20. Жизненный переворот

❇❇❇

      Первым затишье нарушил Вандер:       — Вай, на пару слов, — он махнул ей рукой, подзывая к месту, подальше от остальных.       Нарушение долгого молчания вырвало остальных из состояния окаменения и весь зал наполнился различными тихими голосами. Каждый начал обсуждать свои новые познания о грядущем. Кто-то просто проголодался и приблизился к столикам, на которых лежала пища, волшебным образом предоставленная таинственным присутствующим магом.       — Что такое, Вандер? — вопрошала Вай, через раз оглядываясь на свою сестру, сидячей, казалось бы, в одиночестве.       Вандер проследил за взглядом Вайолет и помрачнел, когда понял очередную проблему. Самоизоляция Паудер могла повлечь за собой совсем нежелательные события, например зарождение Джинкс. Но сначала, маленький разговор.       — Я хотел поговорить с тобой о том, как ты относишься к окружающим, — мрачно начал Вандер. — Я знаю, что тебе тяжело приходится от просмотра...       К его облегчению, Вай так и не начала агрессивную реакцию, как того можно было ожидать в любое другое время. Вандер про себя поблагодарил Жанну за такие милости и продолжил:       — Послушай, какие бы сцены ни показывали, что бы ни произошло в будущем, но пожалуйста постарайся держать себя в руках.       — Но...       — Никто здесь не виноват в том, что происходит там, — прервав ее, он махнул рукой в сторону черного экрана. — Несмотря на то, что мы – семья, не забывай, что слова все равно могут ранить. И какие бы проблемы ни всплывали, помни, далеко не все решается кулаками...       — Я знаю! — подняла голос розоволосая и повернула голову к Паудер, чтобы повторить тише. — Я знаю.       Наблюдая над сожалениями подопечной, он понял, что Вай приняла все слова близко к сердцу. Наблюдение, как она ударила свою сестру в ту ночь и каковы последствия, вероятно сослужили ей хорошую службу.       «Хорошо» — кивнул он себе, надеясь, что этого будет достаточно.       Пес подземелья также надеялся, что Вай перестанет прибегать к драке как к способу решить любую проблему. Винить ее в чрезмерной реакции неправильно, но быть может, ему всегда следовало научить ее сдержанности. Он всегда будет сожалеть, что допустил такую оплошность в ее воспитании.       — Я просто обязан спросить, ты в порядке? — Вандер перешел на шепот.       Вай коротко кивнула. Ее желудок вдруг зажурчал и Вандер улыбнулся.       — Хорошо, пойдем поедим.       Подойдя к еде, владелец бара «Последняя капля» заметил, как голубоволосая продолжала сидеть в одиночку ото всех. Он больше не собирался повторять ту же ошибку – оставлять ее одну:       — Паудер, присоединяйся к нам, — подзывающим жестом пригласил он. — Тебе надо поесть.       Она замешкалась, но ненадолго, прежде чем встала с места и уселась за обеденный стол вблизи от их группы.       Старшие друзья Подгорода знали, что Паудер это дается непросто. Как бы ни прискорбно, но она часто самоизолировалась от них и становилась белой вороной в их семье. Даже Экко, чьи стремления к изобретательству и острый ум, сильно отличался от Паудер.       Из-за их собственных ошибок по отношению к младшей, им предстояла большая работа по наведению мостов между ними и восстановлению семейных взаимоотношений. Лишь бы это не было слишком поздним осознанием. Само собой, подобные мысли принадлежали Вандеру...       В то же время, за обеденным столиком Джейс с трудом пытался подобрать извинения к Хеймердингеру за все, что натворил в том будущем, особенно за изгнание из Совета Пилтовера. К его сожалению, изо рта исходил лишь набор бессвязных слов и букв.       Хеймердингер поначалу сидел в ожидании, слушая бессмыслицу от Талиса и наконец сжалившись над ним, остановил поднятой рукой.       — Не думай об этом, мой мальчик, — Хеймердингер перевел взгляд на свою тарелку, наполненную фруктами и ягодами, что так любили все йордлы. — Этого с нами не случилось, по крайней мере не в нашем мире. Тебе не за что извиняться и к тому же, я могу понять почему в том времени ты так поступил.       — Но я не должен был так поступать.       — Верно, но я тоже не совсем невиновен, — вздохнул профессор. — Я действительно потерял связь с Нижним городом, перестал интересоваться, что происходит с нашими людьми. Слишком бездушно отнеся к твоим и Виктора изобретениям. Я просто обязан был поступить лучше.       Между учеными повисла пауза, пока оба не решили на этом закончить. По крайней мере, пока.       Час спустя, небольшой обед или ужин – никто не знал какое сейчас время и уместно ли его сейчас воспринимать как обычное, поднял всем настроение. На радостной ноте все заняли свои места, прихватив любимые напитки, маг возобновил показ.       Паудер в этот раз уселась куда ближе к остальным детям Нижнего города, хотя и придерживалась расстояния в двух вытянутых руках. Экко уселся рядом с Бензо и Вандером, пока трое остальных усаживались чуть не вплотную друг с другом. Остальные не меняли свои места: Джейс с Виктором и Хеймердингером неподалеку; Медарда, Кассандра со своей дочерью; только Грейсон расположилась поодаль ото всех.       На черном фоне начали появляться зеленые линии, словно оставляемые невидимым художником с краской в баллончиках. А за этим начали мелькать более полноценные рисунки: от людей из банды Поджигателей до их атрибутики, таких как белая маска.       — Что это? — непонимающе спросил Майло.       Никто не ожидал странного начала. Все зрители ожидали, что показ будет проходить точно также, как и все предыдущие, со скорой сценой с каменными статуями.       Здесь присутствовало множество разных цветов, хотя зеленый, черный и белый – преобладали над всеми другими. К первому изображению начали добавляться и другие цвета, складывая в понятный рисунок, изображающий банду Поджигателей. Знакомые часы, принадлежащие лидеру. Маски, зеленые жуки – отражающие название банды. На экране также периодически появлялась картина с покачивающей головой фигуры лидера Поджигателей, сидящей на троне.       Если бы не цвет и тема, рисунки можно было бы воспринять за художество Джинкс. Но это было совершенно иное... Джинкс всегда отдавала предпочтение розовому и голубому цветам. К тому же Джинкс не стала бы рисовать своих врагов в таком положительном свете.       В отличие от мыслей других, Экко сразу же почувствовал некое родство с такими рисунками, как будто все это было именно тем, что он бы нарисовал собственными руками.       Разнообразные художества все еще продолжали сменяться одни за другими, помимо прочего: двое били дубинками по круглому щиту, изображенному в виде глаза; один из более высоких участников банды избивал чучело силовика Пилтовера; изображение более полного состава Поджигателей, с лидером в центре, а позади них медленно вращался старый винт с тем же зеленым символом, что проявился в самом начале сцены.       Человек с зеленым горящим факелом и пролетающий маленький жучок такого же цвета. Фигура на доске перепрыгивала через большие бочки, двое юных продолжали бить по щиту, оставляя на нем фиолетового цвета следы, которые скорее были некой метафорой, нежели чем-то другим.       Странная сцена с набором рисунков была прервана Поджигателем, наносящим удар в сторону экрана, предоставив вид на привязанных к трубам и ослепленных мешками на головах Вайолет с Кейтлин.       И все на этом закончилось.       — Что-ж, — пробормотал Хеймердингер. — Это что-то новенькое.       Экко было очень интересно узнать больше как можно скорее.       Двое пленников были привязаны к трубам, спина спиной. На их головы были накинуты мешки, не позволявшие ничего увидеть.       Пока Кейтлин изо всех сил пыталась выбраться из плена, тщетно дергаясь и извиваясь, Вайолет спокойно сидела.       — Так и знала, что нельзя было тебе доверять! — гневно бросила Кейтлин.       Среди зрителей висело молчание, каждый поглощал все слова. Будущее им демонстрировали с разных точек зрения, что безусловно помогло им понять о истинных причинах разных мыслей и действии.       Грейсон лишь вздохнула от досады. Кейтлин все время показывала себя более чем компетентной, пока не столкнулась с этой розоволосой и будто в одночасье утратила все свои былые способности лучшего миротворца. О конкретных причинах она и думать не хотела.       — Ты и сама не подарок, знаешь ли. — Вай резко парировала, повернув голову к Кейтлин, насколько это было возможно для ее связанного тела.       — Не по моей вине мы дважды угодили в ловушки Силко.       Вай стыдливо потупила глаза, поняв, что ее старшая «Я» вела себя слишком безрассудно и рискованно.       Тихий вздох вырвался из уст Вандера, но он не собирался ничего говорить Вайолет. После стольких лет в Стиллуотере, как можно было мыслить рассудительно, едва оказавшись на свободе?       — Это не Силко, а кто-то другой, — розоволосая снова расслабилась, словно смиряясь со своей судьбой.       — Откуда ты знаешь? — спросила Кейтлин.       — Эм... Пау... Джинкс тоже дралась с ними? — неуверенно предложил ответ Экко.       Кейтлин кивнула в согласии.       — Потому что мы бы уже были мертвы, — ответила розоволосая.       — О, отлично, — миротворец была саркастичной. — А когда ты собиралась сказать, что твоя чокнутая сестрица работает на него?       «Чокнутая, сумасшедшая» — Паудер сжала свои кулаки и прикусила внутреннюю часть щеки. Укол обиды исчез также быстро, как появился, когда она напомнила себе о данных советах от тех, кому она могла по-настоящему верить.       Майло и Клаггор, словно инстинктивно, уставились на младшую девочку в ожидании, что она вот-вот взорвется, либо расплачется. Но ничего подобного так и не произошло. Паудер изменилась, на их взгляд – чрезмерно сильно.       — Как только ты призналась бы, что на самом деле здесь ищешь. — Вай не желала уступать в споре.       Бензо качал головой, как и Вандер. Спор в таком положении мог выдать слишком много информации, которую им хотелось утаить. Немаловероятно, что где-то поблизости за ними наблюдают люди Поджигателей и слушают их каждое слово. Умный трюк, о котором заложники по какой-то причине даже не задумываются.       — Я сказала правду.       — Чушь! — розоволосая нисколько не поверила оправданиям младшей Кирамман. — Что это за светящийся камень?       Молчание затянулось, Кейтлин ничего не ответила.       — Так и думала, — заключила Вайолет.       Перед глазами по-прежнему ничего не было видно из-за мешка, надетого на их головы. После того, как послышался звук открывающей двери, сквозь мелкие прорези можно было понять лишь то, что они находились в помещении и за пределами помещения было дневное время суток.       — Что происходит?       Кейтлин ничего не видела, но могла определить приближающих людей.       — Эй, а ну, уберите руки! — раздался крик Вай.       Вандер повернул голову к Вайолет.       — То, что ты продолжаешь бороться – это очень хорошо, — он вздохнул, — но надо выбирать, когда сопротивление может помочь. В такой ситуации такими действиями можно только навлечь на себя больше проблем. Помни, кулаки не...       — Я знаю! — резко оборвала розоволосая, раздраженная повторениями Вандера.       Что она вообще могла сделать, не она же это делала, а ее будущее, которого никогда не случится.       — Не трогайте ее!       — Отпустите!       Несмотря на маленькие отвлечения, все, кто был близок к Вайолет и Кейтлин – обеспокоенно напряглись. Они знали, что эти люди были врагами Силко, но никто не мог быть уверенным, что эти люди не были плохими, но по-другому.       Девушка-силовик снова попыталась вырваться на свободу, но также тщетно.       — Вай? — в ее голосе проскользнула неуверенность, когда раздался звук закрывающейся двери. — Вай!       В комнате она осталась одна.       Вандер напрягся, обеспокоенный судьбой Вайолет. Никогда не знаешь, что собирались сделать с ней эти похитители. В Нижнем городе нельзя ожидать, что какой-то чужак будет придерживаться этики.       Наконец мешок сняли с ее головы и Вай, сквозь слепящий свет из-за долгого пребывания в темноте, смогла разглядеть одного из Поджигателей с неприкрытым маской лицом. Он был из расы вастайи, с животными чертами лица, схожие с летучей мышью... Поджигатель отвернулся от Вайолет, которая продолжала смотреть на него с лютой ненавистью, и подошел к сидячему лидеру, чье лицо все еще прикрыто маской, прежде чем коснуться его ноги. Вожак легким движением головы дал знак оставить их одних.       Когда Вайолет осталась одна с лидером Поджигателей, она не стала ждать:       — Стесняешься? — Вайолет бросила ядовитую насмешку. — Или просто рожа страшная?       Все продолжали сдержанно смотреть, пожалуй, кроме Майло, что фыркнул, а Джейс усмехнулся.       Вандер застонал, раздраженный ее длинным языком, который, возможно, прихватила у Майло. Как бы ему ни хотелось сказать пару слов Вай, он благоразумно промолчал.       Лидер Поджигателей встал на ноги и приблизился к розоволосой, затем, выдержав паузу, с тем же спокойствием снял белую маску. Вай медленно переводила взгляд с маски на лицо лидера и с каждой секундой ее собственное выражение лица сменялось на недоверчивое изумление.       У этого темнокожего человека были очень узнаваемо белые волосы.       Перед Вайолет предстало лицо Экко с белым рисунком песочных часов на лице. Он вырос, стал крупнее, сильнее, возмужал.       Глаза Бензо расширились от изумления, а в груди разожглось пламя – гремучая смесь волнения, восторга и облегчения. На его сердце вмиг полегчало и он почувствовал гордость. Его маленький мальчик... выжил! Вандер мог отчетливо видеть, сколько надежды и радости принесло его другу появление Экко, и сам не мог сдержать собственной улыбки.       Паудер замерла, но за короткой радостью последовало недоумение, а еще позднее – обида. Она не могла понять, почему они были врагами, но также не могла исключать возможность, что вина принадлежала только ей.       Сам Экко сидел в шоке, лицезря старшего себя. Он был так крут.       — Экко жив! — воскликнул Клаггор, пока Майло таращился на младшего мальчика с отвисшей челюстью.       — Малыш, ты так вырос! — подхватила Вайолет, выглядя очень счастливой.       Для розоволосой это был настоящий подарок. Она долго не могла отринуть чувство вины, что из-за нее погибли Майло и Клаггор, также опасалась, что это коснулось и Экко... хотя, она по-прежнему не могла избавиться от назойливого голоска в сознании, твердящим, что вся вина на деле принадлежала Паудер или Джинкс, а не ей.       Покачав головой и снова закрыв эту дурацкую мысль, она уставилась на повзрослевшего Экко и улыбнулась. Ее не волновало, что он похоже, не был счастлив видеть ее. Маленький человечек жив – это все, чего она хотела видеть.       — Неплохо выглядишь для покойницы, — вместо приветствия сказал Экко.       Кейтлин невольно улыбнулась, наблюдая как радуются ее ровесники или близкие к тому же возрасту, но вскоре озадачилась, заметив отсутствие энтузиазма у Паудер.       Видя как вырос мальчик, Хеймердингер почувствовал тепло в груди. Мальчик Экко не только пережил самые темные моменты своей жизни, но и нашел в себе силы бороться против по-настоящему плохих людей. Тот факт, что Экко сумел стать лидером целой банды – не мог не вызвать изрядной доли уважения от Хеймердингера, а также Мэл Медарды.       Двое молодых ученых Пилтовера заняли более выжидательную позицию, пусть и не без довольных эмоции. Также очень приятным бонусом стало то, что он пакостит этому мерзавцу Силко.       Лишь шериф Грейсон не восприняла появление Экко в качестве лидера Поджигателей как хороший знак. Появление еще одной группировки, способной сражаться и обеспечивать независимую от Пилтовера охрану людей Нижнего города – означало только проблемы для миротворцев. После увиденного, она сомневалась, что этот мальчишка откажется от создания той же банды в, пусть другом, будущем.       Как миротворцы после такого смогут безопасно выполнять свою работу? Как миротворцы смогут контролировать способность Нижнего города к сражению, искореняя любые очаги силы? Ей совсем не хотелось ввязываться в войну, ведь это была лишь самая крайняя мера, в которой бессмысленно гибли люди.       Сделав тихий вздох, Грейсон отложила вопросы в воображаемый ящик с пометкой о необходимости придумать другое мирное решение.       Началось вступительное представление образов.       Теперь с небольшим представлением статуи было ясно все, за исключением бегущей фигуры. Опять-таки, сцена с сражающимся Джинкс и Вай преподнесла больше напряжения. Неужели весь мир будет так настойчиво мешать воссоединению сестер, изо всех сил стараясь сделать из них непримиримых врагов?       Не считая конфликта между сестрами и напоминания о гибели его близкого друга от руки Силко, Бензо был счастлив видеть Экко с ведущей ролью – это увеличивало шансы, что с его мальчиком все будет в порядке.       — Не значит ли это, что Джинкс и Экко знают друг друга как своих врагов? — вопрос Джейса Талиса разрушил атмосферу хорошего настроения.       Это совсем не то, чего когда-либо хотели Экко и Паудер. Они были друзьями, и воевать против друг друга – самое последнее, о чем они могли бы подумать. Вай напряглась, вспомнив момент сражения Экко и Паудер-Джинкс на дирижабле.       Вай достаточно долго глядела на лицо лидера Поджигателей, с трудом переваривая увиденное.       — Экко? — изумленно спросила она.       Экко же выглядел совсем неприветливо, скорее выражая недоверчивость, как к совершенно чужому человеку.       — Что ты знаешь об этой штуке? — с грубым и резким тоном спросил Экко, раскрывая контейнер, в котором находился хекстек-самоцвет.       Видеть свое изобретение в чужих руках раздражало Джейса, но по крайней мере, он был уверен, что предпочел хекстек в руках Экко, а не безумной Джинкс! Виктор положил свою руку на напряженное плечо Джейса.       — Сомневаюсь, что нам удастся вернуть кристалл, — Виктор начал озвучивать то же самое, о чем думал Джейс. — Но по крайней мере, Экко использует это достаточно мудро.       Совпадение своих мыслей с коллегой немного утешило Талиса.       Люди Подгорода испытали некоторое недоумение от враждебности Экко, но тем не менее, его можно понять.       — Ничего. — Вай непонимающе нахмурилась. — Что, черт возьми, все это значит?       — Что ты делала с Джинкс? — спросил Экко.       Глаза Вай, Майло и Клаггора расширились, и все они, как один, уставились на съежившего Экко.       — Я ничего не знаю, — нервно пролепетал он.       Вандер и Бензо уже ожидали подобного с тех пор, как поняли, что между Экко и Джинкс существовала вражда. К сожалению.       Но с этим почти для всех зрителей всплыл вопрос: а знала ли Джинкс, кто под маской лидера Поджигателя?       Паудер достаточно давно перестала воспринимать свое второе имя как ругательное, чтобы воспринимать это как знак силы и уверенности. У Джинкс было все: бомбы – взрывались, пушки – стреляли, драться – умеет, страх – не преследует вечно.       Слова Экко разозлили Вайолет.       — Ее зовут Паудер! — розоволосая вскочила на ноги. — И я только нашла ее, когда явился ты со своими головорезами.       Конкретно этот момент давил на всех зрителей как гора, даже воздух ощущался неправильным... тяжелее воды. Вай, Паудер и Экко с трудом переваривали как все изменилось. Сейчас они – одни из самых близких друзей, а в этом будущем времени – либо неприятельские знакомые, либо враги.       Вайолет прикрыла глаза, тяжело воспринимая неприязнь Экко.       — Это же я, — взмолилась она. — Вай.       Она резко дернулась вперед, что если бы не цепи за ее спиной, то непременно бы сбила Экко с ног.       — Мы шатались вместе по свалкам, а потом я отмывала тебя из шланга! — выпалила она один из моментов жизни в детстве.       — Зачем вам идти по свалкам? — Кейтлин не удержалась от вопроса, чем привлекла прикрыто неодобрительный взгляд от матери.       — Только там бесплатные вещи, из которых можно сделать разные детали. — Экко пожал плечами.       Напоминание о условиях жизни жителей Подгорода заставило советников почувствовать себя нехорошо.       Несмотря на возвращение одного из его близких людей, он выглядел равнодушным.       — Это было давно, — спокойно ответил он. — Люди меняются.       Бензо не удержался и сжал плечо Экко, словно нуждаясь в подтверждении, что с его мальчиком все в порядке. Что пережил Экко – это просто ужасно. Мальчик остался в этом жестоком мире совсем один: его друзья и старшие были мертвы, Вайолет в тюрьме, а Паудер стала врагом на стороне Силко, кто повинен во всех бедах. Ему и не представить, через что пришлось пройти Экко, чтобы суметь выбить себе худо-бедно нормальную жизнь.       Наблюдая за вожаком банды, Кейтлин просто не могла построить логическую цепочку, как выжить будучи совсем одиноким. Невзирая на подтверждение перед носом, что Экко это удалось, для Кейтлин выживание в подобной ситуации казалось попросту невозможным.       Мысль, как она мало знала и как мало умела – напугала дочь советницы.       — Да уж, — с едва уловимой язвительностью бросила она. — Я заметила.       — Ты работаешь на Силко? — Экко задал неожиданный вопрос.       Розоволосая уставилась на младшего мальчика, удивленная, что он вообще задал ей такой вопрос... Точнее другой он. Разве он не видел раньше, как она с Кейтлин убегала от людей Силко?       Во всяком случае, если кого спрашивать, то точно не их Экко. Она вздохнула и снова уставилась на экран.       Вай на мгновение даже потеряла дар речи, неслабо оскорбившись подобному предположению.       — Да пошел ты. — Вай бросила на своего давнего друга тяжелый взгляд.       — Я думал, ты умерла, — Экко наконец сорвался, его эмоции вырвались наружу. — И вдруг вижу, как ты гуляешь по Линиям с пилтошкой.       «Это действительно выглядит не хорошо» — подумало большинство. С учетом того, что Маркус выполнял приказы Силко, немудрено, что в Нижнем городе повышенная ненависть к силовикам. У Экко все основания для подозрения. Теперь то, как все сложится дальше – зависело от ответов Вайолет.       — Ты следил за нами? — она казалась удивленной. — Почему ничего не сказал?       — Не знал, могу ли тебе доверять, — с широком жестом руки ответил Экко.       — Поэтому решил просто напасть?       — Как думаешь, у кого я этому научился? — парировал Экко.       Вай потупила взгляд, больше поняв смысл слов Вандера о сдержанности. Осознать ей помог взгляд со стороны... как другие поступали также, как она всегда поступала. Если бы вместо драки они сначала приходили поговорить, то можно было решить все проблемы. Возможно, Экко и Паудер помирились бы и ее сестренка ушла бы от этого противного Силко!       — Мог бы учиться получше, — ответила розоволосая и Экко отвернулся закатив глаза. — Так и не можешь нормально ударить.       — А ты до сих пор ставишь блок лицом, — глава Поджигателей не позволил ей оставить последнее слово.       Перепалка между Вай и Экко немного развеселила Майло и Клаггора. Лишь Паудер по-прежнему возвращалась к раздумьям о причинах, почему друг начал ненавидеть ее. Кейтлин, совсем не привыкшая к особенностям отношении в Нижнем городе, восприняла конфликт как крайне серьезный.       — Раньше ты боялся со мной спорить, — ностальгически грустно вздохнула она и приблизилась к Экко.       Его глаза расширились, когда понял, что розоволосая избавилась от оков и заключила его в крепкие объятия.       Джейс и Кейтлин с любопытством взглянули на розоволосую, задаваясь вопросом, как ей вообще удалось избавиться от оков.       — Я скучала по тебе, коротышка.       — И давно у тебя руки свободны? — с широко распахнутыми глазами спросил Экко.       — А ты давно такой нытик? — Вай обняла его крепче.       Майло рассмеялся, но когда произошло следующее, затих.       Экко больше не был в силах сдерживаться и его глаза заслезились. Он тоже обнял Вай и закрыл глаза, ощутив себя в безопасности в ее руках.       Даже люди Пилтовера не могли оставаться равнодушными, они выразили тихое, но искреннее сочувствие к темнокожему мальчику. После увиденного, трое ученных пообещали сами себе, что позаботятся, чтобы Экко и Паудер получили безопасную и хорошую жизнь в Академии.       За стеклянными линзами, на белом фоне были раскиданы темные паутины, смахивающие на частички Аркейна.       — Как интересно, — прокомментировал Синджед и отрегулировал микроскоп, чтобы получше осмотреть образец.       Прервавшись, он взглянул на бумаги с чертежами изобретения Виктора.       — Я бы очень хотел увидеть это устройство, — произнес Синджед, сдвигая в сторону лист, чтобы взглянуть на другой. — Это хекстековое ядро.       Хеймердингер разочарованно покачал головой, сожалея, что Виктор вообще связался с совершенно неподходящим человеком. Этот ученый был далеко не просто так изгнан, его вовсе никогда не должно быть поблизости с добрыми и перспективными учеными Пилтовера.       При этом нельзя забывать о сотрудничестве изгнанника с Силко – преступником, который нанес такой непростительный для всех вред.       Виктор стоял перед аквариумом, за которым неподвижно плавало непонятное существо.       Подопечные Вандера и Бензо прищурились, в попытке разглядеть, что находилось за стеклом.       — Это не так просто, — он медленно повернул голову и вдруг тяжело закашлялся. — Я перепробовал все комбинации рун, но... Результат всегда один.       Пока Синджед за своим столом работал с розовой жидкостью, коллега Джейса поднял глаза, разглядывая голову Рио, и закончил:       — Объект чахнет и погибает.       Дети ахнули, поняв кем было это существо. Даже сам Виктор поежился, удивляясь самому себе, что все равно осмелился обратиться к Синджеду.       Хеймердингер выругался под нос из-за бесчеловечности и жестокости: Рио и так уже настрадалась, продолжать ставить опыты – вверх жестокости.       — Тогда, может, проблема не в ваших расчетах, а в объектах. — Синджед неторопливо озвучил предположение, попутно изготовив еще один флакон с мерцанием. — Природа сделала нас нетерпимыми к изменениям. Но, к счастью, мы можем изменить свою природу.       Изгнанный ученый поднял флакон с мерцанием, который только что приготовил.       Мэл, Кассандра и Грейсон затаили свое дыхание от чувства нарастающего беспокойства.       Джейс Талис пытался понять, что задумал Виктор, но ничего не приходило на ум. Однако, как только в воображении, перед его глазами представился гекстек – он ужаснулся.       — Ты собираешься использовать то устройство на себе! — испуганно воскликнул Талис.       Виктор поморщился от громкого возгласа коллеги-изобретателя, но тем не менее не мог отрицать потенциальную правду.       — Похоже на то, — он нахмурился, в какой-то степени заинтригованный от результата.       Кейтлин не упустила ни слова между Джейсом и Виктором, и поняла суть. Ее глаза расширились от осознания, на что мог пойти друг Джейса.       — Это мерцание? — с подозрением спросил Виктор.       — Его разновидность, — поправил Синджед и встал на ноги. — С ней можно пережить радикальное преобразование.       Если он умрет, то кроме знания о ошибочном направлении пути он ничего не получит и не потеряет. Жизнь продолжится, но в этот раз Виктор не повторит ту же ошибку. Увидеть будущее – большое благословение и шанс добиться наилучшего исхода для себя и всех остальных.       — Оно подействует на растения? — усомнился Виктор.       — Тебя ведь не растения интересуют, правда? — вкрадчиво спросил Синджед, неспеша приближаясь к Виктору. — Я знаю этот взгляд обреченного.       Виктор неотрывно глядел на розовое свечение в руках изгнанного ученого.       — Должен тебя предупредить, — добавил он. — Если выберешь этот путь, все от тебя отвернутся. Любовь и признание придется принести в жертву прогрессу. Поэтому наши с Хеймердингером пути разошлись.       Созерцая, как Виктор рискует переступить те же границы, что однажды переступил Синджед, ученые сильно обеспокоились.       — Неправда, — прошептал Джейс Талис.       — Мой мальчик, прошу, — точно также шептал мольбу йордл. — Не делай этого.       К сожалению, Синджед явно умел подбирать правильные слова, что когда протянул мерцание калеке-ученому, тот почти не сомневался.       — Джейс поймет, — Виктор взял флакон.       — Наверное.       Джейс искренне понадеялся, что будущий «он» и вправду поймет своего коллегу. И все же у Талиса имелись все основания бояться обратного, поскольку та его версия никогда не видела Виктора с иной точки зрения.       Задумавшись, Виктор так и не смог определиться, расскажет ли он Джейсу, или скроет? Что-то подсказывало ему, что его версия будет скрывать до последнего.       Джейс находился в темном помещении и бил молотом с силой закручивая крупные болты. Из-за большой жары от огня кузницы, над которым Талис сейчас работал, он был вынужден обойтись без одежды на торсе.       Мэл прикусила нижнюю губу, с гораздо большим интересом разглядывая его голый торс. Если начистоту, то она никак не ожидала увидеть мускулы, сокрытые под костюмом изобретателя.       Закрутив последний крепеж, Талис начал тянуть рычаг от огромного кузнечного меха, раздувая пламя в печи кузницы. Изобретатель продолжал трудиться не покладая рук, разжигая в печи все больше и больше огня, настолько, что вся кузница начала еле держаться. От избыточного давления, одна из гаек вылетела, словно пробка из бутылки и покатилась к ногам новоприбывшей советницы Медарды.       Люди Нижнего города, как и Виктор, взглянули на Джейса совершенно новым взглядом, удивленные, что один из пилти вообще занимается тяжелой работой. Наблюдая за ним, становилось ясно, что Джейс – один из больших исключении среди пилти, кто не перекладывал всякую тяжелую работу на людей Подгорода за жалкие гроши, которые могли даже не заплатить. У пилтошек всегда существовало абсолютное преимущество перед бедными согражданами нижних территории: любой конфликт всегда решался в пользу первого, обратному силовики попросту не позволяли произойти.       Бензо и Экко мысленно задавались вопросом, зачем Талису понадобилась такая огромная кузня. Для них выглядело очень сомнительным, что Джейс там мог ковать простые вещи для своих изобретений.       — Работа молотом – тонкое искусство, — с восхищением прокомментировала Мэл.       Советница согласилась с самой собой. Она неоднократно видела различных кузнецов, но Джейс Талис крайне выделялся среди них как своей работой, так и собственной кузницей.       — Как ты меня нашла? — Джейс дал себе передышку и сняв перчатку, вытер пот с лба.       — Ты фактически глава совета, а значит, всегда на виду, — ответила советница.       — Не напоминай, — напоминание о своем титуле совсем не радовало Джейса.       И это было правдой. Его никогда не интересовала власть, лишь непреодолимое стремление открыть магию с помощью науки, подарить человечеству великое благо и обеспечить миру светлый путь в будущее прогресса.       — Закрытие границ взволновало людей, — Мэл произнесла утверждение, ловко призывая Джейса рассказать, как будто ему был задан вопрос.       Кассандра Кирамман вопросительно взглянула на свою коллегу, пытаясь понять ее настоящую цель. Заметив внимание Кирамман, Мэл лишь легко улыбнулась и коротко пожала плечом, давая невербальный ответ: «я не знаю».       Политические вопросы принадлежали зрителям из Верхнего города, а остальные воспринимали новость отнюдь не положительно. Подобное действо лишь разозлит вторую половину хотя бы очевидным сообщением, что Пилтовер воспринимает народ Нижнего города не более чем как отбросов, которых и прикончить не жалко.       Вандер и его близкие, как один, уставились на Джейса, отчего тот занервничал и почувствовал внезапный жар. Не в силах подобрать хотя бы слово, Талис старался игнорировать все взгляды. неотрывно смотря на экран.       — И правильно, — подтвердил Джейс, пока Мэл проводила пальцем по деревянному столу, но заметив выделяющую вещь среди всех инструментов, остановилась.       Талис сам понял ее невысказанный вопрос.       — Маркус мне принес, — ученый-изобретатель забирал бомбу Джинкс и начал объяснять. — Это взрывчатка. Я попытался ее разобрать и чуть не погиб.       Паудер взбодрилась, заинтересованно уставившись на происходящее.       Пусть это совсем не хорошая вещь, но Вандер, Бензо, Экко, Вай и Клаггор гордились подвигом младшей их группы. К тому же приятно осознавать, что кто-то из Нижнего города переплюнул самого великого ученого Пилтовера!       — Это впечатляет, — пробормотал Виктор, — построить взрывчатку таким образом, чтобы было сложно его обезвредить – для этого требуется настоящее мастерство.       Кейтлин с рывком подняла голову, обеспокоенная вестью, что жизнь ее друга была под настоящей угрозой из-за одного из изобретении Джинкс. Для нее пугающе осознавать, что та голубоволосая – будущая версия милой Паудер.       Джейс выглядел недоверчиво-изумленным, не в силах осознать, что какая-то девчонка из Подгорода сумеет сделать что-то, над чем он сам обломает зубы, фигурально выражаясь. Что хуже всего, он сам признает свое поражение, хотя, справедливости ради, если бы он узнал кто именно сделал их, то отрицал бы все до последнего.       — Согласен, — с искоркой в глазах кивнул Хеймердингер. — Ну теперь-то мы не можем отрицать ее очевидный потенциал.       Последняя фраза была услышана Паудер и та улыбнулась. В собственных мыслях, она уже сделала свой выбор, невзирая на то, что в таком случае на какое-то время окажется на расстоянии от Вай и остальных.       Майло закатил глаза и скрестил руки, с раздражением восприняв слова Джейса Талиса. Как же обидно, что успехи Паудер начались только тогда, когда она оказалась на стороне плохих людей.       — Ее сделал настоящий мастер, — пока Джейс говорил, Мэл переводила взгляд с взрывчатки на его лицо. — Так же как и мерцание. Невероятно, на что они способны.       Для Грейсон слова Талиса стали паршивой новостью. Мало того, что Нижний город теперь заполучил идеи и способы создать боеспособных людей, так еще эта маленькая девочка могла стать настолько способной, как Джейс Талис? Шерифу крайне не понравилось, что проблемы с каждой минутой увеличивались... и почти все в пользу самому преступному населению.       Как, спрашивается, ей теперь разобраться со всеми потенциальными угрозами?       Он положил взрывчатку на место и отвернулся.       Бензо улыбнулся Вандеру и указав глазами на пилти, довольно кивнул.       Быть может, что после всего увиденного и услышанного, Пилтовер в кои то веки решится перестать относиться к Подгороду, как к обителью бесполезных нищих людей.       — Тебя только это беспокоит? — спросила советница Медарда.       Послышался вздох.       — Он был моим наставником, Мэл, — его голос звучал сожалеющим. — И я его предал.       Хеймердингер вздохнул, но он не держал на него зла, хотя от чувства обиды было трудно избавиться.       Повисла тишина, которую вскоре нарушила советница.       — Все, что ты сказал о нем, было правдой. — Мэл приблизилась к Талису и прижалась к его спине. — Родные от меня отреклись, но в глубине души я все равно их люблю.       Ее признание привлекло внимание ученого.       — Хеймердингер рано или поздно поймет, — она поравнялась с ним, взяв руку. — Твое время пришло, Джейс. Хватит бюрократии. Ты можешь подарить хекстек народу, как всегда мечтал.       Йордл с самого начала понимал причины поступка Джейса, но это совсем не значило, что он одобрял или одобрит их. Для распространения хекстека народу, как предлагала Мэл Медарда – слишком рано. Если такое произойдет, то Пилтовер увидит катастрофу в самое ближайшее время.       Коротко кивнув, Талис хмыкнул.       — Сначала я должен спасти Виктора.       Виктору было приятно слышать такие слова. Джейс теперь начал казаться ему хорошим другом, а не просто коллегой.       — Где он?       — Я не знаю, — он покачал головой и уставился на огонь. — Пропадает где-то. Он иногда так делает. — Джейс Талис помрачнел. — И Кейтлин нигде нет.       После того, что сделал Маркус. Кейтлин надолго застряла в Нижнем городе, если конечно, хочет остаться в живых. Если бы у них спросили, то никто бы не поверил Маркусу, что он встанет на сторону закона, а не Силко.       — Дочь Кирамманов? — уточнила Мэл.       — Просто... — он выглядел неуверенным. — Неважно.       Его можно было понять, ведь последний раз, когда он видел Кейтлин – это когда он подписал ей бумагу по освобождению заключенного из Стиллуотера. Достаточно большая причина для беспокойства.       — Послушай, — Медарда протянула руку к его щеке и повернула лицом к себе. — Мы справимся с этим. Я успокою совет, но скоро ты им понадобишься. А пока... — она слегка наклонилась к нему и Джейс отразил действо для поцелуя, но советница остановила его на полпути, приложив подобранную гайку на мужскую грудь. — Постарайся не терять голову.       Кейтлин не удержалась и звучно хихикнула, что смутило Джейса. Не помогли и смешки Майло с Клаггором. Старшие просто ухмыльнулись, забавляясь игрой между Мэл и Джейсом.       В отличие от одного ученого-изобретателя, советница Медарда перенесла все стоически, с миниатюрной улыбкой и без доли смущения.       Он взял предмет другой рукой и, когда Мэл вышла из просторного помещения, вернулся к кузнице.       — Неплохо, — с насмешливым тоном произнес Бензо, с удовольствием наблюдая, как ученый-изобретатель Пилтовера продолжал краснеть.       Лишь смена сцены избавила всех от веселья.       — Весь наш бизнес встал, — перечисляя плохие новости, Севика крутила в одной здоровой руке стакан с алкоголем оранжевого цвета. — Силовики обыскивают всех, кто пересекает мост.       Владелец бара и неофициальный глава Нижнего города, помрачнел. Оставалось надеяться, что силовики хотя бы не грабят или распускают руки против каждого, кто желает пройти в верхнюю часть города. У Бензо были примерно те же мысли, но в основном он представлял картину в своей голове, как у силовики отнимают у него все вещи и присваивают их себе, лишь чтобы отослать его обратно, так и не впустив в Пилтовер.       Силко прошел мимо Севики.       — Маркус делает, что я ему велел: следит, чтобы Вай и Кейтлин не вернулись, — он обрезал кончик сигары.       Шериф Грейсон сжала свою переносицу. Маркус только что пробил очередное дно позора для всех миротворцев.       Им всем то казалось, что закрытие мостов – идея Маркуса, но оказалось... нет. Советникам было кошмарно понимать, что кто-то из Нижнего города практически управлял стражами порядка всего города. Не хватало лишь бунта в самом сердце города Прогресса.       — Или он сорвался с крючка, — предположила Севика, но ее босс не спешил отвечать, зажигая сигару и делая затяжку. — Химбароны созывают собрание.       — Что? — нахмурился Джейс.       — Химбароны? — тупо повторил Клаггор.       — Кто это такие? — спросила Вайолет.       Еще пара вопросов от других, но никто не знал ответов.       Силко со стуком положил гильотину для сигары и устало ущипнул за переносицу.       — Мне и так проблем хватает.       — Каких еще проблем? — язвительно бросила Вайолет, хотя понимала, что ее слова не дойдут до Силко.       Розоволосой все равно, что привлекла внимание к себе.       — Не думаю, что у нас есть выбор. — Севика сказала прямо.       Силко спешно потушил сигару и направился к выходу.       — Куда вы? — спросила Севика.       Половина зрителей выжидательно уставились на экран. Советникам и опекунам детей было любопытно, как отреагирует Силко на моменты, над которыми совсем не властен.       — Мне надо найти Джинкс.       И нахмурились. Они уже долго не видели ее, так что страшно было представить, какую катастрофу начнет обезумевшая девушка, увешанная взрывчатками и трехствольной пушкой.       — Постойте, — Севика словом задержала его.       — Что еще? — раздраженно выдохнул Силко.       — Я быстрее найду общий язык с блохами, чем с Джинкс, — встав с дивана объявила Севика.       Паудер не понимала смысл слов Севики, но ей все равно не понравилось озвученное. Все прозвучало так, как будто о ней говорили как о проблеме. Ее плечи напряглись, а кулаки сжались в желании выстрелить Севике в лицо.       Голубоволосая удивилась собственному ходу мыслей, но вскоре отмахнулась от них, как от назойливой мухи. Лишь по причине, что она держала небольшую дистанцию, никто так и не заметил изменения в движениях Паудер, к счастью для последней.       Силко повернулся к ней.       — Просто... Мы с отцом тоже не всегда ладили, — она ностальгически произнесла, а затем посмотрела на своего босса.       — И? — Силко был раздражителен, а слова Севики никак не впечатлили его.       — Она сама придет к вам, когда будет готова.        Поняв, что конкретно имела ввиду Севика, Паудер выдохнула, а напряжение в ее теле ослабло.       Силко посмотрел в сторону, обдумывая сказанное Севикой.       Никто из присутствующих зрителей не мог быть уверенным в том, что лучше всего. Джинкс стала настолько непредсказуемой личностью, что никакой выбор не мог нести гарантию, как именно она отреагирует. Возможно, предоставление ее самой себе позволит ей выплеснуть все эмоции без ущерба для невинных жизней.       Жучок-светлячок полз по полу, пока не наткнулся на пятна крови. Будто по сигналу, он раскрыл свои крылья и открыл общему взору на светящееся брюшко и взлетел в сторону хромающей Джинкс к столу.       Джинкс была ранена, но не это ее сейчас волновало. У голубоволосой сейчас больше преобладал гнев, нежели боль.       Едва завидев кровавые пятна, следующие за Джинкс, Вай оторвалась от экрана, чтобы взглянуть на свою сестру и убедиться, что с ней все в порядке. Она нахмурилась, когда поняла, что Паудер не выглядела напуганной, обеспокоенной – да, но совсем слегка.       «Почему сестра больше не боится Джинкс? Почему она не боится крови?» — непрошенные вопросы лезли в голову розоволосой, но с этим последовал и страх. Страх, что Паудер, вопреки ее предостережениям и прочим словам, все равно хочет последовать по пути Джинкс...       Майло и Клаггор заметили метания Вай и положили свои руки на ее плечи, остановив розоволосую.       — Что? — ее тон прозвучал резко, но мальчики не обратили внимания.       — Все в порядке, — прошептал Клаггор. — Паудер сильная, она справится.       Увы, мальчики неверно истолковали тревоги Вайолет, из-за чего она начала беспокоиться еще сильнее.       Майло снова взглянул на экран и понял, что Джинкс не так уж сильно ранена. Возможно, у нее будет шрам, но не более того. Единственное, ей надо просто промыть рану или залить алкоголем, чтобы не появилась зараза. Ничего такого, с чем психованная Джинкс не справится.       Так почему Вай боится?       Джинкс с усилием поднялась на платформу ступенькой выше, подходя к столу. Размахнувшись, девушка швырнула свой пистолет на стол и разбила им пару роботизированных бабочек.       В паршивом настроении, она уселась на стул и схватилась за голову.       — Ты ее потеряла, — раздался тихий голос Майло, визуально искажая окружение для Джинкс.       — Да почему снова я?! — громко пожаловался Майло.       Он уже тысячу раз пожалел, что обижал Паудер. Но мир как будто смеялся над ним, постоянно напоминая, как его призрак пытает Паудер. Лишний дискомфорт ему также приносили все неодобрительные взгляды, обращенные в его сторону.       Кейтлин сдавленно ахнула, прикрыв рот обеими руками. Видя как страдала Джинкс, она не могла не пожалеть ее, даже если этот человек – убийца.       Профессор и его помощник переглянулись, одновременно поняв суть проблемы Паудер, а точнее Джинкс.       — Как думаешь, у нее есть сейчас что-то подобное? — тихо прошептал Хеймердингер, чтобы никто, кроме Виктора, его не услышал.       — Не думаю, что это так, профессор, — качнул головой Виктор. — Она не испытывает ту вину, что погубила своих близких. Майло и Клаггор все еще живы, а значит для нее нет нужды создавать себе призраков.       Йордл с удовлетворением кивнул самому себе, оставляя в голове пометку провести независимое исследование во время обучения Паудер. Проблемы с голосами и образами, преследующими всюду за вами – необходимо решать сразу, а не откладывать в далекий ящик.       Только Паудер не смотрела на Майло, будучи сама в крайне неудобном состоянии. Судя по тихому разговору между Виктором и Хеймердингером, младшая девочка боялась, что они передумают и откажутся учить ее изобретать разные штуки.       — Я ее не потеряла! — резко возразила голубоволосая и перевела взгляд на плюшевого кролика, будто это был Майло в плоти. — Они забрали ее!       Вандер понадеялся, что она так и будет думать, а не винить саму себя. У Джинкс и так более чем хватало чувства вины, и прибавление очередного "призрака", что будет ее вечно преследовать, могло попросту добить бедную девочку.       — Ей важнее эта миротворица, — снова заговорил Майло, а на кролике возникли грубые линии, вырисовывающие зловещее лицо. — Ты сама это видела.       Вай отрицающее замотала головой.       — Это не так! — твердо объявила она, чем привлекла внимание Паудер и обратившись к ней, добавила: — Не слушай его!       — Эм... — голубоволосая девочка выглядела озадаченной, она указала на экран. — Но это же не со мной происходит.       Осознав, старшая сестра запнулась. Как же легко было забыть, что все показываемое – не по-настоящему, а лишь будущее, которое могло бы с ними случиться, если бы тот маг не вмешался.       И все же Вай показалось странным, что Паудер никак не отреагировала на то, что ее будущая версия дружит с силовиком. Ей не понравилось это чувство, будто Паудер сама отдалялась от нее и ей становилось все равно, что происходит...       Джинкс взбесилась и тряхнула головой, отражение разбитого зеркало отражало ее текущее состояние и настроение. Она снова схватилась за голову и все стихло, по крайней мере на время.       — Она пришла за мной! — Джинкс отчаянно оспорила слова Майло, обеими руками указывая на себя. — Не за ней!       — Мне кажется, Силко ее никак не научил, — Бензо тихо окликнул Вандера. — Она так и не узнала, как относиться к тому, что у кого-то появляются друзья. Она воспринимает это так, как будто ее заменяют.       — Я тоже это заметил, — Вандер положил ладонь на свое лицо. — Я должен позаботиться об этом.       — Не думаю, что это еще актуально, — покачал головой его друг.       Вандер удивленно уставился на него. Сначала он указал на проблему, а затем вдруг заявляет, что это неактуально.       — Не смотри на меня так, — он закатил глаза. — Ты разве не заметил, как отреагировала Паудер на те слова? Похоже, знание, какой сильной она может стать, избавило ее от страха оказаться одной. Может быть, приглашение в Академию Пилтовера тоже помогло ей.       — Но чтобы Джинкс... — Вандеру совсем не нравилась идея, что Паудер будет стремиться к такому же образу.       Голубоволосая схватила со стола степлер и дернула рычаг.       — Что она собирается... — Клаггор не договорил.       — Вспомни... Помнишь ее имя? — оскорбительный голос выводил ее из себя и усугублял и без того шаткое ментальное состояние.       — Зачем мне его помнить? — рявкнула она, выпрямляя ногу и выстрелила степлером в рану.       Дети, включая Кейтлин, вздрогнули от неожиданности, даже сама Паудер испугалась.       Старшие поморщились, лишь представив как это больно.       Это был очень болезненный и малоэффективный способ лечения, но именно боль каким-то образом возвращала Джинкс контроль над собой.       Ее глаза с яростью уставились на разбитое зеркало, но давление так и не прекращалось.       — Это просто какая-то дура из верхнего города! — наконец ответила Джинкс и снова использовала степлер, после чего коротко закричала от боли.       Никакого спокойствия, лишь хаотичное поведение и метания своих взглядов между отражением зеркала, раны и куда-то еще. Ее воображаемый конфликт с призраком Майло еще не закончился.       Наблюдать за ней было ужасно. Вай не выдержала и сама пересела на самое ближайшее место с Паудер. Она взяла ее руку и к облегчению для Вай, Паудер не отдернула. Она и не подозревала, что в груди Паудер бурлило недовольство, что все по-прежнему считают ее слабачкой.       Еще несколько выстрелов степлером и она тяжело задышала, как после долгой сессии боли. Ее ярость стихла, а голос Майло или ощущение присутствия исчезли, оставляя Джинкс в покое. Спокойствие окружило ее и пробудило воспоминание.       — Кейтлин, — прошептала вслух она.       — Подождите! — воскликнул Майло. — А она вообще слышала ее имя?       Все переглянулись друг с другом, пребывая в растерянности.       — Вообще-то да, Вай позвала ее по имени, — Мэл Медарда взяла свое слово. — Тем не менее впечатляет, ведь имя было озвучено лишь единожды. У нее явно очень хорошая память.       Про себя советница Медарда обдумывала очередное положительное качество и надеялась, что так оно и было. Чем больше преимуществ у Паудер, тем больше пользы она принесет ей.       Кассандре Кирамман и самой Кейтлин было не до этого, ведь сейчас их беспокоило, что произойдет с их версиями. Какие ужасы заготовила для них и их близких Джинкс.       И тут девушка в очередной раз использовала степлер и борясь с болью, откинулась назад и маниакально рассмеялась.       Экко поежился от зловещего звука. Он никогда не ожидал, что когда-либо услышит подобного от его лучшей подруги, Паудер.       Это не продлилось долго, как она уже успокоилась и откинулась назад, прислонившись к деревянной бочке за спиной. Джинкс устало провела рукой по лицу и прикрыла глаза. Зеленый светлячок кружил вокруг лампы, в тщетной попытке добраться до самого ядра тепла.       Джинкс наконец раскрыла глаза и уставившись на летающего жучка, подняла руку с построенными пальцами в пистолет и нацелилась в насекомое. Из ее уст послышался тихий имитирующий звук выстрела, одновременно с движением большого пальца, как спустившийся курок пистолета.       — Она собирается найти нас, да? — Кейтлин со страхом предположила.       — Нет! — возразила Вай, все еще сидящая рядом с Паудер. — Она ничего не сделает!       Никто не стал ничего говорить в ответ, не имея никакого желания ввязываться в спор с Вайолет. В отличие от других, Майло и Клаггор не смотрели на розоволосую, а на Паудер. Мальчики видели, как младшая оскорбилась из-за слов Вай, но у них не хватило духу сказать об этом.