Часть 2

Лойден проводил взглядом удаляющуюся с пристани фигуру. Долго простоял. Кажется, что разбушевавшийся к ночи ветер был готов выжать из тяжело нависших туч настоящий ливень, если не призвать шторм. Но даже это не испугало стойко державшегося солдата. — Похвально… — Пробубнил он себе под нос и выпрямился, почесывая отросшую за время морского путешествия светлую бороду и складывая руки на груди. — Но глупо. — Великий полководец снова ворчит? Лойден обернулся, выпрямившись в полный рост. Налетевший ветер тут же яростно захлестал его по лицу его же выбившимися из низкого хвоста волосами. Не обращая на это внимания, он свысока оглядел представших перед ним сослуживцев, облаченных в железные доспехи: — Просто размышляю над тем, как вы двое не ушли на дно к Морскому дракону в этих блестяшках, когда мы попали в шторм пару дней назад. Переживаю, что придётся вести ваших подчиненных самому. Вурим, тот, что был чуть повыше довольно усмехнулся, а Дургум, внешне отличавшегося от брата только наличием большого шрама на левой стороне лица, скривил рот от недовольства. — Генерал вернулся? Вурим кивнул и Лойден, проходя между братьями, дружески хлопнул нахмурившегося Дургума. Он направился в капитанскую каюту, попутно поправляя одежду и съехавший с плеч шерстяной плащ, пропитанный льняным маслом, пчелиным воском и для надёжности усиленный зачарованной маленькой брошью в виде детализированного меча, перекрещенного с кинжалом, солнца и луны под ними и всё это на фоне вытянутого щита. Почётная брошь с гербом в награду за верную службу на благо и во славу Империи и лично Императору. Близилась ночь, и из-за дождливой погоды стемнело быстрее обычного. Не то, чтобы он был опытным мореплавателем, но путешествия от Туманной бухты по Северному морю к деревеньке Кхурн и обратно хватило чтобы понять — захватчиков с моря империя может не бояться. Он скучал по столице. По её величественным магическим башням, колоколам и храмам. Извилистым мощеным улочкам между яркими домами и магазинами. По бесконечным мостикам над павильонами и шумной, бурлящей всеми возможными красками жизни. Он скучал по родному дому. Лойден постучал в дверь капитанской каюты и, получив приглашение войти, распахнул дверь. — Генерал! — Лойден склонился в уважительном поклоне, склонив голову и прижав правую зажатую в кулаке руку к сердцу. — Присядь. — Голос генерала Ламасиса звучал устало, но неизменно повелительные нотки проскальзывали даже в дружеском тоне, в котором он разговаривал со своим подчиненным. — Новости не самые приятные. Лойден выпрямился и прямо посмотрел на генерала. Редкое зрелище. Его взору предстал старик с остекленевшими от усталости серыми глазами, под которыми залегли тёмные круги. Гладкая лысина блестела в свете одиноко стоявшего на столе канделябра, между бровями залегли глубокие морщины, а на выбритом лице виднелись дорожки от капель пота. Лойден был одним из тех немногих, кому генерал позволял видеть себя таким. Но даже изможденный вид нисколько не уменьшал его сурового внешнего величия. Бордово-чёрная мантия подпоясана тонким кожаным ремешком с золотым скругленным наконечником, исписанная магическими красными символами измята, на рукаве виднелось тёмное пятно, похоже после духовных практик открылось кровотечение из не затянувшейся раны. В раскрытой ладони круглый золотой кулон, Сул-Фусгалит, инструмент для медитации, транса и общения с иными чародеями при помощи духовной силы. Длинная золотая цепочка была намотана на руку так сильно, что оставила глубоко впившиеся следы. Было похоже, что общение не задалось. Обычно после медитации он выглядел куда более бодрым. Лойден присел напротив. — Готов выполнить любой приказ. — Не сомневаюсь, — Рот генерала искривила одобрительная усмешка, — Утром отправляйся в сторожевую башню… Генерал зашёлся кашлем, прикрыв рот кулаком. Сгорбившись, он так сильно содрогался при каждом позыве, что Лойден забеспокоился. Явно было что-то не так с генералом помимо открывшейся раны. — Кто-то поставил заслон в окрестностях, я упираюсь в него где-то возле башни. — Продолжил Ламасис после того, как полностью откашлялся, и, выпрямив спину, продолжил, — Найди и уничтожь. Генерал замолчал, опуская взгляд на гладь стола и о чем-то задумался. Свободной рукой он открыл стоящую на краю стола простую деревянную шкатулку и достал оттуда два небольших отрезка чёрной ткани шириной и длиной примерно в два пальца. — Ты ещё помнишь, как этим пользоваться? — Спросил генерал, вопросительно приподняв ткань. Парящее Слово. — Не пользовался со времён Академии. — Ответил Лойден, припоминая действие этих чар. Принцип был простой: чтобы передать послание требуется нашептать его в отрезок зачарованной ткани, а затем сжечь его. Основная проблема заключалась в доставке до адресата. Энергетический поток, образовавшийся после сожжения ткани, может начать метаться от чародея, который его зачаровал к тому, чьё имя нужно было чётко назвать в момент горения. Не самый надёжный способ общения как минимум. Нужно было очень любить сплетни, чтобы заниматься подобным. И быть бесстрашным, всё же не каждый отважится хранить чужие тайны в случае, если поток метнётся не к адресату. Генерал открыл ящик стола, достал оттуда кинжал с чёрной рукояткой и маленький стеклянный пузырёк. Проколов палец острием, он наполнил пузырек кровью, закупорил его и, обернув в отрезки, протянул Лойдену: — Перед тем как сжечь капни. Доложишь, когда доберешься до башни. Командир принял пузырек и аккуратно положил его в небольшую поясную сумку. Кровь генерала была чрезвычайно ценна. — На этом всё, командир Нашари. Отдохни чуть перед заданием, пока я успокою ветер. Лойден встал со стула и почтительно склонился: — Будет сделано!