Глава 19: Незамеченные Изменения и Полное Слияние, или Когда Барьеры Падают Окончательно.

Тайные встречи стали для Северуса Снейпа и Гермионы Грейнджер новой реальностью. Каждый вечер, каждая утренняя заря, проведенная в тени Хогвартса, укрепляла их связь, превращая осторожное "исследование" в нечто более глубокое и неотъемлемое. Слова "профессор" и "Грейнджер" все реже срывались с их губ, уступая место "Северус" и "Гермиона" в моменты уединения. Внутренний мир Снейпа, ранее строго охраняемая крепость, теперь имел одну-единственную брешь, через которую Гермиона входила без стука. Он обнаружил, что стал ждать этих моментов, этих разговоров, этого чувства понимания, которое он никогда прежде не испытывал. Его обычная мрачность не исчезла полностью – это было бы слишком резко – но теперь она казалась слегка приглушенной, как старое вино, которое стало мягче с годами. Гермиона, в свою очередь, расцветала. Ее улыбка стала более искренней, ее шаги — более легкими. Она все так же была поглощена своей работой, но теперь в ее глазах горел новый, едва уловимый огонек, который делал ее еще более привлекательной. Но Хогвартс – это не только старинные стены и тайные проходы. Это еще и место, где слухи распространяются быстрее, чем Любовное зелье. И некоторые изменения, какими бы незаметными они ни казались их виновникам, не могли остаться без внимания. Первой, кто что-то заподозрил, была, конечно же, Минерва МакГонагалл. Как директор Хогвартса, она обладала исключительной наблюдательностью. Ее взгляд, обычно проникающий до самой души, стал еще более пристальным, когда она наблюдала за Снейпом и Гермионой за обедом в Большом зале. Она замечала, как Гермиона теперь невольно бросает быстрые взгляды на Снейпа, а тот, в свою очередь, отвечает ей едва заметным, но каким-то новым кивком или даже… почти улыбкой. МакГонагалл, конечно, ничего не говорила, но ее глаза за стеклами очков-половинок блестели с необычайным озорством. Однажды, во время совещания преподавателей, Гермиона предложила новую методику оценки домашних заданий по зельеварению. Снейп, который обычно безжалостно критиковал любые нововведения, на удивление, поддержал ее. Его замечания были точными и конструктивными, а в его голосе не было и намека на привычное пренебрежение. Профессор Флитвик, сидевший рядом, невольно поднял бровь. Он обменялся быстрым, полным значения взглядом с МакГонагалл. "Что-то, мисс Грейнджер, очень влияет на профессора Снейпа," — тихо прошептала МакГонагалл Флитвику позже. — "Он стал почти... цивилизованным." Флитвик кивнул, его маленькие глазки блеснули. "Да, Минерва. И я бы сказал, что это влияние носит определенно гриффиндорский характер." Вечерами, когда они встречались, Гермиона иногда замечала, как Снейп, не отдавая себе отчета, проводит рукой по своим губам, словно вспоминая их поцелуй. Или как его взгляд задерживается на ее лице, когда она смеется, и в его глазах читается не просто восхищение, а нечто более глубокое – обладание. Однажды, когда они сидели в его кабинете, просматривая старые записи, Гермиона почувствовала на себе его взгляд. Она подняла голову. Снейп смотрел на нее, его лицо было серьезным, но его глаза... его глаза были полны такого желания, что у Гермионы перехватило дыхание. "Северус," — прошептала она. Он медленно протянул руку, и его пальцы коснулись пряди ее волос, упавшей на лоб. Он медленно убрал ее за ухо, его прикосновение было нежным, но властным. Он нежно провел большим пальцем по ее щеке, его взгляд не отрывался от ее губ. "Гермиона," — прошептал он, его голос был низким и хриплым, полным невысказанного. — "Что же ты сделала со мной?" Его губы медленно наклонились к ее, и в этот момент она почувствовала, как стук его сердца отзывается в ее собственной груди. Поцелуй начался медленно, с глубокой нежности, словно они оба боялись нарушить хрупкое равновесие. Но затем он углубился, становясь более страстным и требовательным. Губы Снейпа скользили по ее губам, их дыхание смешалось. Гермиона издала тихий стон, ее пальцы вплелись в его волосы, мягко потягивая их, углубляя поцелуй. Снейп обхватил ее талию, притягивая к себе, и Гермиона подалась навстречу, ее тело прижалось к его. Она чувствовала тепло его тела, его сильные руки, которые сжимали ее так, словно он боялся, что она исчезнет. Каждый нерв в ее теле отзывался на его прикосновения, на его губы, на его язык, который нежно исследовал ее рот. Его руки скользнули вверх, к ее спине, а затем вниз, обхватывая ее бедра. Он медленно приподнял ее, и Гермиона инстинктивно обхватила его ногами, прижимаясь к нему еще сильнее. Снейп усадил её на стол, развёл ее ноги, устроился между ними и прижался к ней сильнее, давая ей понять насколько он возбуждён. Поцелуй стал более горячим, более откровенным. Снейп спустился к ее шее, оставляя дорожку влажных поцелуев, заставляя Гермиону выгибаться от наслаждения. Она чувствовала, как по ее телу пробегает дрожь, как ее кожа горит под его прикосновениями. Ее пальцы спустились к пуговицам его мантии, торопливо расстегивая их. "Северус," — выдохнула Гермиона, когда его губы вернулись к ее рту. Ее голос был полон желания. Он оторвался от ее губ, чтобы посмотреть на нее, его глаза горели. "Гермиона," — прошептал он, его голос был низким, полным невысказанной страсти. — "О Мерлин, как же я хочу тебя!" Их руки двигались быстро. Его мантия упала на пол, открывая его темную рубашку, а затем и жилет. Руки Гермионы дрожали, когда она расстегивала его рубашку, обнажая его грудь. Она провела пальцами по его коже, чувствуя его тепло, ее рука опустилась ниже и сквозь брюки обхватила, уже каменный член. Северус рыкнул и ринулся расстегивать пуговицы на ее мантии. Ткань соскользнула с ее плеч, обнажая легкую блузку, а затем и юбку. Каждый предмет одежды, падавший на пол, усиливал напряжение, предвкушение. Его губы снова накрыли ее, а его руки заскользили по ее талии, затем по бедрам. Он почувствовал нежную кожу, когда его пальцы скользнули по ее внутренней стороне бедра, заставляя Гермиону выдохнуть в поцелуе. Гермиона выгнулась, ее пальцы крепко вцепились в его плечи, когда он нашел чувствительное место. Она издала тихий стон, ее дыхание участилось. Снейп оторвался от ее губ, чтобы посмотреть на нее, его глаза были полны торжества и нежности. "Ты такая потрясающая" — прошептал он, его голос был хриплым от желания, и он наклонился, чтобы поцеловать ее в шею. "Северус, пожалуйста, я больше не могу..." Он не стал больше ждать, в пару движений он расстегнул брюки и медленно вошёл в неё... "О да...Гермиона, как же в тебе хорошо" Северус начал двигаться, сначала медленно, потом начал ускоряться. Звуки которые издавала Гермиона, возбуждали его ещё больше. "Северус, быстрее, пожалуйста, сильнее Северус" эти слова снесли его крышу. Он начал отчаянно вбиваться в неё, он полностью потерял контроль. Через пару мгновений Гермиона задрожала и ее накрыл мощнейший оргазм в её жизни, через несколько толчков Северус последовал за ней. В ту ночь в подземельях Хогвартса, среди запаха зелий и тишины замка, Северус Снейп и Гермиона Грейнджер наконец-то позволили себе поддаться всепоглощающей страсти, которая так долго тлела между ними.