Часть 8 « Ты не помнишь, а я не умею забывать»

Я пыталась. Честно. Пыталась отстраниться. Сделать вид, что это просто было — и прошло. Что мы просто встретились, просто поговорили, просто случайно пересеклись в этой жизни. И всё. Никаких “до”, никаких “всегда”, никаких других жизней, где мы были кем-то большим друг для друга. Просто — сейчас. Просто — ничего. Я даже пару раз почти поверила в это. Почти. Стирала воспоминания, как пыль с подоконника. Смахивала боль. Прятала чувства за занятостью, за злостью, за тем, что легче всего прятать — за безразличием. Говорила себе: «Хватит. Ты придумала. Она не помнит. Значит, не было». Но где-то в глубине меня всё равно что-то шептало: «Ты же знаешь, что было». Я видела, как она смотрела на меня. Как будто я чужая. Как будто всё, что я говорила, — это просто странности ребёнка, выдумки, фантазии. Да, я рыжая, да, я вспыльчивая. Я могу ударить первым, могу вспылить, могу оттолкнуть, а потом страдать от своей же гордости. Но всё это — защитные стены. Чтобы не разлететься на куски рядом с ней. Я каждый раз думала: «Ну и пусть. Пусть не верит. Пусть не чувствует. Она не помнит — это не её вина». Но так хотелось, чтобы хотя бы взглянула иначе. Чтобы что-то дрогнуло в её голосе, в жесте, в слове. Хоть маленький знак. А она… она была такой, какой я помню её во всех жизнях. Спокойной. Немного отстранённой. Иногда слишком холодной. Иногда до боли близкой. Иногда — смертельно далёкой. Каждый раз я за неё умирала. Каждый раз. И в этот раз, когда сказала ей всё, я думала — что-то изменится. Ничего. Она сделала вид, что поняла. Что просто не знает, как на это реагировать. Что ей нужно подумать. Что, может, потом она что-то скажет. А потом — ничего. Тишина. И я ушла внутрь себя. Я злилась. Злилась на неё, на себя, на всё. Думала: «Ну всё. Больше не подойду. Не позвоню. Не напишу. Всё. Хватит». Я хотела отомстить. Хотела, чтобы ей стало больно, как мне. Чтобы хоть раз почувствовала ту дыру внутри, которая не затягивается годами. Хотела, чтобы заплакала. Чтобы молила о прощении за все те жизни, где она уходила, оставляя меня в одиночестве. Но не смогла. Потому что стоило ей просто сказать “привет”… и у меня внутри снова всё рушилось. Я пыталась. Играла равнодушную. Делала вид, что всё хорошо. Хамила. Отталкивала. А потом приходила домой, закрывала дверь и рыдала. Тихо. Так, чтобы никто не слышал. Чтобы сама не слышала. Я не могла забыть. Не могла отпустить. Не её. Она не помнила. А я не умела забывать. И, наверное, это и была наша трагедия. Но знаешь, что странно? Даже если бы мне предложили стереть все эти чувства, забыть её, навсегда вычеркнуть… я бы отказалась. Потому что она — часть меня. Потому что я её чувствую. Потому что я её люблю. Не как женщину. Не как подругу. Не как учителя. Как мать. Как душу, которая держала меня в каждой жизни. И ломала в каждой тоже. А я всё равно… снова выбираю её.