Глава 2

Когда Штольман вернулся и узнал, что Анна свободна, только одно соображение помешало ему тут же ринуться в атаку на её сердце. Он решил преодолевать её сопротивление и обиду нежно, осторожно - ведь могло случиться всё: вдруг она обещалась другому, или ненавидела Якова настолько, что не хотела видеть его никогда! Но, если бы она простила и позволила быть рядом, он никогда более не отпустил её от себя! Штольман с удивлением обнаружил, что годы разлуки изменили госпожу Миронову. Когда они впервые встретились, та была нежной юной девушкой, только-только вступавшей в расцвет женственности и красоты. Теперь она стала ещё красивее, но также сильнее... даже жёстче. Завоевать новую Анну - перед ним стояла непростая задача. В первые же сутки по возвращении он написал любимой письмо. В нём он просил прощения за нанесённую не по своей вине обиду, и обещал никогда больше её не беспокоить, ежели она того не пожелает. Также Яков признавался в том, что думал о ней неустанно все эти пять лет, и мечтал ежесекундно... При первой же их встрече, когда он пошёл за Анной и поймал её в объятия после обморока, услышав изумлённо - неверящее: "Ты?! Это не сон?!" - попытался опять попросить прощения, убеждая в том, что никогда бы не покинул её, если б это было в его силах! Раньше он всегда считал себя стоиком, крепко держащим в узде свои чувства. Однако, стоило возлюбленной оказаться рядом - и вот он уже умоляет не отталкивать его, позволить смотреть в её бездонные глаза и говорить с ней о чём угодно, только бы говорить. Она просто заколдовала его, заворожила! Волшебница, не иначе! *** Как-то само собой вышло, что молодая женщина взялась снова помогать в расследованиях. Так он мог лучше оберегать и охранять её. В одном из загадочных дел, когда они протискивались сквозь чёрный ход, скрытый в недрах платяного шкафа, Штольман и получил тяжёлый удар по голове, уложивший его на больничную койку. И даже в полубеспамятстве, в той грязной кладовке, он крепко держал свою возлюбленную руками, когда она пыталась приподнять его - так бесконечно счастлив он был касаться её! Яков потом горел от стыда, смутно вспоминая, чтό шептал ей в бреду в больничной палате; в то время как горечь, скопившаяся на сердце, изливалась словами: - Не покидайте меня...я люблю вас!..Я виноват перед вами... должен поймать его.. Непонятно, слышала ли его Анна. Но оставалась с ним всю ночь: ведь она добра - так бесконечно добра! Когда он очнулся на следующее утро, то обнаружил, что держит её за руку, пока та спала, уронив милую головку на стол. Вроде бы он не выдал своей тайны, но как знать? *** Узнав, что соседский помещик Клюев взялся ухаживать за госпожой Мироновой, Штольман почти сошёл с ума от ревности. Никакие мысли о том, что он не мог ничего ей предложить сейчас - не помогали! Когда Андрей Петрович приехал подвезти её после окончания одного из расследований, Яков еле сдержался, чтобы того не ударить. Нервно барабаня пальцами по своей трости, он смотрел, как Анна нежно улыбается Клюеву. И только мог бессильно наблюдать как эти двое сближаются, проводя так много времени рядом. Но всё же он надеялся, сам не зная на что. После пожара в книжной лавке у Полины, Анна, напуганная, склонилась к нему и он полагал, что сможет отвезти её домой, украв у судьбы хоть несколько минут рядом с любимой. Но Андрей Петрович тут же объявился и поломал все далеко идущие планы. А уж когда в городе заговорили о том, что тот сделал предложение, Штольмана будто ударили под дых. Долгими ночами без сна он представлял себе её и Клюева вместе... руки сами сжимались в кулаки, хотелось проклинать себя, судьбу, и весь этот жестокий мир. А потом была безобразная сцена в доме Мироновых, когда Виктор Иванович объявил что уходит из дома к другой женщине. Анна так плакала, так страдала! Невыносимо было видеть её такой... Штольман бросился к ней. Руки сами метнулись к тоненьким плечам - успокоить, взять на себя часть этой боли. Прижал к своей груди, выдохнул в дрожащие губы: - Я понимаю, как вам тяжело. Всё как-то образуется... не плачьте... Какой же она, в сущности, ещё ребёнок, страдающий от крушения своего тёплого мирка! Руки Якова попытались вытереть ей слёзы. Она, обессиленная, прижалась к его щеке своей. И тут уж он ничего не смог поделать с собой - его губы нежно тронули её щёку, подбородок... Сердце его колотилось как бешеное. Анна, всхлипнув, отстранилась, смотря на него бездонными, влажными от слёз глазами. Помимо воли он шепнул, затаив дыхание: - Вы уже дали ответ Клюеву? - Нет... пока нет... Тогда он с силой прижал её к себе, почти касаясь губами вьющихся волос, с закрытыми глазами вдыхая знакомый аромат: ещё есть шанс!