Гнилой холм

1

Земля дрожала под копытами коней. Войска королевства выстроились у подножия Гнилого Холма — последнего бастиона, за которым лежали пепелища сожженных деревень. Ветер доносил запах плоти: варвары Кровавого Тотема уже три дня пировали с врагами.

Паладины стояли в первом ряду, сжимая мечи. Рядом рычали рыцари в черной броне с гербами, стертыми до неузнаваемости.Когда-то золотые розы, сейчас были ничем. — Эти псы даже не люди. У них вместо сердец — черви.— Крикнул суровый мужской голос.

Из леса вышли первые враги. На рассвете.Точно в срок. Их тела покрывали шрамы-символы, вырезанные в честь богов-пожирателей. Вождь Кривозуб, с лицом, расшитым медными нитями, взревел, поднимая двуручную секиру: —За кровь и честь!За Клыкастого Отца!

2

Армия обрушилась как лавина. Стрелы вояк пронзали горла, выпуская алые фонтаны, но варвары прыгали на трупы своих же, используя их как живые лестницы. Шаманка с лицом, скрытым под маской из кожи, вырвала сердце из груди раненого и швырнула в костер. Пламя взревело, порождая огненных волков, растерзавших лошадей.

Арон бежал вперед , рубя мечом по шеям. Клинок застрял в позвонках, и в этот момент трое дикарей набросились на него с цепами. Удар пришелся в шлем — мир померк, но паладин, превозмогая боль, вонзил кинжал в глаз одному из нападавших. Кровь хлынула на доспехи, смешиваясь с его потом.

— Беги, святоша! — заорал, отрубая руку одному из сторонников веры. — Или станешь жертвой для их духов!

3

Арон не слушал криков. Его левая рука онемела от удара цепом, а в глазах плавали кровавые пятна. Войска королевства отступали, но земля под ногами превратилась в трясину из грязи и внутренностей. Рыцари, еще минуту назад ревевшие боевые кличи, теперь ползли, волоча перебитые ноги, пока варвары смеялись, отрезая пальцы с перстнями прямо на ходу. — Они повсюду!— закричал молодой лучник, но его череп разродился тяжёлым молотом с хлюпаньем и истошным предсмертным возгласом. Арон споткнулся о труп паладина, чье лицо было ободрано. Крики заглушал хохот врагов. — Беги, это приказ....— прохрипел капитан армии, хватая Арона. Его правая рука болталась на лоскуте кожи - отрубленная ударом секиры, да так что мужчина невольно отодвинулся и конечность с хрустом доломалась от нагрузки.Крик.

4

Арон бежал не помня себя.Инстинкт выживания взял над телом верх, не спрашивая душу. Быть воином — быть убитым в бою за страну.Если это не так — ты не воин. Проклиная себя он бежал, не разбирая дороги.Не смотря на то что приказ об отступлении был дан от самого командира, чувствовал он себя не лучшим образом. Группа врага превысила все ожидания, а сейчас и сам мужчина находился где-то в лесу, около обрыва, не в силах найти выход. На шум мужчина достал двуручный меч и не глядя зарядил на отмаш, по предполагаемому преследователю. Варвар отскочил назад. Лезвие топора рассекло воздух в сантиметре от лица Арона. Тот, не раздумывая, рванул меч на себя, принимая удар на гарду. Металл взвыл, высекая искры, а враг, оскалив зубы с вплетенными в них костяными шипами, плюнул ему в глаза кровью: — Собаки императора бегут, как крысы! Арон молчал. Его горло сдавило от плевка , но руки двигались сами — холодная ярость бурлила в жилах. Он резко выбросил локоть вперед, вбивая гарду меча в нос варвара. Хруст костей смешался с хохотом: дикарь, даже раненый, продолжал наступать, выхватив из-за пояса кинжал с лезвием, изогнутым, как осиное жало. — Ты слышишь их?— прошипел варвар, нанося удар в живот. — Души тех, кого ты бросил умирать! Они кричат в моей крови! Арон отпрыгнул, но клинок все же задел бок. Броня треснула, обнажив рану, из которой потекла не кровь, мерцающая в лунном свете. Варвар замер, его зрачки расширились: — Ты уже принадлежишь Тьме...Хренов святоша.. — “Убей его, “— прошелестело в голове у Падладина. —“Или станешь таким же.“ — “Не стану“ Враг кинулся вперед целясь в предплечье, но Арон извернулся сталкивая мужика на землю ближе к обрыву. Из горла вырвался хриплый смех, не похожий на человеческий. Он поднял меч для удара, но варвар, собрав последние силы, схватил его за ногу. — Мы оба мертвы, — прошептал он, и земля под ними разверзлась.