Глава 3. Часть 6. Левый берег.

❝ Мы умираем каждую секунду,

«я» секунду назад уже никогда не вернётся. ❞ Нелюбимый (Loveless)

      Я не помню, когда всё стало так, как сейчас. В один момент из дружного блока общежития, состоящего из первого, второго и третьего курса, каждый стал в той или иной степени отдаляться друг от друга. Четвёртый курс был подобно мифу — я их лично видела лишь один раз за всё время обучения, и то на обмене опытом с Киото. В те времена и солнце было ярче, и трава сочнее, да и жизнь проходила более спокойнее.       Я всегда принимала течение времени, как должное, ведь я — Мора. Как не мне ощущать на себе все прелести человеческих путей? Однако, я так и не научилась отпускать. Одного только Юи Хайбара мне никогда не забыть, хотя с момента его смерти прошло уже больше десяти лет. Да, наверное, в то время я стала ближе с… третьим, получается, курсом? Нанами в то время стал слишком резким в высказываниях, а порой и вовсе закрывался, отчего находиться с ним на миссиях было невыносимо, да и не жаловал он мою компанию. При всем при этом, вечером за чашечкой чая мы вполне могли общаться о чём-то отвлечённом. Интересно, встретимся ли мы сегодня этим тёмным зимним вечером и как он отреагирует на свою старую одногруппницу? Да, в письмах чувствовалась забота, но никогда не знаешь, как поведет себя человек, встретившись с ним лицом к лицу.       Я помню, как Дейн меня потихоньку тащила вместе с Сугуру на задания. Тогда — каждому было тяжело морально, да и физически. Вспоминая те дни, я с благодарностью отношусь к их терпению. Я в то время была вовсе бесполезна, но благодаря им я выносила с миссий не только пару ушибов, которые Сёко лечила к тому времени на раз-два, но и нечто более важное.       Знания.       Я впитывала, словно огромная губка, все слова, брошенные в ходе сражения. «Бей туда, где проклятье себя чаще всего прикрывает», «Старайся контролировать силы для финального удара», «Старайся не бить в лоб, а вынуждай его совершать ошибки», «Если видишь несостыковки в территории, значит она не полная, а значит шансы для битвы есть», «Смотри, это простая территория поможет тебе избежать ненужных ранений, если ты в полной заднице». Всё это поможет мне в будущем, я знала это, и оказалась права.       Знаете, смотря на Дейн, которая сейчас сидела на переднем сидении и орала песню, которые Идзите (так он себя представил нам с Ли) не особо-то нравилась — на сколько она сильная морально девушка. Не отступает не перед чем; прёт вперед, как танк, а при этом ещё умудряется кокетничать и отвешивать шутки во время боя. Чем-то напоминает Годжо Сатору, но при всём при этом, она не говорит о своей силе напрямую. Она просто делает. За что я её уважаю и сильно ценю. Если бы мне сказали в мой первый день обучения, что та стерва, которая стащила у меня кольцо, станет моей лучшей подругой — утопилась бы в собственно вырытом колодце, а сверху ещё закинула камней на голову. Сейчас же я благодарна всему, что свело нас вместе. Именно она та, что всегда рядом.       Я почувствовала, что в моё личное пространство вторгается чья-то непрошенная рука. С недавнего момента, настроение Сатору из «Я — гиперактивный придурок, держите меня семеро!» перешло в «я — Годжо Сатору, страдай!» Настойчивое тыканье в щёку я старалась игнорировать своими рассуждениями о жизни, которое навевает знакомый пейзаж, так как мы повернули на дорогу к нашему родному Токийскому магическому техникуму, и чем ближе мы приближались к заветной точке, тем активнее становился этот альбинос-переросток.       Он давно завязал глаза бинтами, поправил форму техникума, но эта его привычка распускать руки, при чем покрытые бесконечностью — бесили. Словно тебя щупают через варежки, которые сверху покрыты полиэтиленом. Я знаю, это — дешевая провокация, но пару раз я всё же уступала ему. Я кричала, пыталась удушить, отчего он весело падал назад на Сугуру, придавливая друга. Тот ворчал что-то по типу: «Да потерпите вы уже со своими брачными танцами до техникума», за что отхватывал от меня, но уже словесно.       Временами, Дейн тоже зависала, даже когда играла одна из её любимых попсовых песен, и казалось, что она встречалась взглядом с Сугуру через зеркало заднего вида, но после всё возвращалось обратно и вот она кричит невнятно английские слова, а мы подхватываем её настроение и поём с ней в унисон. Бедный, бедный Идзити.       Мужчина с короткими чёрными волосами, тонкими бровями и такими же губами, носил очки в оправе и имел чересчур впалые щеки. Видно, что в нашей компании он «души не чает» и испытывает очень яркие эмоции: обеспокоенность, нервозность, раздражение. Особенно, когда Годжо намеревался заставить его петь вместе с нами. И лишь моя сила «любви» — удар ему в ребра, который так и не достигал его, успокаивал парня на время.       Путь был долгим, выматывающим, но я не заметила, как мы подъехали к барьеру Тенгена. Высадив нас, уже известный мне мужчина, очень долго кланялся нам, отчего-то странно трясясь, а после одобряющих слов от Годжо — быстро удалился, отгоняя машину куда-то в сторону леса.       Проводив взглядом иномарку, я затаила дыхание. Вот оно — то, с чего началась моя история становление магом. Мой исток. И даже желание поспать куда-то ушло, оставив после себя пару сладких зевков. Дейн словила такой же ступор, вглядываясь в известные пейзажи, словно в первый раз.       Вот она деревянная лавочка, где Сёко любила с братом посидеть покурить поздно ночью, когда уже Масамити сладко сопит в кровати после тяжелого рабочего дня. Вот окно, которое уже починили, но рама сохранила ту вмятину, образовавшуюся после булыжника, влетевшего в неё. Тогда Иори сильно взбесилась, кидая в Сатору со всей силы камни в него, а тот убегал, громко смеясь и показывая ей язык. Та самая высокая трава, где я обнаружила Дейн и Сугуру в обнимку, тихо сопя. Их мне показал Сатору, который случайно обнаружил их, когда возвращался после миссии. Где-то даже осталась фотография на старом телефоне, у Ли она точно есть. А потом я увидела Сатору на фоне тусклого фонаря и… внутри что-то встряхнулось.       Перед глазами стояли картинки прошлого, проносясь в один миг. Маленькая я, которая только начинала испытывать весь калейдоскоп золотой поры. И, конечно же, в эти замечательные картинки из прошлого вмешалась наглая физиономия, которая возникла буквально перед глазами слегка присаживаясь к моему уровню лица, дабы перекрыть всевозможный обзор.       — Ты только не плачь, днём тут куда красивее. Пойдемте, может Сёко ещё сидит за своими бумажками, — улыбаясь в тридцать два зуба, он подёргал меня за щеку, отчего моё веко задёргалось.       — Тебе не кажется, что ты стал чересчур тактильным, Годжо? — как можно спокойнее сказала я, ловя боковым зрением, как Дейн с Сугуру пошли куда-то о чем-то разговаривая на ходу.       — О, — удивился он, а после ухмыльнулся подобно Чеширскому Коту, — ты вновь цундэре?       Я стиснула зубы, понимая, что ученики уже давно отдыхают, поэтому мешать криками вымученным ребятам вовсе не хотелось.       — Игнорировать вздумала? — театрально он подпер на весу ладонью щёку, кивая, — Ясно, тогда ты не даешь мне выбора.       Я вскинула бровь, ожидая, что же выкинет ещё этот любитель «сюрпризов», а после мир перевернулся.       Он. Перекликнул. Меня. Через. Плечо.       При этом, задорно хлопнул по самому мягкому месту.       …       — Они реально приступили к брачным танцам? — Затянулась Дейн стрельнувшей у Сугуру сигаретой.       — Ага. Весело, да?

***

      Холодный коридор подвала больничного корпуса Токийского магического техникума был давно погружен в полумрак. Свет тусклых ламп едва пробивался сквозь пыльный рассеиватель света. В коридоре было тихо, и только изредка раздавался эхом скрип ручки, никак не хотящей писать нужную информацию на листах. В воздухе витал запах лекарств, создавая полную картину больничного крыла.       Одинокий врач сидела среди кучи документов на своем рабочем месте. Она была одета в белый халат поверх голубой блузки и в тёмно-синие штаны, которые задирались выше щиколоток из-за сидящей позы крест-накрест. Её волосы были аккуратно собраны в хвост, но пару прядей всё же выбивались из общей картины.       Уставший взгляд скользил по толстым папкам с документами, и изучал внимательно каждый лист, стараясь заполнить их только нужной корректной информацией.       Это… выматывало.       В последнее время участились смерти среди магов разных возрастов, и вся эта волокита связана исключительно с этими инцидентами. «Когда?», «Где?», «В какое время?» — каждая строчка холодно свидетельствовала о том, что этого человека больше нет в живых. Она привыкла за долгие годы труда, но все же тяжелый выдох, изредка, но старался вырваться наружу.       Хоть она старалась направить все свои мысли на рабочий лад, но взгляд всё время хотел перенестись к часам. Пару раз она сдавалась, всматриваясь в тихо идущие стрелки циферблата и ловила дискомфорт. Рабочее время давно закончилось, но работы не убавлялось, а словно росла в геометрической прогрессии.       Она понимала, что её работа важна, но благодаря тихому «тик-так» она осознавала всё стремительнее, что жизнь идёт мимо неё. Её личная гробница, в которую она когда-то с удовольствием вошла, стала для неё слишком узкой и противной своей стерильностью, чистотой и тишиной.       «Интересно, когда уже…»       Бах.       Дверь, отделяющая её кабинет от холодного и пустого коридора, хлопком стукнулась о стену и на пороге нарисовалась её головная боль с…       — Куропика? — я услышала за своей спиной до боли знакомый голос, который за это время ничуть не изменился, разве что стал чуть ниже.       — Сёко? — ответила я стене перед своим лицом, не в силах вырваться из цепких лап своего мучителя.       — Сатору, — в наш «мини-диалог» вмешался третий, именуемый в моей голове не самыми лестными словами.       — Ты можешь меня отпустить? Я хочу нормально поздороваться, — как можно спокойнее попросила его я, зная, что так просто он этого не сделает, — пожалуйста.       — А что нужно сделать? Какое волшебное действие? — довольным насмешливым тоном сказал он, крепко держа меня за ноги одной рукой, а второй не позволяя сползти вниз — за талию.       — «Если ты сейчас меня не отпустишь, то я тебе кадык зубами вырву»? — сказала я, передразнивая его голос, погладив по широкой спине.       — Не, неверно, — он хлопнул вновь по пятой точке, но в этот раз чуть сильнее.       Я уверена, Сёко, наблюдая за этим, испытывала два чувства: стыд и удивление. Если первое — от его смущающих действий, то второе — от моего внезапного появления.       О том, что я и Дейн возвращаемся в техникум, знал только Масамити Яга, так как всё же это место перешло ему под его контроль и защиту. И, конечно же, Сатору не счёл важным оповещать наш близкий круг о таком. А зачем? Он сам притащит меня не в самом лучшем положении, нарочно выводя на эмоции. И Сёко. За компанию, так сказать, почему нет?       — Как наиграетесь — позовете, — усталый голос Иэйри звучал хоть и меланхолично, но небольшие, едва уловимые нотки радости, но присутствовали.       Она вернулась, судя по звукам, вновь к своей работе, о чём свидетельствовало черкание ручкой по бумаге, и Сатору это не понравилось. Он нарочно стал скрипеть дверкой, подталкивая её ногой и вновь отпуская.       — Годжо, может ты уже меня отпустишь, и мы нормально все поговорим? — я вновь хлопнула его по спине, взывая к его совести.       — Я всё ещё жду, — он закинул меня повыше, и теперь я буквально переваливалась через его плечо.       — Боже, да что ты хочешь от меня?       — Целуй.       — Чё? — отозвалась Иэйри, и вместе с ней уже я начала испытывать чувство стыда, — Так, я серьезно, идите поиграйте где-нибудь ещё, у меня куча работы, Годжо.       Вспыхнула я моментально, осознавая в какое положение ставит меня это человек перед подругой.       — Сё-ко-о-о! Выруча-ай! Меня держат в заложниках и заставляют делать вещи, которые я не хочу-у! — корпусом я начала откидываться назад, дабы наконец взглянуть ей в глаза, за что вновь получила шлепок, — Да хватит уже! Ты переходишь грань! Я скоро взбешусь, я тебя предупредила! — Ой, я хочу напомнить тебе, что я твой жених. Ну, ладно, — он так же резко поставил меня на ноги.       Резко развернувшись, я увидела Иэйри, которая наблюдая за развернувшимся диалогом с таким лицом, словно тут пробежал табун нагих накаченных бодибилдеров, которые звонко смеялись.       — Ж-жених? — она часто моргала, переводя взгляд с меня на этого идиота, а после вновь возвращаясь ко мне.       — Сёко, я тебе сейчас всё объясню… — я подняла ладони и часто ими замахала, стараясь оправдаться, но Годжо опередил меня.       — Она буквально умоляла, что бы я стал её женихом! Вот, смотри, — он присел на корточки, указывая в сторону моей ладони, где на пальце красовалось небольшое аккуратное кольцо, — невестушка моя.       — Годжо, да что у тебя за способности всё переворачивать?!

***

      — Так, говоришь, сделано это предложение с целью, что бы тебя не отдали насильно за Зенина, при всём при этом клятва не действительна, но ты всё равно согласилась? — она массировала свои вески указательным пальцем, пока я вслушивалась в итог своего рассказа со стороны, сидя на стуле напротив неё.       — Ну-у, да-а?       Минуточку.       Моя голова, медленно, словно в замедленной съемке, повернулась к парню, который с особым интересом рассматривал собственные ногти сквозь повязку.       — Годжо Сатору.       — М?       И тут я осознала, что всё-таки происходит, и это вывело из себя настолько, что я начала биться головой об стол. Не сильно, конечно, но само избиение помогало принести ясность в голову.       — Я такая тупая, Ками-сама, теперь все старейшины на ушах из-за нашей «игры», а я не понимала её суть ровно до «сейчас».       Судя по реакции Годжо, его мои слова веселили, о чём свидетельствовала широкая улыбка на его лице, но внутреннее чутьё подсказывало мне, что не всё так просто. Почему-то она казалось натянутой.       — Ладно, опустим эти ваши выкрутасы. Ку, ты навсегда вернулась?.. — запнулась она, слегка поджав губы, — Или проездом?       — Я вернулась, — склонила голову в легком поклоне, слегка улыбаясь, — надеюсь, что навсегда.       — Пока смерть не разлучит нас, — за спиной отозвался веселый голос, за что получил сразу две пары глаз с немой просьбой сидеть тихо.       — Ладно, воркуйте, девочки, я пока пойду к директору, а то он уже мне поэмы пишет, боюсь уже до более масштабных сообщений доходить, увидимся.       Он резко поднялся на свои длиннющие ноги, попутно поправляя нижнюю часть одежды, разглаживая её. Вскинул руку в прощающемся жесте, он легко помахал ею, и когда он уже стоял в дверном проёме — обернулся, кинул через плечо в чересчур серьезной для него манере:       — Куропика, так как ты и Дейн не числитесь в техникуме довольно давно, советую тебе тоже сходить до Масамити. Дейн о этом сама передашь. Всё же последние данные о вас в системе, как о студентках.       И медленным размеренным шагом молча пошагал по коридору, удаляясь от кабинета Сёко. Всё это время мы с Иэйри молчали, смотря в проём, где совсем недавно стоял Годжо, а после, как дверь сама захлопнулась, решила первой прервать тишину:       — Мне кажется, что для него эта «игра» в «жениха и невесту» не просто пустой звук, — она встала из-за рабочего места, собирая документы по всей деревянной поверхности.       — Сёко, всё сложно…       — Никогда не бывает легко, а он, между прочим, долго не мог найти себе места, когда вы резко пропали, хотя накануне мы все вместе договаривались собраться после выпуска, как в старые добрые времена. И даже Сугуру не смог повлиять на его настроение. Ох, Ку, что тогда происходило…       Ответа на её слова у меня не нашлось. Стоило бы поговорить напрямую о этом с Годжо, но передо мной каждый раз встаёт какой-то внутренний блок.       — Поговори с ним, ладно? Может что-то встанет на свои места. Дейн тоже приехала?       — Угу.       — Ясно.              Я понимала, что диалог вряд ли уже у нас состоится. Она устала, я тоже, да и послевкусие улыбки Сатору всё мелькала перед глазами, поэтому тихо встав со стула, я окинула её кабинет взглядом:       — Пойду я. Годжо прав, нужно к директору зайти, с документами там разобраться.       — Ага. Спокойной ночи.       — И тебе.       Обняв на прощание подругу, я вышла в коридор. На кончике языка крутились несказанные слова, но я понимала, что сейчас вряд ли они дойдут в том направлении, в котором я хотела их заложить. И как только я закрыла дверь, то столкнулась с длинным мрачным коридором, где каждая лампочка любила периодически моргать, а ветер, которого здесь и быть не должно, гулял, словно у себя дома.       Дойдя до лестницы, я медленным шагом поднялась по ступенькам, крутя в голове вопрос: а как я вообще должна найти Дейн без смартфона на огромной территории?

***

      С горем пополам, я таки нашла Дейн там, где мы её и Сугуру с Сатору оставили, благо территорию комплекса я знала, как свои пять пальцев. Гето уже не было рядом, а Ли сидела на лавочке, меланхолично качая ногами туда-сюда, словно ребенок на качелях. Её зеленые глаза были направлены на окна общежития для студентов, как раз на окно, где мы раньше жили. Второй этаж, третье и пятое окно слева. Мы были практически соседками, и лишь вечно пустующая комната разделяла нас.       — От тебя сигаретами пахнет.       — А от тебя — медикаментами. Как там Сёко? — она продолжала смотреть вперед, но качать ногами перестала.       — Ну, выглядит хуже, чем мы после двухсуточной миссии.       — Хреново…       Я села рядом с ней, смотря на её профиль. Вблизи можно было увидеть тень её недосыпа, а кожа без макияжа выглядела через чур болезненной. Однако взгляд был живым, хоть и задумчивым.       — Сугуру пригласил меня и его воспитанниц на выходных погулять. Я бы подумала, что это свидание, но там будет плюс два. Они милые.       — Понятно. А ты что думаешь по этому поводу?       — Согласилась, но мне страшно.       — Боишься, что не потянешь троих?       — Боюсь накосячить при знакомстве.       Я ухмыльнулась. На какие «фокусы» способна Дейн при первом знакомстве, я очень хорошо знала. Каждый раз, как я вспоминаю свой первый день здесь, я начинаю испытывать раздражение, но уже не такое сильное, как тогда.       — Главное, удержи свое лапки от хищение чего-то ценного.       — Ой, да пошла ты.       — Хах, пойду, но и ты со мной. Нам надо к директору.       — До завтра не потерпит?       — До завтра не потерпит, — за спиной послышался грубый мужской голос, который ни с кем не спутаешь.       — Учитель! — одновременно обернулись мы, возвращаясь назад в то время, когда мы — студентки, а Масамити Яга — наш учитель. Именно так он подкрадывался к нас сзади, крича о том, какие мы прогульщицы. А после бежали кругов десять.       Мы вообще часто бегали, в отличии от парней.       — Директор, — поправил он оправу очков, обходя лавочку и становясь перед нами.       — Смотрю на вас, девочки, и ничего не поменялось. Отчасти, даже радость берет. Думаю, что до завтра всё же потерпит.       На наши лица легли улыбки, что выражали безмерную любовь к бывшему учителю за все те года, что он потратил на нас, вдалбливая знания, которые пригодились в более взрослом возрасте. Кто же знал, что те уроки арифметики пригодятся при поступлении в военную полицию с последующим карьерным ростом, если его можно так назвать?       — Отличная новость! — вскинула руки вверх Дейн, потягиваясь, — А где мы будем спать?       — В общежитии для учителей, — он достал ключи с бирками — ключи с номерами от ваших новых комнат. Завтра ко мне в восемь, без опозданий. Будем проводить вам собеседование и записывать все ваши данные и техники, что бы подать вас на повышение квалификации, о, мои студентки.       Мы дружно посмеялись с колкой, но такой тёплой фразы, и вечер, что уносил наш смех в даль, отчего-то показался мне не таким уж и плохим. Прохладно, но уже даже это и не так важно.