Глава 12. Собственной персоной

В обеденном зале настолько шумно, что хозяйка дома замечает возвращение конунга только в тот момент, когда тот распахивает двери в зал и в изумлении замирает посредине. На длинных светлых волосах Сигурда, как и на широких плечах, до сих пор лежат крупные снежинки.   Эсми подбегает к нему, чтобы привстать на носочки и поцеловать его замерзшую щеку:   — Милый, у нас гости... Неожиданно.   Сигурд удивленно обводит взглядом прибывших:   — Я очень рад, но почему вы не предупредили? Мы бы встретили вас, как подобает...   Сьюзен встает на ноги:   — Если честно, то это решение было довольно спонтанным. На прошлом балу у Люси Эсми так сильно жаловалась на отсутствие семьи во время пра... — Сьюзен отсекается, замечая, как отступающая за спину мужу Эсми активно машет ей руками, пытаясь показать, чтобы она... Замолчала?   Сигурд оборачивается к Эсми и та одаривает его сладчайшей из улыбок:   — Ну не прямо жаловалась, не прямо сильно, так... Просто упомянула.   Сигурд по-прежнему смотрит на свою владычицу недоверчиво, но ничего не говорит. Его взгляд снова обращается к гостям:   — А где же принц Рилиан?   Сьюзен смотрит на конунга с сожалением:   — Он не с нами. Как я уже говорила, решение приехать было спонтанным... Насколько тебе известно, Рилан единственный ребенок при дворе, он растет без братьев и сестер своего возраста. Он так радуется каждый раз, когда видится с Джеймсом, Лорисом и Лотти, ведь даже учиться и тренироваться вместе куда веселее, я уже молчу про игры. В общем, когда ему исполнилось двенадцать, мы с Каспианом решили, что позволим ему на месяц уехать в Анвард, к Люси и Тристану.   Каспиан тоже встает на ноги:   — Рилиан сможет научиться самостоятельности и, с другой стороны, Люси с Тристаном всегда будут рядом, если что пойдет не так. В общем, он уехал к ним как раз две недели назад.   Эсми раскрывает рот от удивления, глядя на мать:   — И ты так просто его отпустила?! На месяц?!   Сьюзен складывает руки на груди:   — Я что, по-твоему, какая-то клуша, чтобы держать сына у своей юбки?! Он стал взрослее и я уважаю его выбор!   — Клуша у нас Эд, — ухмыляется Каспиан. — Так когда свадьба дочери? Уже почти три года она в невестах ходит, как-то неприлично.   — Когда надо, тогда и будет, — едко отпирается Эд. — Твоего разрешения забыл спросить. Моя дочь будет слушаться. В отличие от некоторых.   — Дядя Эдмунд! — Эсми складывает руки на груди.   Сигурд наклоняется к оказавшемуся рядом Роберту:   — Что происходит?   Кронпринц ухмыляется:   — Сильви, дочь  дяди Эдмунда, помолвлена с Ниэльсом, приемным сыном моего папы. Он сделал ей предложение почти три года назад, но дядя Эдмунд продолжает не давать разрешения на свадьбу, ведь по его мнению Сильви еще слишком маленькая для того, чтобы оставить родителей и уйти жить с мужчиной.   — Предложение? — хмурится конунг. — Зачем что-то кому-то предлагать, если невесту можно просто украсть?   Ответ Сигурда припадает как раз на тот момент, когда остальные замолкают. Эдмунд поджимает губы, тыча пальцем в Ниэльса:   — Только попробуй, парень!   Рыцарь отвечает виноватой улыбкой:   — Я бы даже подумать о подобном не посмел, ваше величество.   Эдмунд щурится:   — Смотри мне!   Между Эдмундом и Ниэльсом становится Лира:   — Если я правильно поняла, у нас сегодня много дел. Эсми, детка, говори, что нужно делать и мы начнем.   — Эм-м-м... Сигурд собирался пойти собирать ветви секвойи… Это самое высокое дерево, которое у нас растет и оно священно, потому что они ближе всего к звездам. Как правило, за несколько недель до праздника у нас начинаются сильные ветры, которые ломают ветки… — Эсми отсекается под строгим взглядом конунга. — Я имею в виду, что это боги посылают нам ветви секвойи, что падают с высоты на землю и чтобы мы могли украсить ими дома. Мы прекрепляем их к потолку: подвешиваем на крюки для ламп. Потом… Нужно везде расставить фонарики: снаружи и внутри. Они символизируют звезды. И фигурки из дерева… Когда секвойя умирает, мы вырезаем из нее деревянные фигурки для праздника, тем самым не давая священному дереву сгнить и продолжая его жизнь. И, конечно, ужин… Если я планировала приготовить все сама, теперь я не думаю, что справлюсь. Можете выбрать сами…   Кто-то стучит в дверь, не давая Эсми договорить. Владычица переглядывается с Сигурдом и оба идут к двери, чтобы открыть.   — Мать честная, правители собственной персоной! — восклицает оказавшийся за дверью король Орланди. — Почтен!   — Сюрприз!!! — с восторгом выкрикивает Люси.   Рядом с королем и королевой Рилиан, Шарлотта, Джеймс и Лорис.   — А вы что здесь делаете? — округляет глаза Эсми.   Люси смотрит в ответ с жалостью:   — На прошлом балу ты так сильно жаловалась на одиночество во время главного семейного праздника в Алингсасе, мое сердце просто было разбито в дребезги! Поэтому мы в тот самый день решили, что спланируем эту поездку и составим, вам, бедолагам, компанию.   Эсми густо краснеет, чувствуя на себе испепеляющий взгляд Сигурда и не решаясь посмотреть на него в ответ. Король Орландии же настолько наслаждается собственным сюрпризом, что напряжения между конунгом и владычицей совсем не чувствует.   — И смотри, кто здесь еще! — с энтузиазмом выкрикивает Тристан. — Твой младший братец, cобственной персоной! — Не будем держать гостей на пороге, — угрожающе спокойным голосом отвечает Сигурд, отступая в сторону. — Пожалуйста, проходите в обеденный зал.   — Да, там вас ждет еще один сюрприз, — улыбается Эсми, указывая направление.   Владычица собирается как можно скорее последовать за дядей и тетей, но Сигурд придерживает ее за плечо. Молча. Плохой знак. Эсми заставляет себя обернуться и посмотреть на него.   На лице Сигурда, ледяное спокойствие, а непроницаемый взгляд льдисто-голубых глаз не сулит ничего хорошего.   — То есть, ты жалуешься всем и вся у меня за спиной, как тебе плохо?   Тон конунга ровный, словно поверхность замерзшего озера. Когда Сигурд его использует, все подчиненные вжимают головы в плечи и не смеют произнести и звука. Он смотрит на нее в упор, сверху вниз, терпеливо ожидая ответа.   — Я не... Я не жалуюсь у тебя за спиной. Просто пришлось к слову, а они... А они так серьезно восприняли.   Конунг щурится, намереваясь что-то ответить, но ее спасает подбежавший и прижавший ее к себе сзади Рилиан:   — Эсми, ты идешь? У меня для тебя подарок!   Эсмеральда еще никогда так не радовалась появлению младшего брата.