я прошу тебя быть собой. Просто быть рядом. Разговаривать со мной. Не молчать. Это всё, что мне нужно. Пол молчал, сверля её взглядом. Он не понимал, но что-то в её глазах, какая-то уязвимость, заставили его отступить. Он вздохнул и отвернулся, глядя вдаль. Тишина повисла в воздухе, словно тяжёлый занавес, скрывающий невысказанные мысли и чувства. Пол чувствовал, как Маргарет смотрит на него, ожидая ответа, но слова застревали в горле. Он не привык быть поддержкой для кого-то, скорее, наоборот, всегда полагался только на себя. Эта внезапная роль, возложенная на него, казалась непосильной ношей. — Хорошо, — наконец произнёс Пол, не поворачиваясь. — Я попробую. Но не жди от меня чудес, Маргарет. Я не волшебник и не знаю, как облегчить твою боль. Маргарет слабо улыбнулась, услышав его слова. Это было больше, чем она ожидала. Она понимала, что Пол не обязан ей ничем, и его согласие, пусть и с оговорками, было проявлением доброты и сочувствия. — Спасибо, Пол, — прошептала она. — Этого достаточно. После этих слов наступила неловкая пауза. Пол по-прежнему смотрел вдаль, погружённый в свои мысли, а Маргарет наблюдала за ним, стараясь угадать, что происходит в его душе. Она чувствовала, что за его резкими словами и нежеланием открываться скрывается глубокая рана, и ей хотелось помочь ему так же, как он помогал ей. Но она не знала, с чего начать и как найти подход к этому загадочному человеку. Пол вздохнул, ощущая на себе пристальный взгляд Маргарет. Он понимал, что его согласие помочь открыло дверь к некой близости, к которой он не был готов. Его прошлая жизнь научила его держать эмоции под контролем, возводить стены вокруг сердца, чтобы избежать боли и разочарований. Но сейчас, смотря на Маргарет, он видел отражение собственной уязвимости, и это заставляло его чувствовать себя некомфортно. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — спросил Пол, стараясь придать своему голосу оттенок безразличия. — Говори, что у тебя на душе. Я выслушаю. Маргарет немного помолчала, собираясь с мыслями. Она понимала, что разговор с Полом будет непростым, но она чувствовала, что это необходимо. Она нуждалась в поддержке, в человеке, который просто выслушает и поймёт её. — Мне просто нужно, чтобы ты был рядом, — тихо произнесла Маргарет. — Чтобы ты не давал мне утонуть в отчаянии. Чтобы напоминал мне о том, что жизнь продолжается, даже когда кажется, что всё потеряно. Пол кивнул, не отрывая взгляда от горизонта. Он не обещал ничего, но в его глазах мелькнула искра понимания. Возможно, он и сам нуждался в ком-то, кто напомнит ему о том же самом. — Но к Рэйчел ты всё равно будешь ходить. Это не обсуждается, — Пол выдвинул своё условие, и белокурая Маргарет лишь хмыкнула в ответ. Сейчас и не требовалось слов. — Объясни, что означает твоя татуировка? У всех твоих друзей они одинаковые, — Маргарет изучала узор на его плече — круг, заполненный множеством переплетающихся линий. Что он символизирует, оставалось для неё загадкой. — Это древняя легенда квилетов, предание нашего племени… — Что-то вроде старинной страшилки? — усмехнулась она, заваривая себе чай. Пол приподнял уголки губ, сдержав смех. Внутренняя боль обожгла словно удар под дых. Знала бы Маргарет, кто он на самом деле, какой зверь таится внутри, не сидела бы сейчас рядом так спокойно. Уродство. — Если тебе интересно, прочитай книгу. У Беллы, твоей подруги, она наверняка есть, — произнес Пол, больше чтобы продлить разговор, чем утонуть в тишине гнетущих мыслей. — Она мне не подруга, — лицо Маргарет скривилось. Изабелла Свон не была частью её круга общения. — Хуйня, вы же вместе тусуетесь, — возразил он. — Пол, она подруга моей сестры, но не моя. Это разные вещи. — Женщины, — закатил он глаза, получив лёгкий пинок от Маргарет. Она рассмеялась и подняла руки в примирительном жесте.

***

Как жить, когда над тобой навис дамоклов меч кровососущего кошмара? Маргарет шла, словно по минному полю, вцепившись в лямку портфеля, как утопающий за соломинку. Пеший марш до школы казался ей дорогой в ад, особенно после исчезновения Беллы – словно солнце украли из вечно серого Форкса! Визг мобильника заставил её подпрыгнуть, как ужаленную. Каждый шорох казался предвестником неминуемой гибели. А это проклятое сообщение от Лейхота: "После школы – в беседку! Бегом!". Ага, как же! Бежать от школы до резервации – это как марафон по пересечённой местности в ластах. Всё же ответила. Сестрёнка. — Алло, Марго, я знаю, что ты меня слышишь, — прошипела Кэтрин, будто змея в кустах, в голосе – смесь обиды и грусти. — Ну, раскусила, Шерлок Холмс в юбке. В трубке повисла пауза, нарушаемая подозрительным кряхтением. Маргарет отдернула телефон от уха, будто он заминирован. — Знаешь, а я тут с одним красавчиком познакомилась, — протянула Кэтрин, явно накручивая белокурые локоны на палец, как это обычно делала. Маргарет это чувствовала даже через километры — Кэтрин, если ты позвонила только ради этого… Спешу тебя огорчить, я иду в гребаную школу, и нервы у меня на пределе! — Туча, ну чего ты злишься? — Это бесячее прозвище! Маргарет ненавидела, когда её так называли. С детства, как прицепилось… — Отстань. Палец уже судорожно сжимал кнопку сброса, когда голос Кэтрин, приглушенный и будто крадущийся, словно она опасалась вездесущих шпионов, прошелестел в трубке: — Маргарет, у меня к тебе просьба… приготовься удивиться! Минута, казалось, растянулась в вечность, прежде чем сестра выдала: — Родители… они хотят рвануть в Мексику. Навсегда. К родственникам, понимаешь? Солнце, текила, сомбреро… И тут телефон выскользнул из побелевшей руки Маргарет, словно преданный щенок. Рухнул. Как и ее мир. В Мексику?! Что за спонтанный побег в страну вечного лета? — Маргарет! Ты вообще здесь? — голос сестры пробивался сквозь треск помех, но в ушах Маргарет звучал лишь оглушительный белый шум. — Они просили меня тебе не говорить… и я тебя умоляю, не устраивай апокалипсис! В субботу они заезжают за вещами… и тобой, разумеется. Всё будет просто чики-пуки! Поживем у тетушки Форс, пока не найдем себе гасиенду с кактусами. Внутри образовалась какая-то пугающая пустота, словно кто-то выдернул штепсель из розетки ее жизни. Еще пять минут назад она мечтала сбежать из этого захолустья, а теперь… Как она может бросить все, что ей дорого? Этот дом, пропахший воспоминаниями с самого ее рождения? Даже эту чертову, но до боли родную школу?! Эрика, Джессика, Майк, Анджела, да что там, даже эту вечно кислую Беллу Свон! Она не может. Не хочет бросать. А Лэйхот? Без него вся эта затея с жизнью летит к чертям собачьим! Курс резко изменился. Вместо школы – бешеная гонка к беседке. Маргарет не шла, а неслась, словно подбитая птица, ищущая спасения. И она знала, где его найти. Там. В резервации. Там ее ждет… хоть что-то определенное. Пятница! День, когда обычно танцуешь от счастья, но не сегодня. Завтра – приезд родителей. Не просто визит вежливости, а с вещами, с конкретной целью – забрать её. Забрать Маргарет! И все её труды пошли крахом, она только улучшила моральное состояние, с помощью Пола. Переезд? Да она скорее на Луну пешком! Только-только влилась в тусовку, только-только почувствовала вкус свободы… А тут – бац! – «Гарет, пора домой». Гарет! Да её передёргивает от этого слащавого прозвища. Дорога до резервации тянулась мучительно долго, каждая минута – как удар под дых. Словно время решило сыграть против неё, назло Меган. В беседке, к удивлению, было людно. Эмили колдовала над омлетом, с овощами – объедение! Аромат щекотал ноздри, проникая в самое сердце. — Привет, будешь? — Эмили одарила её заботливым взглядом. — Я первый попросил! — возмутился Эмбри, скрестив руки на груди. Но стоило Маргарет взглянуть на него, как он тут же подмигнул своей фирменной, обезоруживающе милой улыбкой. Ничего общего с хищным оскалом Лэхота. — Даму пропускай вперёд! Меган усмехнулась, присаживаясь рядом. — Спасибо, я не голодна. — Она благодарно кивнула в сторону тарелки, которую тут же подхватил проголодавшийся Эмбри. — А где остальные? Янг, как всегда, увлечённо пекла свои знаменитые кексы с черникой. — Сей..час бу..дут, — пробурчал Колл с набитым ртом. Меган улыбнулась. Обаятельный хомяк! — Приятного аппетита! — Колл лишь кивнул в ответ. Через пару минут подтянулись и остальные, привлечённые запахом Эмилиной выпечки. За столом царила атмосфера домашнего тепла, семейной идиллии. Меган наблюдала за их забавными перепалками, простыми спорами, за этой искренней простотой. — Ты чего не в школе? — тихонько спросил Атеара, словно делился секретом. — Квил, подай соль! — Лэхот резко стукнул по столу, выплеснув раздражение на ни в чём не повинного парня. — Мудак, — прошипел он чуть тише. — Пол, зачем тебе соль к кексам? — Джаред прикрыл рот ладонью, давясь от смеха. За столом разразился хохот. Один лишь Лэхот отвернулся, готовый взорваться. — А я люблю кекс с солью, — выпалила Меган, хоть это и звучало абсурдно. — Это как солёная карамель! — В глазах Пола читалось: «Ты идиотка, но спасибо». Воцарилась тишина. Эмбри посмеялся, тут же изобразив, что поперхнулся. На лице Джареда застыла ехидная усмешка – как у злодеев в кино. — Верно, — хмыкнул Кэмерон, вертя в руках кекс, словно рассматривал его под микроскопом. — У ебанутых должен быть свой вкус. Меган открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Квил опустил голову, Эмбри потерял улыбку.Взгляд скользнул по Лэхоту – тот был спокоен, даже равнодушен. Просто похуй. И самое страшное – почему они так смотрят? Они ведь не знают про… — Давно хотел спросить: классно прыгать со скалы? — Кэмерон хлопнул в ладоши, его взгляд сочился ядом. — Джаред, хватит, — Эмбри дотронулся до его плеча, но тут же получил гневный взгляд и отдёрнул руку. Меган не понимала, за что Кэмерон так её ненавидит. Пол барабанил пальцами по столу, на лице – каменная маска. Он видел, как Меган, словно загнанный зверёк, ищет у него защиты. И что он сделал? Просто отвернулся. Квилет знал, Джаред специально пытается его спровоцировать, вытащить на поверхность тайну. Недавно Пол признался Сэму, что любит Рэйчел и будет с ней до конца. Сэм разочарованно вздохнул и заявил, что если Лэйхот хоть раз проявит нежность к Меган, он проиграет. Джаред ликовал, но дело было не только в пари. Пол не рассказывает ему ничего о Меган, а ему так хочется знать, почему же она спрыгнула со скалы. — Я пойду, Эмили, мне пора… — Подсказать, какой утёс лучше? — едкая усмешка Джареда, но никто, кроме него, не засмеялся. Теперь Маргарет не уходила из беседки – она бежала, словно преследуемая тенями собственных разочарований, спиной ощущая леденящее дыхание невысказанного. Слезы, горькие, как полынь, обжигали щеки, словно раскаленные угольки, рассыпаясь искрами на потемневшей траве. Она не оглядывалась, боясь увидеть за собой призраки надежд, разбившихся о скалы суровой реальности, ведь, как сказал Шекспир: "Ад пуст, и все черти здесь". И в этот момент, в этом бегстве от себя, Маргарет чувствовала себя самым настоящим адом.