Глава 13. Двоюродный приемный дядя

Нарезающий овощи верховный король выпускает из рук нож, услышав испуганный крик своей ненаглядной. Королева в ужасе отпрыгивает к нему за спину, роняя крышку от большого ящика.   Питер молниеносно принимается осматривать свою королеву на наличие травм:   —  Что случилось, мой сладкий? Порезалась?   Дженни указывает рукой на ящик:   —  Там куча рыбы... И она вся на меня смотрит!!!   Питер, сощурившись, заглядывает в ящик, который Эд с Тристаном только что втащили в кухню с улицы. Тот действительно набит лососем. Сьюзен заглядывает внутрь через плечо Питера и морщится:   —  Делайте что хотите, а я этого касаться не буду!   Питер с сочувствием смотрит на Дженни:   —  Давай лучше поменяемся: я возьму рыбу, а ты нарежешь овощи?   Дженни активно кивает, беря в руки нож Питера.   Тристан с ухмылкой смотрит на труды верховного короля на разделочной доске:   —  А это так и должно быть, что кусочки по началу очень маленькие, а потом — такие, что едва в рот поместятся?   — А это так и должно быть, что из твоего жареного хлеба дым идет? — парирует Питер.   —  Тролью мать! — Тристан бросается к сковороде на печи и инстинктивно хватает ту голыми руками, чтоб убрать с огня и хорошо так обжигается, выпуская сковороду из ладоней. — Горгульи рога!!!   Рядом молниеносно оказывается Лира с глыбой льда из ящика с рыбой, которую вкладывает в ладони орландцу:   —  Тише, Тристан. Подержи это в руках, пока не растает.   Тристан бросает на Лиру полный благодарности взгляд:   —  Ты просто ангел.   Лира ухмыляется краешком рта, отводя Тристана под руку к стене и усаживая того на стул:   —  Отдохни пару минут. Я возьму хлеб на себя.   —  Ты уже занята супом, — замечает Тристан.   —  Я возьму хлеб, — робко подает голос Флёр, отставляя большую посудину с картофелем в печь и принимаясь за нарезание хлеба.   Пока Питер пытается разобраться, с какой стороны правильно начинать разделывать рыбу, Эд, затыкая рот кулаком, чтобы не засмеяться, подкрадывается сзади к Дженни и опускает лосось той на плечо головой вперед. Кухню сотрясает еще один истошный вопль королевы Бесстрашной, которая от неожиданности выпускает нож.   —  Эд!!! — рычит Питер.   —  Ой... — Дженни замечает красное на ладони и инстинктивно прижимает ту к груди.   В глазах верховного короля мелькает самая настоящая паника. Он в секунду оказывается рядом со своей королевой:   —  Малыш, порезалась?   —  Немного...   Питер наскоро омывает руки в тарели с водой, после чего выуживает из кармана чистый носовой платок и принимается перевязывать им ладонь своей королевы:   —  Эд, ну почему ты такой кретин?!   —  Я же просто пошутил! — отпирается король Справедливый.   —  Радость моя, думаю, будет лучше, если ты пойдешь помогать Эсми и Сильви украшать зал. — с заботой и нежностью в голосе предлагает Питер. — Но сначала — пойди отдохни. Подожди, пока кровь остановится.   Питер наклоняется вперед, чтобы поцеловать свою королеву в висок, а после открывает для нее дверь.   Эдмунд закатывает глаза:   —  "Пойди отдохни"? Как будто ее в битве ранили, а не ее кривору... Вот гоблин! — чертыхается король Справедливый, поскальзываясь, на луже, натекшей от глыбы льда, которой Тристан пытался вылечить свой ожог. Эдмунд несколько секунд сражается за свое равновесие, но битву проигрывает и с бранным словом на устах падает на пол.   —  Эд?! — Сьюзен бросается к брату. — Ушибся?   —  Головой, — ухмыляется Питер. — Так тебе придурку и надо!   —  Питер! — поднимающая брата на ноги Сьюзен с укором смотрит на Питера.   —  Что?! — возмущается король над всеми королями. — Из-за него пострадала Дженни!   —  Слава Аслану, что не умерла, — ехидничает Эдмунд.   И себе убедившись, что Эдмунд в порядке, Лира возвращается к супу.   —  Ваше Величество, если позволите... — голос Флёр сходит на нет от волнения.   Лира бросает на нее ободряющий взгляд:   —  Конечно, милая. Что?   —  Эм-м-м... Суп получается вкуснее, если овощи в нем не нарезанными кидать, а толочь. И если к воде добавить сливок в самом конце...   Лира смотрит в ответ с изумлением:   —  Правда? Как именно?   —  Сейчас я Вам покажу, — Флёр забирает кастрюлю из рук Лиры.   *** Последние блюда вносят в зал для празднования. Тристан то и дело отпускает колкие комментарии в адрес презентации блюд. В какой-то момент Питер клянется Тристану, что если тот еще хоть слово кривое скажет в адрес угощений, отправится есть свой сожженный до угля хлеб вместо праздничной еды.   Тогда Тристан кардинально меняет тактику, принимаясь нахваливать аппетитность криво нарезанных Питером кусочков томленой моркови и их исключительно притягательный черный цвет с одной стороны.   В двери стучат. Эсми приподнимает бровь, переглядываюсь с Сигурдом:   —  Мы кого-то еще ждем?   Сигурд угрожающе сверкает глазами:   —  Разве у тебя еще остались родственники, кому ты могла пожаловаться на свое одиночество?   Эсми выразительно закатывает глаза, направляясь к двери. Сигурд следует за ней. С неким страхом владычица открывает дверь и... На пороге оказывается Раймундо, Франческа и двое малышек.   —  С праздником Возрождения звезд! — восторженно выкрикивает Раймундо, всучивая Эсми объемный сверток.   —  Что ты здесь делаешь? — в который раз за день вопрошает владычица.   На лице у Раймундо появляется заботливая улыбка:   —  Помнишь тот бал у Люси и Тристана полгода назад? Ты тогда рассказывала о местных традициях Алингсаса и что все родственники собираются в одном доме, а вы с Сигурдом всегда...   Эсми сощуривает глаза:   —  Да, но мы с тобой не родственники.   Раймундо округляет глаза:   —  В смысле не родственники?! Мой родной брат является тебе родным дядей!   Эсми ухмыляется:   —  Да, но по браку, не по крови...   —  Ну и что? Если тебе мой брат — родной дядя, значит я тебе тоже дядя, двоюродный... Приемный? — Раймундо осекается. — Эс, не морочь мне голову! Нам еще долго на пороге стоять?!   Эсми не сдерживает смеха, отступая в сторону:   — Прости, я забылась... Вас... Четверо? Я что-то пропустила...?   Раймундо немедленно понимает замешательство владычицы:   —  Лаура, — принц указывает на светловолосую девочку лет восьми, — с нами. Ее мать и отец попросили за ней присмотреть на несколько недель, а сами уплыли на острова, — Раймундо неоднозначно поигрывает бровями. — Так что не пугайся, у меня по-прежнему одна девочка, — Раймундо кивает на маленькую на руках у Франчески. А вот и Лючи и Елизара, с такими раскладами, явно станет больше. Кстати... Одна просьба. Давай сделаем так, чтобы Тристан никогда не узнал об этом маленьком визите? Он думает, что я сейчас в Приморьи...   Эсми закусывает губу, пытаясь сдержать смех:   — Я... Я не уверена, что у нас получится.