10. Ветры перемен. Часть первая

❇❇❇

      Маг был достаточно любезен, чтобы предложить им закуски. Потребовалось несколько часов, чтобы окончательно прийти в себя и подготовиться к просмотру.       За все время все слова были сказаны, планы составлены, а чувства излиты... по крайней мере большинства. Вайолет неоднократно пыталась вытянуть ответы у своей сестры, но все без толку: младшая все время повторяла, чтобы ее оставили в покое. В конце концов, Вандер был вынужден вмешаться и остановить Вай от очередных попыток. Паудер упрямо твердила, что ей не нужна помощь, даже если ему это не нравилось, он был готов смириться. Вряд ли это поможет, если продолжать давить на Паудер.       Единственный, кому удалось добиться большего – Экко. Помимо прочего, Паудер не стала возражать от того, чтобы Экко сел рядом с ней. Последний на самом деле опасался что-либо говорить, но хотел поддержать ее хотя бы своим присутствием, что оказалось очень верным действием, как могли полагать наблюдающие за ними Вандер и Бензо.       Майло в кои то веки перестал кипятиться и бросать злые взгляды в сторону Паудер. Невозможно же злиться все время напролет, да и слова пилти его слишком шокировали. Чтобы Паудер сделала что-то хорошее... Майло и вообразить подобного не мог. Он и Клаггор с трудом принимали все увиденное, и теперь ждали, чтобы увидеть будущий мир... без их участия.       Если бы Вандер, Бензо и Вай не сели рядом с мальчиками, то всем им пришлось бы гораздо тяжелее.       Когда был дан сигнал о готовности всех к продолжению, маг взмахнул своей рукой и экран вспыхнул.       Вспыхнула зажженная спичка, которую удерживал в руках Хеймердингер. Профессор поднес огонек к фитилю фонаря, немного осветив комнату. Только начинающий рассвет указывал на начало дня.       Пока солнце медленно поднималось, все больше и больше освещая Пилтовер, на фоне можно было услышать легкий стук в дверь и голоса.       — Звали, профессор? — Раздался голос Джейса Талиса.       — Ах! Заходи, Джейс. — Поприветствовал его йордл. — Можешь поверить? Нашему городу исполняется двести лет.       — Двести? — Вопросительно повторил Джейс. — Это же через...       — Семь лет. — Закончил за него Виктор.       Многие переглянулись между собой. Семь лет – срок немалый.       — Двухсотлетие! — Воскликнул Хеймердингер, снова посмотрев на статую одного из ученых Пилтовера.       — Похоже, этот День Прогресса будет удивительным. — Усмехнулся Джейс, приблизившись к профессору.       Все могли заметить изменения, пусть совершенно незначительные и почти незаметные. Йордл, ясное дело, был безусловным долгожителем и ни на капли не изменился. А вот Джейс... на его лице появилась легкая щетина – единственный намек, что он стал старше.       Джейс с немым восторгом, в кресле наклонился вперед. Похоже, дела будущего его шли очень хорошо. Узнать бы, что он изобрел!       Майло хотел выругаться, оскорбленный очередному плевку в лицо со стороны Пилтовера. Опять у них все хорошо, ну когда все закончится?! Он подумал, что с таким обилием удачи и счастья, в Пилтовере должен был хотя бы один раз наступить темный день. Пусть кто-нибудь покажет этим высокомерным пилти и взорвет здание Совета Пилтовера, например. Однако, ничего из этого он озвучивать не стал.       Джейс наклонился к небольшому памятнику в нише стены и прищурил глаза, вчитываясь в вырезанную табличку. Памятник изображал человека в защитных очках, с залысинами на затылке, но с пышными волосами по бокам. В его руках круглодонная колба с узкой и длинной горловиной.       — Стэнвик Падидли? — Вопросительно прочел он, подняв глаза. — Не знаю такого.       Неподалеку от них, пушистый зверек – поро, мирно дремал, устроившись между стопок книг. Несмотря на разговор, он продолжал спать.       — Все, что он построил, или взорвалось, или расплавилось, или рухнуло. — Хеймердингер начал рассказывать. — Однако вот он перед нами.       Майло не мог не сравнивать слова с Паудер, но благоразумно промолчал.       — Стэнвик отбросил личные амбиции и посвятил себя более важному – нашему будущему. Он понял, что никакие его достижения не сравнятся с изобретениями его учеников.       — Я даже не знал. — Произнес Джейс, глядя на статую.       — Такую жертву он принес. — На лице профессора проявилась грусть и он тихо добавил: — мой дорогой друг.       Никто из Подгорода не мог понять смысл слов йордла и статуи неудачливого изобретателя. И все же, среди людей Пилтовера тоже были те, кто не понимал смысла всего. Само собой, любой мог спросить у йордла разъяснении, но им сейчас не до этого.       Йордл внезапно переменился в лице и бодрым тоном сбросил бомбу:       — Совет хочет, чтобы ты произнес речь на Дне Прогресса.       Джейс Талис был удивлен.       — Что... Но эту речь всегда произносите вы. — Он испустил нервный смешок. — Как я могу занять ваше место?       В тот же момент в удивлении пребывали Кейтлин, Кассандра и сами Джейс с Хеймердингером: Кейтлин и Кассандра задумались о том, как высоко Джейс поднялся, чтобы добиться таких слов от Хеймердингера; Джейс Талис не мог поверить в услышанное, как сильно все изменилось, чтобы из изгнанника стать высокоуважаемым лицом; а йордл пытался осмыслить что все это означало и втайне надеялся, что причины совсем не касались магии.       — Я согласен с советом, — Хеймердингер прервал все возражения Джейса. — Твои Хексврата для нашего города сотворили чудеса. Привлекли ученых из дальних земель. Возродили страсть к науке и искусству.       Пока профессор говорил, зрителям демонстрировали Пилтовер с разных ракурсов, хоть в ограниченном обзоре. Джейс поглощал каждое слово, все больше и больше восторгаясь. Виктор был тоже заинтересован, особенно в озвученной технологии Хеймердингером – Хексврата.       — Ты достоин этой чести.       Джейс не мог не улыбнуться, каждая клеточка его тела показывала гордость.       И здесь, в зале, Джейс тоже не мог не гордиться собой. Несмотря на то, что это происходило в будущем, он чувствовал, будто только что изменил весь мир и собственными руками подарил абсолютно всем прекрасную жизнь! Он обязательно повторит все, чтобы сделать это будущее реальностью!       Джейс успокоился и заставил себя выпрямить спину.       Майло и Вай фыркнули, высокомерие пилти ощущалось прямо сквозь экран.       — Я постараюсь оправдать доверие Пилтовера. — С уважительным кивком произнес ученый.       Рассвет пробрался сквозь окно и первые лучи солнца коснулись дремавшего поро, разбудив его. Пушистый зверек не желал отказываться от сна и повернувшись спиной к солнцу, возобновил свой сон.       Хеймердингер не мог не улыбнулся своему питомцу.       — У них даже еда живет лучше нас. — Очень тихо пробормотал Майло. — Или то пойло Вандера.       Услышав усмешку своего брата, Вай и Клаггор не сдержали смешок. К счастью, никто не понял истинную причину смеха детей.       — Понимаю, времени уже мало, но, может, ты покажешь что-то из своих новых открытий? — Спросил Хеймердингер. — Люди обожают такие сюрпризы.       Казалось, вопрос йордла привел Джейса в неописуемый восторг.       — Есть у нас с Виктором как раз такое. — Талис с горящими глазами начал быстро говорить. — Следующая глава Хекстека! Приходите в лабораторию, я вам покажу.       — Буду ждать с нетерпением. — Хеймердингер, однако, был спокоен. — На тебя возложено много надежд, мой мальчик.       И тут йордл распахнул двери балкона, открывая вид на весь город.       Каждого охватило изумление и восторг. Пилтовер очень сильно изменился – повсюду здания были уникальными: высокие, низкие, полностью застекленные и с различными строениями. Когда раньше в Пилтовере было лишь одно-единственное высокое здание – Совета Пилтовера а остальные не выше пяти этажей... но сейчас, то тут то там возвышались здания. Можно было увидеть и новые, еще строящие, которые обещали быть выше предыдущих.       — Как это может быть? — Ахнул Экко.       Даже сам Хеймердингер не мог скрыть своего удивления. Он прожил несколько столетии и никогда не видел настолько быстрого развития, особенно за семь лет. Он отчетливо помнил сколько лет строилось одно-единственное здание для Пилтоверского Совета, а именно тридцать лет!       Однако это еще не все. Сейчас дирижабли не были большой редкостью, но их еще никогда нельзя было увидеть десятками, одновременно, и в воздухе.       Посреди Пилтовера возвышалось одно здание-гигант, крупнее всех построек вместе взятых.       Когда все увидели множество высоких построек, они были удивлены, но сейчас... это было настолько огромным, что все постройки на фоне... этого здания, были как муравьи по сравнению с сапогом! Один вид сооружения поражал всех своим величием.       Вскоре, все дети нижнего города почувствовали уныние. Когда Пилтовер становился лучше, в нижнем городе все ухудшалось. Так было всегда.       Вандер и Бензо были обеспокоены. Они на личном и горьком опыте понимали, что каждый раз, когда Пилтовер у себя создавал что-то новое, то в Подгороде становилось хуже, начиная с увеличением ядовитых отходов, убивающих невинное население... Но еще никогда в Пилтовере не было настолько стремительного развития. Вандер боялся, что последствия этому было окончательно гарантированное вымирание нижнего города.       На самой главной башне была вершина в форме гигантской сферы, окруженной несколькими движущими обручами. Когда круги остановились в определенном порядке, то вспыхнули руны и новые круги, освещенные голубоватым сиянием.       — Это Хексврата! — Ахнул Джейс.       Дирижабль поднялся в воздух, остановившись на уровне меньшего круга. Вокруг транспорта сияло еще несколько светящихся обручей с рунами, которые медленно приближались к зданию. И вдруг, все обратилось в единый луч, выстреливший в горизонт. Где раньше парил дирижабль, теперь были лишь остаточные следы магии, которые очень скоро исчезли.       — Это телепортация. — Выдохнул Виктор.       Его слова были лишними – каждый к настоящему моменту уже осознал, что увидел.       Мел Медарда и Кассандра Кирамман могли представить насколько много пользы принесла такая технология. Возможность отправлять тонны грузов по всей планете за мгновения – это безусловно принесет очень много денег и полезных ресурсов. Неудивительно, что весь Пилтовер так быстро преобразился.       — Интересно, можно ли отправлять через Хексврата людей? — Спросила шериф Пилтовера, Грейсон.       Шериф сразу определила потенциальную опасность, а именно армия, способная внезапно появиться где-либо. Она знала по меньшей мере один воинственный регион, который с абсолютным удовольствием бы воспользовался таким способом передвижения.       Джейса и Виктора тоже заинтересовал ответ, но они не получат его, пока сами не воссоздадут Хексврата.       Хеймердингер не мог отрицать факт великого изобретения, но магия может принести немало бед. Видя насколько в восторге молодые ученые, он не видел никаких возможностей предотвратить расширение магии в Пилтовере. Похоже, он сам в будущем смирился с неминуемым и посему вел себя так, принимающим новые изобретения Талиса.       Пока все пилти ликовали и восторгались, люди нижнего города пытались сдержать свое разочарование. Никто из них не был настолько наивен, чтобы верить, что Пилтовер поделится с ними подобными технологиями. Пилтовер, намеренно или ненамеренно, всегда старался лишить Подгород доступа ко всему полезному.       Единственное, что помогало нижнему городу существовать – наличие способных создавать что-то полезное из мусора. Да вспомнить хотя бы систему освещения, которую Пилтовер попросту отказал предоставить. Местным тогда пришлось выкручиваться самостоятельно.       Вандер не сомневался, что Пилтовер ни за что бы не предоставил эти Хексврата Подгороду, так как в таком случае нижний город мог бы стать процветающим. Они бы смогли приобрести необходимое пропитание в достаточных количествах, обмениваться полезными вещами. А ресурсы из шахт бы приносили им куда больше пользы, ведь тогда они смогли бы обменивать их по разумным ценам, а не отдавать за жалкие крохи Пилтоверу из-за отсутствия иного выбора.       После короткой паузы, экран снова загорелся. Никто не возражал от повторных сцен с каменными скульптурами, пожалуй, кроме испытывающего раздражение Майло.       Во время повторного показа короткой сцены с статуями, Вандер больше не мог так легко отвергать пугающую мысль, что девушка с длинными косами – та, кого он знал. К собственному ужасу, он начал замечать сходства с Фелицией. То, что это не она – это точно, но эта девушка была ее крови!       — Ты заметил? — Слегка наклонившись к своему другу, Бензо прошептал. — Эта девушка...       — Боюсь, да. — Согласно ответил Вандер.       Он боялся, что цикл насилия будет продолжаться дальше. Будто начальная сцена обрекла его дочерей сражаться друг с другом не на жизнь, а насмерть. Допустить подобного он просто не мог, ради памяти своих близких друзей!       Среди советников только Мел Медарда ухватилась за образ девушки с трехствольной пушкой. Короткий взгляд в сторону Паудер подтвердил ее догадки, отчего она испытывала некое удовлетворение: ее интуиция не подвела и эта девочка действительно может хорошо разбираться в военных технологиях. Помимо прочего, Мел также пообещала себе, что предоставит Паудер отличные условия для жизни – она этого заслуживала после всего, что пережила.       Утро. В этот день улицы были переполнены и местными, и путешественниками. Все они желали увидеть множество изобретении и посетить различные аттракционы, и все это в честь праздника "День Прогресса".       Чего тут только не было: уменьшенные модели крупных изобретении как дирижабли, роботы играющие представление, новые автоматизированные транспорты, механические насекомые-бабочки... Все приводило каждого в восторг, особенно детей. Жизнь на улицах вовсю била ключом.       Паудер и Экко восхищенно поглощали все глазами. У юных изобретателей прямо сейчас чесались руки начать создавать все альтернативы, от автомобиля до механических бабочек.       — Я сделаю машину покруче этого, — тихо сказал Экко Паудер.       Голубоволосая девочка позволила себе отвлечься от всего.       — А я создам птиц, — ухмыльнулась она. — Бабочки скучные. Кому они вообще нужны. Вороны лучше!       Бензо локтем подтолкнул Вандера, а затем кивком указал на двух самых младших. Вандер проследил за взглядом и, заметив картину, улыбнулся. Он почувствовал себя немного спокойнее, когда увидел как Паудер и Экко свободно разговаривают друг с другом, без всякой неловкости или каких-либо проблем. Может быть, Паудер действительно стоит как можно чаще быть с Бензо и Экко, а не с ними.       Толпа разномастных людей направлялась к небольшому дому, сделанному из стекла и зеленого железа, на верхушке которого гордо маячил герб дома Кирамман. По обе стороны улицы, на фонарные столбы были развешаны плакаты с изображением Джейса Талиса, а вместе с ним и с надписью «Человек прогресса».       Глаза Джейса расширились, когда он осознал, что показывали плакаты. В душе он испытывал огромное счастье, настолько сильное, что его руки и ноги слегка подрагивали в желании вскочить на ноги и запрыгать как маленький мальчик.       Кассандра улыбнулась, гордясь достижениями Джейса. Несмотря на все разногласия в прошлом, она была рада успехами протеже. Кейтлин тоже радовалась за своего друга, но не могла не закатить глаза, когда увидела какое сейчас глупое лицо у Джейса.       В помещении также можно было увидеть много что интересного, что подтверждал вид интересующего всем одного из расы чиреанцев. С потолка свисали уменьшенные модели дирижаблей, а у стен расставлены прототипы прочей техники.       — Наш самый известный протеже, Джейс Талис. — Раздался голос Кассандры Кирамман.       В центре здания, на фоне скульптуры главного изобретения Пилтовера и в окружении восторженных людей стояла Кассандра, рассказывающая толпе о главных достижениях Джейса. Слева от нее муж, а справа главный виновник торжества – Джейс Талис.       Их окружали в основном молодые лица, восхищающие прославленным ученым и изобретателем. Пока Джейс стоял в качестве живого экспоната, советница Кирамман продолжала свою речь.       — Создатель Хексврат, двигателя торговли и залога процветания Города прогресса.       Джейс не был в обиде на мать Кейтлин. Они успели поговорить во время небольшого перерыва, во время которого Кассандра даже извинилась перед ним. Он сам мог понять ее точку зрения, так что какой вообще смысл держать обиду всю вечность? Цель достичь прогресса была куда важнее подобных мелочей.       Ни Вай, ни Майло, даже ни Экко не были согласны с словами пилти. Если этот "прогресс" и был, то исключительно для верхних с возможно обязательным ущербом для Подгорода.       Когда Джейс перевел свой взгляд на что-то, его лицо сразу же просветлело.       — Прошу меня извинить. — Прошептал им Джейс и протиснулся сквозь толпу. — Извините. Позвольте.       Кассандра и ее муж в первые моменты были растеряны, но вскоре пришли в себя.       — Он очень занятой мужчина, — в качестве объяснения, с улыбкой произнесла Кассандра.       Пока Джейс покидал толпу, одна из девушек перестала слушать речь Кирамман, продолжая глазами следовать за своим кумиром.       Кейтлин фыркнула. Ей хотелось бы подшутить над Джейсом, но увы, она сидела рядом с матерью и слишком далеко от Джейса.       Джейс подкрадывался к высокой женщине в костюме миротворца, охраняющей вход, чтобы затем, с осторожностью поднять руку и щелкнуть ее по шляпе.       Реакция была очень стремительной: не успел он и осознать, как его руку схватили в болевом захвате. Исполняющая порядок быстро обернулась и почти сразу признала Джейса, но его руку так и не опустила.       — А? — Вопросительно выдохнул Джейс, узнав ее.       — Это я? — Удивленно произнесла Кейтлин.       — Кейт! — Воскликнул Джейс.       — Поделом тебе. — Ухмыльнулась она.       Но когда она встретилась глазами с своей матерью, Кейтлин опустила руку Джейса, а лицо стало ожесточенным. Она резко повернулась спиной к своей матери, избегая ее неодобрительных взглядов.       Когда Кассандра узнала свою дочь, она не могла удержаться от мимолетной улыбки. Сначала испортило впечатление костюм Кейтлин, что указывало на ее выбор, а следом и реакция на встречу. Она могла догадываться, что Кейтлин подалась в ряды миротворцев совсем недавно, иначе она бы смирилась и так на нее не смотрела.       Что-ж, по крайней мере у нее теперь есть время принять тот факт, что ее дочь не переубедить.       Грейсон позволила себе ухмылку. Она неоднократно слышала заявления Кейтлин о желании стать одной из миротворцев, но одно дело говорить, а делать – совсем другое. Если быть честной, она сильно сомневалась, что девушка действительно станет таковой. За все время ее работы, еще никто из элитной семьи не становился служителем порядка.       — Я правда стану миротворцем! — С восторгом выпалила Кейтлин.       Джейс ухмыльнулся и покачал головой. Он был удивлен, что Кейтлин не стала продолжением роли своей матери, но совсем чуть-чуть.       — Ты станешь прекрасным миротворцем. — Произнесла Грейсон, не обращая внимания на укоризненные взгляды советницы Кирамман.       Вай никому ничего не говорила, но она по какой-то причине почувствовала слишком большое разочарование выбором Кейтлин. Она не могла понять почему была настолько недовольна, ведь до этого испытывала по отношению к пилти лишь равнодушие.       Как это ни было удивительно, но Паудер тоже испытала разочарование. Ей хотелось когда-нибудь пострелять по разным мишеням вместе с ней, но после того, как она поняла кем Кейтлин в будущем станет, очень засомневалась что вообще сможет разговаривать с миротворцем.       — Все еще избегаешь ее? — Спросил Джейс, последовав за направлением взора Кейтлин.       — Я работаю.       — О, я вижу. — Саркастически ответил Джейс. — У палатки твоей семьи же такая серьезная угроза преступлений.       — Она задействовала все связи, чтобы поставить меня сюда. — С разочарованием выдохнула Кейтлин.       — Ты сама виновата, — усмехнулся он. — Не выбрала, как она, карьеру соответственно своему положению.       Кейтлин с небольшим недовольством покачала головой.       — Она готова на все, чтобы оградить меня от реального мира.       — Зато послушаешь речь с первого ряда. — Он наконец поделился новостью, чего так долго жаждал сделать.       Кейтлин снова повернулась и недоуменно уставилась на своего друга.       — Речь? — Переспросила она.       Он согласно промычал и гордо кивнул.       — Сегодня с обращением выступаю я.       Новоиспеченная служительница порядка коротко закатила глаза и усмехнулась.       — Мы и правда погрузились в анархию.       — Удачи тут с пьянчужками. — В ответ подколол он.       Совсем в другом месте, на маленьком дирижабле стояло двое мужчин с легкой степенью опьянения. Среди них был еще один, который скучающе обколотился на перила, и наверняка являлся владельцем этого полетного транспорта.       — С Днем Прогресса! — Крикнул один из них, пока его друг размахивал рукой с бутылкой.       Вай вдруг замерла, осознав одно. Раз Кейтлин стала такой взрослой, то и Паудер тоже... Какой она станет через семь лет, без нее, Клаггора и Майло. Реакцию розоволосой не упустили Майло с Клаггором.       — Что случилось? — тихо подал голос Клаггор.       — Ничего, все в порядке, — отмахнулась она, про себя беспокоясь за своей младшей сестрой.       В воздушном порту для дирижаблей даже в праздничный день кипела работа: грузовые суда увозили и привозили грузы для торговли или обмена. Один из дирижаблей выделялся на фоне других, он выглядел очень потрепанным, да и весь ассиметричный корпус выглядел так, будто изготавливался из разных материалов.       — Он похож на наш, — произнес Бензо.       — Да, — с кивком подтвердил Вандер.       Это не так уж сильно удивляло, у Подгорода на самом деле существовал подобный транспорт, но в единичном или двойном экземпляре, не более того. Более странно было то, что такую редкость вообще выделили.       Вне чьих-либо глаз, в тени, нарушаемой дневным светом лишь из прорезей в полу трубы, двигалась фигура в белой маске совы.       Экко сразу узнал эту маску, да и Бензо тоже. В магазине Бензо продавалось несколько масок, а запомнилась конкретно эта по простой причине: маска совы была единственной в превосходном состоянии без трещин или дыр, а значит одной из самых ценных товаров.       И все же, видеть эту маску на ком-то было горько. В том времени Бензо был убит, а Экко неизвестно где. В магазин проникнуть и разграбить мог бы всякий.       Люди в порту продолжали загружать бочки в дирижабль под бдительными взорами силовиков, вооруженных ружьями. Никто из них не подозревал, что над ними, в трубах передвигался человек на летающей доске.       — Вау! — Воскликнул Экко — Это летает!       Ученые Пилтовера тоже были удивлены. Все могли узнать стиль нижнего города, но у них самих ничего подобного и в помине не было. Кто бы ни создал эту летающую доску, способную с легкостью выдерживать вес взрослого человека – гениальный изобретатель.       На воздушный корабль только что занесли последнюю бочку. Инспектор оторвал взгляд со списка и взглянул на бочки, на которых были метки в виде фиолетовых крестов. Проверяющий поднял глаза на крупного и татуированного человека.       — Что...       Все узнали этого человека, работающего на Силко. Гнев поднялся в груди детей, ненавидя всю несправедливость. Пока плохие люди наслаждаются жизнью, большинство из хороших мертвы!       — Хм, — инспектор прервал зрительный контакт и откашлялся. — Ваш путевой лист?       Однако, вместо документов на доску с бумагами лег мешочек с ясным содержимым.       — От нашего друга, — сказала Севика. — Важного.       — Севика! — С яростью выплюнула Вай.       Больше всех она ненавидела Силко, но если бы у нее спросили второго, то она сразу бы указала на Севику. По ее мнению предательница не заслуживала жизни, но как ясно, жизнь несправедлива. По крайней мере, она могла утешиться хотя бы шрамами на лице Севики, которая оставила ее маленькая сестренка.       Проверяющий инспектор ничего не сказал, но взял мешочек в руки и взвесил его, подбросив в воздух и поймав. Он поднял глаза на Севику, обдумывая свое решение.       Над ними из трубы медленно вылетал мужчина на летающей доске, он также раскручивал в руках часы на цепочке. В то же время, из остальных шести труб вылетали другие лица с разными масками.       Инспектор наконец принял взятку и поставил зеленую печать на бумагах.       Грейсон поморщилась, недовольная столь очевидной продажностью среди миротворцев и остальных работающих в той же области. Остальные пилтоверцы тоже были недовольны демонстрацией темной стороны своих людей, да и испытывали дискомфорт из-за людей Подгорода рядом. Однако, никто из людей Подгорода не думал активно ругаться или жаловаться на незаконные действия одного из служителей закона.       Вай, Майло и Клаггор хотели обвинять этого человека, но сами понимали, что это бессмысленно. Они бы и сами сделали то же самое, если бы это было необходимо. Вандер и Бензо вовсе на личном опыте знали как подкупать силовиков, чтобы избежать неприятностей.       Все следовали за лидером в маске совы. Каждый из них наклонился в сторону, словно хотели упасть, но сразу же после падения они активировали свои летающие доски и устремились к дирижаблю, где находились те самые люди.       Севика только-только забрала свои бумаги с разрешительной печатью, как вокруг появилась банда, напугав инспектора и встревожив людей Силко.       — Вот черт! Поджигатели! — Закричал один.       За всеми уследить было невозможно, так как вся банда на летающих досках передвигалась очень быстро, кружась и изгибаясь вокруг дирижабля. Вскоре несколько влетело на борт, разбрасывая шарики, которые оказались кристаллическими бомбами, обездвиживающие цели. Никто из людей Силко не успел предпринять что-либо, как все они были заключены в ловушки.       — Что это было? — спросил Джейс.       — Новое химическое вещество с кристаллической структурой, полагаю. — Ответил Хеймердингер, впечатленный изобретательностью людей Подгорода.       Грейсон была впечатлена. Такая банда с подобным вооружением была более чем способна одолеть отряд миротворцев, вооруженный до зубов.       Дети приветствовали появление банды, кем бы они ни были. Их радовало, что они побеждали людей Силко, особенно Севику.       Инспектор Пилтовера в страхе кинулся в каюту и захлопнул за собой дверь. Последние двое все еще оставались на ногах, но лидер с маской совы очень скоро вырубил их. Первый отключился мгновенно, когда лицом столкнулся с ботинком поджигателя. Второй успел выхватить пистолет и произвести несколько выстрелов, но гарпунные стрелы были слишком медленными, чтобы попасть в цель. Уклонившись от снарядов, лидер банды вырубил последнего ударом своей доски.       — Это было круто! — Глаза Экко загорелись.       Это даже нельзя было назвать боем, ведь не прошло и минуты, как все люди Силко были побеждены. Скорость, ловкость, сила и инструменты – все на высшем уровне. Они сражались против людей Силко, поэтому быстро завоевали всеобщую симпатию.       Банда поджигателей ловко приземлилась на борт дирижабля.       — Их наверное невозможно победить, — широко улыбнулся Майло. — Я хотел бы стать одним из них!       Вай имела почти такое же мнение, но именно в то же время она забеспокоилась. Где Паудер черт возьми?!       У нас есть пять минут, — объявил человек в маске совы, запустив свои часы.       Глаза Экко расширились, когда он узнал свои часы – подарок от Бензо, которые позднее сам усовершенствовал. Маска и часы, неужели это был он?! Мальчику хотелось крикнуть, но он сдержался, надеясь, что скоро раскроют всю правду.       «Пусть это буду я!» — про себя взмолился он.       Обездвиженная Севика могла лишь бросать взгляды на проходящих мимо поджигателей к бочкам. Ее рука подрагивала в напряжении, безуспешно пытаясь выбраться из плена.       Лидер использовал свое оружие в качестве рычага, чтобы вскрыть крышку одной из бочек. Всем открылся вид на фиолетовую жидкость.       — Откуда у них это взялось? — возмущенно выпалил Майло. — Все же было уничтожено...       Мальчик осекся, но все знали, что он собирался дальше сказать. Голубоволосая девочка в трагедии сумела уничтожить практически все запасы наркотика, а с ними и создателя.       То, что все не исчезло, а напротив, стало еще больше, сильно возмущало всех. Когда Вандера не стало, а Силко, по всей видимости взял власть в собственные руки, рост количества наркотических веществ стал просто неконтролируемым. Что еще хуже – контрабанда велась и в Пилтовере.       — Ты когда-нибудь видел столько мерцания? — спросила девушка в маске обезьяны.       — Они наращивают обороты, — ответил лидер. — Проверьте внизу. Сожгите все!       То, что борьба против распространения наркотиков и людей Силко продолжалась – это давало Вандеру и детям небольшую надежду. Кто знает, может случиться и то, что банда когда-нибудь разрастется, и люди в конце концов массово восстанут против Силко. От Пилтовера же, помощи все равно нельзя ждать.       Двое из поджигателей принялись выполнять приказ, спускаясь по лестнице в трюм дирижабля. Света было мало, но им этого пока что хватало. Человек с зеленым ирокезом достал со спины самодельную булаву, но из-за скудного количества света не заметил натянутую нить и ногой коснувшись его, активировал ловушку: люк за их спинами резко захлопнулся, на крышке которого был рисунок из светящихся красок.       — Нет-нет! Нет! Откройте! — Второй поджигатель ударился в панику и устремился обратно к люку.       Рисунок зловещей мордашки обезьяны будто насмехался над его страхом и тщетными попытками выбраться. На поверхности только Севика заметила, как поджигатели пытались выбраться.       Большинство зрителей сразу узнало стиль, и сам рисунок. Трагедия из-за самой разрушительной игрушки-обезьяны все еще была ярка в их памяти. Но помимо всего, каждый задавался немым вопросом – почему из всех вариантов она выбрала именно этот рисунок?       Паудер замерла, узнав собственное искусство. Никто не подозревал о нарастающем предвкушении в ее груди.       Вайолет сглотнула комок в горле. Она очень хорошо знала свою сестру, ее предпочтения, стиль и несколько сокровенных желании. Невозможно, чтобы автором этого изображения оказался кто-то другой, кроме ее сестры.       Что самое худшее – это знак их самой большой трагедии, которая разрушила всю семью до основания. Невероятно осознавать, чтобы Паудер сделала этот кошмар своим личным символом.       Вандер мог быть более сдержанным, чем все остальные дети, но тем не менее от увиденного мог испытывать тревогу, что могло означать принятие самого темного дня как новое начало. Силко поступил очень схоже - после того как он предал своего брата, тот стал практически новым человеком. Очень жестоким человеком, отказавшегося от всех связей прошлого.       Приняв, что не сможет открыть люк отсюда, поджигатель спустился обратно и присоединился к своему партнеру. Все они искали кого-то в темноте, явно теряя свое самообладание. Среди тишины и тьмы, вдруг раздался тихий, но отчетливый звук скрипа.       — О нет! — испуганно произнес поджигатель с зеленым ирокезом. — Она здесь!       Майло нахмурился, недоумевая почему все так сильно испугались ее. Паудер никогда не представляла угрозы, если конечно не пыталась помочь своими новыми изобретениями. Как же такая слабая и бесполезная девочка может сильно пугать всех?       — Почему они ее боятся? — озвучил вопрос Экко, украдкой взглянув на Паудер.       Никто не ответил. У каждого было немало собственных мыслей и причины им совсем не нравились.       Паудер, напротив, не выглядела обеспокоенной. Уголки губ едва дернулись в улыбке. Она надеялась, что все было правдой, что действительно станет сильной и все будут ее бояться.       Она снова прикоснулась к ленте на своем запястье, отчетливо помня каждое слово, сказанное ей в той комнате, после того как излила все свое отчаяние и все свои обиды. Паудер тогда была удивлена, когда ей сказали, что она в будущем станет сильной и умной... было сказано еще многое другое, но она еще не готова все принять.       Поджигатель быстро выхватил и зажег сигнальную шашку, нуждаясь в большем количестве света. Не имея иного выбора, они направились вглубь трюма. Второй достал две дубинки и последовал за ним.       Майло покачал головой, не понимая как Паудер вообще справится с ними? Одна против двоих... для него было ясно, что это очень трудный бой. Может быть, ей очень повезет и ее просто возьмут в плен, или лишь оглушат.       Каждый, казалось бы, затаил свое дыхание.       Вся атмосфера одновременно напрягала и бросала в ужас. Периодические скрипы их только нервировали еще больше. Глаза поджигателей остановились в точке между рядами бочек, и в тот же момент промелькнула чья-то тень, перебежавшая с одной стороны на другую и снова исчезнувшая.       Мужчина с зеленым ирокезом немного двинулся вперед, но все равно не смог ничего углядеть. Очередной нервирующий скрип заставил его швырнуть шашку вперед, которая покатилась по полу, разбрасывая искры и освещая новое пространство. Свет коснулся конца помещения, где все могли увидеть качающие качели посреди множества бочек.       Пустые качели, с каждым движением вызывающие скрип нагнетали еще больше удушающе пугающей атмосферы. После очередного покачивания и скрипа, все смогли разглядеть слово, написанное на нижней части качелей:       «Бум.»       Коллективный вздох распространился по залу.       Тишина внезапно была нарушена, что-то за спинами поджигателей заскользилось по металлической балке, царапая и вызывая сноп искр. Поджигатели успели сделать пару ударных взмахов, но они отреагировали на движение тени слишком поздно и промахнулись.       Тень девушки снова исчезла, но не прошло и секунды, как их привлек еще один звук. Они опустили свои головы и обнаружили по три мигающих устройств на их одежде.       Несмотря на кратковременность сцены, все успели разглядеть бомбы Паудер. Их дизайн кардинально изменился, но они все еще были очень узнаваемыми.       Теперь вместо рисунков на бомбах, взрывчатки были сконструированы в зверином виде: на них были челюсти от капканов, которые способны намертво вцепиться за любую неровную поверхность, особенно за одежду, а глаза словно таймер мигали угрожающим фиолетовым светом.       Один за другим, кольца-чеки вылетали от бомб-кусак. Не успели поджигатели что-либо предпринять, как весь дирижабль сотряс взрыв.       Экко ахнул в ужасе, а Паудер напротив, возликовала, правда, молча.       — Что она сделала?! — Недоверчиво выпалил Майло, оглянувшись на Клаггора и Вай в поисках опровержения.       Вай не ответила, пребывая в шоке от акта жестокости от своей невинной сестренки. А Клаггор не мог опровергнуть, так как думал о том же, что и Майло.       Вандер прикрыл глаза в отчаянном разочаровании. Он почувствовал на своем плече дружескую руку.       — Не вини себя, — его ход мыслей прервал Бензо. — Мы все знали, что рано или поздно ее бомбы начнут работать.       — Но не использовать их же против людей! — возразил Вандер.       Бензо просто уставился на своего друга и поднял одну бровь, как бы говоря: «Кого же ты обманываешь?»       Они знали, что в Подгороде более чем хватало опасностей, особенно от жестоких силовиков. Когда кто-то умел защищаться своими кулаками, Паудер не имела таких возможностей. Именно по этой причине Вандер дал молчаливое добро на использование младшей своих изобретении в качестве самообороны или отвлекающих маневров. Смертельно или нет, ее жизнь важнее всяких плохих людей, вознамерившихся причинить вред маленькой девочке.       Все, кроме Вандера и Бензо, повернули свои головы в сторону Паудер, пораженные тем, как сильно изменится она. Но все это меркло на фоне того... когда они заметили на ней нескрываемую улыбку и горящие глаза.       Паудер будто не замечала на себе все взгляды, слишком поглощенная сценами на экране. Но ее искренняя улыбка обещала всем лишь одно – беду.       Сидящий рядом с ней Экко почувствовал дрожь в своем теле.       Вся банда поджигателей с трудом удержалась на ногах. Лидер ухватился за столб, чтобы сохранить равновесие. Удостоверившись в безопасности остальных партнеров, лидер уставился в сторону люка, откуда выходил дым после взрыва.       Вскоре люк открылся и большие дымовые облака расползлись по всей палубе, словно щупальца, укрывая все что можно от всех глаз. Никто не мог разглядеть ничего в таком густом дыму, но все могли услышать приближающийся стук шагов по деревянному полу.       Сквозь дым видны ноги в разных ботинках с металлическими накладками, что более удивительнее – кончики голубых кос, едва дотягивающие до пола.       Наконец, из дыма вышла фигура молодой девушки. Она держала ноготь большого пальца у губ, с лицом полным невинности.       — Паудер, — ошеломленно пробормотала Вай.       Она очень сильно изменилась. Паудер вытянулась в рост, а ее фигура с возрастом утратила детские черты, но самое главное – волосы! Сейчас у Паудер всего лишь коротенькая косичка, а на экране... две длиннющие косы до пола и небольшая прядь, падающая на лицо. К тому же у Паудер можно было увидеть татуировки в виде голубых облаков, простирающие по всей правой руке и распространяющие к груди и бедрам.       А одежда... совсем не то, чего кто-либо ожидал: укороченный топ с четырьмя небольшими дырами в виде пуговицы и проходящей сквозь них тканью; асимметричные нарукавники и перчатки без пальцев; брюки, явственно подчеркивающие ее высокую талию и увешанные несколькими ремнями и пряжками. Казалось, Паудер беспорядочно выбирала одежду, но именно такой вид подчеркивал ее индивидуальность и очарование с несколькими изменениями.       Экко уставился на повзрослевшую версию Паудер, и во время лицезрения девушки, жар прилип к его щекам. Он попытался скрыть свое смущение, но к счастью, Паудер не отрывала взгляда с экрана.       Девушка остановилась и сдув длинную прядь волос, скрестила свои руки. Ее глаза перебегали с одного на другого поджигателя. Ничто в ней не выдавало опасность, девушка на экране выглядела абсолютно невинно.       — Привет.       И все же, видеть Паудер такой повзрослевшей было совсем непривычно. Паудер в их компании всегда была самой маленькой и беспомощной, но сейчас все совсем наоборот.       Вандер задохнулся и задержал свое дыхание, пораженный сходством с Фелицией. В ней было очень много от своей матери: глаза, нос, рот, намек на прическу и даже походка та же! Несмотря на то, что он пропустил все этапы взросления этой Паудер, он не мог не гордиться, в какую девушку она выросла. Он не сомневался, что повзрослевшая Паудер привлекала очень немало внимания.       У Майло невольно раскрылся рот в шоке. Клаггор тоже пребывал в изумлении.       Внезапно взгляд молодой девушки изменился. Вся невинность исчезла без следа сменившись на свирепое лицо. Она выхватила две бомбы-кусаки и, зубами оторвав чеки, метнула их в сторону поджигателей.       — Что...       Бомбы, клацая зубами, вцепились в лица двух поджигателей по обе стороны от лидера. Сила удара сбила обоих с ног и перебросила через перила за борт. Задержка взрыва оказалась невероятно точной и своевременной. Взрыв снаружи снова сотряс дирижабль.       — Что...       — Она убивает всех! — в ужасе выпалил Майло.       Майло никак не поверить в то, что видел. Ладно, первый взрыв хотя был неожиданностью и появление действительно работающих бомб стало для него большим сюрпризом, но сейчас он видел, как Паудер без зазрения совести и безо всякой пощады разносит всех налево и направо. Осознание ударило его, и он почувствовал озноб. После всех своих колкостей, обидных слов и споров, что Паудер могла сделать с ним...       Может быть, у него все еще есть выход. Вряд ли все остальные позволят Паудер стать такой же, как на том экране. Нет, он и сам не допустит этого, чтобы она умела так сражаться и создавать бомбы!       Какая ирония! Он всегда винил ее в том, что она ничего не могла сделать. Но сейчас понял, что предпочел бы исключительно ту Паудер, какая она сейчас, а не такую, как в этом будущем.       Девушка продолжала неспешным шагом идти навстречу к лидеру поджигателей. С ненавидящим взглядом, она выхватила с пояса пистолет и прокрутила его вокруг пальца. Она явно не торопилась.       Поджигатель начал метать в нее кристаллические бомбы, но голубоволосая с легкостью увернулась от снарядов и сделала ответный выстрел.       Словно по подсказке от интуиции, она остановилась и начала оглядываться по сторонам. Ее внимание к деталям помогло заметить очередного поджигателя с волчьей маской и увернуться от его атаки – стоило поджигателю прыгнуть на нее с копьем, как Паудер отскочила назад и прицелилась в его голову.       Атаковавший успел отпрыгнуть в сторону и избежать пули в затылок, но не успел он среагировать, как Паудер пнула его прямо в лицо, затем, схватившись за копье и используя его как рычаг, прыгнула на него. Приземление обеими ногами на его лицо наверняка причинило немало боли.       — Она умеет сражаться, — заметил Клаггор.       Экко сглотнул, пытаясь переосмыслить все, но это давалось ему с невероятным трудом. Как вообще можно было понять, что Паудер станет такой жестокой и способной сражаться?! К тому же Паудер даже не просто сражалась, а действительно убивала!       «Всему виной Силко» — подумал Вандер.       Он не мог принять Паудер такой. Она ведь всегда была такой маленькой, милосердной и всячески избегала жестокости. Хотя те бомбы, в которые голубоволосая засовывала гвозди – зачастую заставляли его усомниться в милосердности Паудер. Но что сейчас... она сама собственноручно проявляла именно те качества и действия, которые Паудер, которую он знал и знает, ни за что бы не проявляла.       Вандер попытался придумать многочисленные причины, которые могли оправдать ее действия, но мрачное осознание, что Паудер все контролировала. Невозможно объяснить ее преднамеренные взрывы своими бомбами и попытки нанести наибольший вред каждому, кто подвернется ей под руку.       Люди Пилтовера хранили молчание, неспособные сказать что-либо. Большинство из них могли сочувствовать маленькой девочке, ведь ее в убийцу превратил Силко. Какие ужасы она пережила, прежде чем стала такой, чтобы вызывать страх у окружающих перед их убийством?       Кейтлин прикусила свою губу. Произошла резкая смена, что теперь она не так уж хотела бы вместе с ней пострелять. Как она могла? Зная, кем могла стать Паудер.       Пока Паудер сражалась с поджигателями, лидер начал спешно проливать и опрокидывать содержимое бочек повсюду. Голубоволосая девушка подняла голову и наконец обратила на них внимание с обещанием смерти в своих глазах.       Лидер кивнул, дав сигнал своему партнеру-поджигателю. Девушка кивнула в ответ и подожгла сигнальную шашку, но прежде чем успела бросить в мерцание, ее рука была схвачена. Не теряя времени зря, голубоволосая ударила рукоятью пистолета по лицу и сбила маску с лица поджигательницы.       Стоило поджигательнице повернуться к голубоволосой лицом к лицу, как последняя замерла в удивлении. Ее глаза расширились.       — Вай? — ее дыхание было затрудненным.       Все зрители точно также подумали, но они начали замечать, что лицо Вайолет совсем не изменилось и было точно таким же, что у розоволосой с ними.       Молодая девушка, смотрела на голубоволосую с страхом с теми же голубыми глазами. Но вскоре вся пелена исчезла и перед ней стояла не ее сестра. Единственное сходство с Вай у этой девушки – розовые волосы.       — А? — Майло был озадачен.       Перед глазами голубоволосой начало мелькать, воспоминания прошлого приходили на передний план, но все они были искаженными:       — Я не могу тебя потерять, — сказала ей Вай, с нежностью обхватив щеку Паудер.       Лицо Вайолет внезапно было покрыто каракулями, изображающими злое лицо. Девушка попыталась выбраться из глубокого колодца своих воспоминаний и сумела сделать это, но совсем ненадолго, как на смену пришли другие воспоминания. В то же время, поджигательница разжала ладонь и позволила факелу упасть в лужу из мерцания.       Перед глазами девушки с длинными косами всплыло более худшее воспоминание: момент, когда Вай ударила ее.       — Почему ты оставила меня? — раздался крик Паудер.       — Потому что ты приносишь неудачу! — послышался ответ Вай, когда она с ненавистью выплюнула в лицо Паудер, удерживая ее за челюсть. — Ты джинкс!       Она не сдвинулась с места, продолжая держать за запястье одного из людей поджигателей. Она была слишком погружена в мрачные воспоминания, чтобы осознавать реальность.       Что-то в этом было худшее чем то, что тогда пережила Паудер. Искажение воспоминаний, которые только усугубляли впечатление – пугало.       Паудер напряглась – собственные воспоминания все еще были свежи. Мнимое предательство все еще причиняло ей боль. На нее больше всего повлияло конкретное напоминание, с какой ненавистью смотрела на нее сестра. А слово «Джинкс», благодаря небольшому разговору в той комнате, ей казалось синонимом лучшей версии себя. Она не видела никаких причин не верить сказанному.       К этому моменту сигнальная шашка коснулась пола и подожгла все мерцание под их ногами, но голубоволосую ничто из этого не отвлекало. Даже тогда, когда розоволосая пыталась вырваться из мертвой хватки, она так и не приходила в себя.       — Я хочу драться.       — Ты не готова!       Заметив состояние старшей версии Паудер, Виктор ожидал, что она вот-вот сорвется.       — Я теперь не так уж уверен в идее дать ей место в Академии, — прошептал Джейс.       — Не забывай, она и та на экране – совсем разные.       — Я знаю, но ты разве не сомневаешься?       Виктор снова посмотрел на девочку, как та смотрит на экран со смесью надежды и недовольства. Он мог ее понять: желание быть сильной само по себе естественно, как и то, что эмоциональная нестабильность портила все впечатление картины.       — Нет, — наконец ответил он. — На самом деле мне теперь еще больше хочется с ней поработать. Опыт обещает быть интересным.       Недоверчивый взгляд Джейса был его ответом.       Наконец, розоволосой удалось вырваться из хватки и она кинулась прочь, но едва повернулась спиной к голубоволосой, как последняя подняла пистолет и выстрелила в спину.       — Нет! — с отчаянием закричал лидер.       Паудер тут уже была напугана. Она никогда не думала, что когда-нибудь сможет так прямо застрелить кого-то. Вот бомбы – совсем другое дело.       — Паудер никогда бы не убивала, — поизнес Экко. — Это неправильно.       Никто ему не ответил, но слова друга заставили девочку нахмуриться.       Почему Экко говорит это? Разве взорвать плохих людей, чтобы защитить своих близких – это неправильно? Разве расстрелять тех, кто хотел причинить ей вред – это неправильно?       Вай ей всегда говорила, что важно любой ценой защищать своих друзей и близких. А Вандер говорил им всегда держаться вместе.       Но было уже слишком поздно. Застреленная в спину, девушка медленно рухнула на пол, и вокруг нее начала разрастаться кровавая лужа. Стрелявшая тяжело дышала, будто последний выстрел отнял у нее абсолютно все силы.       Лидер кинулся к застреленной и беспомощно пытался привести ее в чувство, но та была неподвижной. Он повернулся в сторону убийцы, которая смотрела на них, но не осознавала происходящее вокруг. Дернувшись головой, он взглянул на часы – время подходило к концу: Севика начала освобождаться из ослабленных кристаллов.       Когда поджигатель снова посмотрел на убийцу в его голове что-то щелкнуло и он с криком кинулся к голубоволосой, жаждущий мести.       Это было ошибкой. Голубоволосая, в свою очередь, вытянула трехствольную пушку и с ответным криком открыла огонь.       Кейтлин и Экко одновременно ахнули. А Майло недоверчиво переглянулся с Клаггором. Вай отрицающее покачивала головой, но сцены перед ее глазами и не думали исчезать.       Вандер сжал свои кулаки. До какого состояния разума девочку довел Силко, чтобы она так себя вела?! Он очень хотел бы устроить Силко взбучку и даже опуститься до того, чтобы сдать его в руки силовикам.       Если бы не поджигатель в маске волка, то лидер был бы весь изрешечен пулями. Двое на одной летающей доске маневрировали вокруг, пытаясь избежать линии огня от пулемета невероятно агрессивной и обезумевшей девушки. В конце концов, поджигатели сумели вылететь прочь, как можно дальше от зоны поражения.       Даже когда все враги ушли, девушка не прекращала стрельбу, продолжая беспорядочно расстреливать все вокруг. Весь ее гнев сменился страхом и отчаянием.       Братья и сестры вспомнили момент, когда Паудер терпела срыв в подвале бара «Последняя капля». Сейчас происходило то же самое, но с одним отличием: вместо того, чтобы наносить вред самой себе, она теперь выбрасывала всю свою бездумную агрессию наружу.       Шериф Грейсон скрестила руки и хмыкнула. От этой девчонки явно будет очень много проблем... Она хотела бы предложить план, чтобы за этой голубоволосой девочкой начали следить на постоянной основе – приставить к ней хотя бы одного миротворца-сопровождающего, но знала что подобное предложение не понравится многим.       Инспектор, который все еще прятался в каюте сжался, когда над его головой по всей стене появлялось все больше и больше дыр. Ее ничто не могло остановить, даже то, что она стреляла в сторону своих союзников. Севика едва успела освободиться из плена кристаллической ловушки и пригнуться под градом пуль, а вот другому крупному человеку с татуировками не так повезло – пуля попала ему в живот.       В конце концов, все что ее мучало в сознании – стихло, она начала медленно восстанавливать свой разум.       К настоящему моменту, кристаллы перестали удерживать пленников на месте. Севика вырвалась на свободу и резко приблизившись к голубоволосой, с той же грубостью дернула плечо повернув лицом к себе.       — Ты должна была охранять груз! — прорычала ей Севика.       Однако вместо ожидаемого страха, девушка, не раскрывая рта испустила короткий смешок. Ее реакция разозлила Севику пуще прежнего.       — Ой-ой, она может ударить ее, — пробормотал Экко, а затем нервозно посмотрел на Паудер.       На заднем фоне раздался шум и Севика повернулась в сторону. В то же время, голубоволосая посмотрела на нее с устрашающе зловещим взглядом.       — Что она собирается делать? — тревожно спросил Клаггор.       — Наверное, убьет и ее тоже, — Майло нервно рассмеялся.       Майло сейчас больше всего пугала перспектива жить рядом с Паудер в будущем. После всего, он вряд ли сможет спокойно спать, зная, что она где-то поблизости. А будущее... может быть, ему действительно стоило извиниться перед ней, чтобы избежать возможного возмездия.       Жанна помилуй, пусть только Паудер не станет такой же!