2. ankle-biter

      Рей не приходит в восторг от просьбы Фиби помочь ей в пятницу вечером. Она планировала покататься на роликах вместе с Роуз, но строгий взгляд мамы вынуждает её отказаться от этой идеи. Отлично. В любом случае сегодня в программе «Люси», а в гостиной у Соло стоит новёхонький телевизор.       Рей берёт с собой принадлежности для вязания. Мама — умелая мастерица: она вяжет свитеры, шарфы и варежки. Это хобби Рей всегда казалось полезным. Иной раз у неё не было настроения идти на танцы или посиделки с Роуз — именно в такие дни она предпочитала вязать, наслаждаясь уединением в тишине.       Рей начинает с простого. Честно сказать, красный шарф, готовый примерно наполовину, выходит не таким аккуратным, как ей хотелось бы, но мама говорит, что для первой попытки он вполне удачный. Как только Арчи уснёт, у Рей будет немного времени, чтобы поработать над его улучшением.       Фиби буквально поджидает Рей у двери. На ней синее платье, светлые волосы уложены по последней моде, а на лице настолько плотный слой макияжа, что Рей, должно быть, отправили бы умыться, явись она домой в таком виде. Фиби курит, удерживая сигарету дрожащими пальцами, в то время как из детской доносится надрывный крик Арчи.       — Я пыталась его покормить, — говорит она, приглаживая изящные брови, а затем качает головой и ведёт Рей по коридору. — Сегодня днём, по совету врача, я вывела его на заднее крыльцо подышать свежим воздухом и прочистить лёгкие.       — Мама говорит, что некоторые дети просто слишком бурно выражают собственные эмоции. Иногда им всего лишь необходимо знать, что мы рядом.       Фиби хмуро косится на неё, открывая дверь детской. Она вынимает сигарету из своих вишнёво-красных губ и отступает в сторону, пропуская Рей внутрь.       Личико Арчи распухло и покраснело от бесконечных рыданий. Его пелёнка измята, он пускает слюни, когда Рей поднимает его из кроватки. А ведь ему уже почти год, но малыш явно отстаёт в развитии, не делая многого из того, на что обычно способны годовалые дети. Такой слабый и податливый, слишком маленький для своего возраста.       Рей опускает его на плечо и поглаживает Арчи по спинке. Он икает, продолжая всхлипывать, и всё же постепенно успокаивается от её близости. Так-то лучше.       Фиби устало вздыхает, затягиваясь сигаретой.       — Отлично. Похоже, ты ему нравишься.       На что Рей лишь пожимает плечами, неспешно нахаживая круги и продолжая гладить его по спине. Мама говорила, что детей нужно как можно чаще держать на руках, но Рей не осмеливается указывать другой женщине, как ей воспитывать собственного ребёнка.       Хныканье Арчи совсем стихает, и он засыпает на руках Рей, пока его мать собирает вещи. Она машет им на прощание, улыбаясь, и ускользает в вечернюю мглу.       Рей считает, что ухаживать за младенцем не так уж сложно. Она меняет пелёнку Арчи, используя дорогие одноразовые подгузники, которые Фиби приготовила заранее, и, когда он чувствует себя чистым и расслабленным, довольно легко засыпает вновь. Какое-то время она наблюдает за ним, сложив руки на кроватке, а затем выходит в гостиную.       Мебель здесь подчёркнуто современная: яркие цвета и мягкие углы, совсем не напоминающие стиль, который можно было встретить в большинстве других домов. Рей ведёт пальцами по обивке дивана и направляется на кухню, желая перекусить. Кажется, ей придётся довольствоваться маминой запеканкой.       На холодильнике висит записка. Она подходит ближе, чтобы прочесть: Фиби благодарит Рей и просит её не стесняться, уверяя, что она может есть всё что угодно, а также напоминает о том, что не стоит беспокоить мистера Соло.       Мистер Соло крайне занят своей работой. Пожалуйста, воздержись от чрезмерного шума.       Рей бросает взгляд в сторону холла. Его кабинет находится наверху, и ей прежде не доводилось пересекаться с ним. Мама говорит, он не очень-то дружелюбный.       Она отрезает себе кусочек запеканки и включает духовку, чтобы её разогреть. Кажется невежливым не предложить мистеру Соло ужин, ведь она вообще-то ест в его доме, и Рей набирается смелости, решив, что, возможно, одно небольшое беспокойство не так уж оскорбит его. Это всего лишь вопрос вежливости. Может быть, он голоден.       Рей поднимается по лестнице, держась рукой за перила. Некоторые дома в их районе двухэтажные, как этот и её собственный, хотя многие соседи предпочитают стиль ранчо. Она вглядывается в тёмный коридор и бредёт на звук поскрипывающих ножек кресла.       Она подходит к двери и поднимает руку, чтобы постучать, как вдруг замечает, что её розовая блузка помялась, ведь она баюкала на руках Арчи. Рей наспех разглаживает её и смахивает невидимые ворсинки с джинсов. Это босс её отца, и ей совсем не хочется произвести дурное впечатление. Следовало надеть что-нибудь поприличнее.       Она делает глубокий вдох и стучит. Проходит всего несколько секунд, прежде чем дверь открывается.       Мистер Соло оказывается довольно высоким и широкоплечим. Его чёрные волосы подстрижены до ушей, на нём такие же очки, как у отца Рей, и синий свитер, также напоминающий папин. Тёмные, холодные глаза прикованы к лицу Рей, которая глядит на него, обомлев. От него пахнет знакомым лосьоном после бритья.       Он молчит. Рей тоже теряется, будучи под впечатлением от его габаритов. Он невозможно высокий. Она отмирает, сникнув под тяжестью его взгляда.       — З-здравствуйте… сэр. Мистер Соло. — Она зачем-то склоняет голову. — Я разогреваю кое-что поесть и хотела узнать, не желаете ли вы присоединиться?       Он не отвечает. Папа обычно улыбается, удостаивает Рей лёгким кивком и ерошит ей волосы. Но мистер Соло, несмотря на кажущееся сходство, совсем другой.       Рей заламывает руки и опускает глаза.       — Моя мама приготовила запеканку с тунцом, — продолжает она. — Честно сказать, я от неё не в восторге, но… если вы голодны, сэр?       Пауза затягивается. Она рискует взглянуть на него и понимает, что мистер Соло по-прежнему изучает её. Тёмные глаза опускаются ниже, и Рей чувствует, что он смотрит на её джинсы. Может быть, ей не стоило надевать их? Некоторые мужчины считают это модное веяние оскорбительным.       Но мистер Соло не нуждается в словах. Его взгляд достаточно красноречив, и Рей отступает на шаг, чувствуя явное осуждение.       — Простите, сэр. — Она опускает голову ниже. — Простите, что побеспокоила вас.       Рей продолжает пятиться. Мистер Соло наблюдает за ней, пока она не оказывается возле противоположной стены, затем закрывает дверь кабинета, провожая её бесстрастным взглядом. Рей не смеет поднять головы, когда дверь со щелчком закрывается.       Она бежит вниз с полыхающим от стыда лицом. В следующий раз она непременно выберет что-нибудь поскромнее.

***

      В понедельник утром Фиби вновь звонит им, нуждаясь в помощи с малышом. Мама сообщает об этом Рей, стоит той вернуться домой из школы.       — Ей следует обратиться к врачу, — говорит мама, закатывая глаза, и накрывает форму для запекания крышкой. — Или к акушерке. Им доступны любые специалисты.       — Она уже обращалась, — отвечает Рей. — Ей советовали лишний раз не трогать его, чаще оставлять на свежем воздухе, чтобы он привык успокаиваться самостоятельно.       — Что за вздор? Детям нужна ласка.       — Дорогая, пусть миссис Соло воспитывает своих детей так, как считает нужным.       Отец возвращается домой раньше обычного. Он сразу заваливается на диван со свежей газетой и прикуривает сигарету. У него светлые волосы, как и у мамы, но он не так аккуратно подстрижен, как мистер Соло, и на несколько дюймов ниже ростом. Зато у него добрый нрав, чего не скажешь о мистере Соло.       Мама хмыкает, выразительно взглянув на Рей, и та отвечает ей понимающей улыбкой.       — Что ж… пускай. — Она поправляет блузку Рей и отступает назад, чтобы полюбоваться её нарядом. — Ты прекрасно выглядишь, дорогая. Может быть, в эти выходные устроим тебе небольшой шоппинг. Думаю, пора прикупить чулки — ты уже совсем взрослая.       — Ей всего шестнадцать, Жанетт! Не слишком ли рано для чулок? — возмущается отец.       — Ей почти семнадцать, Джек. Не сомневаюсь, что другие девочки уже привыкают носить их. Мы ведь не хотим, чтобы Рей в чём-то отставала от сверстниц.       Отец вздыхает, исчерпав аргументы.       Сегодня Рей останавливает свой выбор на белоснежной блузке и синей юбке с белыми носками и туфлями. Её волосы собраны в высокий хвост изящной голубой заколкой в форме цветка — образ строгий и уместный. Она даже подбирает ожерелье из белых бусин, заменяющих ей настоящий жемчуг. И никакой косметики. Раз уж мистер Соло не оценил джинсы, он, наверняка, придёт в ужас, завидев размалёванную нимфетку.       Она уходит, целуя мать с отцом на прощание. На этот раз мама вручила ей запеканку с говядиной — возможно, она покажется мистеру Соло более аппетитной.       Фиби встречает её, удерживая Арчи на руках. Он кажется спящим. Однако она сама явно не спала: яркий макияж не скрывает тёмных кругов под глазами, а ещё от миссис Соло едва уловимо разит алкоголем. Её клетчатое домашнее платье помято, а на плече видны следы срыгивания.       Она вымученно улыбается.       — Ещё одна запеканка? Как щедро с вашей стороны.       — Мама будет присылать их и дальше, пока вы не взмолитесь о пощаде, — отшучивается Рей, отчего улыбка Фиби становится чуть теплее. — Но я рада, что на этот раз обошлось без тунца.       — Она была такой вкусной. Мистер Соло…       Арчи просыпается. Он плачет, и Рей кажется, что его мать тоже близка к тому, чтобы вот-вот разрыдаться. Рей протягивает ей блюдо, а сама быстро уносит малыша в детскую.       Маме кажется, будто с ним что-то не так. Он редко улыбается, не лепечет и не смеётся. Совсем не пытается говорить и не ходит. Арчи лишь непрестанно рыдает и капризничает, и хотя познания Рей о младенцах скудны, она понимает, что малыш явно отстаёт от других детей своего возраста.       Она не вправе делиться своими опасениями с Фиби. Рей похлопывает его по спине и садится в кресло-качалку, морщась от его криков. Крайне невежливо поучать другую женщину.       Спустя какое-то время Фиби тихонько заглядывает в детскую, переодевшись в чистое платье и поправив макияж. Она всё ещё выглядит жутко уставшей.       — Я ненадолго отлучусь, — шепчет она. — Просто подышать воздухом. Не хочу задерживать тебя на всю ночь.       — Конечно, я совсем не против. — Рей пожимает плечами, едва не разбудив Арчи. — Не торопитесь. Если хотите развеяться, я присмотрю за ним до вашего возвращения.       — Большое тебе спасибо, дорогая. Я передам мистеру Соло, чтобы он не забыл расплатиться с тобой.       Рей благодарит её, несколько напрягшись от перспективы увидеть мистера Соло вновь.       Арчи хнычет, когда она пытается переложить его в кроватку, и Рей решает взять его с собой в гостиную. Он сладко дремлет на её плече, тихонько посапывая, пока она смотрит «Люси» на небольшой громкости. Она изворачивается, чтобы взять в руки спицы, и принимается вязать, с улыбкой наблюдая за проделками Люси. Это её любимая передача. Однако отцу не нравилось, когда Рей слишком долго просиживала перед телевизором.       Скрип на лестнице привлекает её внимание. Идёт уже второй эпизод, и Арчи всё ещё крепко спит, потому Рей не хочет лишний раз крутиться, опасаясь потревожить его. Возможно, Фиби ещё здесь.       Но тяжёлые шаги за её спиной принадлежат явно не Фиби. Рей слегка поворачивается, когда мистер Соло обходит диван.       Его внешний вид безупречен: одежда идеально отглажена, от зелёного свитера до широких брюк, коричневые лоферы начищены до блеска. На нём те же очки и то же отсутствующее выражение лица, что и в пятницу вечером, и Рей невольно улыбается. Мистер Соло чертовски пугает её.       Пронзительные глаза блуждают по ней. Сначала он глядит на ребёнка, затем его взгляд перемещается к спицам в руках Рей и только потом к телевизору. Какое-то время он наблюдает за происходящим на экране.       Наступает пауза. Мистер Соло подходит к телевизору и наклоняется, чтобы выключить его, а Рей вдруг чувствует себя пристыженной, провинившейся и раздражённой. Да, ей не стоило смотреть телевизор в чужом доме без разрешения, но она вообще-то присматривает за его сыном.       — Простите, сэр, — шепчет Рей, когда он возвращается к дивану.       Мистер Соло не реагирует на её реплику. Она глядит на него, но тут же пасует, встретив сталь в холодных глазах. Странно, что ему совсем не нужны слова, чтобы выказать ей собственное недовольство. Только мама обладала подобным даром, правда, с возрастом он всё меньше действовал на неё.       Ещё с минуту царит тишина. Он смотрит на неё. С немым укором. И Рей больше не может этого выносить.       — Я передам деньги твоему отцу.       Голос мистера Соло глубокий и ледяной, под стать глазам. По спине Рей расползается холодок, и она кивает, хотя считает его решение несправедливым, но не осмеливается даже заикнуться об этом.       Ему больше нечего добавить. Он уходит к себе. Рей же боится вздохнуть, пока не слышит, как наверху хлопает дверь его кабинета.       Арчи хнычет и извивается. Она шикает на него и нервно оглядывается через плечо. Ещё один нюанс, о котором стоит помнить при следующем визите, — никакого телевизора. Как несправедливо!