16. Кровь и вода

❇❇❇

      Покрытая засохшей кровью монета удерживалась пальцами, пока одним быстрым движением не оказалась спрятанной в кулаке. Маркус с лихвой насмотрелся на монету – болезненное напоминание о роковой ошибке. Ошибка, которая стоила жизни группе миротворцев, шерифа и погрузила его самого в пучину продажности и подчинения преступному лицу Силко. Взгляд Маркуса был полон сдерживаемой ярости и напряжения.       Это один из уникальных случаев, когда все зрители из Нижнего и Верхнего городов думали одинаково. Маркус стал самым нелюбимым человеком, даже превосходящим по всеобщей ненависти к Силко.       На Грейсон чувства по отношению к Маркусу повлияли сильнее всего – она сожалела, что сама не поняла о его личности и не изгнала из рядов миротворцев. Вопреки позиции советников!       Раздались приближающие шаги и шериф Пилтовера поднял глаза.       — Шериф, какой приятный сюрприз, — невозмутимым тоном и внешним видом, изучая свою бумагу, Силко прошел мимо.       Даже Силко казался более человечным и милосердным, нежели Маркус. Глава Нижнего города хотя бы приютил маленькую девочку и предоставил ей все ресурсы для роста, правильного или нет. Но что сделал Маркус – заключил девочку, едва подростка, в Стиллуотер без какой-либо причины, оправдывающей ее заключение в подобную тюрьму.       А ведь, на минуточку, смертность в Стиллуотере и без того была высока по причинам, начинающим от болезней и заканчивающей на случайном лезвии промеж ребер.       — Наш гений хекстека стал членом совета, — тут же принялся отчитываться Маркус, пока Силко садился за свой стол, — и задает вопросы.       Хеймердингер вздохнул с разочарованием от предательства. Никакой уважающий себя миротворец не должен ставить других людей под смертельную угрозу.       — Почему я не удивлен, — закатил глаза Джейс.       Нахождение Маркуса и Силко в одном месте, а также в мирном обстановке, дало всем знать, что шериф не арестовывать его пришел, а за советами или очередным приказом.       Пока нынешний глава Нижнего города устраивался на своем месте поудобнее, Маркус все еще продолжал:       — Рано или поздно он докопается до правды.       Джейс понадеялся что это станет правдой. Приятно было бы стать тем, кто лишит свободы еще одного мерзавца, устраивающего коррупцию среди миротворцев и проводящего незаконные дела. А самое главное, избавить Паудер или Джинкс от человека, превратившего ее из милой девочки в сумасшедшую машину для убийств.       Талис совершенно не думал о том, что Кейтлин в тот же момент сама горела желанием схватить Силко.       Однако, аргумент нисколько не обеспокоил Силко.       — Правда – это история тех, кто выжил.       — Если Маркус убьет меня по его приказу, то я...       — Джейс, успокойся, — перебивая его, шепнул Виктор.       Изобретатель поджал губы, но сдержал поток из грубых словечек, коттрые хотел адресовать Маркусу.       — Если раскроют меня – нам обоим конец, — возразил шериф.       Для советницы Медарды не была чуждой идея о важности собственного благополучия ценой десяток или даже сотен невинных жизней. Однако, это не означало, что она поддерживала подобную идею, а значит поступок шерифа Маркуса произвел на нее отрицательное впечатление.       — Ну конечно забота о себе превыше всего, включая невинных детей! — выругался Джейс. Виктор ничего не сказал, но так и ощущал вкус лицемерия. Нижний город всегда страдал, а что делал Джейс будущего? – в угоду другим либо отодвигал сроки предоставления необходимого нуждающимся, либо тайно заключал сделки, которые подразумевали, что все изобретения заполучит всякий, но никто из Подгорода.       Силко положил на стол разукрашенную бомбу Джинкс и глаза Маркуса уставились на взрывчатку.       Невозможно не узнать принадлежность бомбы, отчего для близких Паудер становилось некомфортно. Несмотря на мрачное предназначение устройства, Паудер все же тихо радовалась, что к ее вещам теперь не относятся с пренебрежением или хуже того – с насмешкой.       — Как удачно, что ты доказал причастность Поджигателей.       — Вот гад ползучий! — Майло с рычанием откинулся на спинку кресла.       Если бы он не контролировал себя, то мог ляпнуть кое-что похуже, например о преподчении чтобы охоту вели на Джинкс, а не на Поджигателей. Не то, что Майло хотел пленения Джинкс,– она могла сама себя защитить получше Поджигателей, но не все бы поняли его ход мыслей.       Шериф прищурился, подошел к столу, чтобы взять взрывное устройство в свои руки.       — Это зашло слишком далеко, — он пальцем прикоснулся к чеке.       Мэл сомневалась, что он осмелится зайти еще дальше. Трусливость Маркуса уже давно продемонстрировали.       Заметив его небольшое движение, спокойствие и уверенность Силко почти пошатнулись, но так и не рухнули.       Вандер прищурился, ему показалось, или это действительно был страх?       — Воображаешь себя героем? — спросил он у силовика. — Одно движение, и станешь мучеником, которым всегда себя считал.       Бензо искренне понадеялся, что этот шериф взорвет себя и Силко в придачу. Тогда значительная часть проблем могла попросту исчезнуть: Вай найдет свою сестру, а без препятствия в лице Силко, воссоединению быть.       Паудер сглотнула, встревоженная из-за неопределенности как отреагирует на его смерть.       Да, она осознавала, что Силко жаждал смерти Вандера и ее близких. То, что ее оставили в живых и даже приютили – выглядело случайностью. И все же невозможно забыть, как он заботился о ней.       С большим вниманием наблюдая за происходящим, шерифу в некотором роде хотелось искупления Маркуса. По крайней мере это как-нибудь оправдает ее отсутствие попыток изгнать Маркуса.       К сожалению для женщины-шерифа, у Маркуса и так было предостаточно шансов свернуть с неправильной дорожки, а он так и не сделал ни шага в сторону. Мысли и слова абсолютно ничего не стоили перед действиями.       Дыхание Маркуса становилось более частым и прерывистым.       Его эмоции... Мэл отчетливо видела как он боролся с неопределенностью, неспособный твердо принять какое-то определенное решение, уверенно отвергнув другой вариант. А оттого, как он смотрел на бомбу Джинкс, становилось тревожно. Советница приняла готовность к, возможно, худшей сцене.       Не выдержав давления, шериф тут же сорвался и с криком выдернул чеку. Силко успел только округлить глаза, как все вокруг охватил взрыв, который вышел из правой части здания «Последняя капля».       — Что? — глаза всех расширились.       Кого-то неожиданность привела в восторг. А у кого-то вызвало недоверие... Вай торжествовала – на ее лице промелькнула улыбка. Теперь ничего не удерживало ее сестренку. Рано или поздно она найдет ее и поможет забыть о Джинкс, чтобы вернуть имя Паудер, а также возвратить свой дом – «Последнюю каплю».       — Так им и надо! — обрадовался Майло и поднял оба средних пальца в сторону экрана. — Выкуси, шрамоголовый Силко!       Несмотря на жестокость своих мыслей, Клаггор тоже улыбнулся, не в силах не быть довольным смертью именно этих двух мужчин.       Внезапная смерть Силко задела Вандера, он не мог понять почему ему так неприятно и болезненно. Силко давно стал врагом, можно сказать, с тех пор, как проигнорировал его письмо с извинениями и с надеждой на взаимное прощение.       Не упуская реакцию своего друга, Бензо оставил Экко ликовать без него. Он положил свою руку на спину Вандера и одарил понимающим взглядом. Враг или нет, но Силко слишком много лет пробыл другом для Вандера, а это очень непросто забыть.       К собственному облегчению, Паудер ничего не почувствовала, словно погиб совсем незнакомый и чужой человек. Впрочем, можно было сказать, что так оно и есть. Ей никогда не приходилось разговаривать с ним или как-то взаимодействовать, а значит совсем не знала его лично.       — Чего же ты ждешь?       Вандер резко поднял голову.       Все узнали голос Силко. Все теперь смотрели на экран в замешательстве. Разве Силко просто не умер, это было просто голос за кадром? Что происходило?       Маркус все еще держал бомбу в руке. Воображаемая возможность так и осталась в его голове.       — Да ты издеваешься! — застонал Майло.       Вай зло ударила по подлокотнику, что дерево затрещало от силы удара.       Пока некоторые дети Подгорода и старшие люди начинали потихоньку сходить с ума, Экко быстро взглянул на Паудер, а та, заметив его движение, ответила лишь пожатием плечами. Нет никакой тревоги или радости на лице голубоволосой.       И с чего бы? Увидеть человека одного из вариантов будущего, с которым сейчас не знакома, – слишком недостаточно для заметных эмоции.       Отведя взгляд в сторону, он сдался и опустил руку с взрывчаткой, как и свою голову. Между шерифом и Силко больше не было сказано слов. Вскоре, под пристальным взором Силко, Маркус покинул комнату.       Как только за ним закрылась дверь, Силко позволил своим чувствам немного просочиться наружу и озабоченно приложил руку ко лбу.       — Он на грани, — тяжело вздохнул Силко. — Нужно сделать оружие на основе хекстека как можно скорее, тогда верхние будут бессильны против нас.       — Оружие! — сердито указал Хеймердингер. — Именно по такой причине я настаивал и настаиваю на безопасности!       Джейс и Виктор притворились глухими, чтобы не отвечать на неудобное замечание. Советница Медарда незаметно для йордла закатила глаза.       Наблюдая за речью Силко, Грейсон догадывалась, что Джинкс снова находилась в нише потолка и все время наблюдала за диалогом Силко и Маркуса. По ее же предположению, остальные думали о том же.       На потолке сидела Джинкс, с которого свисали более ранние модели взрывных устройств.       Вандер скривился, но он не мог отрицать, что Силко полностью доверял свою безопасность ей. В этот раз его не сопровождало двое крупных мужчин, а лишь Джинкс.       — Я не смогу, — голубоволосая выглядела разбитой. — Поручи это доктору.       — Я могу доверить это только тебе, Джинкс.       Слова повлияли на всех, кто был близок к Паудер.       Снова и снова слышать проклятое имя, придуманное им самим для Паудер, и применяемое другими людьми, начинало причинять ему боль. Майло сожалел что начал все это и поклялся себе, что больше никогда не станет называть Паудер как Джинкс. Если еще не поздно.       Голубоволосую девочку несколько удивила его степень доверия к ней. Если быть начистоту, то она не могла представить, что Вандер мог также сильно доверять ей.       — Я все время вижу их, — девушка прикрыла глаза, будто в попытке наконец перестать видеть то, о чем говорила. — Вижу тот день.       — Бедная девочка, — неслышно для всех прошептал Хеймердингер.       С тем, что Джинкс так и не отпустила ужасное прошлое и ее до сих пор преследовали призраки, невероятно осознавать, что она так и не сошла с ума окончательно. Хотя, весь этот хаос мог оказаться ее единственным доступным способом сохранить свои остатки здравомыслия.       За свои прожитые века он повидал немало ученых, которые сошли с ума из-за гораздо меньшего, чего пережила милая девочка.       Силко поднялся на ноги и посмотрел на нее. На его лице ни намека на какие-либо отрицательные эмоции, лишь забота.       — Страх преследует всех нас, Джинкс.       Все выглядело и звучало так, будто этот человек действительно заботился о Джинкс, а не эксплуатировал как полезный ресурс.       Вандер, Вай и Бензо больше всех ненавидели такую возможность, где Силко искренне заботится о Джинкс, но с каждой минутой отрицать становилось все сложнее и сложнее.       Забинтованные кулаки сжимались с силой.       — Милая, мне было так жаль Вандера, — с сожалением произнесла Бабетта сидящей напротив Вайолет. — И ребят. Как ужасно.       Клаггор, Майло потупили глаза, помня смерть. Джейс сжал челюсти, снова ощутив свою вину в случившемся. Если бы только он лучше прятал хекстек.       Вандер сжал кулаки и поморщился от режущей фантомной боли на своем предплечье – вечный след времени, когда все изменилось. Он никогда не перестанет сожалеть о своем поступке, последствия которого распространялись и на детей.       — Похоже, никто пальцем не пошевелил, чтобы остановить Силко.       «И правда» — с тем же вопросом подумала Кейтлин.       — Кое-кто пытался, — Бабетта двигала курительной трубкой в указательном жесте. — Но у Силко есть люди и деньги, он присвоил «Последнюю каплю».       — Я видела, — она наклонилась вперед, локтями опершись на колени.       — Без Вандера все изменилось: нас некому защитить, — владелица публичного дома наконец сделала затяжку.       Для жителей Подгорода услышанное не стало сюрпризом, как очевидный и неопровержимый факт. А вот для другой половины зрителей, особенно для советников и шерифа, это плевок в их сторону, и по справедливости. Безопасность исчезла с уходом Вандера... не миротворцев, советников и их законов.       Как же они подвели Нижний город, что один-единственный человек стал полезнее всех миротворцев и всего Совета Пилтовера вместе взятые!       — Ты слышала что-нибудь о Паудер? — наконец спросила Вай. — Думаю, она у Силко.       У пожилой женщины-йордла промелькнула неопределенная эмоция, ее глаза начали двигаться взад-вперед, пока она отрицательно не покачала головой.       Реакция Бабетты не ускользнула от глаз Вандера. Он чувствовал, что она что-то знала, но не хотела говорить Вайолет.       — Я должна ее найти, — Вай, с выдохом и хлопнув по коленям, встала и направилась к выходу.       — Помощник Силко – наш постоянный клиент, — окликнула ее Бабетта. — Мигель скажет тебе, где ее найти.       Обещание Бабетты оказать помощь при нужде оказалось сдерживаемым, что принесло Вай больше удовлетворения, как и остальным из ее группы, включая Экко и сестренку. Все они теперь могли быть уверенным, что йордл им поможет.       Вай коротко кивнула.       — С меня причитается, — и вышла.       Бабетта опустила голову и покачала головой.       — Пустяки.       — Она лжет, — Бензо тихо обратился к Вандеру.       — Я тоже это заметил, — вздохнул тот, — может быть, она боится последствии встречи. Сомнительно, что кто-то из наших не в курсе, кем раньше была Джинкс.       Вай выглядела напряженно, проходя мимо разноцветных отсветов из разных комнат, пока не услышала и не увидела краем глаза кое-что особенное, отчего та замерла и широко распахнув глаза.       Вай медленно повернула голову и увидела теплую беседу двух девушек, Кейтлин выглядела сильно довольной.       — Я никогда не была в саду, — это говорила незнакомка. — Только в таком, воображаемом.       Кейтлин распахнула глаза шире, а после осознания покраснела. Что хуже для нее – мать рядом. А ведь до настоящего момента она не знала о своих истинных предпочтениях, Кейтлин об этом попросту не задумывалась. Может быть из-за того, что у нее не было лучших подруг, а может и нет.       Джейс повернул голову к Кейтлин и поднял брови с вопросом в глазах, но как та могла ответить если в настоящий момент мечтала исчезнуть? Виктор, Мэл, Хеймердингер и Грейсон предпочли остаться в стороне, не вмешиваясь в дела семьи Кирамман.       Люди Подгорода не думали о оставлении в покое Кейтлин Кирамман, по крайней мере младшая часть. Майло, Вай и Клаггор громко рассмеялись, получая огромное удовольствие от внезапного раскрытия о предпочтениях дочери чопорной советницы.       При этом, хоть они и смеялись над ней, но подобное дало больше их уважения к Кейтлин. Не такая чопорная и высокомерная по сравнению с многими пилти – это уже очень хорошо.       Осознавая мысль, розоволосая продолжила свой шаг, но теперь на ее лице играла ухмылка. Плохие чувства за одно мгновение были оставлены позади.       — Ну вот, теперь мы точно знаем, — достаточно тихо заметил Клаггор.       Двое мальчишек уставились на Вайолет с широченными ухмылками, Майло даже начал потирать ладошки.       Видя реакцию старшей себя и то, как на нее посмотрели Майло и Клаггор, она начала краснеть. Но сейчас она не могла позволить Майло потом припоминать ей сей неловкий эпизод.       — Не смей, — предупредила его Вай с красными щеками и спрятала свое лицо от чужих глаз.       — Как скажешь, — ухмыльнулся тот и повернувшись к Клаггору, добавил шепотом: — Интересно, а Паудер такая же?       Фырканье Клаггора услышал каждый, но его слова слишком тихи, чтобы быть услышанными. Неудивительно, что Экко и Паудер с непониманием переводили взгляды между Клаггором, Майло и Вай.       — Спроси у нее сам.       Майло уставился на брата как на идиота, перед его глазами так и всплыл образ Джинкс.       — Я не идиот, — воскликнул он. — Она меня убьет.       Ответом был лишь смех Клаггора.       На фоне ночного неба возвышалась исполинская башня и Хексврата в одном. Увеличивающее сияние от хекстековой энергии придавало башне волшебный вид.       Джейс Талис стоял на крыше и смотрел на город сверху вниз. К нему неспеша подошла Мэл Медарда.       Виктор помрачнел, заметив довольное выражение лица Джейса. Высока вероятность, что Джейс погрузился в грязь политики и теперь стал активным соучастником коррупции. В противном случае, Талис бы не выглядел таким довольным своим перевоплощением из ученого в советника.       — Ты отлично справился, — похвалила она.       — У меня хорошая учительница, — с улыбкой ответил он.       Медарда сдержала от проявления заметного удовольствия, но один уголок ее губ дернулся в улыбке.       Мэл присоединилась к нему, встав неподалеку от края крыши.       — Рано или поздно эти старые дураки из Совета официально признают твои исследования.       Профессор Хеймердингер и советница Кассандра Кирамман уставились на Мэл. Оскорбление могло касаться и их самих.       — Чрезмерно грубые замечания для своих коллег, мисс Медарда, — тон Хеймердингера впервые прозвучал серьезно.       — Уважение надо сначала заслужить, — спокойно ответила советница Медарда. — Вот вы – многоуважаемый профессор, более чем заслуженно получили общее уважение. Как и миссис Кирамман, ваш вклад в развитии хекстека Джейса Талиса, а до этого разработка системы очистки воздуха в Нижнем городе... тоже вызывают уважение.       Она сделала короткую передышку, чтобы обвести взглядом зал.       — С учетом всего, более чем очевидно, каких именно советников касается моя оценка.       Ответ Мэл прозвучал безупречно, и не подкопаться. Кассандра и Хеймердингер решили отмахнуться и больше не вспоминать об этом.       Задумчиво отведя взгляд, он вспоминал прошлое. Он переменился в лице, став более серьезным, но пока что в пределах нейтрального.       — Мой отец снабдил людей молотками, — Джейс поднял голову к усеянному звездами небу. — И они построили этот чудесный город.       — Построили город? — нахмурился Клаггор. — Разве город не существовал раньше?       — Существовал конечно, — грустно улыбнулся мальчику Джейс. — Просто совсем не в том виде, что мы знаем. Все равно что сравнивать Пилтовер до и после хекстека.       Из вершины Хексврат сияли обручи с рунами.       — Представь, что они могут создать с помощью магии.       Джейс поднял руку так, будто это все находилось на его собственной ладони. Он сжал кулак одновременно с тем, как Хексврата отправили дирижабль в полет. Он опустил кулак, продолжая с гордостью смотреть на плоды его трудов.       — Посмотри какое у него эго, — насмешливо шепнул Клаггору Майло и тот кивнул.       — Мир уже не будет прежним, — куда спокойнее добавила Медарда, между советниками ощущалось напряжение. — Клан Медарда привык только брать.       Она подняла глаза на Джейса.       Кассандра подняла одну бровь, услыхав намек советницы Медарды.       — Нечасто у нас есть возможность что-то ему дать, — ее рука коснулась руки Джейса.       Мэл прикрыла глаза, понимая, что повлечет за этим. Следовало понять раньше, но ради чего это все показывают публике где есть и дети?       Молодой изобретатель понял намек, но не стал делать решительный и окончательный шаг.       — Я бы не справился без тебя.       Мэл сердечно улыбнулась, а затем, не давая лишней секунде пропасть, сжала его ладонь в своей и прижалась к груди Джейса, коснувшись его губ своими.       Глаза Джейса расширились, а с ним пришло и смущение, что все происходит на глазах других зрителей.       Сама Мэл тоже удивилась, но чудом умудрилась остаться внешне невозмутимой. Советница не могла понять, что будущей ею движет, ведь взглянув прямо сейчас на Джейса Талиса, почувствовала ровным счетом ничего. Она ни в коем случае не являлась из тех женщин, что расплачивались частичкой себя ради привязки к себе наиболее перспективного человека.       Кейтлин Кирамман выдохнула, в некотором роде довольная, что теперь черед смущения настал кое-кого другого. Так точно поскорее забудут о действиях ее старшей версии в борделе. И все же, ей стало некомфортно наблюдать как друг целует кого-то и по всей видимости, собирается зайти еще дальше.       Талис испытал шок, но совсем недолго, как ответил взаимностью, углубляя поцелуй. Медарда обняла его руками.       Вокруг хекстековой сферы крутились обручи с вырезанными на ней рунами. Виктор продолжал работать над новой технологией, но как бы он ни старался подобрать нужные руны, ничто не приносило плодов. Виктор устало выдохнул и приложил кулак ко лбу.       Хеймердингер хотел помочь Виктору, но не знал как. Мысль о том, чтобы работать с хекстеком, вызывало у него сильное отторжение.       — Какая красота! — воскликнула женщина в очках.       — Не могу понять, почему не работает, — раздраженно сказал он.       — У вас получится, — заверила его ученая, но тут же занервничала и начала поправлять воротник и очки. — А вы скоро домой? Могли бы вместе пройтись.       Джейс недоуменно взглянул на Виктора, про себя задаваясь вопросом, понимал ли он намеков?       — Я, наверное, сегодня переночую здесь, — Виктор не понял намека и продолжал изучать бумагу.       — Тебе следовало бы отвлечься, — вмешался йордл. — Помимо работы нужно уделять время и для себя.       — Возможно, — пожал плечами Виктор и повернув голову, встретился с вопросительными глазами Джейса, — что?       — Ты вообще понял, чего Скай хотела? — спросил изобретатель-ученый.       Виктор вздохнул, осмысливая как лучше всего ответить.       — Да, я понимаю намеки, — он переложил трость из одной руки в другую. — Похоже, я просто был слишком увлечен своей работой.       Ответ нисколько не убедил Джейса.       — Опять? — Скай попыталась скрыть свое разочарование. — Знаете ведь, утро вечера мудренее?       — Доброй ночи, госпожа Янг.       Женщина не стала дальше давить, как и продолжать взращивать разочарование. Напоследок взглянув на ученого с пониманием, она оставила его одного. Виктор внимательно изучил схему на бумаге и вернулся к управлению.       — Это не очень похоже на увлечение работой, — Талис указал пальцем на экран и заметив опустивший взгляд Виктора, перешел на тихий тон. — Слушай, просто скажи, что происходит?       — Да откуда мне знать?! — Виктор с нескрываемым раздражением развел руками. — Как я могу знать, что произойдет через шесть лет?       Небольшая реакционная вспышка Виктора утихомирила Джейса и избавила других желающих от расспросов.       Тем временем, Кейтлин отвела глаза от экрана, на котором, за короткое время прошла сцена более глубокого поцелуя между Джейсом и Мэл. Подобное не обрадовало двоих зрителей.       Части новой хекстековой технологии Виктора продолжали крутиться. Где-то в другом месте Джейс и Мэл уже обнимались.       По сравнению со всеми присутствующими зрителями, Майло и Клаггор с наибольшим интересом наблюдали за происходящим, и никто с этим ничего не мог подделать.       Кассандра Кирамман начала следить за своей дочерью, чтобы не дать ей увидеть лишнего. Кейтлин была слишком молода для этого, а что до детей из Нижнего города – это забота Вандера и Бензо.       Старые друзья – Бензо и Вандер выругались под нос, но ничего с этим сделать не могли. Прикрыть детям глаза? – они всегда найдут способ. Что хуже, могут задуматься о посещении борделя, которое наверняка уже посещали.       Для Медарды и Талиса вся надежда на отсутствие подробностей, ведь наблюдать за происходящим становилось слишком неловко.       Виктор вовсю был вовлечен в процесс, при попытке добиться нужного отклика, устройство с тихо взрывным хлопком раскрылось и вернулось к прежнему состоянию. Разозленный очередной неудачей, Виктор ударил обеими кулаками по столу, затем резко встал, разбросав бумаги. Табурет на колесиках отъехал в сторону.       Ощутив головную боль, Виктор снова посмотрел на свою работу. Перед глазами все мутнело и он видел все немного кровавом виде. Его настигнул очередной приступ и тот закашлялся, кровавые пятна начали появляться на столе. Тяжело перенося головокружение, Виктор опустился на стол.       Страдания Виктора заставили Хеймердингера переволноваться. Йордл снова взглянул на своего помощника, но никак не смог углядеть в нем и намека на болезненность, демонстрируемую всем с экрана.       «Необходимо придумать способ, как предотвратить неизвестное заболевание хорошего человека» — таковы мысли старейшего советника.       Разительный контраст между Джейсом и Виктором. Первый уже оказался в комнате, принадлежащей Мэл Медарде. Внезапно, советница толкнула Талиса и тот упал на кровать.       Хуже всех приходилось Джейсу, он безуспешно пытался унять жар с своего лица. Он и раньше думал о подобной перспективе, ведь советница Мэл Медарда, безусловно, – очень красивая и привлекательная женщина. Но как быть, если между ними ничего не было, но им показывают будущее с этим... этим..? У самого Талиса не хватило слов, чтобы закончить мысль.       Утратив сознание, Виктор рухнул на пол, также опрокинув трость.       Джейс и Мэл уже начинали вовлекаться в более серьезный процесс. Создатель хекстека оказался сверху, прижав женщину между своим телом и кроватью.       Раздражение, неловкость, возмущение и стыд смешались в одну кучу. Вместо того, чтобы взорваться, Мэл просто прикрыла глаза и сделала парочку небольших самоуспокаивающихся вздохов.       — Ты в порядке? — к ней наклонилась Кассандра.       — Ничего ужасного нет, — на удивление спокойно ответила Медарда. — Но я бы предпочла, чтобы мои личные границы не пресекали.       Наверняка, к счастью для многих, на экране Джейс и Мэл все же были в одеждах. Только вот к сожалению, ненадолго.       Шар перестал двигаться и теперь парил над столом, забрызганным кровью Виктора.       Лежа сверху над Мэл, Джейс медленно начал двигаться вниз по телу Медарды, к удовольствию для последней.       Мужчина молча умолял прекращения показа, беспомощно раскрасневшийся как вареный рак. А еще, Кейт... какой же это позор. Талис хлопнул ладонью себя по лицу.       Заметив как ее братья сильно поддались вперед и выпучили глаза, Вай закатила глаза и раздраженно дала им шлепки по затылкам, возвращая мальчиков в реальный мир. От них раздались бормочущие извинения, которые ничего не стоили, из-за также быстро возвратившегося их интереса к сценам.       По неизвестной причине, технология Виктора начала стрелять молниями по кровавым пятнам на столе.       Советники уже без одежды, в постели, получали взаимное наслаждение от близости.       Под влиянием молнии, кровавая капля начала двигаться к технологии, пока не воспарила в воздух.       С трудом отгоняя мысли о параллельно идущем событии, Джейс и Виктор с любопытством уставились на необычное поведение технологии и капли крови. Им так сильно хотелось понять, что это все значило и для чего Аркейну нужна биологическая часть человека.       В отличие от двух ученых, Хеймердингер не проявлял интереса. Совсем напротив, на его лице был ужас. Аркейн собирался заполучить человеческую кровь, а как он был наслышан от обладающих магией существ: в крови всегда есть частичка знании и воспоминании.       Мужская ладонь крепко сжала женскую ладонь.       Капля крови медленно погрузилась в самое ядро хекстековой энергии, в котором открывался собственный мир. На фоне наслаждении Мэл и Джейса, кровь Виктора расщеплялась и окрашивала паутины в темный цвет, погружаясь в самые глубины хекстека.       — Это странно, — пробормотал вслух Джейс.       — Это катастрофа, — поправил Хеймердингер.       Когда множество глаз обратились к нему, то йордл не стал молчать. Не в этот раз.       — Аркейн имеет некий разум – это правда, но именно поэтому опасно! — профессор как никогда серьезен. — Как я уже говорил, магия непредсказуема и вольнолюбива, а с кровью человека, в котором имеется частичка или копия разума человека, она может начать развиваться самостоятельно в соответствии той же частички сознания.       Мало кто мог понять суть, которую Хеймердингер пытался донести до всех. Однако, Виктор потихоньку начал понимать о чем именно говорил йордл, отчего и обретал еще больше желания повторить эксперимент, но с некоторыми поправками и с дополнительными ограничениями.       Условно говоря, если у части сознания – желание обрести человеческое богатство, то Аркейн может начать самостоятельно преобразовывать различные материалы в золото. Трансмутация и алхимия.       Звездное небо, как оказалось, было отражением с водной глади, над которой возвышались две фигуры. Силко и Джинкс стояли в воде по пояс.       — Я чуть не утонул в этих водах.       Вандер прикрыл глаза, в который раз сожалея о своем проступке в пылу эмоции. Увидев смерть близких друзей и стоящего Силко перед ними, он попросту слетел с катушек. А когда понял, что натворил, было слишком поздно.       — Ты рассказывал миллион раз, — Джинкс не скрывала свою скуку.       Пес Подземелья в какой-то мере почувствовал обиду, что Паудер, ставшая Джинкс, так равнодушна отнеслась к одному из самых мрачных дней для него. Капризы молодых могли быть забавными, но только в случаях, если они не касались чего-то важного для них.       Даже если это лишнее неудобство для Силко, Вандер и не подумал веселиться.       На улице темно, среди грозовых туч мелькали молнии.       — Вандер был не таким, каким ты его считала, — Силко смотрел на Пилтовер.       — Знаю, он был тебе как брат, — Джинкс держала себя за плечи. — А потом предал тебя, бла-бла-бла. Ничего не упустила?       Если бы это не касалось Вандера, то Вай могла бы счесть выступление ее сестренки забавной.       Услыхав историю в грубо сокращенном варианте от Джинкс, Вандер озадачился. Слишком невероятно, что Силко так подробно поделился с кем-то своим прошлым. Но вспоминая разрыв сестер, он не мог не замечать поразительное сходство между сестрами и им самим с Силко. Порочный круг замыкался.       А помимо прочего, настораживала ее бесчувственность, даже к чувствам Силко. Он крайне сомневался, что тот намеренно бы воспитал ее таковой, нет, скорее Паудер проявила настоящую себя.       Не будучи близкими к Вандеру, капризы девушки вызывали улыбку многих пилтоверцев. Кейтлин к счастью, успела заглушить ладонью свое фырканье, лишь бы не разозлить или обидеть ее почти ровесников.       Возможно удивительно, но Силко не расстроился, лишь со смешком хмыкнул.       — У меня есть новая история, — он стоял спиной к голубоволосой.       Не спеша продолжать, Силко повел пальцами по воде и поднял в воздух, давая каплям стечь сквозь пальцы. Джинкс не перебивала его, неотрывно следя за каждым движением и словом.       — В тот день я дал умереть слабаку, — он сжал ладонь в кулак, а затем целиком погрузился под воду и вынырнув, продолжил: — Я возродился другим.       Силко заправил волосы назад и коротко провел пальцами по шрамам.       В некотором роде, ради собственного спокойствия, Вандер и Бензо пытались поймать Силко за ложь. Увы, как бы они ни старались, но каждое слово из уст Силко являлось ничем не прикрытой истиной. И ведь действительно, после той ночи Силко из близкого друга перевоплотился в заклятого врага, из сострадательного в беспощадного...       Особенно для Вандера, очень тяжело перенести мысль, что Силко может оказаться лучшим опекуном для Паудер, чем он.       — Предательство. Эта боль, которая съедает тебя изнутри, — его слова заставили Джинкс неопределенно отреагировать. — Она может либо сломать тебя, либо сделать намного сильнее. Дай Паудер умереть.       — Нет!       Вай абсолютно не соглашалась с Силко – она никогда не предавала Паудер! Розоволосая явно повернулась к Паудер, всем видом пытаясь показать ей, и устно опровергнуть каждое слово со стороны Силко. Тем не менее, когда с первой частью она начинала справляться, изо ее рта так и не вышло ни слова.       Паудер не упустила движение старшей сестры и уставилась на нее, а затем еще некоторое время смотрела на нее. Вайолет, к своему ужасу, начала замечать изменения, которые ей крайне не понравились. По ее мнению, изменения были к лучшему, но ей крайне не понравилось, на кого Паудер становилась похожа.       Наконец, голубоволосая слегка улыбнулась.       — Я знаю.       «Но чего знала? Что не предала? Что боялась в кого становилась похожа ее сестра?» — Вай никак не могла успокоиться.       Джинкс подняла глаза.       — И страх боли больше не будет управлять тобой, — Силко повернулся к ней и протянул руку, которую Джинкс, недолго думая, взяла. — Теперь ты сильная. Такая, какой и должна быть.       Прикосновения были мягкими, теплыми. У Джинкс промелькнула едва заметная улыбка, она приблизилась к нему еще ближе.       Нет!       Майло и Клаггор так сильно выпучили свои глаза, что те грозились вылезти из орбит. Вандер подавился воздухом и громко закашлялся.       Бензо замер, а Экко испустил странные звуки, в которых сквозили испуганный писк и ругательства.       Вай зарычала, возненавидев Силко пуще прежнего. Даже не осознавая того, ее рука потянулась к своему ботинку, чтобы швырнуть его в экран.       — Они, что... вместе? — Со страхом спросил Клаггор.       Силко мягко взял ее за затылок, их лица разделяли лишь несколько сантиметров. Их лица еще приблизились.       Нет-нет-нет!       Сама Паудер испугалась картины и почувствовала тошноту. Ей так сильно хотелось отвернуться, но этого так и не сделала.       Происходящее даже для чужих людей стала очень неприятной неожиданностью, что Джейсу, что Грейсону... Вандер вскочил на ноги так быстро, что кресло опрокинулось, пока что не представляя, что вообще собирался делать.       Наблюдая за сценой, Медарда была удивлена, когда поняла, что хочет защитить девочку. И не просто как ценного актива, а как нечто более важного.       Мужчина опустил Джинкс к воде. Джинкс прикрыла глаза и погрузила голову под воду, на которой появилось несколько воздушных пузырьков.       Громкий выдох облегчения пронеся по залу. Вай рухнула в стул, чуть успокоившись, но ярость в ее груди продолжала кипеть.       Мелькнули розовые пузырьки, черные паутины расползались в разные стороны, перекрашиваясь в тот же ядовитый цвет. А затем раскрылся глаз с радужкой, ярко-розового цвета.       — Что это? — Кейтлин повернулась к ученым Пилтовера, но те были слишком заняты с изучающими взглядами.       Вай напряглась на месте, а Майло с опаской взглянул на Паудер.       — Нет, это же не может быть...       — Очень сомневаюсь, — Виктор сразу опровергнул озвученное розоволосой предположение. — Какой токсичной вода ни была, но так быстро на человека она не могла повлиять.       Вай прикрыла глаза, она ни за что не могла допустить мысли, что у Паудер вместо голубых глаз будут такие отвратительно розовые, под цвет самого худшего вещества во всем Нижнем городе.       Лишь Паудер восприняла это как жирный намек к чему-то очень определенному.       Ноги тяжело ступали по не очень чистому полу. Один мужчина сделал затяжку с наркотическим веществом, его глаза обратились в сторону. Вай, в красной куртке и прикрытая черным капюшоном, проходила мимо музыкантов, готовящих свою игру. Где-то в другом месте игроки играли в карты и напивались вокруг небольшого квадратного стола.       Успокоенный переменой, Вандер поставил свое кресло на место и уселся.       Музыканты Нижнего города воспевали свою песню, подкрепляя ее ударами по барабанам и игрой на гитарах. Вай толкнула плечом мимо проходящего мужчину, который глядя на ее спину бросил возмущение.       — Звучит интересно, — произнес Джейс.       — Да, неплохо, — кивнул Виктор.       Заметив небольшой обмен репликами между учеными, Хеймердингер улыбнулся. Возможно, они тоже начнут ценить музыку. Все что им необходимо – найти свой вкус.       Карточная игра только начиналась становиться азартной, на кон ставились деньги. Вайолет взглянула на игроков изо угла и поняла, что помимо двух мужчин, среди них находилась Севика, с дымящей сигарой. На лице розоволосой гнев усиливался, и чем больше она наблюдала за женщиной, тем больше ее гнев переходил в лютую ненависть.       — О, она ее убьет, — Клаггор инстинктивно вжал голову в плечи, хотя всецело на стороне Вайолет.       Маркус сидел на своем рабочем месте, пил спиртное и задумчиво смотрел на творение Джинкс, а рядом стояла картинка в рамке, которую нарисовала его дочь. Злясь от бессилия, Маркус отшвырнул стакан.       Никто ничего не сказал. Очень хорошо отражая общие чувства, Бензо закатил глаза. К нему не имелось никакого сочувствия, лишь к его дочери – невинной девочке очень не повезло с отцом.       Мэл Медарда проснулась в своей постели, ее распущенные волосы покрыли почти всю подушку. Повернув голову в сторону, она заметила отсутствующего Джейса Талиса.       Джейс снова начал краснеть, до сих помня что было, но следующая сцена быстро отрезвила его.       На больничной койке лежал Виктор, к его носу вели трубки для подачи воздуха. Перед ним на стуле также сидел Джейс. Виктор пробудился ото сна и повернул голову к другу, расстроенно протирающего лоб рукой.       Виктор беспокойно уставился на экран. Теперь, кажется, вся истина всплывает на поверхность. Но если никто не станет настаивать, то возможно, ему удастся избежать неудобных вопросов.       — Джейс?       — Виктор, — Талис быстро поднял голову, что указывало на его томительное ожидание пробуждения друга. — Врачи... они говорят, что ты...       Виктор выглядел смирившимся и уставился на потолок.       — Сколько мне осталось?       Джейс напугался его словам, но так и не ответил.       Старшие понимали, что вопросы в настоящий момент не имели смысла. Все происходит через шесть лет – срок немаленький, так что глупо спрашивать о будущем Виктора. Тем не менее, им хотелось посочувствовать ученому, особенно тому, кто когда-то жил в Нижнем городе.       Но это дало Хеймердингеру ясную причину настойчивости Виктора поскорей распространить изобретения. Его срок жизни видимо сильно ограничен, а значит медлительность во имя безопасности для него не являлась допустимым вариантом.       На стол, осыпанные монетами, были брошены две карты – волшебник и смерть, обеспечивающие полную победу.       — Не повезло вам, парни! — с усмешкой махнула Севика.       Немного насладившись расстройствами своих противников, она потянулась к своему выигрышу, но не успела добраться до них, как вдруг в ее щеку врезалось колено, выбивая изо рта сигару.       — Да! — раздались восклицания со стороны Майло и Клаггора. — Так ее!       Вай улыбнулась, наслаждаясь поддержкой, а Вандер покачал головой. Ее подопечная так и не научилась терпению и не усвоила его урок – кулаки не всегда решали все вопросы, а зачастую вовсе усугубляли проблему. Хотя с учетом всего, он мог понять девушку.       Вайолет решила разобраться со всеми вопросами и проблемами кулаками и ногами. Ее удар свалил Севику на пол и разбросал повсюду монеты с каплями крови. Двое мужчин побоялись драки и в спешке подобрав остаточные крохи монет, помчались прочь.       — Трусы, — фыркнул Джейс.       — Нет, — с ухмылкой не согласился Бензо. — Люди с правильными приоритетами.       Диалог двух мужчин нисколько не отвлек мальчиков и девочек.       — Так ей и надо! — кричал Майло.       Поправив челюсть, Севика приподнялась. Как только она увидела розоволосую, ее лицо в недоверии.       — Вай?       Встав на ноги, она попыталась нанести ответный удар, но Вай уклонилась и ударив кулаком по лицу, схватила Севику за волосы, чтобы с силой прижать к стене.       — Давай Вай! — подбадривал ее Клаггор.       — Вмажь ей! — вторил ему Майло.       — Это неправильно, — Кейтлин выглядела возмущенной. — У нее только одна рука.       — Мне все равно, калека она или нет! — бросил в ответ худощавый мальчик и снова повернулся к подбадриванию старшей Вай на экране. — Бей ее!       — Жалкая предательница, — бросила ей Вайолет.       — У Вандера был шанс, — таков ее ответ.       На левом плече Севики, сквозь ткань, возникло яркое свечение знакомого оттенка. Часть, за которую Вай держалась, вдруг пересилила силу девушки и врезала под челюсть. Несильно, но достаточно, чтобы старшая сестра Паудер отпустила ее.       — Что? Как? Что это было? — отовсюду посыпались вопросы.       Пока розоволосая не пришла в себя, Севика с разворота пнула в ее грудь, сбив ту с ног. Нисколько не обеспокоенная, Севика приблизилась к Вай и сдернула с себя ткань, скрывающую ее левое плечо с новой рукой из металла.       — Вот черт! — задохнулся он, — надеюсь, это не Джинкс сделала.       Паудер очень сомневалась, что рука Севики – ее создание. Эта рука выглядела круто, но очень скучно. Почему на ней ничего другого нет, например, рисунков?       Глаза Вай расширились, когда она увидела вместо обычной руки – механизированную, со встроенной инъекцией наркотического вещества. И все же вещество так и не превратило Севику в монстра, но усилило ее физические способности.       Вещество было усовершенствовано, но кем? – с тем же вопросом думали Виктор и Хеймердингер. Синджед ведь был убит годы назад.       Вандер напрягся, обеспокоенный тем в какую опасную ситуацию увела себя Вай.       Пока розоволосая поднималась, Севика с усмешкой изобразила зовущий жест механизированной рукой. Вай сбросила красную куртку и набросилась на Севику, которая заблокировала несколько ударов и перехватила обе ее руки своей искусственной, лишив ту возможности наносить удары.       — Это нечестно! — закричал Майло.       Некоторые хотели согласиться, но с другой стороны, бой первым начала Вайолет.       — Ты так и не научилась терпению, — прокомментировала ее атаку Севика и дважды ударила своим лбом по лицу Вай.       Пока бывшая заключенная падала от последнего удара, Севика нанесла прямой удар металлической рукой по ее животу, отбрасывая ее ко стене.       Тяжело отдышавшись, Вай уклонилась от очередной атаки Севики и успела ответить по животу, а затем и по лицу. Однако, усиленная мерцанием, Севика не дрогнула и снова попыталась ударить, только ей это не удавалось... С каждой попыткой следовал точный ответ – эффект наркотического вещества у Севики подошел к концу. Вай снова нанесла удар по лицу и повалила на пол.       — Похоже, мерцание имеет очень кратковременное действие, — заметил йордл.       — Согласен, — кивнул Виктор. — Но оно также не превращает людей в монстров, что намного гуманнее.       Он задумался о розовой жидкости и увидел в нем шанс для собственного исцеления. Судя по всему, подобное вещество давало ускоренную регенерацию, повышенную силу и выносливость. Лишь Жанна знает насколько эти вещи нужны ему.       Севика тряхнула головой, в то же время в нее была отправлена очередная порция мерцания. Ее глаза засияли розовым цветом и та, схватив железную бочку, ударом отправила предмет в полет к Вайолет. Большая сила вернулась к ней, так что Вай попыталась убежать, но не успела сделать несколько шагов, как была придавлена к стене, а затем схвачена за шею механизированной рукой Севики.       Тот кто сконструировал руку Севики – очень способный изобретатель. Сделать так, чтобы с лихвой превосходить собственные физические параметры и при этом не причинять вреда остальному телу – впечатляюще.       Опять-таки, кто же был создателем руки Севики?       Кейтлин беспокоилась за судьбу розоволосой и надеялась, что та хотя бы сбежит. Увидеть как она умирает, так и не добравшись до голубоволосой – это станет слишком невыносимым.       Будучи взбешенной и под влиянием наркотического вещества, Севика с силой перекинула Вай через воздух и обрушила ее на стол, разломав мебель на куски. Она на этом не закончила, протащив за шею по полу розоволосой, та начала душить своей настоящей рукой, а механизированной обжигать щеку. Причинение боли Вай приносило удовольствие Севике.       — Вот черт! — поморщился Клаггор. — Это очень больно.       Вандер не знал куда деть свои руки, а они так и чесались врезать по поверхности экрана. Бой становился более жестоким и безумным, что не могло не пугать Паудер.       Экко рьяно болел за успех розоволосой вместе с Майло и Клаггором, хотя все выглядело слишком ужасно.       Не сдаваясь, Вай пнула между ног и высвободившись из хватки, пока Севика наклонялась из-за боли, она обеими руками ударила по лопаткам. Схватив ее за туловище, Вайолет отшвырнула ту к стене и оперлась на каменную колонну. Обе были побиты и измотаны.       — Молодец, — выдохнул Вандер и невольно улыбнулся. — Держи дистанцию.       Стоило Севике взглянуть на Вай, как та повторила приглашающий жест, что ее разозлило еще больше.       Бездумно набросившись на розоволосую, Севика никак не могла попасть в девушку. Оказавшись в невыгодном положении между колонной и стеной, она получала удар за ударом от Вай, включая столкновения собственной головы с поверхностью стены.       Джейс недоверчиво смотрел на жестокую драку, как и Кейтлин.       Таким способом женщину можно вовсе убить. Вайолет разве не думала о том, как получит информацию, если ненароком отобьет мозги Севике?       Находясь на грани нокаута, Вай беспощадно стала бить ее по животу, снова по лицу, а затем и по ноге. Обессиленная Севика не смогла избежать прямого удара коленом по лицу.       Вай тяжело дышала. Наблюдая за тем, как Севика с трудом поднималась на ноги, она с разбегу кинулась к ней, чтобы в прыжке, обеими ногами, отправить соперницу в полет сквозь стену на улицу.       Кейтлин хотела, чтобы ее старшая «я» присутствовала в драке. Ее участие могло бы избавить от любой неоправданной жестокости и кровопролития. Все что следовало сделать – мирно опросить и пойти дальше, а не ввязываться в драку.       Отплюнув кровь на брусчатку, темнокожая легла на спину. Ей подняться не позволила нога, придавившая механизированную руку к каменной поверхности, а также рука схватившая за шею.       — Где моя сестра?! — Вай возвышалась над ней. — Где он ее держит?       Напряжение в воздухе достигло апогея. Истина для Вайолет грозила вот-вот выйти наружу. Неизвестно только, как Вай воспримет новость.       — Держит? — переспросила Севика. — Ты про Джинкс?       Вайолет прищурилась в гневе, но также последовало замешательство с шоком.       Никто не удивился, что Вайолет замерла. После всех этих лет в тюрьме, с неизвестностью, что произошло с ее сестрой, она наконец находит того, кто мог знать о местоположении Паудер, вдруг слышит то самое имя, которое она озвучила перед тем, как сестры были насильно разделены.       — Она работает на него.       Шок настиг ее, неверие в услышанное, а перед глазами пронеслись совсем другие картины. Вай так и не заметила, как промелькнул розовый отсвет.       Вернув свои силы, Севика резко вонзила в ее бок острые металлические пальцы.       — Нет! — раздался крик Паудер.       Резкий звук прорезал воздух как раскаленное лезвие сквозь масло. Кроме Кейтлин и Вайолет, никто не понял кому принадлежал крик. Далеко не сразу.       Времени дальше разбираться ни у кого не имелось, так что всем пришлось быстро сосредоточить внимание к Вайолет и Севике на экране, в надежде, что все обойдется.       Розоволосая замерла, не в силах ничего предпринять. Севика приподнялась и прошептала ей в ухо:       — Она ему как дочь, — помощница Силко отбросила раненную Вай от себя.       Вандер не знал как воспринять новость, как хорошую или плохую. Он испытал несказанное облегчение, что между Паудер и Силко все-таки были отношения отца-дочери, а не то о чем и думать тошно.       При этом печаль, что Паудер привязалась совсем не к тому человеку, к кому следовало бы, но поразительно... Если задуматься, то Силко действительно был единственным приемлемым вариантом. С той ночи не осталось никого, у кого Паудер могла быть в безопасности, будь она мальчиком, то выбор безусловно стал бы простым.       Если бы его прямо сейчас поставили перед выбором между Силко и Бабеттой, кто будет опекать Паудер, то первый выиграет. Уж лучше безумная, но способная постоять за себя и с развитым потенциалом, чем одна из забытых девочек публичного дома. Что-что, но Вандер умел выбирать приоритеты.       Невыносимо думать об этом всем, но от правды нельзя убежать. Мог ли Силко тоже хранить и оберегать память о Фелиции, как делал он сам?       Севика легко догнала беспомощно отползающую Вай и схватив ту за лицо, подготовила завершающе-смертоносный удар.       — Я передам ей привет.       Все затаили дыхание, а Паудер и Экко теперь смотрели сквозь пальцы.       На ее плече поднялся флакон с мерцанием, но прежде чем тот был погружен в руку, пуля расколола стекло и расплескала содержимое. Выстрел спас жизнь Вайолет. Севика подняла голову и заметила на высоком мостике стрелка.       Облегчение настигло половину, а гордость – другую. Жизнь Вайолет спасена, а значит все еще не потеряно, как и шанс для Джинкс.       Вай взглянула на дочь Кирамман. Может быть, Кейтлин не так уж плоха, даже если она силовик. Главное, чтоб та вдруг не ополчилась на весь Нижний город и не начинала жаждать их смерти.       Для уж большой радости пока было слишком рано – Вай получила очень серьезное ранение, чего никак нельзя оставить без внимания. А вспоминая о том, что практически весь Нижний город находился под управлением Силко, что лишало Вай ближайшей помощи, становилось тревожнее.       Кейтлин прицелилась в нее, но Севика не собиралась давать ей возможности пленить или пристрелить, так что кинулась прочь. Кейтлин перезарядила ружье и успела сделать пару выстрелов. К сожалению для миротворца и Вайолет, металл, покрывающий плечо Севики не был пробит, и та удрала.       Спрыгнув на пол, Кейтлин проверила переулок, куда могла исчезнуть Севика, но никого не нашла.       — Почему ты дала ей уйти? — несмотря на боль, розоволосая была недовольна упущенной возможности.       — Знаешь слово «спасибо»? — Кейтлин сложила стрелковое оружие.       — Справедливо, — Вай пожала плечами, но она будущего так не думала.       — Теперь он узнает, что мы здесь.       — И чья это вина? — положив в сумку ружье, миротворец поправила одежду.       Вайолет только усмехнувшись, пожала плечом. Кровь стекала с бока по ее руке, и капала на камень.       — Неплохо стреляешь.       — Я прекрасно стреляю.       Кейтлин ухмыльнулась, довольная своим хорошим выступлением. Ей удалось по-настоящему спасти жизнь в качестве миротворца, что приносило Кейт огромную радость.       Одна из советников была горда за свою дочь, хотя ей не нравился выбор профессии Кейтлин.       Паудер снова припомнила себе о стрелковых способностях Кейтлин и желании посоревноваться с ней. Внутренняя борьба между отказом взаимодействовать с пилти и знакомством с человеком со схожими умениями, неспеша переходила в пользу последнего.       Пока Вай переводила дыхание, Кейтлин выжидательно стояла рядом. Наконец, розоволосая подняла свободную руку.       — Помоги встать, кексик.       Кейтлин в который раз смутилась от прозвища, при этом недовольная, что оно более чем может привязаться к ней. Не хватало чтобы сам Джейс начал называть ее так, это точно прозвучит неправильно и принесет им обеим неудобства.       — Не зови меня так, — но Кейтлин все равно схватила ее за руку и переложив за шею, помогла встать. — Меня зовут Кейтлин.        В таком же виде они начали передвигаться.       — Но ты такая сладкая, — сквозь боль произнесла розоволосая. — Как кексик.       Вай и Кейтлин встретились глазами и резко отведя в противоположную сторону, практически одновременно покраснели. Трое мальчиков расхохотались так сильно, что почувствовали колики в животе. Паудер до сих пор не знала как смотреть на все происходящее, да и смешным это ей не казалось.       — Заткнись.       Улица на удивление была пустой и казалось, безжизненной, кроме двух девушек.       Вандер пытался придумать, где Вай могла получить помощь, но к собственному ужасу, ничего не приходило на ум, кроме лекарей посереди главных улиц Подгорода. Где же Вай собиралась получить лечение? Не найдет ли ее Паудер... Джинкс первой?       За столом работала Джинкс, и покачиваясь под такт музыки, она проводила сварку. От ее прежней не осталось и следа.       Вай надеялась, что это не значило, что Паудер действительно ушла навсегда, как говорил Силко о себе. Она не переживет, если потеряет свою любимую сестренку.       По лестнице медленно поднималась Севика, оставляя за собой следы от мерцания. В комнате Силко сидел лицом к окну.       Граммофон играл свою мелодию, которая, казалось, влияла на Джинкс успокаивающе. Джинкс перевернула страницу дневника Джейса на набор рун. Весь дневник был в закладках из вороньих перьев, которого отстрелила в игровом доме.       Больше сосредоточенности Джинкс к своей работе не ускользнуло с внимания Виктора и Хеймердингера. Похоже, изобретательница погрузилась в свое дело с полной головой, без каких-то других отвлекающих факторов. Трудно понять, к лучшему это или к худшему.       Мэл Медарда немного расширила глаза, ее интерес и надежда на успех голубоволосой резко возросли. Очень впечатляющим будет, если Джинкс все-таки сумеет повторить эксперимент Джейса Талиса так скоро.       Джинкс теперь нисколько не боялась хекстека, не глядя на кристалл, она вытащила его из челюстей бомбы. Процесс работы отнюдь нельзя назвать простым, судя по капле пота, стекающей с линии ее волос, по щеке к подбородку.       То, что прошлое перестало напрягать Джинкс – заставило Вандера нахмуриться. Клаггор с Майло задумались над изменениями Джинкс, как над загадкой. Экко начинал беспокоиться, все время думая о том, не стерла ли она все свое прошлое как страшный сон. А Вай... она оставалась в том же беспокойном состоянии с тех пор, как Джинкс вновь появилась на экране.       Севика зашла в комнату Силко и начала медленно приближаться, все ее лицо было в ранах и синяках, а на пол капала яркая розовая жидкость. Силко заметил все в отражении складного зеркала, и все же был невозмутим, обрабатывая шрамы.       — Ты пачкаешь пол.       — Грубо, — заметил Талис, но на него никто не обратил внимания.       Джинкс установила хекстек на подставку и слегка повернула колесо для запуска. Кристалл поднялся в воздух и заискрил энергией. Перед ней, над рабочим местом, к стене в распятии был прибит плюшевый кролик.       Йордл замер в изумлении. Необычайно видеть, как кто-то с полным отсутствием образования Академии, оказывается способным реализовать сложный проект, на который ученые затратили недели и месяцы...       Теперь любые сомнения о потенциале девочки с голубыми волосами абсолютно исчерпаны.       В воздухе начали появляться множество разных рун. Джинкс сняла защитные очки выглядя очень взволнованной в положительном смысле и закрутилась в своем кресле, обвивая длинную косу вокруг одной руки.       Глаза Джейса расширились.       — Сколько времени прошло? — недоверчиво спросил он у своего коллеги.       — Не знаю, несколько часов, может меньше, — Виктор выглядел глубоко задумчивым. — Даже с наличием записей, интеллект девочки... впечатляет.       Виктор знал, что несведущие могут подумать, что с наличием дневника Джейса очень легко достичь успеха, но это совсем не так. Помимо самостоятельного понимания содержимого дневника, притом совершенно незнакомого человека, также необходимы глубочайшие познания и способность воплощать все из бумаги в жизнь. Он сам несколько лет проучился в Академии Пилтовера, а какое образование у Джинкс?       И это еще не говоря о том, что в дневнике не могло быть пошаговой инструкции. Вряд ли Джейс Талис впустую тратил страницы для подробных описании элементарных для него вещей.       А если подумать о том, что у девушки не имелось никаких деталей и устройств, которые в Пилтовере каждый уважающий себя ученый просто закупал в готовом варианте, то ее успех становился еще вдвойне впечатляющим. Все, что имелось у Джинкс – металлолом и прочий хлам, давно пришедший в негодность.       Голубоволосой только что удалось повторить эксперимент Джейса Талиса, что теперь она танцевала вокруг рабочего места, в окружении рун в воздухе. Отныне для Джинкс все преграды были сняты и теперь она могла создавать хекстековые технологии для разных целей, каких пожелает.       Одна из советниц Пилтовера ухмыльнулась, наслаждаясь красивым видом посереди темного логова Джинкс. После подобного она точно никогда и никому не позволит лишить себя статуса покровителя Паудер.       Также забавно было увидеть недоверие на лице достопочтенного Джейса Талиса, изумление Хеймердингера и глубокую задумчивость Виктора. И все лишь из-за одной особенной девочки.       Как только Севика достаточно приблизилась к столу Силко, она выдавила:       — Сестра... она вернулась.       За совсем недолгий момент, Силко захлопнул зеркало и резко развернулся к своей помощнице.       — С того света?! — его глаза полны недоверия и страха.       Что?       — Что он имел ввиду?       — Полагаю, он не знал, — пробормотала Кассандра. — Маркус посадил Вайолет в Стиллуотер сам.       — Мерзавец! — прорычал Вандер. — Я его собственноручно придушу!       Мэл качнула головой, откладывая мысли о Паудер в сторону и задумалась о текущем.       — Похоже, Маркус солгал Силко, сообщив о смерти Вайолет, — наконец заговорила советница. — Это единственное, что объясняет удивление Бабетты, Севики и Силко.       — Но что мешало ему найти альтернативный способ для Вайолет? — спросил Джейс. — Если все равно пришлось соврать Силко, то можно было дать ей более-менее нормальную жизнь, а не тюрьму.       Кассандра Кирамман вздохнула.       — Не думаю, что это помогло бы. Вай сама бы помчалась на помощь к Паудер, либо жаждала бы отомстить Силко, тем и раскрыв ложь Маркуса. Он хотел защитить всех.       — Это шутка? — Бензо косо уставился на нее. — Он не мог не знать каково в Стиллуотере!       Повисла короткая и напряженная пауза.       — Советница, это все равно неправильно, — с помощью своей трости, Виктор поднялся на ноги. — Ее попросту лишили выбора. Я хочу сказать, что Стиллуотер для маленькой девочки хуже смерти. Лишь ее умение сражаться спасло от худшей участи.       Аргумент последнего был силен, Мэл могла это признать. Вот только к чему ей продолжать ворошить такую неприятную тему? Всего этого не произошло, и даже в демонстрируемом будущем это уже находится в минувшем прошлом. Обсуждения могли помочь лишь в избежании повторных ошибок.