Глава 50. Созидание

In the darkest of days

Sometimes we find out who we are

Be the change, or the hit the bottom hit it hard

We have a choice, ya we can take the power away

And turn it into something to believe in, believe it

It’s up to you. It’s up to you

Empire/Nick Fradiani

      Когда в наушнике перестал звучать голос Луки, руки предательски задрожали, но Маринетт запретила себе раскисать. Прежняя Леди Баг спасала мир и с суперсилами, и без них. Нынешняя героиня не имела никакого морального права сдаться.        Перепуганные, совершенно сбитые с толку люди бежали кто куда. Кто-то кричал, выискивая в толпе потерявшихся близких, кто-то падал и терял шанс на спасение. Они просто хотели насладиться приятным вечером, но с чьей-то лёгкой руки оказались втянуты в разборки сильнейших из сильнейших. Нет никакого добра от этой магии. Только горе. Прав Лука. Когда они вернут потерянные талисманы, лучше бы отказаться от сил вовсе и жить спокойной жизнью. Ну а пока следовало поднапрячься, чтобы повернуть расклад в свою пользу. Леди Баг, убедившись, что узкая галерея опустела, выбежала в просторный зал, где нос к носу неожиданно для себя столкнулась с Банникс. Мысли в голове замелькали безрадостные.       – Всё плохо, да? – дрогнувшим голосом уточнила она, на ходу поймав взлохмаченного мальчишку и направив его бежать в сторону эвакуационного выхода.       – Моя помощь не повредит. Не хочу, чтобы случайно пострадали невинные.       Аликс Кюбдель… Пожалуй, самый странный персонаж из всех, кто нырнул вместе с Маринетт из её прежней жизни в новую. Лука трогательно о ней заботился, Кагами помогала с обстановкой в квартире и любила пройтись вместе по магазинам, Феликс был мастером долгих философских разговоров. Адриана сейчас вспоминать не хотелось, но прежде он тоже был частичкой её жизни. Он, как мог, пытался развлечь Маринетт, втянуть её в рабочий процесс, понимая, как нравится ей шитьё.       Все так или иначе привносили изменения, и лишь Аликс, бывавшая у них в гостях редкими набегами, коротко интересовалась, как дела, рассказывала парочку шуток, несомненно тонких и высокоинтеллектуальных, а перед уходом о чём-то секретничала с Лукой наедине, и возвращался он неизменно с предельно сосредоточенным лицом. Маринетт в эти переговоры никогда не встревала и ревности себе не позволяла. Так, как он смотрел на неё, он не глядел ни на одного человека в мире. И прямо сейчас он, заполучивший чужой талисман, мог уже вести ожесточённую борьбу за собственный. Определённо, стоило собраться.       – С ним всё в порядке, – Банникс, словно прочитав мысли, чуть склонила голову и наметила полуулыбку. – Я выведу всех отсюда, а ты… сделай, что должна.       Рука в белой перчатке указала в противоположный конец коридора, и Леди Баг бросилась бежать. Знать бы только, что именно она должна сделать… Что за планы строила обезумевшая вселенная?       Она слегка растерялась, оказавшись в служебном коридоре, но, решив, что рассуждать логически не имело смысла, принялась вламываться в каждое из помещений. Какие-то двери легко поддавались, другие приходилось выламывать силой, то наваливаясь плечом, то вырывая ручку с помощью нити йо-йо, но везде её поджидала пустота. И она бы даже расстроилась, если бы не обнаружила, что самая последняя дверь кем-то приоткрыта. Чутьё подсказало, что она наконец попала по адресу. И сердце забилось так гулко, что рёбра готовы были затрещать.       – Больше не мышка, а попалась так же легко, – зазвучал холодный женский голос.       Как только глаза привыкли к полумраку, Леди Баг разглядела его обладательницу и тут же узнала в ней прежнюю соперницу. Здесь не было свидетелей. Она стояла ровно впереди и не пряталась, давая шанс рассмотреть себя в деталях и будто красовалась перед прибывшей героиней. В глазах горела ядовитая усмешка, улыбка сочилась необузданной злобой, пышная грудь, обтянутая зелёным спандексом ровно вздымалась. За спиной поблёскивал щит.       Леди Баг отмахнулась от невольной мысли о том, что и сама могла выглядеть столь же вульгарно. Впрочем, нет. Она вызывающих поз не принимала и облегающий наряд воспринимала как необходимость, стараясь думать о физике и сокращении затрат энергии на преодоление сопротивления воздуха, а не о заинтересованных взглядах представителей сильного и не только пола.       – Вот мы и встретились, – продолжила девушка. – Долго же я ждала, когда твой верный рыцарь займётся другими делами. Теперь сможем и поговорить. По-женски. Без размахивания кулаками. Это ведь так… грубо. Удел мужчин, которые не видят иных путей решения конфликтов.       Леди Баг сладким речам не верила и на всякий случай принялась раскручивать йо-йо, на что соперница звонко рассмеялась, запрокинув голову и обнажив белоснежные зубы.        – Брось! – усмехнулась она. – Мы даже не попытались.        В собственную удачу, что бы ни обещала магия, Леди Баг почти не верила, в физическую силу – тоже, да и победить в словесной перепалке не рассчитывала. Соперница выглядела выше и подтянутее. Наверняка проводила время не за разглядыванием картинок в модных журналах и швейной машинкой, а в тренажёрном зале.       Мотивы её казались крайне сомнительными. Она могла легко вывести из равновесия Адриана задолго до их первой встречи в подвале, куда привела записка от Луки и Банникс, а раз этого не сделала, то либо вынашивала иные планы, либо… так и не смогла раскрыть его личность в отличие от остальных. Снимка Кота на том злополучном стенде не было, но этот нюанс мог оказаться лишь одним из шагов к реализации гнусного плана по захвату магических артефактов. И всё же… что-то не сходилось. Зачем ей втягивать Адриана, раз она прекрасно обходилась без него? Неужели нашлись точки соприкосновения? Разум молчал, мысли застопорились в тупике, и лишь интуиция нашёптывала, что этой самой точкой соприкосновения стала сама Леди Баг. Сама Маринетт.       – Для чего ты меня преследуешь? – стараясь скрыть дрожь в голосе, спросила она.        Не сказать, чтобы она рассчитывала на честный ответ. За временный успех можно было зачесть даже лёгкую задумчивость на лице соперницы. Выгадать время – уже неплохо. Но как использовать эти драгоценные минуты? Бежать за помощью? Куда… Отари где-то далеко, а Банникс ясно дала понять, что влиять на исход событий не станет. Этот кабинет – её персональное поле боя, её шанс выйти из-под опеки и доказать самой себе, что она достойна мощнейшего из камней чудес.        – Что тебе нужно? – она зазвучала гораздо увереннее и прекратила размахивать йо-йо, чтобы не тратить энергию на напрасную суету. – Если талисманы, то реализация плана у тебя хромает. Пока ты их только теряешь. И твой подельник, которого ты примчалась спасать, возможно, в эту самую минуту…       – Получает по лицу и яйцам от твоего муженька? – перебила соперница, снова громко рассмеявшись. – О, я даже не сомневаюсь, что именно так и происходит. Ведь так и должно быть…       Леди Баг и прежде не могла похвастаться тем, что читала свою противницу как открытую книгу, а сейчас совершенно растерялась, хоть и постаралась смятения не выдавать. Адриан… наживка? Она умышленно провернула нападение на музей так, что они с Лукой разбежались в разные стороны? А эта тварь хитрее, чем можно было предположить.        – Что глазами хлопаешь? – соперница зашагала вперёд, поравнялась с Маринетт и прожгла её пытливым взглядом. – Шкатулка вторична. Мы уже встречались прежде, Дюпен-Чен. Я помню тебя ходячим недоразумением, что только и трещало на каждом углу про самого умного, самого милого, самого распрекрасного Адриана Агреста. А все вокруг с ног сбивались, лишь бы соединить ваши бестолковые сердца! Смотреть было противно, как все плясали под твою дудку. Ты была никем, но купалась во всеобщем внимании. А я обещала тебе войну. Я обещала тебе одиночество. И мне не важно, сколько лет прошло. Я добьюсь своего.       – Что-то не припоминаю тебя, – Леди Баг сощурилась, силясь показать, что ничуть не боится, но была уверена, что острые мурашки сейчас проткнут костюм.       – Ха, – соперница придвинулись почти вплотную, и можно было разглядеть её злые зелёные глаза. – Плохая шутка…       – Не шутка, – Леди Баг сглотнула. – Видишь ли, амнезия…       – Как удобно прикрываться амнезией!       Рот девушки в облике Черепахи передёрнулся от ненависти, а лицо залилось пунцовой краской. Откуда столько злобы? Маринетт в жизни бы не поверила, что способна кому-то перейти дорогу. И дело вряд ли в Адриане, раз она легко отдала его Луке на растерзание.       Толково обдумать слова о собственной влюблённости и вовсе не выходило. Внутри всё содрогалось, стоило представить безупречный профиль и жадные руки собственника. Нет… Нет! Она не могла любить монстра, что растоптал всё живое в ней. Она не могла не чувствовать это зерно патологического собственничества внутри него и этой безумной одержимости.        – Ничего у тебя не вышло, – Леди Баг отбросила мешающие мысли и чуть приподняла подбородок. – Я не одинока. У меня есть…       Лука, Джулека, Кагами и Феликс, даже Аликс… Когда-то этот список имён казался обидно коротким, но теперь-то Маринетт знала, что важно отнюдь не количество. Каждый человек встал бы с ней в бою плечом к плечу. За каждого она сама билась бы до последнего. Но соперница отчего-то продолжала устрашать ухмылкой, словно держала в голове гораздо больше, чем произносила вслух. Ударить бы её по идеальным зубам… Йо-йо вряд ли промахнётся.       – Никого у тебя нет, – зашипела она, сощурив глаза. – Так, жалкие крохи… Ты убила своих друзей. Твоё место на кладбище рядом с ними.       Дыхание перехватило, внутренности завязались болезненным узлом, а перед глазами хаотично запрыгали чёрные пятна и замелькали слепящие зигзаги. Слух явно подводил. Чудились громовые раскаты, хотя за окном в декабрьском мраке медленно кружились редкие снежинки. Тело задрожало, словно ткань насквозь промокла под леденящими потоками проливного дождя. Пятна перестали мельтешить, но Леди Баг видела не глубокий зелёный капюшон, из-под которого выглядывали густые каштановые волосы, не письменный стол, заваленный бумагами, не монстеру в кадке, не книжный шкаф, а мокрые серые надгробия с высеченными именами.       Алья Сезар… Нино Лейф…        Она мотнула головой и встряхнула руки, не позволяя страху завладеть собой целиком. Слова, что вонзились в разум, были ей знакомы, и произносила их прежде, если Адриан в своих предположениях не ошибся,..        – Ли…        Чужое имя, едва не сорвалось с губ, но Леди Баг себя одёрнула. Не могла же Росси, вся такая хитрая и изворотливая, так глупо просчитаться и раскрыть себя едкой фразой. Нет, здесь крылся какой-то коварный замысел. Личные счёты. А Адриан?.. Адриан, должно быть, и сам не понимал, что стал марионеткой в чужих властных руках. Тоже своего рода отмщение. О догадке определённо стоило молчать, а ещё лучше – прекратить выслушивать эти уничтожительные речи и дать отпор. Лука сейчас вряд ли трусливо жался к стенам, и ей следовало поучиться у него стойкости.       – Лишить меня сил глупой болтовнёй у тебя не получится! – выдала Леди Баг и резво перешла в атаку.       Толкнув соперницу в грудь и заставив её шагнуть назад, она запустила йо-йо. Портить эффектное личико синяками она не решилась и соблазн подавила, хоть такие выкрутасы безумно прельщали, а вместо этого нацелилась на руки. План был прост: опутать, обездвижить, забрать талисман. Она помнила из книги, что искать следовало браслет.       Увы, реализация задумки потерпела крах сразу. Йо-йо не зацепилось за локоть, нить не врезалась в чужое тело. Оружие попросту отскочило от загоревшейся зелёным прозрачной сферы – эфемерной на вид, но крепкой на проверку. Леди Баг чертыхнулась. Соперница победоносно просияла.       – Не ожидала, а, букашка?        Зеленоватое неоновое свечение искажало картинку, и некогда красивое лицо обладательницы щита теперь казалось перекошенным, непропорциональным, но неизменно злобным. Ненавидящим весь мир вокруг и одну конкретно взятую Маринетт.        Новая попытка замахнуться и пробить оборону вышла безуспешной. Здравых мыслей не возникало, и Леди Баг пожалела, что Лука с его способностью к разрушению сейчас был далеко. Его силы были бы очень кстати. Как выкручиваться самой, она понятия не имела.       – Тебе не одолеть меня, – усмехнулась соперница. – Так что… до скорого.       Она, изобразив притворную печаль и на мгновение прижав ладони к груди, зашагала к окну и даже возиться с ручкой не стала, а выбила раму и прыгнула вниз.       – Стоять! – взревела Леди Баг, бросаясь следом и запрыгивая на подоконник.       Первый этаж открывал беглянке полный карт-бланш. Ей даже группироваться для прыжка не пришлось. Нить йо-йо проскользила по гладкой сфере и беспомощно легла на асфальт. Неужели финиш? Вот так спокойно, без единого лопнувшего нерва или пролитой капли крови…       Первым порывом было желание повторить прыжок соперницы, нырнуть в холодные густые сумерки и бежать за ней следом по парижским улицам. Ведь не сможет же она вечно жить под панцирем. Затаится, скроется, обнажит свою гнилую душонку… Но сердце кольнуло невидимой иглой. Ловушка. Если это и впрямь Лила, то она запросто заведёт на территорию, где ей самой будет сподручно вести бой, и вот тогда кровопролития будет не миновать, а сейчас… следовало остаться здесь и убедиться, что никому из гражданских ничего не угрожало.       Закрепив непригодившееся йо-йо на поясе, Леди Баг вышла из кабинета как и подобает нормальному человеку – через дверь. Коридоры и залы, что пролегли на её пути пустовали. Кое-где горел свет, в других же помещениях царила зловещая темнота, но магическое зрение позволяло разглядывать мрачную обстановку. Редко какая скульптура не пострадала. Потрёпанные и расколотые, упавшие на мраморный пол, лишённые рук или ног, обезглавленные, они напоминали умерщвлённый восковый город. Жуткое зрелище, от которого кровь стыла в жилах. В голове против воли всплывали обрывки ночных кошмаров. Казалось, что вот-вот кто-нибудь закричит, но слух не разбирал ничего кроме шорохов.       – Лука… Ответь…       Леди Баг коснулась уха с до сих молчавшим наушником, желая услышать голос. Умом она понимала, что связь вряд ли восстановилась, но не могла не попытаться. Звенящая тишина подтвердила, что попытка не засчитана.       Взгляд оторвался от обломков, усыпавших пол, и упёрся в трещину, пересёкшую стену. Наверное, правильнее было бежать прочь, искать мужа, спасаться, но… двинуться дальше не вышло. Словно зачарованная, Леди Баг подошла вплотную к изломанной линии, поделившей зал на две части, и приложила к разлому ладони. В груди уже не кололо, а жгло, но то был приятный согревающий жар – огонь, способный стать маяком и вывести из тьмы.       Она вдруг почувствовала, что нужна здесь и сейчас, в этом самом месте, что она способна на нечто невероятное, поистине волшебное, такое, о чём прежде никто и никогда не догадывался.       Она хотела созидать.       В памяти задержались клочки информации, выдаваемой Адрианом и полученной из книги. Речь шла исключительно о восстановлении после урона, нанесённого акуматизированными, но что если возможности её талисмана куда шире и ей предстоит раскрыть их в эту самую минуту? Она прикрыла веки и даже дышать старалась пореже. Шорохи стихли, старые воспоминания перестали терзать разум. Огонь от горящего сердца побежал по венам прямиком к ладоням, что зажимали трещину на стене, словно кровоточащую рану.        Леди Баг не видела, но ощущала – творилось нечто, чего ранее не происходило. Она словно лечила разрушенное здание, отдавая стенам и музейным экспонатам собственную энергию, но не опустошалась сама. Эта самая энергия непрерывно генерировалась в её груди, позволяя служить не только спасителем, но и целителем. Когда отяжелевшие веки снова поднялись, с губ сорвался вздох изумления.       Зал выглядел прежним. Безупречно гладкие стены, целый потолок с хрустальными люстрами, ровные постаменты, золочёные таблички, восковые лица – всё вокруг точно ожило. Леди Баг вернулась в центр зала и закружилась, рассматривая каждый уголок новой реальности и убеждая себя, что это не мираж и не сон.       Изменился не только мир, но и сама героиня, его починившая. Магия созидания, что пронизывала каждую её клеточку, раскрыла душу и подарила невероятную чувственность. Это было гораздо более интимно и сексуально, чем бег по крышам в обтягивающем спандексе. Это шло изнутри. Огонь и не думал угасать, а раз музей в порядке, посетители эвакуированы и личность досаждающей соперницы вычислена, то следовало отыскать Луку.        Подумать, где мог быть муж, Леди Баг не успела. Дверь в зал распахнулась и в лучах света, что проникал через открывшийся проём, показалась крепко сложенная мужская фигура. Фигура героя, уже давно и прочно поселившегося и в мыслях, и в сердце. Он приближался стремительно, и никак не выходило оторвать взгляда от взлохмаченной аквамариновой чёлки и бесконечно мудрого взгляда.       – Лука… – шепнула Леди Баг и поспешила исправиться, ведь уже знала имя, которое ему точно будет приятно услышать из её уст. – Вайперион… Ты… С тобой…       – Со мной всё хорошо, – заверил он. – Плагг с Банникс, но там…       – Что там? – перепугалась Леди Баг.       – Все разрушения, поломки… Их нет. Невероятно!       Она смущённо улыбнулась, протягивая ладони к щекам и поглаживая пальцами невидимые шрамы, которые скрывались магическим обликом.       – Я… – она коснулась разбитой губы с уже успевшей запечься кровью и с трудом сдержала в себе желание поцеловать любимого, – кажется, открыла в себе новые силы.       – Ты невероятная, – проговорил Вайперион. – И я всегда это знал.       Он, окинув беглым взглядом пустой зал, свои порывы сдерживать не стал и коснулся губ Леди Баг своими. Она охотно подалась навстречу и зарылась пальцами в длинные яркие волосы. Его язык дерзко вынудил разомкнуть зубы, но разве можно было спорить и противиться? Глубокий и долгий поцелуй вскружил голову, подарил чувство невесомости и заставил магический огонь осесть внизу живота, воплотившись в неистовое желание. Леди Баг затрепетала и вжалась в подтянутый торс Вайпериона. Сползшие на ягодицы мужские руки выбили из горла протяжный стон.       – Ты помнишь, от какого занятия нас отвлекли? – он прервал поцелуй, но не разомкнул объятий и не позволил отстраниться.       – М-м-м… да… – на выдохе пролепетала Леди Баг.       Хотелось снять трансформацию прямо здесь, сбросить одежды и вкусить радость единения, усиленную первой, пусть маленькой, но победой.        – Тогда поспешим домой…       Домой? Да, через портал можно прыгнуть в незаправленную постель в одно мгновение, но сознание прострелило совершенно иное желание, куда более безрассудное и оттого прекрасное.       – Есть другое предложение, – она игриво сощурилась и переплела их пальцы. – Пойдём.       Они бросились бежать, потому что идти пешком от распирающей энергии было невыносимо. Преодолев несколько залов музея, они очутились в коридоре, куда совсем недавно Леди Баг шла за врагом. Сейчас ею двигало нечто гораздо более сильное, чем жажда победы. Она толкнулась спиной с первую попавшуюся дверь, мысленно возрадовалась, что створка поддалась, и утянула во мрак Вайпериона. Пара секунд ушла на избавление от магических костюмов, чуть больше – на то, чтобы сорвать друг с друга обычную одежду уже вне трансформации. И неважно было, куда спрятались квами, которым явно не следовало бы смотреть на творящееся безумие.       Места здесь было катастрофически мало. Уличный свет лился сквозь небольшое продолговатое оконце под самым потолком и почти не позволял разобрать здешней обстановки. Маринетт успела разглядеть лишь стройные линии полок по одной из стен и армию швабр в углу. Лука несколько неуклюже запнулся за ведро, тут же с грохотом отлетевшее в сторону.       – Отличное местечко, – хмыкнул он, прижимая супругу обнажёнными лопатками прямо стене с полками.       – Ага, – согласилась она, жадно впиваясь в его губы.       Обрывки мыслей бились в истерике где-то на периферии сознания. В этот забытый богом чулан мог вломиться кто угодно: полицейский, сотрудник службы спасения, работник музея, любопытный искатель приключений… Но думать сейчас выходило только о твёрдом члене, что настойчиво упирался в бедро.       – Лука… – Маринетт сжала плоть ладонью под одобрительный рык.       – М? – он вильнул бёдрами, демонстрируя, что более чем готов к основному представлению.       – Возьми меня.       Она ощущала, что буквально сочилась смазкой, и ещё больше распалялась, когда в голове вдруг вновь возник образ Вайпериона, решительного и смелого, готового и прикрыть её в бою, и с жаром обладать её телом. Если существовал в этом мире эталонный мужчина, то он прямо сейчас, нахально прикусив её припухшую от поцелуев и трения о щетину нижнюю губу, прислонил член ко входу в её лоно.        – Давай же! – в нетерпении прикрикнула Маринетт и направила плоть рукой. – Я хочу... Хочу!       Их слишком резко вырвали из постели, чтобы теперь желать романтической мишуры и осторожничать. Она чуть подалась вперёд, член беспрепятственно скользнул глубже и от остроты ощущений пришлось со всей силы вцепиться в мужские плечи.       – Всё хорошо? – в лазурных глазах мелькнула секундная обеспокоенность, сменившаяся вожделением.       Хорошо. Прекрасно. Великолепно. Восхитительно… Это были неправильные слова. Они не отражали и тысячной доли того блаженства, в котором Маринетт сейчас купалась.        Лука двигался резко и быстро, но выверенно и без доли неуместной грубости. Бешеный темп заставлял дышать глубоко и рвано. Лоб покрывался испариной, капли пота стекали по лицу вниз, ко влажной коже липли волосы, откровенно пошлые стоны упрямо рвались из горла, и Маринетт была уверена, что выглядела немногим приличнее порноактирис, но чувствовала себя во всём этом царстве похоти на сто процентов в своей стихии.       Всё вокруг громыхало, лязгало, падало, летело в тартарары вместе с этим чёртовым миром и всеми его бедами разом. Лука не замедлялся ни на секунду. Маринетт билась затылком о полку от его резких толчков, и коленки подгибались от дыхания, что обжигало шею. Она чувствовала, как её стенки напрягались и сжимали разгорячённую плоть, ощущала каждый сантиметр и готова была взорваться только лишь от зарождающейся в глубинах её тела пульсации.        – Ты как? – Лука шумно выдохнул и коротко лизнул хрящик уха.       – Охуенно…       – Ух, какие словечки!        Он продолжил выбивать из неё вздохи и стоны, едва не переходящие в крик. Пульсация нарастала, дрожь захватила тело, ноги едва не парализовало судорогой. Бёдра с внутренней стороны обожгла горячая волна. Сосредоточенность на лице Луки сменилась довольнейшей улыбкой, и это было последним, что Маринетт успела увидеть, прежде чем рассыпалась искрами в его руках.        Мир не сразу обрёл привычные контуры. Какое-то время перед глазами всё плыло, а уязвимое тело пронзали лёгкие разряды тока. Лука продолжал. Он двигался чуть спокойнее, но по-прежнему размашисто и со всей своей неукротимой страстью. Он шёл к своему собственному оргазму, и Маринетт до безумия хотелось приблизить кульминацию, а ещё лучше – снова испытать то, что случилось несколько минут назад. Её ноготки процарапали спину, пальцы легли на ягодицы, что напрягались от каждого движения. Теперь в её власти было задавать темп и она не мелочилась, вынуждая Луку ускориться, преодолев все возможные и невозможные пределы. На её скулу упала крупная капля пота с его лица. Она подняла взгляд вверх и почувствовала новую волну, что готова была поглотить её без остатка.       Его взгляд затуманился, расфокусировался, преисполнился любовью к ней во всех её проявлениях, приоткрытые губы подрагивали, брови свелись к переносице. Он был на грани, в шаге, в одном только крохотном шаге от финала, и Маринетт знала, как эффектнее всего разорвать финишную ленточку. Она сжала его ягодицы ещё сильнее, до боли в собственных пальцах, показывая, что не позволит ему отстраниться.       – Мари… Ты же помнишь, что мы без…       – Знаю! – прорычала она. – Кончи в меня.       – О, что ты делаешь со мной, мадам Куффен?       Рвению Луки оставалось только позавидовать. Его ритм не оставлял ни единого шанса, кроме как снова нырнуть в бездну чистейшего наслаждения. Маринетт не беспокоило, что спина от ударов уже наверняка покрылась синяками, не заботило, что с полок вниз без конца падали какие-то банки и коробки, не волновало, что будет с ними потом, потому что существовало лишь сейчас – мгновение, в котором они стали единым целым.       На последних толчках лицо Луки исказилось сильнее прежнего. Он стиснул хрупкие плечи, дрожащие под его напором, издал грозный, почти животный рык и замер. Замерла и Маринетт, чувствуя, как член запульсировал внутри, резонируя с вибрацией, что расходилась внизу живота от собственной разрядки. Лука обхватил её щёки пальцами и ткнулся губами в лоб.       Свершилось. Она с трудом верила, что всё случилось на самом деле. Ей хотелось поделиться эмоциями, да только слов не находилось.       – Лука… Я… Я… Мне… Это было… Это… Я… – она как могла подбирала фразы, но те рассыпались на части, сбиваемые шумным дыханием.       – Чш-ш-ш… – он приложил кончик пальца к её губам. – Не говори. Я знаю, что это было. И я… счастлив, как и ты. Боже, Маринетт, я весь мокрый!       Лука расхохотался, и она прижалась к его прохладному от испарины телу, устроив голову на плече.       – Ну и бардак мы тут устроили, – он обвёл ладонью небольшое пространство и погладил её по спине. – Чудесная Леди Баг это исправит?       – Если только чудесный Лука Куффен немножко подсобит, – хихикнула она в ответ.       Не хотелось ей сейчас выстраивать аккуратными рядками тюбики и бутыльки, которые с их подачи теперь валялись под ногами. Лучше бы любимые руки продолжали трепетно ласкать её, путались бы в волосах, сползали по рёбрам к бёдрам и снова увлекали за собой в волшебный водоворот.        – Продолжим дома, да? – предложил Лука.       Маринетт мелко закивала, даже не пытаясь скрыть чуть истеричной улыбки. Скулы от крышесносного, совершенно неожиданного оргазма так и застыли в странной гримасе.       – Всю ночь будем любить друг друга. Закажем пиццу и будем отрываться только на перекусы. И завтра тоже. И послезавтра.       Она снова принялась пытаться выразить своё сумбурное согласие всеми возможными способами, но по-прежнему получалось только кивать. Наверное, стоило припомнить об итоге столкновения с соперницей лицом к лицу, стоило спросить, как Луке удалось вернуть свой талисман, но получилось только шмыгнуть носом и прижаться к шраму на плече губами. Всё это после. Сейчас были важны лишь они и их чувства, что заиграли новыми, ещё более яркими, чем прежде, красками.