Глава 17: Утро После, или Хрупкий Рассвет Новых Чувств.

Утро после. Для Северуса Снейпа это было не просто утро, а скорее похмелье духа. Он проснулся в своей постели, чувствуя себя так, словно пережил магический шторм. Его голова была ясной, никаких следов зелья эмпатии или вина не осталось, но его разум был в абсолютном хаосе. Воспоминания нахлынули волной: свечи, вино, её смех, её рука на его колене, её слова о желании. И, самое главное, поцелуй. Нежный, затем страстный, полностью поглощающий. Он чувствовал фантомное тепло её губ, её тела, прижатого к его. Он, Северус Снейп, декан Слизерина, мастер зелий, циник до мозга костей, потерял контроль. И, что самое шокирующее, ему это понравилось. Он резко сел в кровати, скрестив руки на груди. Как он мог допустить такое? С Грейнджер? Она была его наваждением, его проклятием, но теперь... теперь она была чем-то гораздо большим. Чем-то, что пугало его до глубины души и в то же время невероятно притягивало. Ему нужно было её увидеть. Нужно было понять, что произошло. Было ли это только действие зелья? Или... или это было нечто большее? Гермиона Грейнджер, в свою очередь, провела остаток ночи, мечась в постели. Её щеки горели от воспоминаний, её губы слегка подрагивали, вспоминая его поцелуй. Она чувствовала себя так, словно проснулась после самого невероятного сна, который оказался явью. Зелье эмпатии, конечно, сыграло свою роль, но она знала, что оно лишь усилило то, что уже было между ними. Та странная, необъяснимая связь, которую она чувствовала к профессору Снейпу. Его скрытая доброта, его острый ум, его... притягательность. Она видела его раны, его боль, его невероятную силу. И она хотела быть рядом. Утро началось с нервного стука в дверь её кабинета. Это был Снейп. Она почувствовала, как её сердце подпрыгнуло к горлу. Она открыла дверь. Снейп стоял на пороге, его лицо было непроницаемым, но в его глазах читалась какая-то новая, непривычная для него уязвимость. Его обычно растрепанные волосы были аккуратно зачесаны, но это лишь усиливало ощущение его нервозности. "Грейнджер," — его голос был низким, почти шепотом. — "Мы... нам нужно поговорить." Гермиона кивнула, пропуская его внутрь. Кабинет казался слишком маленьким для их двоих. Воздух был наэлектризован. Снейп вошел, но не сел. Он стоял, скрестив руки на груди, его взгляд был прикован к ней. "То, что произошло прошлой ночью... это было... неожиданно." "Неожиданно?" — Гермиона подняла бровь, пытаясь скрыть свою собственную нервозность за привычной маской самоуверенности. — "Я бы сказала, неизбежно, профессор. Учитывая нашу интенсивную менторскую работу." Снейп фыркнул, но в его фырканье не было привычной ядовитости. "Инвентаризация зелий, Грейнджер, редко приводит к... таким результатам." Он сделал паузу. — "Было ли это... только действие зелья?" Гермиона посмотрела на него. Это был важный вопрос. Откровенный. И она решила быть такой же откровенной. "Нет, профессор. Зелье лишь... усилило то, что уже было. Оно помогло нам увидеть то, что мы, возможно, слишком боялись признать." Она сделала шаг к нему. — "Я... я чувствовала это давно. Это притяжение. Эту странную связь." Снейп почувствовал, как его грудь сжимается. Она призналась. Вслух. "Притяжение?" — его голос был хриплым. — "Это... это безумие, Грейнджер. Мы... мы же профессор и студентка." "Я уже не студентка, профессор," — Гермиона приблизилась к нему, её взгляд был прикован к его глазам. — "Я заместитель директора. И я... я женщина, которая чувствует себя рядом с вами так, как ни с кем другим. Я вижу вас, Северус. Не профессора Снейпа, а Северуса." Его имя, произнесенное её губами, прозвучало как заклинание. Он вздрогнул. Никто не называл его так давно. "Вы... вы говорите о чувствах?" — Снейп попытался сохранить самообладание, но его голос выдавал его. "Да, Северус," — Гермиона подняла руку и осторожно коснулась его щеки. Её пальцы были теплыми и нежными. — "Я говорю о чувствах. Об этих странных, сильных чувствах, которые я испытываю к вам. Они меня пугают, но и... очаровывают." Снейп закрыл глаза от её прикосновения. Он чувствовал, как его собственные защитные барьеры рушатся. Он не мог больше притворяться. "Очаровывают?" — прошептал он, открывая глаза. Его взгляд был теперь полон боли, уязвимости и, что самое поразительное, ответного желания. — "Вы... вы не представляете, какое проклятие вы на меня наложили, Грейнджер." "Я не проклятие, Северус," — Гермиона улыбнулась, и эта улыбка была теперь не озорной, а нежной и понимающей. — "Я... я просто Гермиона. Которая очень хочет понять вас. И которая... очень хочет, чтобы вы позволили себе чувствовать." Она провела большим пальцем по его скуле, а затем опустила руку. Расстояние между ними снова увеличилось, но теперь оно было наполнено не напряжением, а осознанием. Осознанием того, что между ними что-то изменилось безвозвратно. "Что... что теперь?" — Снейп наконец произнес слова, которые висели в воздухе. Гермиона сделала глубокий вдох. "Теперь... теперь нам нужно решить. Что мы будем с этим делать. Мы можем притвориться, что ничего не было. Или мы можем... исследовать это. Понять, что это такое. Медленно. Осторожно. Но честно." Она посмотрела на него. В её глазах не было ни давления, ни принуждения. Только искренность и готовность идти дальше. Снейп молчал. Он смотрел на неё, на её открытое лицо, на её честность, которая всегда так злила его, но теперь казалась самой прекрасной чертой. "Исследовать это, Грейнджер?" — его голос был хриплым. — "Вы предлагаете мне окунуться в омут чувств, который я избегал всю свою жизнь?" "Или вы можете продолжать скрываться, профессор," — Гермиона ответила, её голос был мягким, но твердым. — "Или вы можете попробовать... почувствовать. Со мной." В его голове боролись привычка к одиночеству и внезапно расцветшее желание. Доверие, которое он никогда никому не дарил. И страх. Страх быть уязвимым. Но когда он посмотрел на неё, на её глаза, полные терпения и понимания, он понял. Он больше не мог отступать. "Хорошо, Грейнджер," — наконец произнес Снейп, его голос был едва слышен, но в нем прозвучала твердость. — "Мы... мы исследуем это. Медленно. Но... никаких больше зелий эмпатии." Гермиона улыбнулась, и на этот раз это была настоящая, искренняя улыбка, полная облегчения и радости. "Договорились, профессор. Никаких зелий. Только... мы сами." Она протянула ему руку, предлагая рукопожатие. Снейп посмотрел на её руку, затем на её лицо. Он медленно поднял свою руку и крепко сжал её ладонь. Это было не просто рукопожатие. Это было обещание. Обещание нового начала. И первый, робкий шаг к чему-то гораздо большему, чем просто менторство.