6. Как физрук нам помогал

Только мы собрались искать дальше, в другом крыле подвала, где у нас всякие склады с партами и тир ДПЮ, как навстречу выруливает физрук. Не тот, на которого я вылил таз с водой на эстафете, а другой, новый с этого года. У нас вообще физруков в школе просто завались, так что и тот с тазом ещё работает, но он только у малышни ведёт. А этот — Влад Юрьевич, только что из педа, у него чёрные волосы почти до середины шеи и вьются. Девчонки как увидели, так и умерли от восторга все до единой. Нет, ну, я могу понять, обычно у нас физруки все либо лично Ленина хоронили, а сами всё забывают помереть, либо гопота типичная, уроки на корточках ведут и семки щёлкают. А тут вдруг Влад Юрьевич. То есть вообще-то Владислав Юрьевич, но он на первом уроке сам сказал, типа, ладно, можно Влад, но чтобы обязательно Юрьевич. В общем, так он все шансы на наш страх и растерял. Вроде здоровый мужик, шея толще головы, мускулы бугрятся, а сразу на Влада согласился, хоть и Юрьевича. Мы бы его сожрали за первую же неделю, но вот что нас в нём зацепило: на Сашку Квёлого физруки обычно либо орут, либо не обращают внимания, а этот ему спокойненько так показал, как правильно отжиматься, и что-то нам не захотелось срывать ему уроки. Ну, это я к чему. Он вроде как и учитель, а вроде как и не страшный. (А девчонки вообще на нём виснут чуть не буквально, он от них на переменах в подсобке прячется. У него ещё глаза такие коровьи с девчачьими ресницами, ямка на подбородке и губы-шины, на какого-нибудь актёра похож. На нашем безрыбье он единственный завидный жених, получается.) Так что драпать мы с Колоском не стали, стоим и делаем вид, что нам тут можно быть. А Влад Юрьевич говорит: — О, а вы чего тут? Ну, я и говорю: — А мы это… Скафандр… И Колосок тут же: — Нам для утренника надо, Короленко будет играть космонавта. Влад Юрьевич нахмурился, волосами так ыть назад, как он делает, когда соображать пытается. Потом говорит: — Так его же украли. Скафандр. — Ну, — говорю. А Влад Юрьевич ещё сильнее нахмурился, не зло, а так непонимающе, будто у него никак кусочки головоломки не складываются. — Так вроде же ты украл, — говорит. — На педсовете говорили. — Не я, — говорю. — Это недоразумение. И Колосок снова помогает. — Мы очень хотим его найти, — говорит. — Очень, — говорю. — Умираю, как хочу играть космонавта. Ну, Влад Юрьевич, конечно, ни хрена мне не поверил. Сразу понял, что это я от нежелания загреметь в «Снежинку» так вытанцовываю, но ничего не сказал, сделикатничал. Я спрашиваю: — Так вы скафандр не видели? — Видел, — говорит. Только мы с Колоском обрадовались, как он тычет пальцем в сторону коридора ОБЖ: — Вон там его видел, пока его не спи…онерили. Ну, проглотили мы разочарование, а потом Колосок спрашивает: — А в этом крыле его не может быть? Влад Юрьевич волосами опять так ыть, подбородок потёр и говорит: — Честно говоря, не знаю. Посмотрим? И вы представляете, он нас лично сопроводил и помог обшарить сначала подсобки с мебелью, а потом бомбоубежище, в котором ещё тир. Я обнаглел и попросил пострелять, но тут уж Влад Юрьевич сказал своё решительное «нет». — Чувство меры, — говорит. — надо иметь. На лыжную пробежку, кстати, записаться не хотите? Нам как раз двух человек не хватает.