Глава 12. Королева с иным титулом.

Тайвин Ланнистер неспешно бродил по Великому Замку, надеясь перехватить Неда Старка и узнать, сработал ли на Роберта их ход с освобождением Джейме из рыцарей Королевской Гвардии. Сначала он направился к кабинету, но тот оказался пуст – ни самого хозяина, ни Леди Сансы там не было. Так и не определив местонахождение Хранителя Севера, Тайвин не стал бездумно метаться по залам и вместо этого позволил себе внимательно изучить архитектуру замка. Винтерфелл разительно отличался от Утёса Кастерли. Здесь господствовал более древний архитектурный стиль с ромбовидными окнами и высокими башнями. В Утёсе же лишь немногие строения поднимались над землёй – основная часть замка уходила вглубь, в старые шахтёрские пещеры. Однако верхние уровни Утёса Кастерли были куда светлее всех помещений Винтерфелла вместе взятых. Наземные залы родового гнезда Ланнистеров были инкрустированы золотом и сверкающими самоцветами; многочисленные окна и балконы открывали захватывающий вид на Закатное море. В первый же день по прибытии, оставшись в уединении своих покоев, Тайвин коснулся стен и с удивлением почувствовал приятное тепло. Это казалось почти чудом инженерной мысли, в деталях которого ему ещё предстояло разобраться. Разумеется, все знали, что Винтерфелл обогревают горячие источники под его основанием, но точный механизм был известен лишь Старкам. Он отметил и другое: стоило отдать распоряжение о ванне, как служанки уже через несколько минут принесли горячую воду для купания. В любом другом большом замке, где ему доводилось останавливаться, на это ушёл бы по меньшей мере час. Объяснялась ли разница лишь тем, что воду не нужно было кипятить? Тайвин сомневался на этот счёт. Богороща с переплетением чардрев и железностволов оказалась тише и прекраснее, чем он ожидал. Тайвин действительно понимал, почему Леди Санса желала иметь нечто подобное в месте, где жила. Он не знал, придаёт ли этому месту святость незримое присутствие Старых Богов или же всё дело в почтении, которое Старки воздавали этой земле на протяжении восьми тысяч лет. Прохаживаясь по залам и отмечая про себя особенности Винтерфелла, Тайвин так и не встретил ни одного из искомых Старков. Зато заметил силуэт, который сперва принял за одного из младших мальчиков – с молочно-белыми глазами, словно в оцепенении. Он замедлил шаг, вглядываясь в фигуру, притаившуюся в затемнённой нише, и увидел: в пределах вытянутой руки лежал тонкий стальной меч ковки Винтерфелла. Несмотря на штаны и тунику, вскоре стало ясно: перед ним вовсе не мальчик, а самая младшая девочка Старков. Её выдавали длинные волосы и тонкие черты лица, унаследованные от Лианны. Тайвин приподнял бровь, наблюдая за ней с возрастающим интересом. Его даже забавляло, что Лорд Старк позволяет дочери разгуливать с мечом и в мальчишеской одежде. Трудно было поверить, что отец не знает, чем она занимается: костюм сидел слишком хорошо по фигуре, вероятно, был сшит специально для неё. Кроме того, ему было любопытно вновь увидеть ту странную магию, свидетелем которой он стал несколько дней назад, наблюдая за Леди Сансой. Девочка, которую он теперь без труда признал Арьей Старк, никак не отреагировала на его присутствие – даже когда он бесшумно приблизился на расстояние в несколько шагов от неё. Ни голова, ни тело не дрогнули в ответ на его движение. Тайвин решил, что либо у неё отвратительные манеры, либо, вселяясь в своих лютоволков, Старки полностью теряют связь с окружающим миром. Второе казалось ему более вероятным: немногие осмеливались не замечать его, когда он стоял так близко. Он задумался, может ли она слышать в этом состоянии. И уже собирался прочистить горло, чтобы проверить догадку, но девочка моргнула – её взгляд внезапно прояснился, став таким же строгим, как у Неда Старка. Она схватила лежавший рядом тонкий меч, вскочила и едва не налетела на него, в последний момент резко остановившись с шумным вдохом. Арья Старк была миниатюрной и едва доставала ему до пояса, с тёмными волосами без намека на рыжину, отличавшую её законнорождённых братьев и сестру. Её широко раскрытые глаза скользнули по его груди к лицу – и в них вспыхнуло узнавание. – Лорд Ланнистер, – резко произнесла она и отступила на шаг, чтобы не задирать голову. Он невольно задумался, считается ли это приветствием на Севере, и ответил тем же тоном: – Леди Арья Старк. Девочка сморщила нос и, упрямо насупившись, спросила: – Что вы делаете в этой части замка, Лорд Ланнистер? Он подавил усмешку, увидев её реакцию. Ей не по душе имя или прилагающийся к нему титул? Судя по одежде, он был готов поспорить, что девочка терпеть не могла обращение «леди». – Я надеялся застать Лорда Старка или Леди Сансу в кабинете вашего отца, чтобы обсудить кое-какие незаконченные дела. Она кивнула с явной подозрительностью, но больше ничего не сказала. Тайвину хотелось расспросить её о связи с лютоволком: накануне он видел это лишь мельком. Он попытался найти повод разговорить девочку, немного ослабив её настороженность. – Я видел, как ваша сестра делала это несколько дней назад, – произнёс он, неопределённо махнув рукой в её сторону. – Санса вселялась в Леди при вас? – недоверчиво переспросила Арья. Трудно было представить, что её благородная сестра стала бы демонстрировать подобное умение при южанах – даже после того, что случилось несколько лун назад в склепе. Раньше Санса постеснялась бы показывать столь «варварский» дар изысканным лордам и леди южных королевств; теперь же причина была иной. Она стала куда недоверчивее к чужакам и редко позволяла кому-либо вне семьи увидеть в ней что-то, кроме образа безупречной леди. Прислуга по-прежнему обожала её за красоту и ещё более безупречные манеры, но Арья знала: в кругу семьи Санса совсем другая – менее чопорная и гораздо более живая, чем при редких гостях Винтерфелла. – Да. Но, полагаю, она не собиралась выставлять это напоказ. Кажется, она устала от спора между моим сыном и вашим отцом и позвала Леди, – сухо подтвердил Тайвин. – Отец спорил с Лордом Тирионом, и Санса призвала Леди, чтобы их разнять? – Арья осеклась, запутавшись ещё больше. С какой стати её отцу спорить с Бесом? И зачем вообще понадобилась Леди, чтобы прекратить столь неравный спор? Тайвин нахмурился. – Не Тирион. Мой сын Джейме. Он явился на частную беседу в кабинет Верховного Лорда с мечом, тогда как ваш отец и Леди Санса были безоружны. Ваша сестра сочла нужным восстановить равновесие сил. Девочка прыснула в ладонь. – Неудивительно, что Сансе пришлось звать Леди. Кому вообще пришло в голову запереть моего отца в комнате с Цареубийцей? И тут, похоже, до неё дошло, что именно она сказала – и кому. Она поспешно опустила взгляд и торопливо произнесла: – Простите, милорд. Мой отец презирает Сира Джейме... я решила, что это взаимно. Тайвин пересмотрел своё прежнее суждение. Девочка была груба, впрочем, скорее по неумению, чем по злому умыслу. Слишком прямолинейна и ещё не научилась держать язык за зубами, но в её возрасте это пока простительно. Резкий контраст со старшей сестрой, способной так искусно переплетать слова, что порой не разберешь – делают тебе комплимент или оскорбляют. И всё же у стоящей перед ним малышки были серьёзные и умные глаза. Тайвин не сомневался: Арья вырастет не менее сообразительной, чем сестра. Просто её ум проявится совсем иначе. – Я редко имел дело с вашим отцом и не знал всей глубины его чувств, когда попросил Джейме сопровождать меня. Это была моя оплошность, которую Леди Санса сумела исправить. К счастью, ни один из них не прибегнул к большему, чем грубые слова, – произнёс Тайвин, сцепив руки за спиной. – Не могу поверить, что моя идеальная сестра настолько забылась, что позволила себе связь с волком при посторонних. Должно быть, её и правда сильно разозлили, – сказала Арья тоном, ясно дававшим понять: она уже прикидывает, как поддеть сестру за такую оплошность. – Боюсь, ни ваш отец, ни мой сын не показали себя с лучшей стороны, – заметил Тайвин, взглянув на неё сверху вниз и обменявшись с девочкой почти заговорщической улыбкой. Ему было даже приятно снабдить её поводом для насмешек над её чрезмерно серьёзным лордом-отцом. Арья звонко расхохоталась. – Значит, они вели себя как дети? – Не могу отрицать: это недалеко от истины. Вчера, наблюдая за вашей сестрой, я заметил, что она держала связь с Леди ровно столько, сколько требовалось, чтобы позвать её. А вы? Как долго вы оставались в сознании лютоволка в этот раз? Теперь, когда настороженность девочки заметно ослабла, он позволил себе спросить прямо. Арья расплылась в гордой улыбке: – Почти целый час! Без перерыва! Тайвин приподнял бровь. Это было куда дольше, чем он ожидал услышать. – И чем же вы занимались всё это время? Арья внимательно посмотрела на него, прикидывая, станет ли он насмехаться над её ответом. Она на мгновение прижала язык к нёбу, раздумывая. Лорд Ланнистер не выказывал пренебрежения и ни словом не осудил ни её, ни её необычную одежду. Наконец она медленно выдохнула и опустила взгляд: – Отец разрешает мне тренироваться с мастером над оружием, – сказала она, чуть приподняв тонкий меч. Затем снова вскинула голову, сердито вздёрнув подбородок. На этот раз в её голосе звучали нотки негодования: – Но сир Родрик не учит меня как следует. Потому что я девочка. Он считает, что девочкам не место в бою. – Почему вы так думаете? Это серьёзное обвинение, если он не подчиняется приказам Лорда Старка, – предостерёг её Тайвин. Она кивнула. – Я знаю. Поэтому и решила проверить: глазами Нимерии я подсматривала за уроками моего младшего брата Брана. Сир Родрик занимается со мной куда хуже, хотя я уже лучше управляюсь с мечом, чем Бран. – Изобретательно, – одобрил он. – И что вы намерены делать? – Буду смотреть уроки Брана, выучу всё сама, а потом одолею Сира Родрика и заставлю его тренировать меня как положено, – упрямо заявила Арья. – Так вы освоите движения, – спокойно заметил Тайвин, – но не получите должной практики. И вряд ли добьётесь, чтобы мастера над оружием призвали к ответу за неуважение к вам и вашему отцу. К тому же без наставника обучение займёт слишком много времени. Хотите услышать моё предложение? Он встретил её твёрдый, суровый взгляд. – Да, пожалуйста, – без колебаний ответила Арья. Она прекрасно знала, какая слава тянется за стоящим перед ней человеком. В детстве Арья больше всего любила истории о Дорне и королеве-воительнице Нимерии, но, подслушивая разговоры взрослых, не раз слышала и страшные рассказы о нём. Если уж просить совета, как добиться своего, то Великий Лев, пожалуй, лучший человек во всех Семи Королевствах. А теперь он сам предлагает помощь. Тайвин почти видел, как мысли вихрем проносятся в голове юной Старк. – Полагаю, вы опасаетесь, что отец вам не поверит, если вы обратитесь к нему напрямую? – заметил он. Арья кивнула. – Да. И я не хочу, чтобы он решил, будто я жалуюсь. После того, сколько шума мама подняла из-за этих занятий... и сколько им с Сансой пришлось выслушать. – Тогда вам нужен союзник. Тот, кто знает, как вас должны обучать, и кому ваш отец поверит. Она нахмурилась. – Думаю, отец обидится, если это скажете вы, – сухо заметила Арья, явно не в восторге от предложенного плана. В уголках губ Тайвина мелькнула тень улыбки. Девочка даже не пыталась смягчить слова ради его самолюбия или положения – весьма занятное отличие от взрослых, которыми ему обычно приходилось иметь дело. – Не сомневаюсь, что он был бы недоволен моим вмешательством. Я имел в виду вашего старшего брата. Пусть он тайно понаблюдает за одним вашим занятием и одним занятием Брана. Если он согласится с вами, то сможет поговорить с отцом от вашего имени. Вы получите надлежащее обучение, а Лорду Старку придётся либо сделать выговор мастеру над оружием, либо внимательнее следить за его работой. Арья нахмурилась ещё сильнее и уставилась в стену, обдумывая услышанное. – Не уверена, что Робб согласится. Ему не нравится оказываться между матерью и отцом, когда они не сходятся во мнении. Тайвин сделал мысленную отметку о будущем Лорде Винтерфелла. Привычки, выработанные в юности, редко проходят бесследно. Как бы тесно ни связал их земли брак его наследника с Леди Сансой, знать слабости другого лорда всегда полезно – особенно те, которыми можно легко воспользоваться. Если юный Старк не готов занять твёрдую позицию, чтобы помочь сестре, из страха чьего-то неодобрения, это говорит о недостатке характера и принципов. Оставалось надеяться, что к совершеннолетию – и к моменту, когда он примет Винтерфелл – он это перерастёт. – Но Джон может помочь. Он гораздо лучший мечник, чем Робб, хоть и младше. Отец может прислушаться к нему, – оживлённо сказала Арья и убрала меч в ножны у пояса. Это тоже многое говорило о раскладе сил в семье Старков. Однако Тайвина куда больше занимала названная ею продолжительность времени в облике волка. Всего несколько дней назад Леди Санса дала понять, что не может удерживать связь с лютоволчицей долго. Солгала ли она? Он не считал её лгуньей, но и не знал достаточно хорошо. Целый час – этого более чем достаточно, чтобы услышать почти весь его разговор с Джейме в Богороще. Неприятные догадки Тайвин тщательно скрыл. Теперь, когда между ним и Леди Арьей установилось некое подобие доверия, и он оказал ей услугу – пусть и не называя этого вслух – возможно, она ответит ещё на пару вопросов о кровном даре их семьи. – А другие дети тоже могут удерживать связь так долго? Леди Санса использовала её всего на несколько мгновений, – поинтересовался он, маскируя свои подозрения праздным любопытством. Тайвин надеялся, что девочка не уловит скрытого смысла. Арья сморщила нос, задумавшись. – Не знаю, сколько могут старшие братья. И пробовали ли вообще. Бран точно держит связь не хуже меня. Хотя вообще-то Санса первой поняла, что мы можем это делать. Но одного раза мало: нужно много практики, чтобы научиться управлять сознанием волка. У неё просто нет на это времени. Думаю, она может удерживать связь минут пятнадцать. У Сансы всегда какие-то дела. А если она не занята, то помогает Рикону учиться. Она считает, что он ещё слишком мал, чтобы пробовать в одиночку. Тайвин почувствовал удовлетворение. Леди Санса оказалась достаточно умна, чтобы не лгать, и его опасения были напрасны. К тому же она умела обучать этому дару и делала это ответственно. Её младшему брату было всего четыре года, если он правильно помнил. Это сулило хорошие перспективы, когда придёт время передать умение собственным детям. – Значит, ваша сестра предпочитает этим занятиям тренировки с мечом? – спросил он, кивнув на оружие у её пояса. Леди Санса совсем не показалась ему любительницей боевого искусства, но, возможно, это просто северная особенность или простая необходимость в таком суровом крае. Тайвин по-прежнему испытывал сдержанное любопытство к девушке, обручённой с его сыном, а перед ним стоял идеальный источник сведений: младшие сёстры редко приукрашивают правду. Арья вдруг разразилась смехом – так, словно он сказал величайшую глупость. – Моя сестра – истинная леди. Она не дерётся на мечах. Она шьёт и подолгу разговаривает с отцом в его кабинете, – сказала Арья с лёгким пренебрежением. – Должно быть, это занимает у неё немало времени, если его не остаётся ни на практику с Леди, ни на тренировки, – заметил Тайвин как бы невзначай и с удовлетворением отметил, что девочка клюнула на приманку. Арья закатила глаза и возмущённо фыркнула: – Санса всё время что-то шьёт. – Шитьё – очень полезный навык. Ваша одежда сидит на вас отлично. Кто-то ведь её сшил, – сказал Тайвин, несколько удивлённый горячностью, с которой девочка презирала столь обычное для благородных дам умение. – Санса сама сшила мне одежду. Но в основном она делает одеяла, одежду и маленькие шапочки для малышей из Зимнего Городка. Не думаю, что она старается быть полезной. Санса просто любит детей и прочие глупые девчачьи вещи, – ответила Арья, оттянув край туники и сморщив нос. Арья любила сестру. Особенно теперь, когда они перестали постоянно ссориться. Но она не понимала, как родные сестры могут быть такими разными. Арья терпеть не могла часами сидеть за шитьём и едва выносила общество маленьких детей. Как Санса это выдерживает – и ещё делает вид, что её это нравится – оставалось для неё загадкой. Тайвин с трудом сдержал улыбку, глядя на маленькую северянку. Он встречал женщин, презирающих всё откровенно женственное, но редко кто говорил об этом так прямо – особенно при нём, вдовце с двумя неженатыми сыновьями и огромным состоянием. – Зная вашу сестру, сомневаюсь, что она просто пытается быть милой. И она, и ваш отец тревожатся из-за приближающейся зимы. Одеяла и тёплая одежда помогут детям пережить холод. И это превосходная политика. Арья растерянно моргнула: – Серьёзно? Она шьёт политику? – Ни один Дом, даже великий, не стоит сам по себе. Люди, получившие одежду и одеяла, сшитые руками вашей сестры, запомнят это. Запомнят, что Дом Старков был добр к ним и их детям. И когда придёт время работать или сражаться, они откликнутся охотнее. Леди Санса укрепляет верность и преданность своих людей. Она полезна и умна по-своему. Войны выигрываются не только мечами на поле боя. Тайвин объяснял эти простые истины неугомонной девочке таким же тоном, каким когда-то давно пытался втолковать это собственным детям. Урок, который, как показало время, оказался для старших совершенно бесполезным. Джейме по-прежнему верил, что любой конфликт можно решить силой, а Серсея редко прибегала к чему-то изящнее самых грубых методов. Арья переступила с ноги на ногу, удивительно напоминая отца: – Ладно, шитьё Сансы может быть полезным… но мне всё равно кажется, что учиться владеть мечом интереснее. Тайвин едва сдержал улыбку. – Вы напоминаете мне моих детей. Джейме всегда хотел держать меч в руках, а если бы я был больше похож на вашего отца, уверен, Серсея тоже захотела бы научиться сражаться. Арья попыталась скрыть недовольство. Она не питала особой симпатии к Королеве и почти не общалась с Сиром Джейме. Подобное сравнение было не слишком приятным. Но она догадывалась, что Лорд Ланнистер хотел её похвалить. – Наверное, для вас это интереснее. Но Леди Санса не показалась мне человеком, любящим владеть оружием, даже если пыталась пробовать. Одни любят создавать, другие – сражаться. Основатель вашей линии, первый Брандон Старк, прославился именно как Строитель. Никто не помнит, был ли он хорошим воином. Разве имеет значение, чем предпочитает заниматься ваша сестра, если она делает это с пользой? Арья постучала носком ботинка по каменному полу. – Думаю, нет. И вы правы, Санса любит создавать и мастерить. Я знаю, отец просил её помочь с постройкой порта, и она была очень рада этому. Хотя мне это казалось ужасно скучным. Наверное, ей бы совсем не понравилось сражаться. Возможно, Тайвин изначально недооценил будущую невесту сына. С каждым днем пребывания здесь открывались всё новые грани её натуры. Он предполагал, что Лорд Старк оставил дочь в кабинете во время обсуждения соглашений, чтобы у неё была возможность научиться тактике ведения деловых переговоров. Возможно, цель состояла в том, чтобы девушка оценила результаты своей работы. Леди Санса казалась умной и обучаемой, но ему и в голову не пришло всерьёз пересмотреть свое мнение о ней после признания Богов. А ведь они назвали её правительницей Севера, и такой недочет в расстановке сил был ошибкой с его стороны. – Кстати, вы не знаете, где я могу найти вашего отца или сестру? – перевёл тему Тайвин. Арья склонила голову набок, чуть задумавшись, а потом ответила: – Отец либо сейчас с Королем, либо в Богороще. А Санса последние несколько дней в Зимнем Городке – разговаривает с людьми и раздает одеяла. Он глубоко вздохнул. Пожалуй, сначала нужно проверить Богорощу. Иначе придётся ждать, пока удастся застать Лорда Старка в одиночестве. Тайвин не хотел рисковать встретить Роберта – терпения с утра хватало только на серьёзные дела. Разговоры с дураками к ним не относились.

***

Сидя за нижним столом, Джейме наблюдал за попытками Джоффри привлечь внимание Леди Сансы. Он усмехался в кубок всякий раз, когда принц заговаривал с ней, а она отвечала вежливой улыбкой и парой слов – и тут же возвращалась к трапезе. Раздражение на лице мальчишки становилось всё заметнее: ни одна из его попыток не производила впечатления на хорошенькую северянку. Когда Джейме заметил, что Леди Санса почти закончила, он поднялся и направился к высокому столу – как раз вовремя, чтобы услышать последние слова принца: – Я бы хотел сам убедиться в вашей волчьей крови. Пожалуй, попрошу отца вызвать вас ко двору, Леди Санса. В конце концов, если вы не желаете быть королевой, это не значит, что вам нельзя провести время в приятной компании, – произнес Джоффри с неприятной усмешкой, скользнув взглядом по её фигуре. Джейме стиснул зубы. Неужели она провела всё утро, выслушивая подобные двусмысленные намеки? От этой мысли в нём закипала злость. Формально придраться было не к чему, но тон и расставленные акценты не оставляли сомнений в намерениях принца. Это было оскорбительно для любой леди, не говоря уже о дочери Верховного Лорда. И к тому же глупо. Джоффри сильно повезёт, если подобные слова не долетят до ушей Лорда Старка. Неужели он всегда вёл себя так? Обычно Джейме не назначали охранять принцев. Раньше он списывал подобным график на извечную паранойю Серсеи, но теперь уже не был уверен, что дело только в этом. Возможно, его держали подальше и ради самого Джоффри – особенно учитывая характер мальчика. Сир Барристан по-прежнему не доверял ему и терпеть не мог работать в паре с ним. Лорд-командующий чаще назначал Джейме к Роберту, Серсее или Мирцелле, так что о повседневных манерах принца он знал мало. Но сейчас он ясно увидел в глазах мальчика опасную искру, которой достаточно малейшего повода, чтобы разгореться. Чем он занимался все эти годы? Неужели был настолько поглощён Серсеей, что не замечал происходящего вокруг? На мгновение мелькнула мысль: а не в этом ли и был смысл их отношений – держать его занятым и ослеплённым? Но Джейме тут же её отогнал. То, что их любовь была неравной и в большей мере односторонней, ещё не означало, что у Серсеи имелись скрытые мотивы. Не стоило приписывать коварство тому, что могло быть всего лишь его собственной слепотой. Джейме наблюдал, как Санса снова улыбнулась – вежливо и чуть отстранённо. – Лучшее место, чтобы увидеть волчью кровь – это Север, мой Принц. Возможно, через несколько лет я с нетерпением буду ждать возможности увидеть Королевскую Гавань. Я слышала, что город столь же прекрасен и впечатляющ, как и живущая там королевская семья. Но пока моё место здесь, в Винтерфелле. Он заметил, как Джоффри расправил плечи, приняв её слова за комплимент, и едва сдержал смех. Джейме слишком хорошо представлял, насколько «прекрасными и впечатляющими» Леди Санса считает и столицу, и её обитателей. Смысл её слов был совсем не тем, что вообразил себе принц. Вблизи её лицо казалось тревожно пустым. И прежде, чем Джоффри успел сказать ещё что-нибудь опрометчивое, Джейме вмешался: – Племянник, через несколько лет тебе, вероятно, придётся просить разрешения у мужа Леди Сансы, чтобы наслаждаться её обществом при дворе. И не факт, что он захочет делиться её милыми улыбками, – сказал он с притворной лёгкостью. А поскольку этим мужем предстояло стать ему самому, то только через его труп кто-либо посмеет обращаться с ней подобным образом. Пусть он и не любил Леди Сансу, он поклялся её защищать – и нарушать эту клятву не собирался. К счастью, Джоффри был никудышным бойцом, а среди рыцарей Королевской гвардии, кроме Сира Барристана, едва ли нашёлся бы тот, с кем Джейме не справился бы при желании. – Я наследный принц, а однажды стану королём. Кто посмеет отказать мне в такой малости, как общество Леди Сансы? Лорд Старк – друг моего отца, он не станет отвергать столь простую просьбу. К тому же я слышал, как несколько вечеров назад она сказала моему отцу, что не выйдет замуж, потому что хочет сохранить своё имя, – произнёс Джоффри, самоуверенно пожав плечами. В зелёных глазах вспыхнул знакомый лихорадочный огонёк. У Джейме похолодело в животе. Слова звучали любезно, но в них ощущалась угроза, обращённая к сидящей рядом девушке. Ещё одно подтверждение, что Леди Санса говорила правду. Как этот мальчишка может быть его сыном? Он не узнавал в нём себя. Да, Джейме часто называли высокомерным, но Джоффри давно перешёл грань обычной заносчивости. Судя по отметинам на спине Сансы, он вырастет жестоким и злобным. Джейме посмотрел на принца почти с жалостью, но в голосе прозвучало предупреждение: – Всё не так просто, дорогой племянник. Быть принцем и королём не значит, что тебе обязаны подчиняться во всём. Леди Санса – Старк по крови. Её род древнее любого другого на этом континенте. И только глупец отказал бы ей в возможности сохранить своё имя, если бы это было условием брака. Джоффри уже открыл рот для язвительного ответа, но Санса заговорила первой: – Полагаю, я более не голодна. Прошу простить меня, мне пора идти. Мой Принц, Сир, – произнесла она и резко поднялась из-за стола, оставив почти половину блюда нетронутым. – Конечно, миледи. Позвольте проводить вас на свежий воздух или в покои, если пожелаете, – сразу предложил Джейме, заметив её побледневшее лицо и бескровные губы. – Буду очень признательна за сопровождение, Сир. Доброго дня, Принц Джоффри, – сказала Санса деревянным тоном и сделала лёгкий реверанс. Он был безупречен, хотя казалось, что она вот-вот лишится чувств. Джейме подал ей руку, бережно устроив её тонкую ладонь у себя на сгибе локтя, и вывел из зала. Всё это время он чувствовал на спине прожигающий взгляд Джоффри – до тех пор, пока за ними не закрылись двери. Он подождал, пока с её лица исчезнет эта пугающая пустота, и только тогда спросил: – Куда вы предпочли бы направиться, миледи? В покои или на улицу? Санса устало улыбнулась, и Джейме с облегчением заметил, как на её щёки возвращается румянец. – Кажется, я задолжала вам прогулку. Позвольте только взять с собой Леди, и мы пройдёмся по Богороще. – Мы вовсе не обязаны, – мягко возразил он, – Я вижу, что вы расстроены. И не осужу, если вы захотите укрыться в своих покоях до конца дня. – О нет, я обещала вам прогулку. А я знаю, как Ланнистеры относятся к долгам, – поддразнила она, и в её глазах стало больше тепла. Джейме засмеялся: – Да, Ланнистеры всегда платят свои долги. Но этот я могу взыскать позже. К тому же вам не о чем тревожиться – вы ведь не Ланнистер. Санса уловила невысказанное «пока». После официального объявления она станет Ланнистером во всём, кроме имени. Она вывела его во внутренний двор. Людей вокруг было немного: некоторые уже с утра занимались делами, а остальные ещё спали. День обещал быть мягким – по северным меркам это означало отсутствие снега и ледяного дождя. Небо было ясным, и утреннее солнце приятно согревало кожу. – Почему бы вам просто не призвать свою любимицу, как в прошлый раз? – спросил Джейме с легким любопытством. Санса нахмурилась. – Это бесполезно. Мать велела запереть её в псарне после того, как она выла во время пира несколько ночей назад. Её это очень рассердило. Джейме тоже нахмурился. – Зачем? Ваша волчица куда лучшая защитница, чем любой стражник. А здесь слишком много людей, которых вы не знаете и которым не стоит доверять. Санса пожала плечами. – Родители никогда не приставляли к нам охрану. Думаю, моя мать даже не допускает мысли об опасности здесь, в Винтерфелле. И лютоволков она не любит, так что вряд ли согласилась бы использовать их как защиту. Она отвернулась, глядя куда-то вдаль – Джейме решил, что так она пытается скрыть выражение своего лица, – и тихо добавила: – Моя мать – преданная последовательница Семерых. Думаю, моё присутствие её смущает. Больше, чем кого-либо из детей, она старалась воспитать меня образцовой леди в свете своих Богов. А теперь я ставлю её в неловкое положение. Старые Боги оказались реальны, хотя она никогда не верила ни во что, кроме Семерых. И я слишком изменилась по сравнению с той девочкой, какой была. К тому же ей не по душе некоторые перемены, которые я продвигала в последние месяцы. Он что-то промычал в ответ, глядя на её затылок. Интересно, понимает ли она, сколько личного сейчас ему открывает? Возможно, по мнению некоторых личностей он и был самым глупым из Ланнистеров, но в людях он разбирался лучше брата и сестры. И эта трещина в отношениях с матерью явно причиняла Леди Сансе боль. Будь у него желание посеять раздор в семье Старков или вернуться к Серсее, этим было бы легко воспользоваться. Но он не хотел причинять ей новых страданий. И уже решил держаться подальше от Серсеи. Джейме мягко коснулся её руки, лежавшей на сгибе его локтя, стараясь поддержать, и с лёгкой улыбкой вернул разговору прежнюю лёгкость: – Что ж, значит, придётся спасать Леди. Разве не в этом заключается долг рыцаря? Спасать дам в беде? Санса повернулась к нему и закатила глаза: – Пойдёмте. Она здесь. Если будете хорошо себя вести, я даже позволю вам лично освободить Леди из заточения. Они вошли в псарню, и изнутри донёсся жалобный скулёж. Как и обещала, его невеста позволила ему открыть клетку. Стоило отворить железную дверцу, как Леди радостно налетела и на него, и на хозяйку – явно счастливая выбраться из своей «темницы». Когда волчица немного успокоилась, все трое покинули псарню и направились к Богороще. Проходя мимо одного из высоких каменных строений, Санса нерешительно произнесла: – Спасибо, что снова спасли меня сегодня. Но, пожалуйста, не намекайте, будто для моего брака с принцем Джоффри достаточно позволить мне сохранить имя. Мне не нужно, чтобы он убеждал отца, будто ему необходима «волчья невеста», которую Король уже упустил. Джейме и не подумал, что его слова можно истолковать подобным образом, но теперь ясно видел, почему такая перспектива могла её напугать. Судя по утреннему разговору, Джоффри без колебаний стал бы дурно обращаться с ней ещё до коронации. И, что хуже, наслаждался бы этим. – Хорошо. Я буду осторожнее в выражениях, миледи. Но вам следует знать: раз уж мой отец почти втянул меня в брак, о котором он мечтал полжизни, то вряд ли позволит вам уйти в другой Дом. Даже ради собственного внука, – признал Джейме. Он заметил, как Санса подняла взгляд к небу – и в следующее мгновение всё её тело рядом с ним напряглось. Что-то привлекло её внимание. Джейме не сразу понял, что именно. Но прежде чем он успел спросить, она резко вырвала руку и сорвалась с места, бросившись к ближайшей башне. Отчаяние и страх, исказившие её лицо, заставили его проследить за её взглядом. И тогда он понял. У Сансы перехватило дыхание. На стене библиотечной башни висел Бран. Его ноги болтались в воздухе: ни одна не находила опоры, и лишь пальцы, вцепившиеся в выступ, удерживали его от падения. Она выдернула руку из руки Сира Джейме, не заботясь о вежливости, и побежала к башне так быстро, как позволяли её ноги. – Бран! – крикнула она в отчаянии, боясь не успеть. Несмотря на её рывок, Джейме и Леди вскоре её нагнали – оба были гораздо проворнее без вереницы длинных юбок. У основания стены уже скулил Лето, и краем глаза она увидела, как Леди присоединилась к своему сородичу. Оба волка метались в тревоге. Сир Джейме оказался рядом почти мгновенно и посмотрел вверх, оценивая ситуацию. Даже с земли было видно: поблизости нет ни окна, из которого можно было бы дотянуться до него, ни достаточно широкого выступа, на который Бран мог бы поставить ногу. – Бран! Ты меня слышишь? Держись! – крикнула Санса. Она лихорадочно оглядывалась в поисках лестницы или хоть чего-нибудь, на что можно было бы взобраться. Или, наоборот, чего-то мягкого, чтобы смягчить падение. Этого не должно случиться снова. Она не позволит. Она уже столько изменила по сравнению со своей прошлой жизнью, но её брат всё равно висел над пропастью, готовый сорваться в любой миг. Её самоуверенность. Её скрытность. Всё это вновь могло стоить им слишком дорого. Она была уверена: раз Первая Твердыня занята, Бран туда не полезет – не упадет и не будет выброшен из окна. Поэтому она даже не предупредила его быть осторожнее во время визита Короля. Неужели судьба их семьи обречена повториться? Неужели она потеряет их всех, как бы ни пыталась это изменить? – Санса, я соскальзываю! Я больше не удержусь! – донёсся сверху тонкий, перепуганный голос. Она видела, как его пальцы, побелевшие от напряжения, медленно соскальзывают по камню. Бран попытался перехватиться, но руки уже дрожали, не выдерживая собственного веса. В бессильной панике Санса прикусила губу до крови. Поблизости не было ни одного стражника. Паника, словно ледяная волна, хлынула по венам, парализуя её страхом. Она не знала, что делать. Собственный голос застрял в горле – она даже не могла как следует успокоить брата, а время стремительно утекало. Ни одной мысли, ни одного решения. Рядом с ней Сир Джейме быстро расстегнул перевязь и отбросил меч в сторону. Коротко ощупал себя, убеждаясь, что ничто не помешает, и крикнул вверх, туда, где Бран висел почти в тридцати футах над землёй: – Бран, это Джейме Ланнистер. Когда я скажу, оттолкнись от стены и подожми руки и ноги. Я поймаю тебя. Понял? – Вы… вы поймаете меня? – дрогнул в ответ испуганный голос. – Поймаю. Готов? – спросил Сир Джейме. Санса уставилась на него в изумлении. Неужели он и правда думает, что сможет поймать её брата с такой высоты? Они же оба пострадают. – Пожалуйста, не дайте мне разбиться, – взмолился Бран. Джейме встал прямо под ним и поднял голову. Да, мальчик был высоко. Но ему доводилось слышать о падениях и с большей высоты, когда детей успевали спасти. Если он сумеет смягчить удар, уйдя назад и приняв его на себя, у Брана есть шанс отделаться без серьёзных увечий. Джейме глубоко вдохнул, готовясь. – Отталкивайся, Бран! – крикнул он. Голос звучал уверенно, хотя сам он этой уверенности не чувствовал. Сердце Сансы билось где-то в горле. Она увидела, как брат оттолкнулся от башни и послушно прижал руки и ноги к груди. Волки рядом взвыли, но её собственное сердцебиение грохотало в ушах громче любого воя. Звуки исчезли. Смотреть было невыносимо, но закрыть глаза она не могла. Санса видела, как Сир Джейме чуть сместился, напрягся – и в следующее мгновение Бран рухнул ему в руки. Рыцарь пошатнулся, сделал несколько шагов назад и тяжело повалился на землю, всё ещё прижимая мальчика к груди. Прошло долгое, мучительное мгновение. Сир Джейме шумно выдохнул и осторожно поставил Брана на ноги, удерживая его за плечи. Санса видела только брата. Мир вокруг словно исчез. Она качнулась, сделала несколько нетвёрдых шагов и с силой обняла его, опрокинув их обоих на землю. – Бран... – всхлипнула Санса, прижимая его к себе так крепко, будто боялась, что он снова исчезнет. Он упал, но на этот раз остался невредим и стоял на ногах. Джейме опустился рядом на корточки: – Всё хорошо. Дайте ему подышать свежим воздухом, миледи. Поблизости кто-то демонстративно откашлялся. Один из стражников Старков смотрел на Джейме так, словно именно он был причиной случившегося. Где его самого носило в это время? Присутствие стражника было бы самой полезной вещью в этой ситуации. – Лорд Бран упал с башни. Он в порядке, но у него есть ссадины, которые должен осмотреть мейстер. Отведите его, а я помогу Леди Сансе, – спокойно распорядился Джейме, понимая, что девушка сейчас не в состоянии взять ситуацию под контроль. Стражник кивнул, но не спешил приближаться. Джейме тихо вздохнул, без особых усилий поднял обоих Старков на ноги, осторожно разжал их объятия и подтолкнул всё ещё ошеломлённого Брана к стражнику, удерживая Сансу за плечи. Когда мальчик и его волк скрылись из виду, невеста Джейме словно лишилась опоры – обмякла и прижалась к нему, как кукла, которой перерезали все нити. Из её горла вырывались тихие, сдавленные звуки. Она изо всех сил сдерживала рыдания. Он прижал её к себе и обнял за талию, стараясь поддержать. – Тише. Всё хорошо, Леди Санса. Ваш брат в порядке. Но её плечи только сильнее задрожали. – Давайте дойдем до Богорощи. Там тихо, и вы сможете поплакать, если нужно, – мягко продолжил Джейме. На мгновение он уловил её запах – свежевыпавший снег, лаванда и что-то цитрусовое. Она кивнула, в один миг спрятала все эмоции и резко выпрямилась. Он неохотно отпустил её. Та скорость и лёгкость, с которой она взяла себя в руки, привели его в замешательство. Невозможно было поверить, что Леди Санса только что едва держалась на ногах. Джейме поднял брошенный на землю меч и снова предложил ей руку. Она покачала головой и с достоинством королевы направилась ко входу в Богорощу. Санса знала: стоит ей к кому-нибудь прикоснуться, и она разрыдается прямо посреди двора. Они молчали, пока не добрались до огромного Сердце-Древа в центре Богорощи Винтерфелла. Джейме позволил ей несколько минут просто стоять, глядя невидящим взглядом на вырезанное в стволе лицо. Он заметил, как она с силой сжала руки, пытаясь унять дрожь, и понял: дальше так продолжаться не может. Это неправильно. Джейме шагнул ближе, сократил оставшееся расстояние и мягко притянул Сансу к себе, устроив её голову у себя на плече. Она была ниже его всего на полголовы, и её хрупкая фигура удивительно естественно легла в его объятия. Прошло очень много времени с тех пор, как он обнимал женщину, и уж тем более такую тёплую и доверчивую. Серсея почти никогда этого не позволяла и уж точно не искала утешения. И, несмотря на всё, ему было, ему было спокойно. Быть нужным. Позволить расстроенной женщине найти убежище в его руках. Когда Санса вздрогнула и прижалась к нему крепче, стараясь заглушить рыдания, в нём будто что-то оттаяло. Он сочувствовал ей. Она правда сильно любила своего брата, и его падение напугало её до дрожи. Джейме тихо, почти неслышно успокаивал её, проводя ладонью по её шелковистым волосам и вниз по спине. Так продолжалось, пока её тело не перестало дрожать, и она сама не отстранилась. Джейме поднял руку. Санса замерла, но не отшатнулась. Тогда он осторожно стёр большим пальцем слёзы с её щёк. Нижняя губа была рассечена там, где она её прикусила, но кровь уже остановилась, и он не осмелился дотронуться до её губ. – Всё хорошо, Леди Санса. Ваш брат в порядке, – повторил он. – Санса. Давайте хотя бы наедине оставим формальности. Вы можете звать меня просто Сансой, – ответила она хрипловато, шмыгнув носом и расправляя складки на помятом платье. Джейме чуть улыбнулся: – Тогда всё в порядке, Санса. И ты можешь звать меня Джейме, если захочешь. – Спасибо, что поймал Брана... В прошлый приезд Короля ты столкнул его с башни, и он остался калекой на всю жизнь. Но в этот раз ты спас его, – прошептала она с благоговением. Джейме сглотнул. Санса смотрела на него, будто он был храбрым рыцарем. Будто заслуживал её внимания и уважения. Когда-то он мечтал, чтобы на него смотрели именно так. Думал, что давно утратил это желание – с тех пор, как его впервые назвали Цареубийцей. Но мальчик, мечтавший стать вторым Артуром Дейном, всё ещё жил где-то глубоко внутри. Внезапно ветер зашевелил кроны деревьев Богорощи, и сквозь шелест листвы послышался шепот: – Санса Старк. Королева Зимы. Последний Старк в Винтерфелле. С низко нависшей ветви сорвался венец, сплетённый из ветвей Чардрева с алыми листьями, и мягко опустился ей на голову. Санса дрожащей рукой коснулась его. Лицо её исказилось болью. Она опустилась на колени перед Сердце-Древом и заплакала: – Прошу... пожалуйста! Разве я ничего не изменила? Неужели судьба моей семьи неизбежна? Долгое мгновение стояла тишина. Санса в отчаянии опустила лицо к груди, безвольно сжавшись у корней дерева. И шёпот прозвучал снова: – Санса Старк. Королева Зимы. Красный Волк Винтерфелла. – Думаю, это и есть ответ, – тихо произнёс Джейме, подходя ближе. Он осторожно коснулся венца на её голове, не в силах скрыть изумления. Санса и впрямь была чем-то иным. Если у него и оставались сомнения в её словах о вмешательстве Старых Богов, то теперь они исчезли. Он никогда не слышал и не видел ничего подобного – ни о призрачном шепоте, ни о коронах из Чардрев, опускающихся на головы девушек. Санса подняла на него растерянный взгляд: – Меня никогда не называли Красным Волком. Это не мой титул. Это что-то новое... и я не понимаю, что это значит. Он протянул ей руку и помог подняться. – Может быть, это что-то хорошее. Санса прикусила губу и вздрогнула: – Большинство известных мне прозвищ появляются отнюдь не по хорошим причинам. И редко бывают лестными. «Последний Старк» тоже не было благословением.  Джейме невольно подумал о собственном прозвище – Цареубийца – и не стал поспорить. – А «Королева Зимы»? В этом нет ничего зловещего. – Раньше, когда я была королевой, меня называли Королевой Севера. Но никогда Королевой Зимы. Это древний титул Старков, существовавший ещё до Завоевания. Я не знаю: это Старые Боги предпочитают подобное обращение, или оно означает нечто иное, – тихо произнесла она, опустив плечи. – Мы со всем разберёмся, Санса. Я обещал защищать тебя и намерен сдержать слово, – напомнил Джейме, пытаясь утешить и поддержать её. – Хотела бы я верить. Но никто никого не может защитить. Когда-то я бы лишилась чувств, услышав такое от прославленного рыцаря, – произнесла Санса, глядя на него печальными бездонными глазами и горькой улыбкой на припухших губах. – Я буду оберегать тебя. И могу поклясться в этом, если хочешь, – упрямо настаивал он. С каждой минутой его решимость только крепла. Она вздохнула. – Нет, пожалуйста, не надо. Будет достаточно, если ты просто окажешься рядом, когда я в следующий раз неизбежно снова впутаюсь в неприятности. Джейме пристально вгляделся в её глаза, заправляя огненную прядь волос ей за ухо. – Однажды, Санса, ты поверишь мне. Она мягко прижалась щекой к его ладони и прошептала: – Я постараюсь, если ты действительно собираешься это доказать. Джейме вдруг поймал себя на мысли, что ему хочется прижаться губами к её губам и зарыться пальцами в шелковистые пряди её волос. Почувствовать её ещё ближе. Проникнуть языком в её теплый рот и убедиться, что на вкус она такая же сладкая, как и её запах, оставшийся на его одежде после их объятий. Поцелуем закрепить клятву, которую она не позволила ему произнести вслух, вложить в этот жест всё своё намерение защищать её. Санса провела языком по нижней губе, и Джейме шагнул ближе – но в следующий миг вместо привычных изумрудных глаз увидел ясную синеву её взгляда. Он резко отдёрнул руку, будто обжёгшись, и отступил. Он проигнорировал её любопытный взгляд и мысленно выругался. Что на него нашло? Джейме никогда не желал целовать никого, кроме Серсеи. И уж точно никогда не испытывал порыва вложить свою преданность в столь интимный жест, словно поцелуй мог передать его намерения лучше слов. Да он едва её знает. Ему пришлось напомнить себе, что Санса выходит за него замуж лишь ради безопасности своей семьи. Она сильно пострадала от рук Ланнистеров, и не станет искать в нём ни утешения, ни близости. Всё, что было между ними – лишь исполнение долга. И ничего более. Джейме прочистил горло. – Думаю, мейстер уже осмотрел Брана. Позволь проводить тебя обратно. Санса чуть склонила голову, уловив резкую перемену в его тоне. Она не понимала, что заставило его от горячих обещаний перейти к поспешной сдержанности. Но тревога за Брана перевесила любопытство. Санса сняла венец из ветвей Чардрева, пригладила распущенные локоны и позволила Джейме проводить себя в Великий Замок, не задавая лишних вопросов. Леди бесшумно следовала за ней, словно тень.