Неискренне

„Bijau to, kas netikra. Bet tu… tu esi tikras.“ («Я боюсь того, что неискренне. Но ты… ты — настоящий».) 1. Страх под маской улыбки Для Кейт самое страшное — не сам обман, а его следы. Не ложь в словах, а то мгновение, когда не знаешь, кому верить. Она не раз видела любовь, которая гасла быстрее, чем огонь в камине. Знала слова, что были лишь ветром. Улыбки, не трогающие души. Поэтому её взгляд всегда оставался немного настороженным, даже когда Йокубас появлялся в её жизни — сильный, спокойный, неизменно мягкий. – Ar tu tikras, Йокубас? — тихо спросила Кейт однажды, не глядя в его глаза. — Ar tu… netikras? («А ты — настоящий, Йокубас? Или… нет?».) Он не засмеялся. Не удивился. Просто накрыл её ладонь своей — неторопливо, вдумчиво. Так, как это делал только он. – Aš toks, koks esu, Кейт. Nėra vaidmens, nėra kaukės. Tik aš. Ir tu. («Я тот, кто есть, Кейт. Нет роли, нет маски. Есть только я. И ты».) 2. Слишком много иллюзий — чтобы не искать настоящего Для Кейт его простота — это не ложный фасад, а самое большое откровение. Его голос не пытается завлечь, не пытается манипулировать — он просто говорит то, что чувствует. Его руки не цепляются — они укрывают. – Bijau, — призналась Кейт в одну из таких минут, когда ночь кажется чересчур короткой. — Bijau, kad viskas bus netikra. Kad viskas praeis… («Я боюсь… Боюсь, что всё это неискренне. Что это пройдёт…».) – Ne, Кейт. Ne viskas. Ne aš. («Нет, Кейт. Не всё. Не я».) И в этих словах не было фальши — только тёплый оттенок искренности, который не нужно проверять. 3. Любовь — не в словах, а в простом „быть рядом“ Им не нужно было искать особых признаний или грандиозных жестов. Им нужно было лишь время — время для того, чтобы страх растворился в тепле одного лишь взгляда. Им нужно было лишь прикосновение — чтобы почувствовать под рукой не иллюзию, а чьё-то сердце. Им нужно было лишь дыхание — чтобы понять: то, что есть сейчас, не имеет в себе ни капли фальши. – Aš nebijau, — прошептала Кейт, прижавшись лбом к его груди. — Ne tik tada, kai tu šalia. («Я не боюсь. Не тогда, когда ты рядом».) Йокубас улыбнулся — не потому что нужно было, а потому что не мог не улыбнуться в этот момент. И в этой улыбке Кейт поняла то самое важное: нет ни маски, ни иллюзий. Есть только то, что настоящее. И это — самое важное. „Netikra praeina. Tikra — lieka. Visada. Ir tu — liksi.“ («Неискреннее проходит. Настоящее — остаётся. Всегда. И ты — останешься».)