10 лет после победы на Архидемоном

1 Коридор старой штольни казался безжизненным. В свете тусклого магического фонаря стены шахты отливали синим — мерцающие жилы лириума пробегали по ним словно сосуды внутри гигантского организма. Воздух был густым и тягучим, каждый вдох напоминал о том, что небо осталось далеко позади, будто принадлежало другому миру. Гаррет Хоук вытер пот со лба. Он попал в тупик. Снова. Проклятые туннели, один на другой похожие, словно кошмары в безлунную ночь, кружили его по лабиринту, пока он не оказался перед завалом. Снова. Камни нагромоздились в проходе огромной грудой, заставляя сомневаться, можно ли вообще выбраться. Больше всего Хоук боялся, что это может быть ловушка. Но времени на раздумья не оставалось: магический фонарь становился все тусклее. Он ударил ногой по одному из крупных валунов, выплескивая своё раздражение. — Чёртовы гномы и их шахты, — пробормотал Хоук, облокотившись на стену и осматривая свое тесное заточение. — Если бы здесь хотя бы была пара порождений тьмы — так хоть чем-то заняться можно было бы! Так нет же! Ничего кроме завалов! Как в ответ на его жалобы, тишину вдруг разорвал слабый, но узнаваемый звук. Легкий звон, словно отдалённый голос из прошлого. Гаррет рассеяно опустил руку в карман, вытащил связку амулетов. Звук действительно исходил оттуда, звенел амулет, круглый, как монета, отлитый из золота. Гаррет почти забыл о нем — с тех пор, как король Алистер подарил его во время битвы с кунари в Киркволле утекло много воды. Тогда, в суматохе уличных сражений, Хоук не успел как следует поблагодарить короля за подарок. Амулет звенел и светился, отдаваясь лёгким покалыванием в пальцах. Хоук нахмурился. Алистер не был из тех, кто дарит побрякушки. В этом артефакте был скрыт секрет, но Гаррет не знал, какой именно. И тут завал вдруг начал дрожать. Вибрации пошли через камень, как если бы кто-то ударил по нему гигантским молотом. Хоук, почувствовав неладное, отступил на шаг назад, выхватил посох. Камни, что несколько секунд назад казались неприступной преградой, рассыпались в пыль с таким грохотом, что эхо пронеслось по туннелям. Когда дым и пыль рассеялись, оглушенный Гаррет увидел фигуру, стоящую в проломе. Женщина в доспехах серых стражей, с сияющим искрами посохом в руках, светлые волосы выбивались из-под шлема, лицо покраснело от напряжения. Магесса обладала нетипичной для округлых ферелденок внешностью, словно вся состояла из прямых линий и углов. Острый подбородок, высокие скулы, плотно сжатые губы, прямой нос с еле заметной горбинкой, широко посаженные серые глаза. Гаррет сразу узнал ее, хоть и никогда прежде не встречал лично — Солона Амелл, таинственная магесса, которая служила в рядах Серых Стражей уже с десяток лет. Солона подняла взгляд на Хоука, заметив амулет, который он держал в руке. Ее глаза сверкнули, но взгляд оставался настороженным. — Священное Сердце, — проговорила она, замерев на месте. — Где ты его взял? Хоук молча протянул ей амулет, наблюдая, как эмоции сменяются на ее лице. Солона Амелл не была уверена, кто именно звал её. Королю Ферелдена нечего делать в шахтах, но амулет нельзя было просто так передать в чужие руки. — Король Алистер дал его мне, — как зачарованный глядя стражнице прямо в глаза, произнёс Гаррет. — Это было давно, во время битвы с кунари. Тогда я не понял, зачем он мне его вручил. Может быть, хотел, чтобы я нашёл тебя. Солона сжала амулет в ладони, пытаясь понять, что это значит. Её сердце разрывалось между страхом и любопытством, но она постаралась скрыть это. Коротко кивнув, она посмотрела на Гаррета. — Ты Хоук. Тот самый, что поднял восстание в Киркволле, — сказала она, чуть прищурив глаза. — Кажется, мы должны поговорить. Лучше сделать это наверху, пойдем за мной. Они медленно продвигались по узкому тоннелю, где стены от вкраплений лириума светились мягким голубым светом. С каждым шагом вперёд каменные стены становились все плотнее, но воздух, по крайней мере, был свежим. Когда они наконец выбрались на поверхность, на них нахлынул прохладный ветерок, напомнивший о мире вне подземелий. Гаррет остановился, тяжело дыша. Он прислонился к скале, глядя на горизонт. Солона же, вскинув голову, попыталась успокоиться, словно стряхивая с себя переживания последних часов. В их взглядах читалась усталость, но отступать никто не собирался. — Впечатляющее первое знакомство, — Гаррет наконец нарушил тишину, усмехнувшись. — Обычно родственники встречаются на семейных обедах, а не в заваленной шахте. Солона тихо рассмеялась, но в ее смехе чувствовалось напряжение. — Как жаль, что я не принесла пирог. — Она обернулась к Хоуку, взгляд её глаз был изучающим, проникающим в самую душу. — Но мы можем наверстать, когда выберемся отсюда окончательно. Гаррет нахмурился, чувствуя, что в этих словах скрывается больше, чем простая ирония. — Я тоже не думал, что найду здесь свою троюродную сестру, — сказал он. — Впрочем, кажется, никто из нас не оказался здесь случайно. Ты случайно не расскажешь, что Серый Страж ищет в Морозных горах? Солона замялась. Она всегда была осторожной, пусть даже Хоук и известный Защитник Кирквола. — Я услышала зов, — Солона отвела взгляд чуть в сторону. — Этот амулет когда-то принадлежал мне. Я почувствовала его присутствие, но не понимала, кто именно меня зовёт. Я не могла не проверить, вдруг король оказался в беде. Гаррет кивнул, но его взгляд стал ещё более пристальным. — Я так и подумал. Но ведь это невозможно. Алистер - король. Ему нечего делать под землёй. Солона чуть улыбнулась, в ее глазах засквозила некоторая горечь. — Да, верно. Он должен быть далеко отсюда. — Она вздохнула, подняв глаза на небо. — Но я должна была убедиться. Хоук нахмурился, с трудом собираясь с мыслями. Он хотел спросить её о многом, но решил начать с простого. — Зачем ты здесь? Ты не могла услышать амулет из Столицы, или где еще принято селить Героев Ферелдена — Он подался вперёд, стараясь заглянуть ей в глаза. - Я здесь из-за рекрутов, в Амарантайне требуются новые люди, мы не справляемся одни, - рекруты действительно были частью ее плана, пусть и не самой главной. - Почему ты здесь? Ты не стал бы просто так рисковать своей жизнью. Хоук отвёл взгляд, задумчиво потерев подбородок. — Я задолжал кое-что Инквизитору, и вызвался разведать обстановку в одной особо пыльной штольне, — произнёс он спокойно. — Некоторые говорят, что кое-кто из местных магов заключил сделку с демоном и, что он добывает здесь красный лириум для ритуалов. Я должен был выяснить, правда это или нет. Солона пристально смотрела на него, ее взгляд был обеспокоенным. — И ты думаешь это правда? — сердце Амелл забилось чаще, столько лириума, богатая шахта означала бы много демонов и крупные проблемы. — Я не знаю, — признался Хоук, — Но я хотел убедиться, что это не связано с ещё одним магом, который захотел поиграть с силами, что ему не подвластны. Я уже видел, как такие дела заканчиваются, и не хочу повторения. На мгновение между ними повисло молчание. - Инквизитор просил меня также связаться с магами круга, чтобы они поскорее начали собственное расследование, - добавил Хоук, глядя Солоне в лицо. - Я неплохо знаю окрестности, и с местными знакома, - кивнула в ответ Амелл, ее рука все ещё плотно сжимала «священное сердце». - Тогда я не откажусь от компании на вечер, - ухмыльнулся Хоук. Его взгляд скользнул сверху вниз по телу Солоны, задержавшись на амулете в ее руке. - Ты хочешь вернуть его королю? Амелл чуть дрогнула, но покачав головой протянула «священное сердце» Гаррету. - Нет, он твой. Хоук слегка нахмурился, принимая амулет обратно. Подумав, он убрал его в мешочек с другими оберегами и крепко привязал к поясу. - Получается, ты теперь сможешь отыскать меня. - Получается, смогу. Солона и Гаррет обменялись напряженными взглядами, затем Хоук закрепил на плече посох и кивнул. - Показывай дорогу. 2 Огонь мерцал в тишине ночи, отбрасывая тени на лица Солоны и Хоука. Они сидели по обе стороны от костра, согреваясь его теплом, но ещё не привыкли к компании друг друга. – Должен признать еще раз, не ожидал, что встречу тебя здесь, – заговорил Хоук, нарушая молчание. Он бросил на Солону короткий взгляд, но тут же отвернулся, изучая искры, взвивающиеся в ночное небо. – Серый Страж в этих краях. У мира снова проблемы? Солона усмехнулась, скрестив руки на груди. Её взгляд тоже был направлен на мерцающий огонь. – Не такие, о которых ты думаешь. Но когда речь заходит о Серых Стражах, проблемы всегда идут по пятам, – её голос прозвучал чуть мягче, чем она ожидала. В этой тишине у костра, в присутствии Хоука, она чувствовала нечто похожее на безопасность — странное ощущение для неё. Хоук кивнул, затем вновь посмотрел на Солону, с лёгкой насмешкой в глазах. – Расскажи мне об этом. Мой отец был отступником, я такой же, сестра - была в Круге, но сбежала. Принадлежность к институтам не самая сильная черта Хоуков. – Жить в Круге – это одна сторона монеты, – тихо ответила Солона, не глядя Хоуку в лицо. – А быть Серым Стражем – совсем другая. В обоих случаях ты не выбираешь, что с тобой произойдёт. Меня готовили к одному, а пришлось научиться другому. Она наконец отвела взгляд от огня, и встретилась с Гарретом взглядом. – Принимая клятву Стража ты отдаёшь свою жизнь ордену. Взамен же получаешь относительную свободу воли. Над Стражами не властна ни воля королей, ни церковь. Многим такой обмен кажется справедливым – добавила она, потуже запахивая полы плаща. – Но тебя в Стражи призвали, не так ли, – отметил Хоук, его голос звучал мягко, но цепко. Гаррет внимательно наблюдал за ее реакцией. – Ты прав, – Солона слегка пожала плечами. – Выбор – роскошь, которой я была лишена. Свобода – это не то, что я могу себе позволить. Да и кто сказал, что я к ней стремлюсь? - добавила она механически. – А есть ли что-то, чего ты хочешь для себя? – спросил Хоук, понизив голос. Вопрос прозвучал так неожиданно, что Солона почувствовала, как розовеют щеки. - Что ты имеешь в виду? - уточнила Амелл, подавляя резкое желание спрятать лицо в воротнике плаща. Она не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то задавал ей провокационные вопросы. Единственное в жизни Амелл, что можно было назвать личным, – её чувства к Алистеру, приукрашенные детали которых облетели весь Ферелден. Безвыходность этих отношений была для Солоны также очевидна, как и невозможность их прекратить. - Хочу знать, чего желает Солона Амелл, когда откладывает в сторону титул Стража-командора, - по голосу было слышно, что Гаррет улыбается, но в его улыбке не было иронии. Солона помолчала ещё несколько мгновений, а потом снова пожала плечами. — Солона Амелл не откладывает свои титулы, — усмехнулась она, пытаясь скрыть неловкость. — Это всё, что у меня есть. Хоук тихо рассмеялся, но его взгляд был по-прежнему серьёзным. — Ну, все же должно быть что-то. Нельзя же быть только тем, кем тебя заставили стать. Солона вздохнула, её глаза снова устремились к огню, и, казалось, она на мгновение задумалась. Ответ Хоука был слишком близок к тому, что терзало её в последние годы. — Если я скажу, что хочу просто спокойно посидеть у костра, и чтобы никто не тянул меня спасать мир, ты мне поверишь? — она улыбнулась, бросив на него короткий взгляд. Её тон был лёгким, но в нем чувствовалась усталость. Хоук откинул голову и рассмеялся громче, однако затем его смех стих, и он тихо добавил: — Это, пожалуй, самое честное желание, которое я слышал за последнее время. Солона тоже улыбнулась, и эта улыбка была мягче, почти искренняя. — Ну, тогда считай, что я отшутилась, — она потёрла шею, пряча смущение. — Если серьёзно, иногда проще быть Серым Стражем, чем разбираться в своих собственных желаниях. Особенно, когда объект твоих желаний заперт в башне из слоновой кости, которую вы с ним вместе и построили, мысленно добавила Солона. — Видишь? Даже простой вопрос может сбить меня с толку, — добавила страж с улыбкой: — И у меня на это есть целая куча оправданий. Хоук, чуть склонив голову, улыбнулся в ответ. — Звучит, как ответ настоящего Стража. - А ты должно быть неплохо с нами знаком, - Солона потянулась к мешку за вторым одеялом. Ночь выдалась холодная, спать ей ещё не хотелось, но зубы начинали стучать, даже в близости от костра. - Один Страж был моим другом, - Гаррет постарался произнести эту фразу как можно более равнодушно. - Был, потому что он больше тебе не друг? - Солона подозревала, что Гаррет говорит об Андерсе, маге, которого в стражи она призывала лично. Амелл ничего не слышала об Андерсе после взрыва Церкви в Киркволле. — Это сложный вопрос, кузина, ничего если я буду называть тебя так? Мой ответ будет скучным и путанным, поэтому я предпочту отшутиться. Солона понимающе кивнула, не желая давить на собеседника. Хоук внимательно посмотрел на Солону, обдумывая её слова, и, наконец, спросил: – Мы ведь, по сути, родственники, – произнёс он с лёгкой усмешкой. – Я не могу не спросить о твоих родителях. Тебе ведь когда-нибудь доводилось их встречать? Или, может, хотя бы слышала что-то о них? Солона слегка напряглась, её взгляд на мгновение стал холодным и отстранённым. Она снова отвернулась к огню, будто пыталась найти ответ там. – Нет, – ответила она ровно. – Никогда их не видела. Выросла в Круге, и мои родители для меня – просто нечто далёкое. Я не чувствую к ним ничего, потому что не знаю, кто они. Хоук наклонился чуть ближе, задумчиво кивнув: – Это странное чувство, полагаю. Не иметь связи с теми, от кого ты произошёл. Но ты, должно быть, задавалась вопросами? О том, что они были за люди? Солона горько усмехнулась: – Сколько раз я слышала, что мы принадлежим Кругу, что наш долг – защищать других от нас самих. Если мои родители бросили меня в этот мир – значит, их выбор был сделан за меня. И теперь я просто живу тем, что есть. 3 Каменные залы Башни Круга встретили Солону и Хоука не слишком приветливо. Магов оставили ждать внизу, пока Первый Чародей Ирвинг подтвердил, что ожидает гостей. Хоук чувствовал себя некомфортно в окружении Храмовников, ему отступнику эти закованные в латы безликие воины казались источником угрозы. Несмотря на заверения Амелл, что Ферелденский Круг не станет нападать на Серых Стражей и членов Инквизиции, в этом моменте Гаррет чуть приподнял бровь, но уточнять ничего не стал, войти в Башню добровольно ему было непросто. Солона же напротив, казалась обрела какое-то новое спокойствие, здесь Хоуку оставалось только гадать, ощущает ли Страж себя в безопасности, или просто не намерена показывать местным свои эмоции. Когда их наконец запустили внутрь, широкий каменный холл оказался практически пустым, ученики или отсутствовали, будучи на занятиях, или просто избегали встречаться с посетителями башни. — Время здесь течёт медленно, — тихо проговорила Солона, когда они остановились у двери аудитории Первого чародея. — Но магия не стареет. — Так говоришь, будто это что-то плохое, — усмехнулся Хоук, осматриваясь по сторонам. Дверь перед ними медленно открылась, и Первый чародей Ирвинг встретил их взглядом, полным мудрости и глубокого размышления. Он не изменился с тех пор, как Солона покинула эти стены — всё такой же спокойный, но в его движениях было больше тяжести, чем прежде. Сложив руки на груди, он кивнул. — Солона Амелл, Спаситель Киркволл а Гаррет Хоук. Я рад видеть вас обоих здесь. Времена сложные, и магам нужны такие союзники, как вы. — Чародей, — Солона почтительно склонила голову, на мгновение задержав взгляд на Ирвинге. — Благодарю вас за приём. Хоук последовал её примеру, но без формальностей. Он поклонился коротко и с улыбкой. — Мы не будем отнимать у вас много времени. Я пришёл с информацией от Инквизитора Лавеллан. Ирвинг улыбнулся, но его взгляд был направлен на Солону. — Возможно, вам следует оставить нас на некоторое время, Амелл. У меня есть несколько вопросов к Спасителю Киркволла. Солона кивнула. Хоук бросил на неё прощальный взгляд, но ничего не сказал. Солона исчезла за дверью, оставив Ирвинга и Хоука наедине. Ирвинг жестом пригласил Гаррета к столу, и Хоук раскрыл свиток с картой, отмечая на ней место, где случился обвал в штольне. — Вот здесь, — указал Хоук. — В Морозных горах. Обвал был серьёзным, и, если бы не Амелл, меня бы не выбрались. Но ни красного лириума, ни следов чего-либо странного я не нашёл. Ирвинг внимательно изучал карту, кивая. — Хорошо. Но чтобы подтвердить отсутствие лириума, мне нужно, чтобы ты переговорил с несколькими моими заместителями. Они занимаются разведкой в этом регионе. Должен признаться, твои сведения — это облегчение для нас, но мне нужно, чтобы кто-то подтвердил их. Хоук кивнул, поняв, что его дело здесь ещё не завершено. — Я займусь этим. Давно не имел дела с магами Ферелдена, будет интересно. Ирвинг улыбнулся, прямо глядя на Хоука. — Уверен, тебе это понравится. Когда Хоук покинул комнату, Ирвинг сложил руки и с задумчивым взглядом посмотрел в сторону двери, через которую исчезла Солона. Через несколько минут она вернулась, готовая к разговору. — Ах, Солона Амелл. Моя ученица. Признаюсь, я уже не ждал увидеть тебя здесь снова, — сказал он. — Но что-то мне подсказывает, что ты не просто решила составить компанию Хоуку, не так ли? Солона приподняла уголок губ в ответ на его слова, чувствуя, как воспоминания о Круге, хоть и были обременительными, всё же навевали лёгкую ностальгию. — Не совсем. Я пришла рассказать о том, что маги, отправленные вами в Башню Бдения, справляются отлично. Один из них даже присоединился к Серым Стражам. Это большая честь, — она выпрямилась, глядя прямо на Ирвинга. — Это хорошие новости, — сказал Ирвинг, одобрительно кивая. — Видишь, не зря я всегда верил в потенциал своих магов. Но ты всё же знаешь, что за этим визитом скрывается нечто большее. Вряд ли ты пришла просто с отчётом о маге-новобранце Стражей. Что тебя привело сюда по-настоящему? Ирвинг поднял вопрос с тем же проницательным тоном, которым он всегда задавал самые сложные вопросы. Солона опустила взгляд на свои руки, сжимавшие короткий посох, прежде чем ответить. — Я нашла Хоука в штольне. Меня привёл к нему амулет, — коротко пояснила она. В голосе звучала сдержанность, словно её волновали мысли, которые она не хотела обсуждать. — И этого достаточно. Ирвинг внимательно посмотрел на неё, но не стал настаивать на подробностях. — Амулет, значит? Всегда загадки с тобой, Солона. Но я не стану давить. Ты здесь по важному делу. Что-то, что лежит за пределами нашего понимания, верно? Солона прикусила губу, прежде чем задать вопрос, который мучил её с самого прибытия. — Вы ведь много изучали магию, Ирвинг. Больше, чем кто-либо в этом Круге. Скажите, возможно ли очищение от Скверны? Ирвинг опустил взгляд, его пальцы нервно теребили края рукавов. — Очищение от Скверны... это древнее знание. Я не могу сказать, что ты найдёшь прямой ответ. Но я могу отправить тебя в наши старые записи. Если кто-то когда-то искал обряд, он должен был оставить след в архивах. Но предупреждаю: этот путь опасен, и, возможно, он не приведёт к тем результатам, которые ты надеешься найти. Солона благодарно кивнула. — Я готова к любому исходу, Ирвинг. Благодарю за вашу помощь. — Будь осторожна, Амелл. Иногда ответы, которые мы находим, могут нести больше боли, чем их отсутствие. С этими словами Ирвинг проводил её взглядом, пока Солона не вышла за дверь, направляясь в архивы. 4 Ранним утром Гаррет Хоук и Солона Амелл, негромко переговариваясь, седлали лошадей у ворот постоялого двора на берегу озера Каленхад. Холодный ветер гнал по небу кустистые серые тучи. — Нам нужно поторопиться, чтобы сделать привал до грозы, — небрежно бросил Хоук, забираясь в седло. Солона, которая проверяла крепления на седле, удивлённо подняла голову. — Мне не хочется промокнуть до нитки, думал, тебе тоже, — пояснил Гаррет, заметив смущение на лице собеседницы. Закончив с упряжью, Амелл с усилием устроилась в седле, внутренне содрогаясь от предстоящего конного путешествия. Больше всего на свете ей хотелось отправить коня в Амарантайн самостоятельно, а самой добраться пешком или с повозкой. — Что значит «нам»? — план действий, который Амелл обрисовала в голове, не включал немедленное возвращение в Амарантайн, сначала нужно было наведаться в Редклифф. Оба слегка пришпорили лошадей. Гаррет держался в седле так же, как и колдовал, легко и играючи, это вызвало у Солоны какое-то горькое чувство, похожее на зависть. Ей вспомнилось, как много лет назад, Алистер учил её садиться в седло, и его за плечо укусила лошадь. «Милая старушка Лютик», — подумалось Амелл. Та лошадка была гораздо спокойнее, и у Солоны не было ощущения, что она пытается усидеть на бревне, которое несёт бурным течением. Стражнице ужасно легко было путешествовать тогда, несмотря на Пятый Мор, несмотря на только что пережитый ужас от сражения с порождениями тьмы. Солоне считала, что в тот момент спутники образовали плотное кольцо доверия и заботы. Несмотря на то, что каждый из них из-за своих изъянов не находил себе места в обществе, когда они были рядом друг с другом, эти изъяны будто бы переставали существовать. Наёмник, отступница, монашка, кунари, Серый Страж, неудачливый воин и маг из Круга — эта группа людей никуда не вписывалась. Солоне с раздражением подумалось, что идеальному наезднику, красавцу-острослову Гаррету Хоуку, выходцу из богатой Киркволлской фамилии, никогда не понять, как можно с ностальгией вспоминать дни Мора и кусачую кобылу под седлом. — «Нам» значит, что я еду с тобой, — Хоук легко повысил голос, перекрывая стук копыт о мощённый камнями тракт. — Зачем это? — Солона оторвала глаза от дороги и раздражённо воззрилась на Гаррета. — Затем, что у меня дела в Редклиффе, — спокойно ответил тот. Хоук сам не понимал, зачем решил поменять планы и отправиться в эрлинг со Стражем. Острое чувство тревоги и горечи, захватившее его сердце, имело логическое объяснение. Боль утраты давила, но Гаррет чувствовал, что сейчас было замешано что-то ещё. Возможно, трогательная речь Амелл о родителях напомнила ему об одиночестве, которое настигло его после утраты почти всей своей семьи. Несмотря на самодостаточность, Хоук болезненно переживал потерю отца, матери, сестры, тосковал по брату. Солона Амелл не напоминала ему Лиандру или Бетани внешне или чертами характера, в ней скорее сквозили горячность и упрямство младшего брата — Карвера. Хоть Страж умела скрывать эмоции, Хоук буквально кожей чувствовал перемену её настроения, ощущал вскипание ярости или раздражения, когда они с Солоной спорили в дороге. Хоук осознавал, что вряд ли смог по-настоящему узнать «дорогую кузину» за недолгое время личного знакомства по пути к Башне, однако ему отчаянно не хотелось расставаться. — Дела значит, — скривилась Амелл. — Какого рода? — Хочу переговорить с Эрлом Теганом, — вывернулся Хоук. — Мы познакомились несколько лет назад, надо отдать визит. Разозлившись, Страж дёрнула поводья и остановила коня. Гаррет, не заметивший манёвра, проскакал вперёд, но, осознав, что потерял собеседницу, развернул лошадь и вернулся назад к Солоне. — Почему ты так злишься? — спросил он наконец, не отводя глаз. Солона продолжала смотреть вперёд, сжав челюсти. Она вздохнула, затем, обернувшись к нему, резко ответила: — Почему ты навязываешь мне свою компанию, Хоук? — её голос звучал ровно, но холодно. — Я не нуждаюсь в компаньоне. Гаррет на секунду задумался, прежде чем ответить, и в его голосе прозвучала тихая решимость: — Я слышал твой разговор с Ирвингом, — сказал он. — Ты говорила о Скверне, об очищении. Я вспомнил свою семью. Мою мать звали Лиандра, и она стала жертвой одержимого убийцы. Младшая сестра - Бетани, погибла в начале Мора от рук порождения тьмы. Трагедии отдалили нас с братом друг от друга. Карвер - храмовник, я отступник. В какой-то степени, Скверна погубила мою семью. Солона сжала поводья ещё сильнее, её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах мелькнуло что-то тревожное. Амелл позволила Гаррету продолжить, хотя её губы были сжаты в тонкую линию. — Я хочу помочь, — его голос был мягким, но твёрдым. — Я привык к потере и боли, но на этот раз всё по-другому. Я не чувствую бессилия рядом с тобой, как чувствовал раньше. У меня есть шанс сделать что-то полезное, и я не собираюсь стоять в стороне. Ты моя кузина, и, я чувствую, что мы должны быть здесь вместе. Их взгляды встретились, и на мгновение Солона замерла. Она видела в глазах Хоука не только решимость, но и что-то более личное, что выходило за рамки простых родственных связей. В этих словах была искренняя забота, та, которую она не привыкла получать, и это заставляло задуматься. Она вздохнула и неохотно кивнула. — Хорошо, — сказала она, немного смягчившись. — Ты можешь ехать со мной до Редклиффа. Но потом я решу, как поступить дальше. Гаррет, довольный решением, кивнул и с лёгкой улыбкой ответил: — Как скажешь. Они снова тронулись в путь, ветер всё ещё гнал тучи по небу, но напряжение между ними начало спадать. Молчание длилось долго, но на этот раз оно не было тяжёлым. 5 Стоя коленями в мокрой и холодной траве, Солону Амелл бурно рвало на землю. Рядом валялись убитые генлоки, смрад от их тел только усугублял состояние стража. Они с Хоуком угодили в неожиданную засаду после выезда из Редклиффа. В сумерках их окружила стая порождений тьмы. Тварей было немного, но сражались они отчаянно. Даже когда Амелл отогнала их ударом молнии, потребовалось время и усилие, чтобы добить стаю. Один из порождений успел-таки приблизиться к Солоне, и к ее полной неожиданности резко мазнул ей по лицу окровавленной лапой. Смрадный запах крови, струящейся по лицу, привёл магессу почти в безумие. С диким рыком она сложила пальцы в пас, и выпустила по врагу огромный столп огня. Заклинание, которого Амелл до этого использовала редко, опасаясь пожара. Тварь взревела от боли и упала на землю, затопив её темной кровью, которая, смешиваясь с травой. К счастью Гаррета Хоук успел отскочить, и отделался лишь затлевшим краем плаща. Солона медленно поднялась на ноги. Она отряхнулась, стараясь стряхнуть грязь, медленно вытерла рот краем рукава. — Всё в порядке, — Страж с трудом сдерживала дрожь в голосе. Хоук, стоявший рядом, внимательно следил за ней, но не успел ничего сказать — из темноты снова раздался зловещий рёв. Вырвавшись из сумрака, на них ринулись новые порождения тьмы. Их было гораздо больше, чем они ожидали. Солона со стиснутыми зубами схватила посох, щелчками пальцев отсчитывая время атаки. Взмахнув, она стукнула посохом о землю, и выпустила молнию, целясь в ближайших врагов. Заклинание было мощным, вспышка ослепила ночное небо. Однако Солона переоценила свои силы. Её глаза на мгновение потемнели, и она пошатнулась, едва не упав. Молнии прорезали ряды врагов, но разрушительная мощь заклинания уже не была такой сокрушительной, как раньше. Её тело тряслось от напряжения, и усталость окутала разум, словно туман. Когда черная кровь порождений тьмы вновь попала на её лицо, Солона едва удержалась на ногах. Силы покинули её. Опустившись на колени, Амелл тяжело дышала, вокруг всё плыло. — Спасайся, Гаррет! Не стой здесь! Она не замечала, что опасность уже миновала, и противники побеждены. Хоук, присев рядом, смотрел на Амелл. — Солона, — произнёс он, голос дрожал от тревоги. — Всё в порядке. Но вместо того, чтобы успокоиться, страж лишь покачала головой. — Я чувствую скверну, Гаррет. — Её голос стал тихим. — Каждый раз, когда я использую магию, она поглощает меня всё больше. Гаррет встал на колени рядом со стражем. Он наклонился и вытер с лица и рук Солоны черную кровь. Амелл крепко зажмурила глаза, и встала с земли, опираясь на руку Хоука. Ее снова затошнило, к усталости физической добавилось отвращение к себе и своей слабости. Маг, которого убивает собственная сила. - Сможешь ехать одна? - спросил Гаррет, крепко держа её за предплечье. Солона почувствовала магическую ауру что, как жар после битвы, обволакивала его. - Смогу, но медленно, - Солона вздохнула, отгоняя тошноту. Она сплюнула на землю, пытаясь избавиться от привкуса скверны, напомнившего день посвящения. Хоук быстро взял своего коня за упряжь и мягко подтолкнул Солону к седлу. — Поедем вместе, — сказал маг. Амелл не возражала — сил спорить не было. Хоук помог сесть в седло и привязал лошадь Солоны к своей. Затем, Гаррет пометил место битвы на карте и оглянулся. - Пошлю гонца Тегану. — Вот уж радость будет ему от меня так скоро весточку получить, — Солона слабо усмехнулась, крепче схватившись за луку седла. Хоук лишь усмехнулся в ответ и вскочил на свою лошадь. — Обопрись на меня, — сказал он, когда они тронулись с места. — Постарайся отдохнуть. - Ты воняешь, Гаррет, — слабо ответила Амелл. Он снова хмыкнул, Солона почувствовала это по движению груди.— Прости, кузина, но это твой запах.