Часть 4

Время летело стремительно. Лето почти незаметно пронеслось сквозь воспоминания и события, оставив за собой лишь предвкушение и лёгкую тревогу. Всё ближе подступал тот самый день — день, о котором Ева мечтала так долго. День, когда она отправится в Хогвартс. Первый её учебный год в школе чародейства и волшебства становился всё реальнее, и с каждым утром эта реальность обретала всё более осязаемые черты. Ева всё ещё не могла до конца поверить в происходящее. В глубине души ей казалось, будто всё это сон, иллюзия, игра воображения, которая в любую минуту может рассыпаться. «Аж не верится! Правда-правда! Это и вправду происходит! Я так счастлива!» — думала она, с трепетом перебирая учебники, перья, пузырьки с чернилами и свитки, которые лежали аккуратной стопкой рядом с чемоданом. «Скоро я увижу Хогвартс... Хогвартс! Настоящий Хогвартс!» — с благоговейным волнением повторяла она. Мысленно она пыталась представить свою первую встречу с Гарри Поттером или Гермионой Грейнджер. Возможно, из-за того, что она получила письмо немного раньше, ей не довелось увидеть их в Косом переулке, когда они закупали принадлежности к новому учебному году. И в какой-то мере она была благодарна за это. Ведь любое случайное слово, любой неверный взгляд могли бы нарушить ход канона. Она убеждала себя, что должна быть осторожной. Не выделяться. Не вмешиваться. Не пытаться что-то исправить. Это её новое начало — и оно должно пройти как можно более счастливым чем ее прошлая жизнь. Несмотря на то, что ей было всего одиннадцать лет физически, её душа оставалась семнадцатилетней. Этот внутренний возраст придавал ей стойкости, мудрости и немного печали. Но вместе с тем — уверенности. Она знала, как вести себя, как сдерживать эмоции, когда это нужно, и как радоваться, не теряя головы. И вот наступил тот день. День, когда она должна была отправиться на вокзал, чтобы сесть на Хогвартс-экспресс. Она проснулась рано, гораздо раньше обычного, в предвкушении и лёгком волнении. Клэр, как всегда, была рядом. Она помогала собирать вещи, проверяла, чтобы Ева ничего не забыла, с привычной практичностью подсказывала, что ещё можно положить в сумку. Ева чувствовала благодарность и одновременно грусть. Разлука с Клэр давалась ей труднее, чем она предполагала. Клэр подошла к ней и, крепко обняв, сказала: — Будь осторожна, слышишь? Не знаешь, кого там встретишь. Если кто-то обидит тебя — сразу пиши. Я приеду и дам им всем по носу! Не думай, что ты там одна. Я всегда рядом. Я твоя лучшая подруга. Не забывай этого. В её голосе звучала и забота, и тревога, и решимость. Ева улыбнулась, прижавшись к ней. — Конечно, не забуду. Ты мне как сестра. Я буду писать, как только смогу. Просто не знаю, как там с этим будет — другая школа, другие правила... Но я обещаю, Клэр. И ты помни, что очень дорога мне. Клэр кивнула со слезами в глазах. Они долго прощались. Подруга была немногословной, но сейчас в её взгляде было всё: и страх, и гордость, и любовь. Ева знала — она будет скучать. Когда они подошли к миссис Дёрсли, та как всегда была раздражённой и недовольной. — Ну наконец-то. Могла бы и быстрее! У меня, между прочим, дела есть. Зачем тебе вообще эта частная школа? Как будто приют не устраивал. И теперь мне волокись с тобой до какого-то там вокзала... — Не переживайте, миссис Дёрсли, — сразу отрезала Клэр. — Это придётся делать всего дважды в год. Уж переживёте как-нибудь! — Она не скрывая смерила женщину взглядом. — Лучше промолчите, Не стоит себя изображать как мученицу. — добавила она жёстко. — И без того всем понятно, что вы не в восторге. Но хоть раз в жизни постарайтесь держать язык за зубами!   Миссис Дёрсли сердито фыркнула, но промолчала. Она прекрасно знала характер Клэр: та могла быть не только прямолинейной, но и язвительной. Смотрительница лишь сжала губы, оставив последнее слово на потом — в тот момент, когда избавится от этой надоедливой девчонки, отправив её в свою частную школу.   Вот тогда, когда она вернётся с вокзала… тогда она «хорошенько проучит» высокомерную Клэр держать язык за зубами. Вероятно, эта выскочка уже забыла её прошлые “воспитательные уроки” и становилась всё более и более неконтролируемой… *** Подруги попрощались и вскоре Ева оказалась на вокзале с миссис Дёрсли. Она знала, где искать платформу 9¾. Когда миссис Дёрсли ворчала, что не может найти «несуществующую» платформу, Ева просто взяла тележку и ушла, оставив её позади. Миссис Дёрсли не стала за ней идти и вернулась обратно в приют. Когда она подошла к преграде виде кирпичной стены, то очень волновалась и пугалась, что может не пройти... но собралась с духом и Она прошла сквозь магическую преграду и оказалась по ту сторону — на платформе, где гудел и шипел багрово-красный Хогвартс-экспресс. Всё вокруг было словно кадр из фильма: родители прощались с детьми, обнимали, напутствовали, плакали, смеялись. Магия витала в воздухе, и Ева чувствовала, как её сердце наполняется трепетом. Она долго искала себе место. Почти все купе были заняты, и она уже начала думать, что придётся ехать стоя. Но в самом конце поезда она нашла полупустое купе, где сидел мальчик с лягушкой. Её сердце пропустило удар. «Невилл... Это же Невилл Долгопупс, да?!» Он сидел, пытаясь удержать на месте свою лягушку, которая явно пыталась ускользнуть. Когда он заметил Еву, его глаза округлились от удивления и тревоги. — П-привет... Невилл Долгопупс... Первый курс, — пробормотал он и протянул ей руку. — Привет! Я Ева. Ева Браун. Я тоже первокурсница. Только... я из магловского мира. Никогда раньше не сталкивалась с магией. Всё это так ново для меня! — проговорила она слишком быстро, не сумев скрыть своего волнения. — О-о, правда? А я... я родился в волшебной семье. Если хочешь, могу рассказать что-то... помочь, — застенчиво сказал он, словно опасаясь, что она откажется. — Конечно, хочу! — с воодушевлением ответила Ева и, не сдержавшись, схватила его за руку и крепко её пожала. Невилл от удивления чуть не выронил лягушку. Поняв, что была излишне эмоциональна, Ева быстро отдёрнула руку и покраснела. — Прости, я просто... я очень волнуюсь. Я не хотела тебя напугать. — Всё в порядке!. Просто... я не привык, чтобы кто-то со мной вот так говорил... — смущённо пробормотал Невилл, и она заметила, как он тоже слегка улыбнулся. Они продолжили разговор. Невилл рассказывал о своей бабушке, о том, как долго утром не мог найти свою лягушку, и о страхе не попасть в Хогвартс. Ева слушала его с интересом. В какой-то момент лягушка вновь вырвалась и выпрыгнула из купе. Чтобы не мешать событиям, она осталась на месте. Через некоторое время поезд начал замедляться. Вернулся Невилл, запыхавшийся, но довольный — он нашёл свою лягушку. Они ещё немного поговорили всё дорогу и делились с волнениями. И вдруг дверь купе распахнулась. На пороге стояла девочка с густыми каштановыми волосами и уверенным взглядом. — Вы ещё не переоделись? Мы почти у Хогвартса! — строго сказала она. Ева почувствовала, как внутри всё сжалось. Гермиона… Та самая. Настоящая. Она не стала задерживаться и быстро ушла, оставив их одних. Ева всё ещё смотрела ей вслед, не веря своим глазам. Она поспешно переоделась в форму, сердце её колотилось, дыхание сбивалось от предвкушения. Скоро они будут в Хогвартсе…