Танец на перекрёстке. Часть II.

Черная дорога, словно живая, тянулась к Билли, и песок под его ногами превратился в зыбучую трясину, которая тащила его в туманную неизвестность. Призрачные личности вокруг него в панике кричали. — Он затягивает нас! — воскликнул Аллен. — Я не хочу туда! Там темно! — плакала Кристин. Билли упирался, но сила притяжения была слишком велика. Это была воля самого Легбы, воля перекрестка, который требовал, чтобы был сделан выбор. — Прощай, месье Множество! — хохотал Легба. — Передавай привет тем, кто обитает в конце этого пути! Но в тот момент, когда Билли уже был по пояс в черном песке, контроль над телом перехватил Учитель. — Если мы не можем сопротивляться пути... — прозвучал его спокойный голос. — ...значит, мы должны выбрать свой собственный. Он не стал взламывать перекресток. Вместо этого он использовал Вёлунд «Ключ от Комнат» совершенно иначе. Он не просто открыл дверь для одной из личностей. Он открыл дверь для самого Легбы. — Папа Легба, — произнес Учитель. — Вы — хранитель врат. Но у каждого хранителя есть ключ. А что, если мы предложим вам новый? И он протянул руку. Из нее вырвался не свет и не энергия. А чистое, концентрированное любопытство. Любопытство всех 24 личностей. Желание узнать, что будет, если... Для Легбы, который жил на перекрестках и питался возможностями, это предложение было как самый сладкий ром. Он не мог устоять. Его собственная природа сыграла с ним злую шутку. Он инстинктивно потянулся к этой новой, неизведанной "двери". И в тот момент, когда его воля сфокусировалась на "ключе" Билли, его контроль над черной дорогой ослаб. Притяжение исчезло. Билли легко выбрался из песка. — Спасибо, — сказал Учитель. — Вы только что выбрали наш путь. Легба нахмурился, поняв, что его обхитрили. — Ах ты, маленький манипулятор! Хорошо! Хватит игр в дороги! Посмотрим, как ты справишься с настоящей семьей! Ouvert La Porte! Арена содрогнулась. Из-под земли, из воздуха, из тумана начали появляться духи Лоа. Огун, Дамбалла и десятки других. Они ринулись на Билли. Начался хаос. Но на этот раз Билли не стал выставлять против них своих аватаров. Он знал, что проиграет в битве на истощение. Учитель выбрал иную тактику. Пока Рейджен и Томми взяли на себя основной удар, отвлекая и уворачиваясь, Артур и Аллен начали действовать. Они не атаковали. Они разговаривали с духами. — Господин Огун, — с уважением говорил Артур богу войны. — Ваша ярость праведна. Но разве достойно такого воина, как вы, сражаться с одним сломленным человеком по приказу старика? Где здесь честь? — Мадам Эрзули, — шептал Аллен богине любви. — Ваша красота ослепительна. Зачем вам марать руки в этой грязной драке? Я могу предложить вам нечто более ценное... восхищение. Они не сражались с Лоа. Они сеяли в них сомнение. Они использовали логику, лесть, обман — все свои таланты, чтобы расколоть единство семьи Легбы. И это начало работать. Огун на мгновение замешкался. Эрзули кокетливо поправила волосы. Некоторые духи остановились, прислушиваясь. Хаотичная атака превратилась в шумный базар. Папа Легба в ярости видел, как его семья, его величайшая сила, поддается на уловки смертного. — Не слушайте его! Он лжет! — кричал он. — А разве не в этом вся суть, Папа? — раздался голос Учителя. — В выборе. Вы сами дали им его. Легба понял, что теряет контроль. Он должен был закончить это сам. Он прорвался сквозь толпу духов и ринулся на Билли, замахиваясь своей тростью для решающего удара, который должен был изгнать душу из тела. И в этот момент Билли сделал то, чего не ожидал никто. Все его личности исчезли. Остался лишь один, самый первый, самый напуганный — маленький, дрожащий Билли. Он посмотрел на летящего на него бога широко раскрытыми от ужаса глазами. Он был абсолютно беззащитен. Легба замер в сантиметре от него. Его рука с тростью застыла в воздухе. Он не мог. Он — хранитель врат. Он — тот, кто помогает заблудшим. Он не мог ударить беззащитного, сломленного ребенка. Его собственная природа, его кодекс не позволяли ему этого. — Что... что это? — прошептал он. — Это я, — ответил Билли, и его голос дрожал. — Настоящий я. Тот, кого они все защищали. Вы победили, господин. Я сдаюсь. Он упал на колени и закрыл голову руками, ожидая удара. Папа Легба стоял над ним, и на его лице отражалась вся борьба вселенной. Он победил. Его противник сдался. Но такая победа была для него... оскорбительна. Она была пуста. И в этот момент, пока Легба был в замешательстве, позади него из тени Билли выскользнула еще одна личность. Та, которую Учитель держал в резерве. Та, о которой не знал даже сам Легба. Личность, созданная для одной-единственной цели — нанести удар исподтишка. У нее не было имени. Лишь функция. Пока Легба смотрел на плачущего Билли, эта теневая личность, вооруженная всей силой Вёлунда, нанесла один-единственный, точный удар тростью самого Легбы, которую он выронил от удивления, ему в спину. Папа Легба взвыл не столько от боли, сколько от унижения. Он обернулся и увидел, как теневая фигура растворяется, а на ее месте снова стоит спокойный Учитель. — Никогда не поворачивайся спиной к бизнесу, — сказал он. Удар не убил Легбу. Но он разорвал его связь с этим миром, с ареной. Его тело начало мерцать. Правила требовали, чтобы он покинул поле боя. — Ах ты... маленький... дьявол... — прохрипел Легба с кривой усмешкой. — Ты... победил... И его фигура растворилась, изгнанная с арены.

ИТОГИ ПОЕДИНКА: ПОБЕДА БОГОВ

Билли Миллиган стоял на арене один. Он победил. Он обхитрил бога обмана. Но тут на арене, прямо из-под земли, в облаке сигарного дыма и запаха дешевого рома, материализовалась другая фигура. Высокий, тощий, в черном фраке и цилиндре, с лицом, раскрашенным под череп. Барон Суббота, Лоа смерти и кладбищ. Он вальяжно подошел к Билли, опираясь на трость с набалдашником в виде черепа. — Браво, браво, человечек! — прохрипел он, его голос был полон кладбищенского веселья. — Ты выпроводил старика Легбу с его же вечеринки! Восхитительно! Билли напрягся, готовясь к новой битве. — О, не волнуйся, — махнул рукой Барон. — Я не драться пришел. Легба проиграл тебе. Но арена... арена все еще является его перекрестком. Он ушел, но врата остались открыты. А я, знаешь ли, обожаю пользоваться чужими открытыми дверями. Особенно теми, что ведут на кладбище. Он указал своей тростью на Билли. — Ты использовал душу как оружие. Ты разделил ее, объединил, обманул. Ты так много раз входил и выходил из разных "комнат". Но ты забыл главное правило. Когда слишком долго играешь с дверями между жизнью и смертью... одна из них может и не закрыться. Трость Барона вспыхнула фиолетовым светом. Он не атаковал. Он просто забрал долг. Душа Билли Миллигана, истерзанная этой битвой, нестабильная от постоянных переключений, не выдержала. Она просто... выскользнула из тела, притянутая волей истинного повелителя мертвых. Тело Билли рухнуло на землю, как пустая марионетка. Безжизненное. А после рассыпалось в пепел. — Спасибо за душу, человечек, — сказал Барон Суббота, делая глубокую затяжку сигарой. — У Легбы будет ко мне пара вопросов, но, думаю, мы договоримся. Он поклонился пустым трибунам и растворился в облаке дыма. Гонг ударил. Боги, в абсолютном шоке, объявили свою победу. Их чемпион проиграл, но другой бог вмешался и "собрал" выигрыш. Это было грязно, не по правилам, но факт оставался фактом: чемпион человечества был мертв.

Счет стал 2-2.