Глава 16

"Бесполезно, дорогуша, её давно тут нет". Вероника сидела за обеденным столом на кухне мисс Хендрикс и, подперев голову рукой, отрешённо наблюдала за бесполезными попытками найти книгу. Детей отослали на задний двор, предварительно выдав каждому по баночке ледяного яблочного сока. Очевидную неловкость за царящий в доме беспорядок учительница пыталась скрыть за монологом про семейные будни, но Вероника была неблагодарным слушателем. Её окончательно вымотало депрессивное общество жертвы некрасивого расставания, и всё, чего ей хотелось, — оказаться дома в тишине, но даже это она не могла себе позволить. Спрятанная около песчаного карьера машина не могла так долго ждать. Несколько кликов спустя, она убедилась в прибытии такси и встала. — Вы знаете, я, наверно, пойду, — Вероника натянула на ноющую спину рюкзак, — вам стоит отдохнуть от моих расспросов и от этих оболтусов, — она кивком указала на заднюю дверь, — играющих в детективов. Если книга найдётся, дайте мне, пожалуйста, знать. Девушка подошла к холодильнику и на магнитной доске написала свой ник. — По этому имени меня можно найти в соцсетях. Ещё раз огромное вам спасибо за терпение и откровенность. Вы мне правда очень помогли. — Она, конечно, кривила душой, но вежливость никто не отменял. — Ничего не понимаю... — хозяйка дома, казалось, не услышала ни слова, — я прошлой ночью сидела на этом диване и, читая, плакала прямо над книгой. Этих дурацких слёз было так много, что одна из страниц почти полностью промокла. — Мисс Хендрикс села на стоящий в центре гостиной диван, сложила руки на коленях и невидящим взглядом осматривалась по сторонам. — Куда же она могла подеваться... — Найдётся, — убеждённо соврала Вероника, аккуратно выискивая свободные от мусора островки на полу, по которым шла к выходу из дома. — Я заберу детей, и мы уйдём. Отдыхайте, ладно? Учительница молча кивнула. Выйдя во двор, девушка закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Затылок затягивало тупой пульсирующей болью, предвещающей изнуряющую мигрень. — Дети, идите сюда! — громко позвала Вероника и, не дожидаясь ответа, пошла в сторону дороги. — Уходим? — разочарование в голосе Дороти слышалось даже с расстояния в несколько метров. — Да, — бросила Вероника, не сбавляя шаг. — Мне нужно успеть ещё в пару мест. — Она подняла ладонь, жестом заставляя девочку захлопнуть открывавшийся рот. — Нет, я вас с собой не возьму. Спасибо вам за помощь и всё такое, но на этом делаем паузу, окей? Напиши мне, если узнаешь что-то новое, и ни в коем случае не пиши мне просто поболтать. Джеймс покосился на подругу, ожидая услышать обиженную реплику, но Дотти только коротко кивнула. — Поняла, мисс Нолан. — девочка протянула Веронике руку и пожала её ладонь. — Только важные новости. — Джеймс? — мисс Нолан сделала над собой усилие, улыбнувшись мальчику сквозь головную боль, и сама протянула ему руку. Он сжал ладонь девушки двумя руками, совсем как старый итальянский мафиози, и серьёзным тоном ответил: — Надеюсь, мы продолжим это расследование вместе. — Ага, обязательно, — девушка кивнула и отправилась к стоявшей метрах в пятидесяти жёлтой машине такси. По пути она старалась смотреть только вперёд, но предательский взгляд всё равно прочёсывал улицу в поисках блестящей чёрной машины, в багажник которой легко поместился бы взрослый мужчина. *** — Поговорим? — младший Винчестер смотрел на сидящего напротив брата. Их разделял белый в мелкую красную крапинку стол закусочной, на котором остывали бургеры и пара бутылок пива. — Говори, — мрачно ответил Дин. — Ты её знаешь. Я тоже имею право знать, ты так не считаешь? Дин, не глядя на брата, отвернулся к окну. — Нет, — наконец нарушил он тишину, обращаясь скорее к себе, чем к брату. — Я её не знаю. Сэм выжидающе молчал. — Я не знаю её имени и кто она, если ты про это. Я видел её силуэт, когда Морфей наслал на нас сны. — Дин поднял тяжёлый взгляд на брата и теперь смотрел ему прямо в глаза. — В том сне я ходил по коридорам ада, мимо одиночных камер, в которых сидели те, кого я когда-то пытал. Они меня не узнавали и вряд ли вообще видели, но я-то их запомнил на всю жизнь... Лицо Сэма исказили страх и сочувствие. — Дин, извини, я не... Старший Винчестер отрицательно мотнул головой, прерывая унизительное сочувствие брата. — Там было что-то типа лабиринта, и я должен был кого-то найти. Я не знал кого, во сне я её так и не нашёл. Видел только силуэт и слышал удаляющиеся шаги. А в полицейском участке... — Дин запнулся, потёр небритый подбородок. — Когда я встретился с ней взглядом, я понял, что искал именно её. Это была не догадка или мысль, это было физическое ощущение правильности выбранного пути. Смотря ей в глаза, я оказался... — Дин нахмурился и сделал паузу. Произносить слово "дома" он не решился, это было слишком странно даже для внутреннего диалога, что уж говорить про вечно замороченного Сэма. Нагружать его своими домыслами у Дина не было ни малейшего желания. — Оказался неподготовлен. — закончил он и взял в руки запотевшую бутылку пива местной пивоварни. Сэм кивнул, задумчиво рассматривая усталое лицо брата, и мягко ответил: — Если надумаешь снова с ней встретиться, у бывшей девушки Райана Шоу наверняка есть её контакты. Дин ничем не выдал своего волнения, и остаток обеда парни провели в тишине. *** Вероника планировала вздремнуть по пути от дома мисс Хендрикс до песчаного карьера, но разговорчивость водителя и тянущая боль в затылке помешали её планам. За окном проносились кукольные домики и ярко-красные амбары, перемежаемые раскинувшимися до горизонта полями, уже подёрнутыми свежей зелёной травой. Календарная весна подходила к концу, заботливо подготавливая Колорадо к жаркому лету. Машина резво покрывала километр за километром, нагнетая в груди Вероники давление страха перед казавшимися неизбежными флешбеками увиденного ночью на злополучной лестнице. Девушка перебирала пальцами висящие на молнии рюкзака брелки, вяло отвечала на вопросы таксиста, отчаянно пытаясь вытянуть себя из омута гнетущих мыслей. Несмотря на яркое солнце, слепившее глаза, её знобило, и от груди по всему телу расползалась привычная вяжущая серость тоски. Запретная саморефлексия не сдавала позиции, настойчиво используя любые возможности выбраться на поверхность сознания. Депрессивное настроение стало частым гостем уже после перехода в этот мир, но сейчас для него не было объективных причин, и Вероника мучалась от непонимания. Она раз за разом прокручивала в голове гифку, иллюстрирующую встречу с Дином, задерживаясь на том кадре, где всё пространство внутреннего экрана занимали его глаза. «‎Смотри на меня ещё, пожалуйста, смотри, позволь мне вдохнуть ещё раз.»‎ Взгляд вожделенного охотника сотворил что-то странное с внутренним миром Вероники. В те секунды, когда их взгляды встретились и окружающий мир тактично застыл, не позволяя ничему вторгаться в их личную тишину, она ощутила себя абсолютно правильной. Это не было мыслью или догадкой, это было физическое ощущение правильности каждого действия, приведшего её в здесь и сейчас. Тело, внешне замершее от шока внезапной встречи, в один момент превратилось в наполненный истинным спокойствием сосуд. Вины, стыда, осуждающего внутреннего голоса — не стало ничего, что так долго мешало чувствовать себя живой. Зелень его глаз заслонила собой весь мир, но только в этот момент мир по-настоящему обрёл смысл. Вероника закрыла глаза и невольно застонала. — Вам плохо? — участливо откликнулся водитель такси, прерывая монолог про новые правила парковки на центральных улицах Денвера. — Да... голова болит, но это ничего, со мной бывает, — за шкирку вытягивая себя из пучины воспоминаний, ответила Вероника. — Сейчас сяду за руль, и всё пройдёт. — Она пластмассово улыбнулась, глядя на мужчину в зеркало заднего вида. — Вас тут забирают? У вас здесь встреча? Воистину, любопытство человеческое не знает границ. — Да и да. Вот здесь можете остановиться. Водитель притормозил минутах в десяти ходьбы от скрытой в кустах машины Вероники. — Прям тут? Подождать с вами? Прослежу, чтобы с вами ничего не случилось. — Он криво улыбнулся. Вероника протянула купюры водителю, и, когда он обернулся их забрать, удержав деньги в руке, посмотрела ему прямо в глаза и низким голосом ответила: — Если вы хотите пойти свидетелем по делу о транспортировке метамфетамина из Нью-Мексико в Денвер, то, конечно, вам лучше остаться и проследить, чтобы со мной ничего не случилось. Она отпустила банкноты и вышла из машины. Спустя несколько секунд жёлтое пятно уже скрылось в облаке взметнувшейся из-под колёс песчаной пыли. — Мудачье, — выплюнула Вероника, зажгла сигарету и пошла к своему нежно-голубому «Форду». *** — Итак! — Сэм сдвинул в сторону пустые тарелки и достал из сумки две книги сказок. — Насколько я могу судить, они одинаковые, только библиотечная лучше сохранилась, а всё остальное — обложка, содержание, год издания и прочее — идентичное. Эти книги были выпущены на одной и той же фабрике одной партией. Одна ушла в библиотеку, вторая попала во владение к Райану Шоу. — Почему к нему? Может, она принадлежала его девушке? Сэм отрицательно покачал головой и аккуратно раскрыл ветхую книгу, указывая на надпись на внутренней стороне выцветшего переплёта. «‎Прекрасному и нежному. Чудесному и доброму. Пусть твои фантазии продолжают оживать. Твоя навеки мечтательница Лейла К.»‎ Дин быстро пробежался по каллиграфически ровно выведенным буковкам и вопросительно уставился на Сэма. — По какой, чёрт возьми, логике этот текст навёл тебя на мысль, что книга принадлежала Райану? Сэм закатил глаза и нарочито медленно показал средним пальцем на мелкие скачущие буковки в самом низу картонной обложки. «‎Пренадлижит Райану Патрику Шоу. Не троготь никаму!!!»‎ — Достаточно логично, чтобы сделать вывод о владельце? Соберись, Дин, что бы там ни происходило на фоне, у нас тут как мухи мрут невинные люди, а мы ни на йоту не продвинулись в поисках причин. — Последний пацан не умер, — ворчливо поправил Дин. — Ну, будем надеяться, только я бы слово "последний" не использовал. — Ты нагнетаешь драму. — А ты недооцениваешь серьёзность. Если это мотоциклисты, теперь можно вместо работы флиртовать с каждой мимо проходящей юбкой? На этих словах к столику подплыла улыбающаяся официантка, на ходу расстегнувшая верхнюю пуговицу красного форменного платья. Она сердито глянула на Сэма и тут же обернулась к Дину, сияя безупречной улыбкой. — Вам всё понравилось? — нежный голосок девушки обволакивал Дина, заставляя привычно утопать в чужом вожделении. — Может быть, хотите... мм... десерт? Охотник дёрнулся от ощутимого пинка по колену под столом и, не глядя на суровое лицо младшего брата, с явным сожалением в голосе отказался от любого видов десертов. — Что ты предлагаешь? Есть идеи? У меня пока ноль. Твои версии? — Ну, вообще-то есть. — Отвечая, Сэм по очереди убирал книги в индивидуальные плотные зип-пакеты. — Я вчера ездил смотреть карьер, но там была собака, я не смог пройти, и ещё там была машина... Короче, давай вернёмся туда и осмотримся. — Собака? — Дин непонимающе вздёрнул брови. — Типа как... алабай? Размером с волка? — Ээ... не совсем, просто собака. Белый пёс. — И? — Когда Дин улыбался вот так, поведение официанток переставало вызывать вопросы. — Собака запретила тебе осмотр, и ты покорно уехал? — Давай я по дороге объясню, ладно? — Сэм старательно избегал встречаться с братом взглядом. Он убрал надёжно упакованные книги в сумку и направился к выходу. Посмеиваясь, старший Винчестер положил под пустую чашку несколько банкнот, общей суммой превышающие счёт в два раза, и, стараясь опередить быстро приближающуюся официантку, вышел на улицу за Сэмом. *** Ужины не входили в стоимость комнаты, но это обстоятельство никак не помешало миссис Эбигейл испытать на прочность желудок гостьи. Когда Вероника, еле волоча ногами, переступила порог дома, солнце почти скрылось за горами, накрыв маленький городок, прильнувший к их подножью, нежно-розовым вперемешку со всеми оттенками фиолетового закатом. Ошеломительные запахи еды накрыли девушку плотным облаком и к её усталости внезапно добавилось чувство зверского голода. — Ох, — только и смогла произнести Вероника, глядя на обильно уставленный блюдами стол. — Деточка, добрый вечер! — лучезарно улыбаясь, отозвалась хозяйка. — Пожалуйста, будь так добра, составь мне компанию за ужином! — Она вытерла руки о нижнюю часть белого в красную полоску фартука и повернулась к плите, что-то помешивая в кастрюльке. — Боже, да я с удовольствием, — только сейчас девушка поняла, что за весь день она съела только шоколадку, заботливо принесённую верными миньонами, не считая нескольких чашек крепкого кофе. — Только умоюсь и сразу обратно. За ужином хозяйка почти не замолкала, снабжая Веронику многочисленными подробностями из жизни жителей города Мэйн. Вероника уже откинулась на спинку стула, расстёгивая пуговицу на джинсах, когда женщина вдруг горестно вздохнула и пожаловалась: — И что бы вы думали? Так и не смогли они восстановить эти странички... — Она вытерла уголок глаза тканевой салфеткой и аккуратно сложила её на коленях. — Какие странички? — сдерживая икоту после плотного ужина, уточнила гостья. — Да в моей книге, которую я читала Стюарту перед сном... — послышался очередной глубокий, горестный вздох, на вкус Вероники, излишне громкий. — А что с ними случилось? — Ах! — с готовностью начала женщина. — В тот вечер, когда Стюи снова не вернулся домой в положенное время, я пошла в его комнату и так плакала, так плакала... «‎День слёз какой-то, может познакомить её с мисс Хендрикс?», — подумала Вероника. — ...села на его кровать и взяла его любимую книгу, думала, почитаю и помолюсь, ведь желание матери сам Бог передаёт дитю в душу, надеялась, что он меня услышит и вернётся... — Глаза миссис Эбигейл снова наполнились слезами, но Вероника вместо сочувствия испытывала только раздражение и бесконечную усталость. — И вот, — шмыгая, продолжала женщина, — я так сильно залила слезами несколько страниц, что буквы на них растеклись и смазались. Так жалко книгу! — Она громко высморкалась и возвела глаза к потолку. — Отнесла её в книжную лавку, думала, там смогут отреставрировать странички, но, к сожалению, они испорчены безвозвратно. — Да, дела... — Слушая рассказ миссис Эбигейл, Вероника деликатно достала телефон из заднего кармана и, держа руку около бедра, вне поля зрения собеседницы, поставила таймер на одну минуту. — Я уверена, что ваш сын сейчас в лучшем мире... Рыдания миссис Эбигейл прервали неловкие успокоения девушки, и она замолчала. Спустя минуту комнату наполнила задорная трель телефонного звонка. — О, простите, нужно ответить. — Вероника выскочила из-за стола и уже с лестницы крикнула: — Огромное спасибо за ужин, я давно так вкусно не ела! Наверное, впервые за этот долбанный день она сказала правду. Девушка приняла душ и уже укутывалась в мягчайшее пуховое одеяло, когда её сознание пронзило воспоминание о договорённости с Кроули. Её подкинуло на кровати и пришлось сесть, чтобы перевести дыхание. Сложив ладони в замок, она молча смотрела, как согнутые в коленях ноги подпрыгивают на носочках. Тело раздирал приступ тревожности, уснуть всё равно не получится, нужно придумать, как выплеснуть нервозность, которую не смог усмирить даже огненно-горячий душ. — Чёрт, чёрт, чёрт, — бормотала девушка, вышагивая туда-сюда по маленькой комнатке. — Ха, интересно, сколько раз надо сказать "чёрт", чтобы его призвать. — Она нервно хохотнула и раскрыла сумку с вещами. Вытащила чёрную трикотажную юбку и чёрную хлопковую рубашку. Достала из косметички несколько серебряных браслетов и пару колец. Холодный металл на коже она с детства научилась использовать как внешнюю эмоциональную опору. — Пойдём, Вероничка, свожу тебя покурить, а там подумаем, что делать, ладно? Крылечко поскрипывало под бесконечными шагами, поэтому ноги сами отнесли её к припаркованной около дома машине. — А что если?.. — Девушка оглянулась на ту часть города, которая была видна с упирающейся в бело-голубой домик подъездной дорожки. Несколько ярких огней и мерный гул засыпающего города — всё, что ей удалось различить, но для её задумки этого вполне хватило. В баре, расположенном на центральной улице притихшего города, его не оказалось. К неудачам было не привыкать, поэтому девушка решительно завела машину и поехала по другому адресу. Второй бар она тоже выбрала по расположению — между мотелем и самой окраиной города, после которой начинались безлюдные поля. И снова неудача. На третий адрес она ехала без ожиданий, скорее чтобы поставить галочку и убраться домой спать, чем действительно надеясь его там встретить. — Малышка, ты что так поздно гуляешь? Твоя мамочка знает, что твоя уютная кроватка пуста? — Третий бар был совсем пустым, не считая компании очевидно пьяных мужчин в рабочей одежде. Вероника поёжилась под сальными взглядами и молча прошла к стойке. Теперь уже так просто уходить она не хотела. Не хватало ещё, чтобы всякое мужичьё думало, что она сбежала из-за них. — Мне, пожалуйста, "Кровавую Мэри", — улыбнулась она молоденькому бармену в ярко-оранжевой рубашке и уселась на высокий стул, несколько раз одёрнув юбку ниже коленей. В ожидании заказа девушка осмотрелась и увидела в углу стойки маленький телевизор. — Ну надо же, — усмехаясь, пробормотала она, с первых кадров узнавая любимый «‎Карты, деньги, два ствола»‎. — Сижу в пабе и смотрю, как ребята сидят в пабе, сейчас ещё и коктейль наверняка обругаю, — смеялась она сама с собой. Мир, в который она попала, был в этом плане довольно занимательным. Он оказался одновременно копией её родного мира, но и отличий наблюдалось достаточно. Некоторые различия безусловно очень радовали Веронику. Например, отсутствие здесь сериала "Сверхъестественное" с лихвой компенсировалась живыми Дином и Сэмом Винчестерами, а Эрик Крипке (девушка специально искала информацию про него в интернете) ставил театральные пьесы на Бродвее. В этом мире не было нескольких так горячо обожаемых Вероникой рок- и панк-групп, но зато вдобавок к нескольким уже известным она открыла для себя множество новых, чьей музыкой она и заполнила свой изрядно поредевший трек-лист. «‎Ну и вот, Гай Ричи тут тоже, получается, есть»‎ — с поздравила она сама себя. Коктейль, принесённый барменом, оказался на удивление приятным, с изумительно подходящем этому дню количеством водки. Вероника облокотилась на стойку и, посасывая трубочку, внимательно прислушивалась к звукам из телевизора, глубже погружаясь в знакомую киношную историю. — Привет, — раздался над ухом родной чуть хрипловатый голос, беспощадно выдернув её из уютной безмятежности.