Глава 7. Великий Лев в волчьем логове: знакомство с Леди.

Санса молча сидела за столом в отцовском кабинете, просматривая заметки по предстоящему торговому соглашению, которое они надеялись заключить с Тайвином Ланнистером. Она обмакнула перо в чернильницу и добавила еще одну короткую мысль внизу страницы. Недалеко от неё, за своим большим письменным столом Лорд Старк перебирал бумаги. В детстве этот звук раздражал её – он означал, что отец слишком занят, чтобы играть с ней. Теперь же она находила в нём утешение. В привычном шуме было что-то знакомое и надёжное, знак того, что отец уделял внимание делам Севера. Раздался тихий стук в дверь. Оба одновременно прекратили писать и почти одинаковым движением отложили перья. Санса едва заметно изогнула губы в улыбке, с лёгким удивлением отметив, что у них есть одни и те же мелкие привычки. Нед поднялся, слегка потянулся и пересёк комнату, чтобы открыть дверь. – Лорд Ланнистер желает вас видеть, милорд, – с легким поклоном произнес дежуривший у двери стражник. Нед встретился взглядом с серыми глазами стражника, без сомнения их дальнего родственника, и коротко кивнул ему в знак благодарности. Затем он перевёл взгляд на сурового Тайвина Ланнистера. Недовольство мгновенно отразилось на лице, стоило ему заметить второго человека в дверях. Джейме Ланнистер. Цареубийца. Нед предполагал, что самодовольный насмешливый взгляд глаз младшего Ланнистера означал его прекрасную осведомлённость о том, что он был крайне нежеланной персоной. И на этой встрече, и в Винтерфелле вообще. Но при этом он также знал, что Лорд Старк ничего не мог поделать с присутствием незваного гостя, не оскорбив Лорда Ланнистера. Дурная идея, если хочешь заключить торговый союз. – Добро пожаловать. Прошу вас, входите, Лорд Ланнистер, – сказал Нед в свойственной ему сдержанной манере. Когда сир Джейме последовал за отцом в комнату, Старк процедил сквозь зубы: – Не знал, что вы тоже придёте, Цареубийца. – Ну да, вы, Старки, вообще ничего не ждёте, кроме зимы. Слишком уж тут холодно для всего остального. Честно говоря, мне кажется, мужчина скорее отморозит себе яйца, пытаясь заняться чем-нибудь другим, – заявил Джейме, самодовольно ухмыляясь, словно кот, слопавший канарейку. Нед уже раскрыл рот, чтобы парировать, но не успел вымолвить ни слова; в комнате раздалось негромкое покашливание. Рука Джейме немедленно потянулась к рукояти меча, и он резко развернулся на звук. Когда внимание всех присутствующих оказалось приковано к ней, Санса обратилась к отцу: – Все в порядке, отец. Мы в расчёте: двое Верховных Лордов и их дети, не являющиеся наследниками. Вполне честно на мой взгляд. К тому же, в кабинете найдется ещё один стул. Она присела в неглубокий реверанс перед двумя мужчинами и тихо произнесла: – Лорд Ланнистер. Сир Джейме. Джейме Ланнистер был потрясен, рассматривая присевшую перед ними в реверансе девушку. Его могли сколько угодно называть человеком без чести, и он вовсе не горел желанием тащиться за отцом на эту встречу. Но он бы ни за что не позволил себе подобную грубость, если бы знал о присутствии молодой леди в кабинете. Даже если она была дочерью мужчины, который презирал его. Возможно, Джейме всё равно выдал бы что-нибудь возмутительное, но уж точно выразился бы куда более деликатно. Он быстро склонился в коротком поклоне, надеясь этим движением передать искренность, которой обычно и не думал утруждаться. – Прошу прощения, миледи. Санса выпрямилась и встретила по-кошачьи зелёные глаза Джейме Ланнистера дразнящей улыбкой; в её взгляде сверкало лукавое веселье. – Ничего страшного, сир. Но вам придется простить моего отца. Он не знал, что вы придете: вероятно, не услышал вашего рёва. Нед тихо простонал, но напряжение в его позе заметно поубавилось. Если ей не показалось, суровый рот Тайвина Ланнистера даже едва заметно дёрнулся вверх – всего лишь на мгновение. Сир Джейме сменил раскаяние на отчаянную борьбу с приступом смеха и, возможно, ещё одним неуместным замечанием. – Лорд Ланнистер, это моя старшая дочь, Санса. Цареубийца, я был бы признателен, если бы вы тщательнее следили за своим языком, особенно в присутствии моей дочери. Гораздо более пристальнее, чем вы охраняете своих королей. Сансе хотелось зарычать, и лишь то, что подобное поведение совершенно неподобающе для леди, удержало её. Отец сводил на нет все их усилия. Она не знала почему её отец и Джейме Ланнистер неизменно пробуждали друг в друге худшее. Такими темпами начало обсуждения затянется до зимы. Если эти двое и дальше будут так остервенело препираться. – Робб и Теон иногда намекают и на более непристойные вещи. Ничего страшного, – сказала она, небрежно махнув рукой. Ей хотелось биться головой о каменные стены, но Санса продолжала сохранять спокойное, доброжелательное выражение лица, несмотря на нарастающее раздражение. – Что ж, боюсь, это не совсем справедливо, милая. Ведь это не мой ребёнок принес боевое оружие в кабинет лорда, – ответил Эддард, демонстрируя упрямство Старков во всей красе. Если бы он ещё сильнее скрестил руки и надулся, то выглядел бы точь-в-точь как Бран или Рикон, когда те капризничали или расстраивались. Санса стремительно теряла терпение. Она знала, что отец никакого значения не придал бы мечу. Но это же был Джейме Ланнистер. Неужели он не понимал, насколько им необходимы дополнительные запасы к зиме и хорошие отношения с Западом? Он что, нарочно всё усложнял? Даже ей было ясно, что требовать от рыцаря оставить меч – верный способ нарваться на неприятности. Честно говоря, она бы не удивилась, если бы сир Джейме спал с этой чёртовой железякой. Конечно, в те ночи, когда не спал со своей сестрой. – Если это единственный повод для беспокойства, отец, я могу всё исправить, – ответила она, почти приветливо улыбнувшись. Только усмешка больше напоминала оскал. Нед выглядел растерянным и озадаченным её словами, и только поэтому Джейме не выхватил меч. С досадой и оттенком безрассудства Санса нащупала в своём сознании часть, связывающую её с Леди, и позволила себе скользнуть туда. Глаза на миг вспыхнули странным молочно-белым светом, затопившим всю видимую часть зрачков, прежде чем снова очиститься и вернуться к привычной синеве Талли. Она наклонила голову и позволила напряжённой тишине между тремя мужчинами затянуться. Слишком поздно Санса вспомнила, что собиралась держаться в тени рядом с их опасными гостями. Раздражение внезапно схлынуло, и она крепко сжала губы, скрывая тревогу. Санса переступила с ноги на ногу. Затем решила, что всё не так уж и страшно. Если судить по презрению Серсеи к Старкам, то остальные Ланнистеры без сомнения и так считали северян варварами. Это конечно не улучшит их мнения, но вряд ли сильно усугубит положение. Не настолько, чтобы подвергнуть её опасности. К тому же теперь, когда её братья и сестра знали о возможности установлении связи с волками, она была не единственной меняющей облик в присутствии гостей. Да и вообще, это почти не было секретом. Санса знала, что кое-кто из слуг уже ловил её родных за подобной практикой. И Бран, и Арья чувствовали себя словно рыбы в воде. Бран обычно не делал ничего слишком бросающегося в глаза, а вот Арья пускалась во всевозможные проказы. Однажды она подложила дохлую крысу в постель септе Мордейн после того, как та назвала Арью одичалой язычницей и позором для благородного имени её семьи. Ещё она использовала Нимерию для слежки за одним из замковых слуг, которому пришлись не по душе её занятия с оружием. В течение трёх дней Арья изводила этого человека: всякий раз, когда ему казалось, что он остался один, перед ним возникала голодная и устрашающая Нимерия. После этого мужчина старался избегать встреч с Арьей и научился держать свои женоненавистнические взгляды при себе. Это без сомнения подпитывало слухи о странностях Старков. Она не доверяла Ланнистерам, и демонстрировать перед ними свои способности было безусловно опрометчиво и рискованно. Но Санса понимала, что за время визита эти двое всё равно увидят нечто подобное от её более беспечных братьев и сестры. Прежде чем кто-либо успел задать вопрос, от двери раздался тихий царапающий звук. Тайвин Ланнистер наблюдал за девушкой подозрительными, хитро прищуренными зелёными глазами, похожими на глаза его сына, если не считать золотистых крапинок в зрачках. Леди Санса впервые позволила себе по-настоящему искреннее выражение лица с момента их знакомства накануне. По правде говоря, вчерашняя встреча и знакомством-то толком не была. Она даже не уточнила, что является старшей дочерью Эддарда Старка, и не сделала ничего, что выходило бы за рамки поведения дочери Хранителя Севера. Разумеется, все правила гостеприимства были соблюдены в полной мере. Однако куда вероятнее, что Лорд или Леди Старк настояли на полной форме обряда в знак почтения к множеству высокородных гостей, а не по инициативе самой девушки. Если бы сейчас Тайвин не увидел её настоящего выражения лица, с легкостью бы поверил в искренность вчерашних притворных масок. Любопытно: дочь достопочтенного Неда Старка умеет настолько хорошо прятаться за ликом непомерно любезной добродетели. Он начал подозревать, что её замечание относительно Джейме и его отсутствующих прав наследника Утёса, было намеренным уколом в его адрес, а не просто вежливой попыткой разрядить обстановку. Его это не задело. Намёк был достаточно тонким, да и за годы ему доводилось слышать куда более жёсткие высказывания. Если бы Тайвин злился каждый раз, когда кто-нибудь напоминал о глупом выборе его сына, он бы только и делал, что гневался да строил козни против тех, кто посмел его оскорбить. Его просто интересовала и забавляла подобная дерзость от юной девушки. Он не ожидал встретить в Винтерфелле столь искусного собеседника. Ловкая игра словами довольно необычный навык для закрытой северной семьи. Леди Санса подошла к двери и с чрезмерно учтивым: – Прошу прощения, милорды. Это Леди у двери, – проскользнула мимо его сына. Она распахнула дверь, и в комнату почти бесшумной скользящей поступью вбежала крупная волчица. Её шерсть была светло-серой, за исключением белого брюха, а глаза в слабом утреннем свете отливали цитриновым блеском. Зверь почти не обращал внимания ни на кого, кроме девушки, следуя за ней преданно и неотступно. Волчица лишь мельком взглянула на остальных в комнате, но не стала задерживаться, чтобы рассмотреть их получше. Леди Санса фыркнула, её глаза засияли озорным восторгом. – Сир Джейме может оставить при себе свою сталь. У меня нет меча, но когти и клыки вполне сойдут. Чудовище по имени Леди улеглось у её ног и услужливо зевнуло, демонстрируя зловеще длинные зубы. – Боги, Старк, да ты беспокоился о моём языке, когда позволяешь своей дочери держать волка в качестве домашнего питомца! – воскликнул Джейме, с недоверием уставившись на существо у ног девушки так, словно ему требовалось её спасать. Мысль, разумеется, совершенно нелепая – Леди была ей абсолютно предана. Леди Санса лукаво улыбнулась и невинно поправила его: – О, на самом деле это лютоволк. Она просто ещё маленькая, так что пока не полностью выросла. О да, Тайвину это юное дитя Старков пришлось по душе. Где она научилась так искусно сражаться медовыми речами на тихом Севере оставалось загадкой, но наблюдать за этим было забавно. Он не видел Джейме таким растерянным с детства. К тому же Леди Санса ловко обходила острые углы и разряжала обстановку перепалки двух взрослых мужчин. Его сын поперхнулся словами: – Лютоволк? Вы же не будете всерьёз это утверждать? Лютоволков никто не видел уже по меньшей мере сто лет! Мерцающие серые глаза лорда Старка выдавали не скрываемое веселье. – Вообще-то у всех моих детей есть по одному. Даже у самого младшего, – сказал он, беззаботно пожав плечами. Брови Джейме сошлись на переносице, он на мгновение поджал губы, прежде чем спросить: – Леди Санса, возможно, я вас неправильно расслышал, но вы сказали, что назвали своего очень большого, очень дикого и свирепого, почти мифического зверя… Леди? – Леди вовсе не дикая. На самом деле она самая ласковая из всех. Видели бы вы Лохматика – лютоволка моего младшего брата Рикона. Вот уж они оба совершенно дикие, истинные Старки. У Рикона явно волчья кровь, – сказала она. Но Тайвин отметил те факты, которые она не опровергла. И его сын кажется тоже обратил на это внимание. Тайвин заговорил прежде, чем Джейме успел добавить что-нибудь ещё: – Леди Санса, вы сами позвали Леди сюда, когда мгновение назад ваши глаза вспыхнули белым? – Да, милорд, я направила её сюда. До этого она была в моей комнате, – приветливо ответила она, охотно поддерживая северные стереотипы. Порой было полезно позволить противникам думать, будто она – простая девочка, выросшая на варварском Севере. – И все младшие Старки способны на это со своими лютоволками? – спросил Тайвин со странным блеском в глазах. Санса не была уверена, что когда-либо видела его настолько заинтересованным, даже в Королевской Гавани. Это настораживало. Но она списала его вопросы на новизну информации. – Я не уверена, что остальные пока могут осознанно управлять волками, но думаю, по крайней мере волчьи сны им снятся. В будущем, Бран, вероятно, сможет управлять и другими животными, – промурлыкала Санса осторожный ответ Лорду Утёса Кастерли. Она не рассказала ничего сверх того, что итак знали её братья и сестра. Боги, остальные никогда не были очень застенчивыми и принялись бы хвастаться, стоило ему только спросить их об этом. Арья скорее всего оказалась бы особенно падка на внимание Великого Льва, прояви он к ней хоть малейший интерес. Были у Сансы подозрения, что младшей сестре понравилась его коварная и безжалостная натура, так хорошо совпадавшая с её собственной. В любом случае, Санса не замечала у Лорда Тайвина Ланнистера столько эмоций по какому-либо поводу. Не в прошлой жизни точно. Правда, сравнивать ей было особо не с чем: до своего бегства из Королевской Гавани у неё не представлялось возможности много за ним наблюдать. И всё же этот торговый договор был нужен ей больше любого другого. Добрые отношения между их землями могли стать решающим фактором для предотвращения войны, особенно если король действительно намеревался сделать отца своим Десницей, оставив Винтерфелл им с Роббом. А они были ещё слишком юны и не заслужили должного уважения своих знаменосцев. Нед тихо пробормотал проклятье. – Так вот чем вы все занимались со своими волками последние несколько недель, – сказал он, внезапно поняв смысл тех странных действий, которые лицезрел пару раз. Его дети сидели нос к носу со своими волками, и даже самые неугомонные из них замирали без движения – зрелище, смущавшее и тревожившее весь Винтерфелл. Спокойные и умиротворенные Арья и Рикон – тут любой станет молиться Старым Богам о посмертной милости для своей души. Санса виновато кивнула. – Прости, отец. Они боялись, что мама велит им прекратить, если вы узнаете. – И откуда у вас такие умения? – беззаботно поинтересовался Лорд Ланнистер, прерывая немой поединок взглядов между лордом Старком и его дочерью. – Это дар Детей Леса, который чаще всего проявляется в крови Старков, – ответила Санса, пожав плечами, – Иногда он встречается и у других северных домов, но без всякой закономерности. Не зря Старки в основном женятся и выходят замуж на Севере. Она говорила осторожно, делясь лишь тем, что и без того было известно каждому интересовавшемуся северными преданиями. Эта тема раз за разом всплывала в старых сказаниях Севера, хотя в наши дни и северяне, и южане считали подобные истории глупыми небылицами. Даже если бы Лорд Ланнистер никогда о них не слышал, узнать правду не составило бы труда. Достаточно заглянуть в библиотеку или расспросить любого северянина – от несмышлёного малыша до самой древней старухи. – Чтобы сохранить дар? – спросил он, пристально вглядываясь ей в глаза. Несмотря на его внимание, Санса не ощущала в словах Хранителя Запада какой-либо угрозы. Возможно, было ошибкой испытывать настолько мало страха перед человеком, чьё имя могло заставить дрожать взрослых мужчин по всему Вестеросу. Но с учетом того, что на кону стояло торговое соглашение, она продолжала давать продуманные ответы: – Нет… потому что, полагаю, большинству других домов не нравятся лютоволки в постели с их наследниками. Она нахмурилась и задумчиво добавила: – Или, может быть, им это просто кажется странным. Тайвин видел, как его сын с трудом сдерживает улыбку и очевидно неуместный двусмысленный ответ. Его дети не имели ни малейшего чувства приличия. Он подумал, что должен быть благодарен хотя бы за то, что Джейме не выпалил свою «остроумную» реплику в присутствии любого другого Верховного Лорда. Тайвин бросил сыну укоризненный взгляд, а затем снова встретился глазами с молодой леди: – Это восхитительно, Леди Санса. Она искренне улыбнулась ему. Леди была одной из самых любимых вещей Сансы в жизни. Её радовало и одновременно успокаивало, что лорд Ланнистер проявлял интерес к ней – и не в том смысле, что он хотел использовать Леди, чтобы причинить ей страдания. Возможно, его просто терзало любопытство: подобное не встречалось на Севере уже много лет, а на Юге – и того дольше. – Хотите погладить её? – спросила она Лорда, – Она не укусит, если вы не попытаетесь причинить мне вред. Тайвин на мгновение застыл, а затем шагнул вперёд, наблюдая, как Санса подаёт Леди сигнал рукой. Волчица обнюхала его ладонь, и когда девушка кивнула, Тайвин погрузил пальцы в мягкую шерсть на спине животного и слегка почесал. Леди радостно завиляла хвостом и тяжело запыхтела, как щенок-переросток, высунув язык набок. Закончив, он отступил назад и заметил, как Джейме смотрит на него широко раскрытыми глазами, словно не узнаёт отца. Тайвин усмехнулся – иногда было забавно делать что-то просто, чтобы шокировать своих детей. – Сир Джейме, хотите тоже попробовать? Лев из Утёса Кастерли и прославленный рыцарь Королевской Гвардии, должно быть, не менее смелый, чем его лорд-отец, – поддразнила она с милой улыбкой, которой позавидовала бы сама Дева. Девочка была очень виртуозна. Тайвин видел, как его сын, вдвое старше неё, напрягся и собрался с духом после этих слов. Очевидно, Джейме понял, что она намекает на его трусость, несмотря на невинную манеру речи. Санса внимательно наблюдала, как Сир Джейме протягивает руку к лютоволку, словно подсознательно готовясь быть разодранным в клочья. Она тщательно скрывала своё удовольствие: слегка уколоть львиную гордость – допустимо, а оскорбить её – смертельная ошибка. Но Леди поступила слишком уж неожиданно. Она села перед Сиром Джейме и, виляя хвостом, мягко ударила его лапой по руке. Санса наблюдала, как он рефлекторно отдернул руку и моргнул, поражённый поведением волчицы. – О, нет, извините! – пробормотала Санса, и на ее щеках появился смущенный румянец, – Думаю, Леди вас неправильно поняла. Сир Джейме немного расслабился и наклонил голову, задаваясь вопросом: – Всё в порядке. Что именно она неправильно поняла? – Проще будет показать. В этот раз... Протяните руку ладонью вверх, – заикаясь, произнесла Санса, избегая прямого зрительного контакта с кем-либо из мужчин в комнате. Она сцепила руки за спиной, чтобы не поднять их и не спрятать горящее лицо. Леди должна была ждать команды или соответствующего жеста. Но Санса слишком хорошо знала свою волчицу: если Леди чего-то захотела, то не остановится, пока не получит желаемое. Джейме послушно протянул руку ладонь вверх, слегка озадаченный, но не сопротивляясь. Волчица не причинила никакого вреда, лишь слегка удивила неожиданным движением. В этот раз она казалась скорее игривой, а не опасной. Леди опустила голову слегка вбок, положила правую лапу в его ладонь и присела. Джейме держал её лапу, ожидая, но больше она ничего не делала. Когда он поднял взгляд, Санса выглядела так, будто хотела провалиться сквозь землю, но пробормотала: – Она будет сидеть в этой позе, пока вы не завершите приветствие. Вдруг картина сложилась полностью. Санса назвала своё огромное чудовище Леди и научила её правильно принимать приветствие – как леди приняла бы его от лорда. Джейме восторженно ухмыльнулся, глядя на смущённую девушку, которая с утра беспрестанно ставила его в тупик и выводила из равновесия. Потом он низко наклонился над лапой Леди, коснулся её губами с безупречными манерами и, используя все свои рыцарские чары, произнёс: – Приятно познакомиться, Леди. Когда он отпустил её лапу, Леди плавно подняла голову и встала. Затем она прижалась к его бедру, явно требуя внимания и поглаживаний. Джейме, конечно же, оказал внимание даме – он был рыцарем, а это поступок рыцаря. Он поднял взгляд и увидел редкую улыбку на губах своего отца, и Неда Старка с трудом сдерживающего смех. Он был уверен, что никогда прежде не видел этого человека в любом другом настроении, кроме мрачного. Поэтому зрелище удивило его не меньше, чем улыбка собственного отца. – Санса, может мне стоить заменить главного псаря? Я уверен, что даже он не обучал гончих реверансам, – спросил Нед, глядя на свою краснеющую дочь. Он искренне радовался видеть хоть какой-то намек на свою лёгкую романтичную дочь, которую он считал потерянной с тех пор, как она вышла из склепа несколько лун назад. Она всегда выглядела такой же серьёзной и преисполненной долга, каким люди нарекали его самого после Восстания Роберта. – Думаю, в этом нет необходимости, отец, – ответила она строго, хотя весь эффект портил румянец, заливающий её бледную кожу. – Беру свои слова назад, Леди Санса, – сказал Джейме, и его тёплые зелёные глаза искрились смехом, – Ваш лютоволк может быть свирепым и диким, но она точно заслуживает своё имя. С таким почтением меня встречают редко даже при дворе. Он видел краем глаза, как Старк сдерживает смех, прикрыв рукой рот. Санса была спасена от необходимости отвечать, вмешался Лорд Тайвин: – Лорд Старк, с вашего позволения я соглашусь на компромисс: присутствие Леди в обмен на меч моего сына. Нед Старк задумчиво посмотрел на волчицу, прежде чем встретиться с проницательным взглядом Ланнистера и кивнуть: – Думаю, это приемлемо. Прошу присаживайтесь, – сказал он, указывая на свободные стулья у своего стола. Когда оба гостя опустились на предложенные стулья, Санса подошла к маленькому столу в комнате, взяла перо и окунула его в чернильницу. – Надеюсь, вы не возражаете, – сказал Нед, указывая на Сансу, – Моя дочь быстро и аккуратно пишет. – Ни в коем случае. Жаль, что мои дети не проявляли такой инициативы в юности, – сделал комплимент Лорд Ланнистер, после чего начал утомительные переговоры о торговых условиях с другим Верховным Лордом. Леди поднялась с пола, отряхнула мех и затрусила к Сансе, но заметила рыцаря. Джейме Ланнистер уставился в окно, куда-то вдаль, и нервно теребил одежду, не замечая ничего вокруг. Леди развернулась, подошла к нему и завиляла хвостом. Когда он не заметил её присутствия, продолжая безучастно смотреть во двор, Леди положила голову ему на колени и сунула морду под его мозолистую ладонь. Джейме наконец удивлённо посмотрел вниз и провёл рукой по её шерсти, почесав за ушами, когда понял, что она ждет его прикосновений. Джейме приподнял взгляд из-под полуопущенный ресниц и весело улыбнулся, заметив обиженный и одновременно слегка возмущённый взгляд Леди Сансы. Со своего места он мог видеть, как она поджала губы, яростно записывая заметки в черновик соглашения. Их отцы ожесточенно торговались: продовольствие, меха, лес, металлы, шахтёры, насколько ремесленники могли повысить цену на свои товары, налоговые ставки между двумя землями и обязанности сторон по защите кораблей и грузов от Железнорождённых. Санса почти не поднимала глаз от пергамента, но Джейме видел, как она украдкой посматривает на него и Леди. Сначала он думал, что это встреча окажется ужасно скучной, но поведение Леди определенно добавляло веселья. Он почесывал волчицу за ушами и вдоль бёдер, пока одна из её задних лап не начала ритмично стучать в такт движениям. Он тихо прошептал Леди, какая она умница, и наблюдал, как Санса пытается скрыть своё любопытство и зависть за маской безразличия, одновременно сосредоточив внимание на обсуждаемом соглашении. Джейме нашёл особенно чувствительное место на спине Леди, и она издала довольный визг. Краем глаза он заметил, как Санса прищурилась и раздражённо поджала пухлые губы. Джейме проглотил смех, который готов был вырваться наружу. Седьмое Пекло! Он не получал столько невинного удовольствия с девушкой с тех пор, как открыл для себя секс. Он погладил Леди по голове и тихо, так чтобы девушка услышала, сказал: – Иди к своей хозяйке, Леди. Похоже, она обрадуется твоей компании. Леди не двинулась с места, как он и предполагал. Она посмотрела на него умоляющими щенячьими глазами и снова выжидающе завиляла хвостом. Когда он убрал руку, Леди настойчиво сунула голову под его ладонь. Джейме самодовольно улыбнулся, и ему даже не пришлось смотреть вверх, чтобы понять: даже если молодая красивая дочь Неда Старка старается это скрыть, она должна быть в ярости от того внимания, которое её волчица требует именно от него.