Глава 8. В такую погоду

Хьюго оставляет Эсми наедине с его ментоловой мазью. Он осторожно предложил свою помощь, после чего оба покраснели и владычица помотала головой, уверяя рыцаря, что справится сама при помощи зеркала. Рыцарь отправляется на кухню и принимается за уборку и посуду. За окном разыгрывается ветер. Он хаотично швыряет потоки снега в разные стороны. Хьюго на минуту замирает у окна, вглядываясь в кромешную тьму. Лампы на улице погасли из-за ветра. Близится снежная буря, не иначе. Даже внутри становится холоднее и закаленный Хьюго натягивает на себя теплый свитер, который он до этого сбросил, войдя в помещение. Рыцарь возвращается в покои и осторожно стучит. Эсми не отвечает. Видимо, уснула. Хьюго осторожно толкает дверь внутрь, просто, чтобы проверить ее огонь и подкинуть дров. Рыцарь останется ночевать в замке. Здесь есть четыре гостевых спальни и он останется в одной из них. Кто-то должен поддерживать огонь, ведь температура внутри очень ощутимо опускается, когда снаружи так сильно метет. Хьюго подкидывает несколько полений в корзину с огнем. Должно хватить часа на два-три. Северное дерево горит намного дольше, чем нарнийское. Дома он подкидывал бы дров каждый час. Должны же быть хоть какие-то плюсы в этом месте. Рыцарь позволяет себе скользнуть взглядом по ложу владычицы, которая по началу показалась ему спящей. Эсми лежит на краю постели, поритянув колени к груди. Она смотрит в одну точку перед собой и не смотря на гору из одеял и полотенец на ней, дрожит. — Эс? — рыцарь приседает на корточки у ее постели, осторожно касаясь ладонью горячего лба. — Так сильно замерзла? Эсми едва заметно кивает, продолжая смотреть на стену. Хьюго вытаскивает из-под ее одеял два влажных полотенца: они ей уж точно не помогают сейчас, а совсем наоборот. Рыцарь бросает взгляд на корзину с огнем. Ту он переставить никак не сможет, ведь отверстие для дыма в крыше ровно над ней. Хьюго смотрит на кровать: огромный массивный дубовый каркас... Как сильно бы ему ни хотелось спасти свою владычицу от холода, он сам это даже с места не сдвинет. Хьюго в панике оглядывается вокруг, пытаясь найти решение. У дальней стены стоит небольшой диван. Недостаточно большой, чтобы смочь спать на нем. Но если бы он где-то нашел пару пуфов или низких кресел... Рыцарь отправляется на поиски подходящей мебели и находит приблизительно то, что искал. Хьюго подтягивает диван с двумя квадратными пуфами поближе к огню и застилает те теплым покрывалом. Его занятие отдаленно напоминает ему игры в детстве, когда он, гостя у бабушки, строил замки из стульев и покрывал, пока сама Клотильда готовила на кухне. Из-за окна доносится вой ветра. Хьюго подходит к Эсми и предпринимает попытку вытащить ее из-под горы одеял. Владычица слабо сопротивляется, принимаясь протестующе мычать. — Всего на полминутки, Эс. Эсми жалобно скулит, когда ее заставляют оставить одеяла позади. Хьюго решает, что будет быстрее просто перенести ее ближе к огню. Он ставит владычицу на кровать, набрасывает на ее плечи верхнее одеяло, а после подхватывает ее на руки. Эсми сопротивляется первые секунды, а после затихает, крепко к нему прижимаясь. Хью не сразу понимает причину такой резкой смены поведения. Рыцарь усаживается на импровизированное ложе у корзины с огнем, опуская рядом с собой владычицу. Он собирается было вернуться за остальными одеялами, вот только она его не отпускает, прижимаясь горячим лбом между его шеей и плечом. — Эс, ты чего? — мягко окликает ее рыцарь. — Мн-не т-так х-холодно, — дрожащим голосом отвечает Эсмеральда. Хьюго замирает. Где-то в его груди разливается такое приятное тепло. Рыцарь опускается на самодельное ложе, позволяя Эсми удобнее устроиться у себя в руках, поправляет на ней одеяло. — Эс? — тихо зовет Хьюго. — Ты вся дрожишь. Постарайся расслабиться и станет теплее. Владычица тихо кивает, вкладывая все силы в попытку расслабить собственное тело. Между ними повисает тишина. Хьюго она кажется приятной, доверительной. Тишину между ними нарушает только вой ветра за окном и треск огня у их ног. Рыцарь задумывается о том, что Эсми бы сейчас зелье от жара... В его книге есть рецепт, но он достаточно сложный и Хьюго не рискует приготовить его для неё. Если бы для себя — он бы попробовал, но для Эсми, если он что-то неправильно сделает... Хьюго решает, что завтра пойдет к местному аптекарю и купит у него что-то от жара. Скажет, что для себя. Местные особо не церемонятся здесь с больными, особенно — с мужчинами. Никто не станет проверять его лоб. Эсми почти что перестает дрожать, успокаиваясь. — Такой ветер сильный... — тихим голосом отзывается владычица. Хьюго опускает взгляд на нее: — Тебе страшно? — Нет. — Эсми смотрит на огонь. — Просто не люблю бурю. В такие мометны волей-неволей начинаешь думать, а вдруг кто-то из моих подданных не успел укрыться от бури? Хьюго хочет было отпустить колкость, мол, вот бы ее подданные так о своей владычице волновались, как она о них, но решает промолчать. Эсми сейчас нужен покой, а не глупые перепалки. *** — Малыш? Я дома. Питер сбрасывает с плеч тяжелый плащ, притрушенный снегом. Верховный король также стягивает с ладоней обшитые мехом рукавицы и опускает их на одну из тяжелых тумб. Он находит свою королеву в кресле у камина. На руках Дженни лежит раскрытая книга, но сама королева смотрит будто бы сквозь нее, глубоко погрузившись в собственные мысли. Верховный король понимает, что его пока что даже не заметили. Он безшумно стаскивает с уставших ног сапоги и оставляет их за пределами их гостинной. Дженни так сильно любит этот огромный ковер и Питеру каждый раз прилетает "по ушам", когда он проходится по нему в грязной обуви. — Детка? Дженни вздрагивает, оборачиваясь в его сторону. Улыбается ему... Питер хмурится: ее улыбка кажется ему натянутой. — Солнышко, что-то не так? Дженни покидает кресло у огня: — С чего ты взял? Все в порядке. Как Бивердам? — Дженни обнимает его и легонько целует замерзшую щеку Питера. Питер расстегивает тяжелый дублет: — Хорошо. Я заскочил на обратном пути на пять минут к мистеру и миссис Бобр... И эти пять минут обернулись двумя часами. Поэтому я так поздно. Дженни бросает на него сочувственный взгляд: — Голодный? — Ох, нет! — король показательно кладет руки на собственный живот. — Я едва дышу. Миссис Бобр не выпускала меня из-за стола, пока я не сьел все, что она для меня наготовила. Кстати, Тумнус тоже был там. — Правда? Он уже вернулся от Люси? В такую погоду? Я была уверена, что он пробудет в Анварде до наступления тепла. Питер кривится: — Ему там неуютно. На него постоянно пялятся орландцы, не привыкшие видет фавнов. А еще Тумнус слишком сильно влюблен в нарнийскую весну: просыпаются дриады и... — Ты тоже думаешь, что у него кто-то есть? Здесь, в лесу? Глаза Питера загораются азартом: — Я в этом уверен, но не могу доказать. Обычно приходящая в восторг от амурных сплетен Дженни реагирует вялой улыбкой. Глаза Питера гаснут: — Джен? — Питер подходит ближе и ловит ее лицо в ладони. — Пожалуйста, скажи мне, что не так?