Часть 3

      Саид не был человеком, который смирился бы с поражением. Уход Жади к Лукасу, столь болезненный и унизительный, лишь подстегнул его амбиции. Он не просто вернулся к своим делам; он расширил свою империю, перенеся её сердцевину в самый эпицентр своих недавних страданий — в Рио-де-Жанейро. Он купил новый роскошный особняк в живописном районе, вдали от виллы Феррасов, но достаточно близко, чтобы чувствовать их присутствие. Для него это было своего рода завоевание, демонстрация того, что он может преуспеть где угодно, даже там, где его сердце было разбито.       Его жизнь в Бразилии была внешне безупречной. Деловые партнеры из Европы и Азии регулярно посещали его дом, наслаждаясь восточным гостеприимством и бразильскими закатами. Саид, всегда безукоризненно одетый, с невозмутимым лицом вел переговоры, заключал выгодные сделки, его империя росла. Он построил себе золотую клетку, наполненную всеми атрибутами успеха, но внутри нее, под покровом богатства, жила странная пустота.       Его первая жена -Рания цвела, после ухода Жади она чувствовала себя по-настоящему свободной от постоянного сравнения с Жади. В Бразилии её восточная красота привлекала взгляды, она научилась носить более легкие ткани, даже освоила несколько португальских фраз. Саид давал ей полную свободу в ведении дома, и Ранья наслаждалась своим статусом главной жены. Она устраивала приемы, подбирала наряды, демонстрировала свою власть над Зулейкой. Но эта власть была её единственным источником радости. Её отношения с Саидом были наполнены внешним почтением, но лишены тепла. Она получила желаемое, но оказалось, что одного статуса мало для счастья. Порой, глядя на Саида, Ранья замечала в его глазах глубокую, неразрешимую тоску, и понимала, что она, Ранья, так и не смогла её заполнить.       В свою очередь для Зулейки, Бразилия была чужой страной, наполненной непонятными обычаями и соблазнами. Она оставалась покорной и тихой, полностью сосредоточившись на быте и желаниях Саида. Ранья постоянно унижала её, но Зулейка научилась терпеть. Её дни проходили в тени Рании, вдали от бразильского солнца и чужих взглядов. Она была верна Саиду, но её жизнь была подобна тонкой тени, прилепленной к стене, без собственной воли или устремлений. Она приносила Саиду покой, но не вдохновение. Саид внешне был доволен. Две жены, каждая на своем месте, любимая дочь, наследник Мунир и процветающий бизнес. Он добился всего, что хотел.       Но Жади, которая столько лет была его наваждением, перестала быть центром его вселенной, но не исчезла полностью. Её уход с Лукасом, а затем, как он узнал от Хадижи, её полное расставание с ним и возвращение в Фес, породили в Саиде чувство странного, невысказанного облегчения. Она вернулась в свой мир, а он… он был здесь, в Рио, без нее. Это казалось окончательным разрывом. От дочки он узнал, что у Жади появился ребенок, этот факт его поразил, он был удивлен, что Жади никому не рассказала о рождении дочки. — Как прошла встреча? –спросил Саид у Хадижи, пытаясь скрыть свое волнение. –Замечательно, папа. Вот только мама сегодня улетела в Фес, она сказала, что немного поживет в доме дяди Али,» — сказала она Саиду, сидя напротив него в его просторном кабинете. — И с ней живет маленькая Асия. Моя сестра! –с гордостью сказала Хадижа Саид на некоторое время замер. Он поднял голову, его взгляд стал жестким, он очень быстро сообразил, что это совместный ребенок Жади и Лукаса, однако, он решил уточнить: — Дочь Лукаса, как я понимаю? В его голосе была неприязнь, но и легкое, незаметное для Хадижи, напряжение. — Да, мама так сказала, — Хадижа кивнула. — Но… она очень похожа на тебя, папа. На маму, конечно, тоже. Но и… на тебя немного. У нее такие же глаза, как у мамы, но что-то в них… и носик. Она совсем маленькая, но я её очень хорошо запомнила.» Саид отвел взгляд, его рука непроизвольно сжала ручку на столе. — Похожа на меня.       Эти слова Хадижи, такие невинные, пронзили его насквозь. Он помнил ту последнюю ночь с Жади, когда он был полон ярости и отчаяния. Он отгонял эти мысли, считал их бредом. Жади, которая столько лет ждала Лукаса, которая ради него бросила всё, не стала бы прятать его, Саида, ребенка. Она бы просто не допустила этого. Это невозможно. — Это дочь Лукаса. Он снова и снова повторял эту фразу, пытаясь убедить себя. Но Хадижа не унималась: — И она такая грустная, папа. Мама говорит, что Лукас от нее отказался, потому что не хотел ребенка. Но мне кажется, Асия очень нужна маме.       Саид лишь кивнул, погруженный в свои мысли. Он отправил Хадижу к матери, чтобы она увидела, как изменилась жизнь Жади. Но вместо этого, Хадижа принесла ему невидимый, но острый шип сомнения. Он хотел, чтобы Жади страдала от потери Лукаса, чтобы она пожалела о своем выборе. А теперь он слышал об Асие, дочери Лукаса, которая, по словам его собственной дочери, была похожа на него.       Вечером, сидя в тишине своего роскошного кабинета, Саид смотрел на ночной Рио. Он добился всего. Власть, деньги, уважение. Но в его душе росло зерно нового беспокойства. — Похожа на меня.       Эта фраза звучала в его голове, как эхо, разносясь по стенам его золотой клетки, заполняя ту пустоту, которую он так отчаянно пытался игнорировать.