Птица с Подрезанными Крыльями: История Одной Души

Утро нехотя вползло в комнату, развеивая обманчивую надежду, что вчерашний кошмар был лишь сном. Телефон надрывался от звонков и сообщений, настойчиво требуя внимания семьи. Собравшись с духом, она решилась ответить на один из них. Кэтрин. — Привет, сестрёнка, — в голосе Маргарет слышались натянутые нотки дружелюбия, отчаянная попытка скрыть вину за необдуманный переезд, за решение, принятое втайне от всех. — Маргарет, я тебя убью, — прошипела Кэтрин, но, услышав в ответ нежное: — Я тебя тоже люблю, — и воздушный поцелуй, замолчала, обезоруженная. — Откуда столько радости? Не помню тебя такой счастливой последние два года, — Кэтрин, наверняка, с прищуром смотрела на трубку, скрестив руки на груди. Маргарет чувствовала это, даже не видя. — У меня, Кэт, начинается новая жизнь… светлая полоса. — И что же это за светлая полоса такая? — саркастически хмыкнула Кэтрин. — Я начинаю жить, — и в трубке воцарилась тишина, прерванная короткими гудками отбоя. Маргарет не понимала, что заставило сестру бросить трубку, но в душе зародилась обида, хоть и не такая сильная, как ожидалось. Весенние каникулы дарили долгожданное ощущение свободы и безмятежности. Новый рассвет знаменовал начало новой жизни, жизни без кошмаров прошлого, без насилия. Как и было обещано, сегодня она собиралась навестить Пола в резервации, а потом они вместе… Куда? Он хранил молчание, окутывая их планы завесой тайны. Наверняка, это будет еще одна авантюра, которая затронет самые тонкие струны ее души, подобно тому, как это делал сам Лэйхот. Что-то необъяснимо тянуло его к ней, она чувствовала это, но не могла понять природу этого влечения. Может, притяжение неизведанного? Или влечение противоположностей? Дорога казалась бесконечной, но неожиданный визит прервал ее размышления. Изабелла Свон, робко стоя у порога дома, приветливо махала рукой. Слишком радостная для девушки, которую бросили. Кстати, об этом… От Джессики Стэнли Маргарет и узнала, что Каллен бросил Беллу, причины оставались туманными, да и сам Эдвард словно испарился. Зато теперь рядом с Изабеллой все чаще можно было увидеть Джейкоба, парня из резервации. Белла терпеть не могла, когда ее называли полным именем. Маргарет и не произносила его вслух, предпочитая мысленно поминать. — Свон, жива? — горькая усмешка сорвалась с губ, и Маргарет тут же почувствовала укол вины, заметив, как улыбка покинула лицо Беллы, оставив лишь тень. — Прости, — прошептала она, прикусив язык. Белла кивнула, отмахнувшись. — Забей. Ты сейчас в резервацию? — Свон неловко переминалась с ноги на ногу. Маргарет кивнула, не понимая, чего от нее хотят. — Я как раз туда еду, хочу навестить Джейкоба, он в последнее время неважно себя чувствует. Могу тебя подбросить? — скорее молила, чем спрашивала Белла. Маргарет не видела причин отказываться, это было лучше, чем добираться пешком. Белла завела старенький пикап, не с первого раза, но мотор наконец взревел, и они тронулись в путь. Она то и дело сжимала и разжимала ручку руля, выдавая свое волнение. — Майк устраивает вечеринку в честь дня рождения. Звал нас… — Белла закусила губу, не отрывая взгляда от дороги. — Пойдешь? Маргарет закатила глаза, и Белла поникла. — Это было самое нелепое приглашение? — Хуже в жизни не слышала, — ответила Маргарет, невольно рассмеявшись. Белла подхватила ее смех. — Так что, пойдешь? — А когда? — спросила Маргарет, не столько из интереса, сколько чтобы Свон не сгорела от стыда. — Послезавтра. Стыдно не знать, когда у друга день рождения, Гарет, — и Маргарет сморщила нос от этого прозвища. Белла ликовала, на ее губах заиграла усмешка. — Я подумаю. — Когда ты стала такой… жизнерадостной? — С этого дня, Свон, с этого дня. И машина остановилась. Резервация встретила их запахом сосновой хвои и дыма костра, словно заправский индеец, предлагающий трубку мира. Белла пулей выскочила из машины, будто ее ждал сам Леонардо ДиКаприо, а Маргарет осталась сидеть, наслаждаясь моментом свободы от этих странных девиц. В конце концов, она тоже вылезла, разминая затекшие ноги, и огляделась. Место было… колоритным. Полуразвалившиеся домишки, развевающиеся на ветру покрышки вместо качелей, и стая галдящих детишек, гоняющих по двору облезлый мяч. Идиллия, да и только! Не успела она сделать и пары шагов, как из одного из домов выскочил Джейкоб, его фирменная улыбка сияла ярче солнца. Он подхватил Беллу на руки, закружив в вихре восторга. Маргарет чуть не подавилась от приторности момента. "Ну и сахар", - подумала она, закатывая глаза. Джейкоб опустил Беллу на землю, заметив Маргарет, и его улыбка стала еще шире. — Гарет! Какими судьбами? — проревел он, заключая ее в медвежьи объятия. — Решила составить тебе компанию, великий волк, — ответила Маргарет, чувствуя, как ее ребра хрустят под его напором. Весь вечер прошел в беседах у костра, под аккомпанемент гитарных переборов и завываний ветра. Белла и Джейкоб ворковали, как голубки, Маргарет же отчаянно пыталась не заснуть, слушая бесконечные истории про духов предков и древние легенды. К ночи, когда ее мозг уже отказывался воспринимать информацию, появился Пол. Он выглядел… волнующе. Его темные глаза горели каким-то неземным огнем, а губы тронула едва заметная улыбка. — Пора ехать, — сказал он, протягивая ей руку. Маргарет, не раздумывая, вложила свою ладонь в его. Куда бы он ее ни повел, она была готова. Ведь в этом и заключалась настоящая жизнь – в спонтанности, в приключениях, в возможности сбежать от надоевшей реальности в мир, полный тайн и загадок. И пусть все катится к чертям, пока она с Полом! Едва ощутимое прикосновение его руки обожгло ее, словно искра от костра. Маргарет забыла про сонных духов и древние легенды. Пол повел ее сквозь заросли кустарника, мимо галдящих детишек, заставив покрышки-качели жалобно скрипеть. — Куда мы? — прошептала она, но ветер унес ее слова, словно осенний лист. Пол лишь загадочно улыбнулся, усиливая хватку. Вскоре они вышли к старому пикапу, припаркованному в тени деревьев. Машина выглядела так, будто пережила не одну войну, но в этом и был ее шарм. — Залезай, красотка, — подмигнул Пол, и Маргарет, повинуясь неведомому порыву, запрыгнула в кабину. Мотор взревел, словно раненый зверь, и пикап, подпрыгивая на кочках, помчался прочь от резервации, в ночь. Ветер трепал ее волосы, в лицо летели искры ночных огней. Маргарет чувствовала себя живой, настоящей, свободной. Рядом с ней сидел таинственный волк с горящими глазами, и она была готова следовать за ним хоть на край света. "И пусть весь мир подождет!" - подумала она, счастливо улыбаясь. Внезапно пикап резко затормозил. Пол выключил мотор, и тишину ночи разорвал лишь стрекот цикад. — Мы приехали, — произнес он, открывая дверцу. Маргарет выглянула наружу и ахнула. Перед ней раскинулся бескрайний океан, а над головой сияло бесчисленное множество звезд. — Зачем ты привез меня сюда… — прошептала Маргарет, словно боясь разбудить похороненные воспоминания. Прошлое тяготило ее, словно камень на сердце, не давая дышать полной грудью. — Мы здесь, чтобы научиться не бежать от боли, а принять ее, сделать частью себя, частью нашей силы. Ну же, Маргарет, давай попробуем, — Пол смотрел на нее с такой нежностью и такой всепоглощающей надеждой, что в его глазах можно было утонуть. — Ну, что, Маргарет, готова к приключениям? —спросил Пол, протягивая ей руку. Сердце Маргарет забилось в бешеном ритме, отзываясь эхом в оглушающей тишине ночи. Она вложила свою ладонь в его сильную, теплую руку, ощущая, как по венам разливается волна электричества. В его глазах плескалось отражение звезд, и в этот момент ей показалось, что она видит всю вселенную, заключенную в его взгляде. Все страхи, все сомнения, все оковы прошлой жизни рассыпались в прах перед этим неукротимым порывом. Они шли по мягкому песку, навстречу шумящим волнам. Каждый шаг отдавался гулом в ее душе, словно отрывая ее от земли и вознося к небесам. Пол молчал, и это молчание было наполнено такой глубиной, что слова казались бы лишь жалкой попыткой выразить то, что они оба чувствовали. Она чувствовала его близость, его силу, его безграничную веру в нее. Волны ласково лизали ее босые ноги, унося с собой последние следы прошлого. Она стояла, завороженная, глядя на бескрайний горизонт, где небо сливалось с океаном в единое целое. И в этот момент она поняла, что такое истинная свобода – это не просто отсутствие границ, это возможность быть собой, настоящей, рядом с тем, кто видит тебя насквозь и принимает такой, какая ты есть. — Да, Пол, готова, —прошептала она, и ее голос утонул в шуме прибоя. Но он услышал. Он всегда слышал ее. Он обнял ее крепко, прижимая к себе так, словно боялся отпустить. И в этом объятии она почувствовала себя в безопасности, как дома. Это было только начало их истории, истории, написанной звездами и морским ветром. Он научит её не бояться, словно за руку проведёт по краю бездны. А она научит его быть ближе, как маяк, укажет путь к тихой гавани сердца. Но возможно ли это, когда каждый вдох – лотерея, а будущее – зыбкий песок, готовый рассыпаться в любую секунду? В беседке, где эхо смеха и тайн сплеталось в густой гобелен, сегодня Маргарет предстояло войти, облачённой в броню знания о квилетах. О тех парнях, чья истинная сущность – дикий зверь, скрытый под маской человечности. Разве мог Квил быть огромной волчарой? Обида, словно заноза, терзала её грудь, направленная на всех, кто сейчас сидел здесь. Возможно, они и не обязаны ей ничем, и в их глазах она казалась эгоисткой, но тогда боль была настолько острой, что казалась невыносимой. Сегодня, входя сюда, она молилась, чтобы Кэмерон не начал свою безжалостную пытку разума, не стал давить на кровоточащие раны прошлого. Кстати, о ранах… В вихре событий белокурая девушка совсем забыла о Рэйчел, которая ждала их второго сеанса, как путник жаждет воды в пустыне. Желание увидеться с ней не возникало, особенно учитывая её связь с Полом. Почему-то эта мысль вызывала смутное раздражение, словно укол совести, но какой ценой? — Мэгги, привет! Я думала, ты ещё не скоро здесь появишься, — Эмили Янг подбежала к порогу беседки и обняла девушку с теплотой и душевностью, окутала её в кокон заботы. — Аналогично, — хмыкнула Маргарет, пряча руки в карманы джинсов. Лейхот, словно призрак, уселся за стол, делая вид, что её не существует, хотя они и пришли вместе. Что это за эмоциональные качели, за игра в прятки? Парни обменялись молчаливыми взглядами, пока в тихую гавань беседки не вошли Сэм и Джаред. На последнем взгляд белокурой задержался. Неужели он не чувствовал потребности извиниться? Хотя бы попытаться? Пол, повинуясь невидимому сигналу Сэма, резко встал из-за стола и вышел на улицу, беглец, спасающийся от настигающего его прошлого. Адли лишь усмехнулся и кивнул Маргарет в знак приветствия, словно признавая её присутствие. — Я Сэм, вожак стаи, — пояснил он, предоставляя ее новому миру. Маргарет вяло кивнула, машинально жуя огурец. Сейчас ей было не до формальностей, её мучило любопытство: что вызвало такую бурную реакцию у Пола? Ещё недавно всё было хорошо, а теперь он в ярости лупил кору дерева костяшками пальцев, как будто пытаясь выбить из него ответы. Забавно. — Маргаритаа, — протянул Джаред, усаживаясь за круглый стол, как дразнящий демон. Меган резко повернулась, одаривая его взглядом, в котором бушевала адская смесь. Это же вообще два разных имени! — Извини, Джарек, я Маргарет. Маргарет, — она нарочно исказила его имя и повторила своё несколько раз, желая , чтобы он выгравировал его в своей памяти. При этом она ткнула его огурцом, словно оружием правды. Джаред уже был готов изрыгнуть пламя, но рука Сэма, поднятая в знак протеста, заставила его замолчать. — Как дети, — проворчал Адли и направился к плите, где его любимая Эмили Янг колдовала над кулинарными шедеврами. Он одарил её нежным поцелуем, полным любви и тепла, от которого Меган стеснительно отвернулась, стараясь не нарушать интимность момента. Беседка наполнилась весёлым гоготом Эмбри, который вновь делился нелепыми историями из своей жизни. Квил подхватил его энтузиазм, но его глаза, словно зеркала души, украдкой просили прощения у Маргарет. Пол так и не вернулся, и оставалось неясным, что им двигало, когда он бросил её здесь, на растерзание волкам, словно Красную Шапочку. — Скажи, Маргарита, почему ты решила подохнуть? — Джаред вновь исказил её имя, и в беседке воцарилась тишина. Его любопытство, как ядовитый цветок, поразило девушку. — Кэмерон, сбавь обороты, — Колл выразил своё мнение, бросив на Меган взгляд, полный серьёзности и сожаления, который она ненавидела. Атеара застыл, словно изваяние, бледный, как осенний лист, как будто не дышал. — …Я… Маргарет, — голос её был настолько тих, что девушка готова была проклясть себя за эту слабость. Джаред возвышался над ней, словно тень прошлого, напоминая о том страшном вечере, когда её изнасиловали, убив её душу. Кэмерон усмехнулся, но отступать не собирался. Ему нужна была правда, он не терпел тайн. Его разъедала мысль, что Пол что-то скрывает от него, и это чувство вспыхнуло с появлением этой девушки. — Так скажи, Маргарет. Что заставило тебя умереть?! — он повысил голос, словно призывая демонов из глубин её памяти. Как не вовремя Эмили и Сэм отлучились. Сейчас они были ей необходимы. Эмбри дёргал Джареда за плечо, пытаясь остановить его, но в заинтересованном взгляде Колла читалось желание тоже узнать правду. Дрожь пробежала по телу Маргарет, словно ледяной ветер. В горле встал ком, словно надгробный камень. — Кэмерон, не твоего ума дело, — Атеара поднялся со стула, рыцарь, готовый защитить её. Джаред хмыкнул, но в его смехе не было злобы, скорее, удивление. Меган пыталась унять дрожь, но воспоминания, словно хищные звери, рвали её на части. Нет, она не научилась жить с этим, она научилась прятать это глубоко внутри, но не принять. — Квил, глянь-ка. Защитником подался? — усмехнулся Джаред, словно сам дьявол. — Может, ты знаешь что-то? Джаред приблизился к нему, готовясь к схватке, встав лицом к лицу. Атеара закрыл глаза, сдерживая порыв гнева. Его кулаки сжались, словно готовые обрушить всю свою ярость на обидчика. Кэмерон только этого и ждал – его первой ошибки. — Хватит! — Маргарет закричала так громко, что все присутствующие обернулись к ней с изумлением. На её лице, как на исполосованном поле, текли крупные слезы. Она больше не могла терпеть это. Подойдя к Джареду, она слегка толкнула его в плечо. Теперь он выглядел растерянным, заметив истерику на её лице. — Что ты хотел узнать, а? Джаред. Почему я решила умереть? — она усмехнулась, смотря ему в глаза. Он молчал. — Это ты хочешь узнать, Кэмерон…? — произнесла она тише, сквозь зубы, собирая всю свою волю в кулак. Она даст ему отпор. — Представь, Джаред, у тебя идеальная семья, жизнь. Ты поехал с подругой купить пару вещей для себя и таблеток для сестры, которая умирает, медленно, но умирает. Всё прекрасно, ты живёшь, ни о чём не думаешь, но вдруг случается беда! Домой идти очень долго, ты решаешь сократить путь через тёмный переулок. И с этого дня, Джаред, твоя жизнь делится на "до" и "после". Тебя тащат за волосы, режут, чтобы сохранить молчание, и затыкают рот рукой. А затем, Кэмерон, насилуют, не жалея никого. Потом ты стараешься сохранить всё, что осталось от здравого рассудка, пытаешься жить. Но не получается, когда тебе каждую ночь снится эта тварь, все его действия. Что бы ты выбрал, Кэмерон – быть этой тварью или умереть? — в беседке воцарилась гробовая тишина. Лишь Эмбри уронил вилку на тарелку, словно оплакивая сломанную судьбу. Тишина в беседке была такой густой, что казалось, её можно порезать ножом. Каждый звук – упавшая вилка, тихий вздох – раздавался набатом в оглушенной тишине. Слова Маргарет, сорвавшиеся с губ, как отравленные стрелы, поразили каждого в самое сердце. Кэмерон, обычно такой дерзкий и самоуверенный, стоял, словно громом пораженный, не в силах вымолвить ни слова. В глазах Маргарет плескались невыплаканные реки боли, отражающие бездну отчаяния, в которой она когда-то барахталась. Она смотрела на них, как на чужих, словно сквозь толстое стекло, отделяющее её от мира живых. — Жизнь, – шептала она, – это не зебра, где черные полосы сменяются белыми. Это поле боя, где каждый день приходится сражаться за право дышать. Она отвернулась, чувствуя, как внутри неё снова разгорается пожар ненависти. Ненависти к себе, к этим людям, к этому миру, который так несправедлив. "Я – как птица с подрезанными крыльями, – подумала она, – которая никогда не сможет взлететь. Я обречена вечно ползать по земле, собирая крохи счастья." Внезапно она почувствовала прикосновение к своей руке. Это был Квил. В его глазах, обычно полных веселья, читалось глубокое сочувствие и раскаяние. — Прости меня, Пэгги, – прошептал он. Но она не слышала его. Она уже погрузилась в свой собственный ад, где крики прошлого заглушали все остальные звуки. Маргарет вздрогнула от прикосновения, словно от удара током. Она резко выдернула руку, словно опасаясь обжечься. "Не трогай меня," - прозвучало в ее голове, но губы не произнесли ни звука. Квил казался таким жалким, таким сломленным, что в этот момент она почти почувствовала к нему жалость. Но жалость - это роскошь, которую она не могла себе позволить. Жалость - это слабость, а слабость в ее мире - это смертный грех. Она обвела взглядом остальных: опустившиеся головы, покрасневшие глаза, неловкие позы. Все они, такие наглые, такие уверенные в себе, сейчас выглядели как побитые собаки. И почему-то это не приносило ей никакого удовлетворения. Внутри было пусто и холодно, как в заброшенном склепе. "Что дальше?" - пронеслось у нее в голове. Извинения? Обещания измениться? Ей было плевать. Слова - это всего лишь слова. Ветер, гоняющий осенние листья по мостовой. Они ничего не значат, ничего не меняют. Она развернулась и пошла прочь, не оглядываясь. Ей нужно было уйти. Уйти как можно дальше от этого места, от этих людей, от этого прошлого, которое преследовало ее, как тень. Ей нужно было найти место, где она сможет дышать свободно. И она ушла. На тот самый берег безмерного океана, где ее жизнь закончилась и вновь начиналась.