5. Как обэжэшник с Килькой ушли, а мы остались

Пока там всё вот это происходило, я порывался уйти, но Колосок в меня вцепился намертво, пришлось стоять и слушать до конца. Хотя слушать там было не особо что. В основном просто ремень хлопал, а Килька даже не орал. Я уж подумал, что он там отрубился от переживаний, но тут Сергей Валерьевич прикрикнул: — Стой смирно! Нечего вытанцовывать, сам виноват. Килька ему на это буркнул что-то неразборчиво (ну, в книгах так пишут, когда на самом деле матом), а потом ремень ещё сильнее захлопал. Я снова рванулся, чтобы уйти, а Колосок меня снова осадил. И правильно, потому что хлопки прекратились — и вот буквально сразу же распахнулась дверь. Если бы мы щас высунулись, нас бы стопудово спалили. На этот раз Килька шёл впереди, а Сергей Валерьевич — за ним. И мы с Колоском уже не тряслись, что нас увидят, потому что ясно было: им тут щас хоть розового слона на канате покажи, не заметят. Сергей Валерьевич потянулся было к Кильке. Я подумал, ещё бить будет, но Килька его руку оперативно так сбросил, будто заранее готовился, и мне вдруг стало ясно две вещи. Во-первых, что Сергей Валерьевич не бить его собирался, а волосы растрепать или по плечу похлопать, типа помириться. Во-вторых, что Килька тоже это знал, потому и увильнул. Молча они дошли до лестницы, молча поднялись. Уже их шаги затихли, а мы с Колоском стоим как два дурака между шкафами. Потом я говорю: — Да уж. А Колосок говорит: — Угу. Я говорю: — Ни хрена себе. Как думаешь, он ему кто? Не может же быть, чтобы отец! А Колосок только плечом ведёт, неуютно ему. Может, своего отчима вспомнил. — Как, — говорю, — его фамилия? Ну, обэжэшника. Рыбья какая-то? — Не знаю, — говорит. — Пойдём лучше скафандр искать. Дверь в кабинет ОБЖ у нас не запирается (и они ещё будут удивляться, что у них скафандры пропадают!), так что мы просто вошли. Нет, не просто, а с трепетом, как на место преступления приходят, знаете? Ну, вот у нас однажды бомжа на заброшенной стройке грохнули, а мы с пацанами потом ходили посмотреть, так что я знаю. Там уже всё убрали и отмыли на тот момент, а мы ходили, разглядывали вымытое и представляли себе, типа, вон там он лежал, раскинув руки, вон в эти бетонные плиты смотрел остекленевшими глазами… И тут та же атмосфера. Зашли мы, значит, в совершенно пустой кабинет, а перед глазами жуткие картинки так и скачут. Вот на этот стол, наверное, Килька опирался, вот тут Сергей Валерьевич стоял и выдёргивал из брюк ремень… Бр-р. Ещё и противогазы эти смотрят своими хрюкальниками. Жутко мне сделалось неуютно. Я потянул Колоска за рукав и говорю: — Пошли. Ясно же, что нет тут никакого скафандра.