Часть 43

Я – немного одиночество, немного равнодушие,

Пригоршня жалоб, но я игнорирую тот факт, что все могут видеть эти шрамы.

Я тот, кого я хочу, чтобы хотела ты; что я хочу, чтобы ты чувствовала.

Но, кажется, не важно, что я делаю: я не могу убедить тебя просто верить в то, что это правда.

Linkin Park, Faint©

Прошло ещё пять дней. Всё происходило по-старому: странные диалоги и долгое молчание, в котором Дженне было так неуютно, но подчас она просто не знала, как его нарушить и сомневалась в том, что это нужно делать; временами даже Микки становилось как-то неуютно молчать рядом со своей «воспитанницей», но он никогда не был особенно болтливым и не изменял себе и сейчас, предпочитая не срываться на бессмысленную болтовню. А правильные и подходящие слова периодически заканчивались… или находились, но почему-то не желали быть озвученными. В голове Микки продолжали жужжать и зудеть «голоса», которые он глушил таблетками. Но чрезмерно повышать дозу он не рисковал и потому «демоны» его всё равно шелестели откуда-то из задворков сознания. Они были обижены и недовольны тем, что их «друг» вдруг не захотел с ними разговаривать, начал сторониться, просить заткнуться и травить лекарствами. Но они были слишком сильны, отравить их было невозможно – проще было отравить себя. А они потом будут смеяться и плакать в гаснущем умирающем сознании, пока в нём не воцарится полная тьма. Микки мотнул головой и нахмурился, ставя чашку с чаем на стол – она громко ударилась об столешницу. Сейчас в его голове была тишина, «голоса» молчали, но парень прямо чувствовал, что они никуда не ушли и не замолчали надолго. Они просто ждали. Чего-то ждали… «Зачем же вы сейчас так взбесились…», - произнёс про себя брюнет, вздыхая и опуская голову, прикрыл глаза. Он почти явственно увидел укоризненный взгляд «Крёстной», которую, как и всех остальных, обидели и задели его слова. Взгляд той, кого на самом деле не было нигде и у которой не было формы. В отличие от многих других больных, Микки всегда отдавал себе отчёт в том, что «голоса», которые он слышит, не принадлежат каким-то реальным людям, которые чего-то хотят от него. Он понимал, что они существуют лишь в его голове и их продуцирует его собственное больное сознание. Разве что в раннем детстве он этого не понимал… Но от маленького ребёнка и не следовало ожидать столь сложного критичного мышления и осознания. Было вообще странно то, что Микки смог понять это, таких – «осознанных» больных единицы. Но, несмотря на всё это осознание, Микки относился к своим «голосам», как к самостоятельным единицам, даже личностям внутри себя. И они действительно таковыми были. Каждый из них имел свои отличительные черты, интонацию. И они были не просто бессмысленными фразами в его голове, с ними можно было вести диалог. И они отвечали. Почти всегда в тему. «Вы не понимаете, что вы меня мучите? – снова обратился к своим «демонам» Микки. Он вновь вздохнул, добавляя: - Почему же вы сейчас молчите?». Он усмехнулся и покачал головой, мысленно отвечая на свой же вопрос: «А чего ты ожидал после того, как наглотался лекарств?». Микки был прав. Ждать было нечего, потому что, по крайней мере, в первые два часа после приёма таблеток «голоса» молчали. Наверное, у них был токсический шок. А принял лекарство Микки всего полчаса назад, даже не позавтракав, что было не очень желательным. Но в последние дни он решил изменить традицию и начал выпивать таблетки сразу же после того, как проснётся. От этого желудок крутило, неясно мутило. Но сейчас, уже после того, как парень, пусть не плотно, но, всё же, позавтракал, он успокоился. Посидев ещё несколько минут, перекатывая в руках чашку и наблюдая за плесканием чая в ней, Микки поставил её на стол. Ему хотелось навестить Дженну. В последнее время это стало, вообще, сродни наваждению. Он думал о ней почти всегда, за исключением того дня, когда ему вновь пришлось ехать в Вену, это помогло переключиться. Он бежал к ней... А потом бежал от неё, как обычно, ничего не говоря на прощание и быстро покидая её комнату. Это заставляло немного не понимать себя и свои желания. Он ничего не хотел от неё… вроде бы. Микки не мог сказать, что испытывает к Дженне какие-то особенные чувства. Обычная девушка. Обычная наглая девушка, которая задела его и до сих пор не подумала о том, чтобы извиниться за свой поступок. «Принцесса»… Она действительно была той самой чёртовой принцессой, которой, верно, проще было отрубить голову, чем заставить измениться! Но и это утверждение не было верным, потому что Микки видел, что в Дженне что-то изменилось, что-то продолжало меняться. Она начала чаще молчать. И Микки это заставляло чувствовать себя неплохим педагогом, потому что он явственно видел по взгляду девушки, что ей есть, что сказать. Человек может солгать, может утаить что-то. Но глаза его соврать не могут. «Для этого нужны слишком долгие тренировки, - подумал брюнет и сделал глоток чая. Он остыл и был сейчас каким-то неприятным. – Сомневаюсь, что у тебя достаточно опыта для этого, принцесса». Сделав ещё один глоток чая, Микки поставил чашку с его остатками на стол и встал из-за него. Решив не отказывать себе в желании навестить Дженну, Микки покинул кухню и направился на третий этаж. Дойдя до комнаты блондинки, он вставил ключ в замочную скважину и отпёр дверь, переступил порог спальни. Брови его дрогнули вверх в лёгком удивлении, потому что Дженны не было на её привычном месте на кровати. На всякий случай заглянув за дверь – мало ли, она там затаилась, чтобы попытаться напасть на него – и убедившись в том, что девушки не было и там, брюнет закрыл дверь и сделал несколько шагов вперёд. Остановившись почти на середине комнаты, он огляделся. В этой комнате, в принципе, не было никаких мест, где можно было спрятаться и скрыться от глаз. Постояв так несколько секунд, Микки даже взглянул в сторону окна. Его мельком посетила достаточно абсурдная мысль о том, что «принцесса» в него выпрыгнула. Но это звучало слишком смешно, и потому мысль эта быстро покинула голову Микки, уходя в небытиё. Вновь оглядевшись, брюнет зацепился взглядом за дверь в ванную комнату. «Конечно, она в ванной, - подумал Микки, слегка усмехаясь тому, что он сразу не понял этого. – Где ей ещё быть?». Он сделал шаг вперёд, к двери в ванную комнату, но остановился. Решив не тревожить Дженну и дать ей спокойно домыться, Микки развернулся и подошёл к кровати, сел на неё, слегка откидываясь назад и опираясь на вытянутые руки, прикрыл глаза, смотря на светлую дверь из-под опущенных ресниц. Посидев так с минуту, Микки прилёг на кровать, подкладывая одну руку под голову. Он не знал, сколько обычно Дженна принимала душ, потому приготовился к долгому ожиданию. В принципе, оно его никогда не смущало и не напрягало. Но минуты шли, и Дженна никак не желала покидать ванную комнату. Подождав более, чем достаточно, Микки встал с кровати и, взяв из тумбочки небольшой тонкий ключ, направился к двери в ванную. Она закрывалась изнутри, но открыть её можно было и снаружи, если иметь ключ. Дженне как-то и в голову не пришло рыться в тумбочках и искать в них что-то, потому ключа этого она не нашла и даже не помышляла о том, что её могут потревожить в душе. Вставив ключ в замочную скважину, Микки плавно повернул его, услышав негромкий щелчок, и открыл дверь, переступил порог ванной комнаты. Дженна стояла около раковины и, судя по движениям её правой руки, чистила зубы. Она не смотрела в зеркало, которое висело над умывальником, и потому не видела вошедшего парня. А шум воды, которая бурным потоком лилась в раковину, разбиваясь об её белоснежные своды, помешал ей услышать, как в замке поворачивался ключ, и как открывалась дверь. Оставшись стоять на пороге, брюнет прислонился плечом к дверному косяку и сложил руки на груди, смотря на стоящую к нему спиной девушку и ожидая того, когда она заметит его присутствие. Обращать на себя внимание раньше времени не хотелось, пусть спокойно закончит с чисткой зубов. Примерно через минуту Дженна достала зубную щётку изо рта и слегка склонилась над умывальником, сплёвывая зубную пасту. Белое полотенце с едва заметным оттенком шампанского, кроме которого на ней ничего не было, немного задралось при этом, оголяя больше тела. Микки невольно зацепился взглядом за её стройные загорелые ноги. По-прежнему не замечая присутствия похитителя, Дженна совсем согнулась, припадая губами к крану. Микки провёл взглядом по её ногам от колен и вверх, до светлой линии полотенца, которое теперь едва прикрывало ягодицы. Дважды сплюнув, блондинка вновь набрала полный рот воды и, гоняя её во рту, разогнулась, наконец-то заглядывая в зеркало, но никак не ожидая увидеть в нём ещё кого-то, помимо собственного отражения. Выплюнув от шока всю воду в зеркало, Дженна повернулась к Микки, огромными глазами смотря на него. Парень слегка улыбнулся такой яркой реакции блондинки на его присутствие. - Ты что здесь делаешь? – спросила Дженна, с трудом вернув своим глазам нормальные размеры. - Ты очень долго мылась, - совершенно не исчерпывающий ответ. Спокойный тон. Бесит. - И? - Я считаю себя очень терпеливым человеком, но сейчас мне надоело ждать, - пояснил Микки и развёл руками, после чего вновь сложил их на груди. Дженна поджала губы, воздерживаясь от ответа, и повернула голову в сторону душа. Посмотрев на него несколько секунд, она вновь вернула взгляд к Микки, произнося: - Хорошо, что здесь установлена не ванна, а душевая кабина. В противном случае я бы подумала, что ты решил меня утопить… - Можно подумать, что утопить можно только в ванне, - хмыкнул брюнет, но тон его голоса не был шутливым. И это пугало. - Это самый худший ответ, который только можно придумать… - покачала головой Дженна и немного отступила назад. - Почему же? – так искренне поинтересовался Микки. - Потому что ты так спокойно говоришь о вариантах того, как можно утопить человека. - Я всего лишь рассуждаю, принцесса, - вновь развёл руками Микки. - А, по-твоему, это нормально – рассуждать о подобном? - А кому может стать плохо от моих слов? – вскинув бровь, спросил брюнет и тут же добавил: - Действительно не очень хорошо было бы, если бы я это делал. Дженна вздохнула и опустила взгляд, медля с ответом. Нет, всё-таки, спорить с Микки было просто невозможно. А возможность переспорить его и вовсе казалась чем-то из области фантастики. - Можно узнать, как же, по-твоему, можно утопить человека в ванной комнате, если в ней нет ванны? – подумав секунд десять, спросила блондинка и вновь подняла взгляд на Микки. Брюнет слегка усмехнулся. Дженна никак не хотела сдаваться. И, пусть слова для ответа у неё нашлись не сразу, но она смогла извернуться и придумать его. Нет, всё-таки, Микки нравилось, когда она говорила с ним. Было в ней в эти моменты что-то такое, на что невольно хотелось улыбнуться: уверенность, а, скорее – самоуверенность в голосе, гордо вздёрнутый подбородок, вызов во взгляде, от которого её бирюзовые глаза начинали так сильно блестеть… Она была действительно похожа на ту самую болонку, с которой Дженна не так давно сравнила себя – хрупкая, нежная, избалованная вниманием и любовью, но с замашками бультерьера. Она вызывала прочную ассоциацию с мелкими и пучеглазыми чихуахуа, но, в отличие от этих крысоподобных собачонок, она действительно могла укусить. Очень неслабо укусить. Вздохнув, Микки отлип от дверного косяка и подошёл к Дженне. Девушка немного отошла от него. Всё-таки, даже простая близость этого парня действовала на неё странно, об интимной близости же она даже не желала думать. Ни к чему проверять свои нервы на прочность, если не уверена, что сможешь выдержать эту «проверку». - Например, - произнёс брюнет и опёрся одной рукой на край умывальника, полностью разворачиваясь лицом к блондинке, - человека можно утопить в раковине. - И как же это? Микки взглянул на предмет их разговора,  секунды две думая, а затем вновь перевёл взгляд на Дженну, отвечая на её вопрос: - Заткнуть слив, набрать воды и окунуть человека туда головой. И держать, пока не утопится. - Отвратительно… - поморщилась Дженна. - Согласен, - кивнул Микки. – Наверное, это одна из самых унизительных и нелепых смертей – человек стоит, согнувшись пополам, а его держат за загривок, удерживая, пока он не испустит дух. Лично мне было бы очень обидно так умереть. Дженна сперва нахмурилась в ответ на слова брюнета, затем удивлённо и вопросительно подняла брови, смотря на него. Она вновь не могла определиться, как ей относиться к его словами. С одной стороны, они были отвратительны и пугали, но, с другой, он так просто вставил в своё высказывание и крупицу искренности, которая всегда подкупала. «Но меня она подкупать не должна, - твёрдо подумала девушка, заставляя себя в это верить. – Наверное, он, всё-таки, психопат. Потому и говорит так странно». - Ты довольна моим ответом? – любезно поинтересовался Микки, смотря на Дженну, ответа от которой он так и не услышал. - Сомневаюсь, что кто-то мог бы быть доволен подобным ответом… - пробормотала блондинка, вновь наморщивая нос. - По-моему, он был вполне исчерпывающим. А, если тебе нужен ещё более развёрнутый ответ, то есть ещё вариант утопить человека в унитазе. Но это уже совсем унизительно. Хотя, я уверен, что на свете есть немало людей, которые заслуживают именно такой смерти. - Микки, ты понимаешь, что ты, вообще, говоришь? – без тени иронии спросила Дженна. Этот вопрос напрашивался уже давно. - Полностью, - слегка кивнул брюнет. – Ты задала мне вопрос, я на него ответил так, как мог, ответил так, как я думаю. Или ты думаешь, что правильнее соврать просто ради того, чтобы не удивить своими словами собеседника? Микки вскинул брови, внимательно смотря на Дженну, прямо ей в глаза и ожидая её ответа. Но под таким взглядом отвечать хотелось меньше всего, а хотелось заткнуться и уйти куда-нибудь в угол, встать в него лицом, чтобы только не видеть его больше. «Сдаюсь» - этот флаг следует выбрасывать в первые минуты общения с Микки, чтобы не провоцировать его на психологический «бой», в котором его ещё никто не побеждал. Но Дженна не собиралась сдаваться. Она не делала этого даже тогда, когда очень хотелось, потому что роль проигравшей не устраивала её по жизни. Она всегда умела вести подобные «бои» и выигрывать их или, хотя бы, сводить к ничьей. Только в случае с Микки подбирать ответные реплики было в разы, в сотни раз сложнее, чем со всеми остальными людьми. Если отвечать, не думая, можно было нарваться на наказание. А, если думать, то можно было сломать себе весь мозг. Очередной тупик. Дженна уже не первый раз удивлялось тому, сколько «гениальности» было в этом парне, похитившем её. Он был Мастером Сюрприза, Императором Странности, Гением в заумных беседах и Специалистом по заведению собеседника в тупик. Слишком много «гениальности» для одного… - Микки, ты же вырос в приюте? – спросила блондинка. - Периодически меня усыновляли, но большую часть времени я провёл в детском доме, - немного поправив девушку, согласился Микки. - Тогда, скажи мне, как же ты там выжил с такими понятиями, как у тебя? Насколько я знаю, там постоянный и достаточно большой коллектив, в котором не избежать общения… Она помолчала несколько секунд, слегка хмурясь. Всё-таки, она совсем ничего не знала о детских домах, потому решила уточнить, права ли она. - Или я ошибаюсь? – спросила она. – Про большой коллектив? - Нет, ты не ошибаешься, - спокойно ответил Микки. – Народа там было немало. А насчёт твоего первого вопроса – у меня не было проблем с коллективом, почти не было, потому что полностью избежать их просто невозможно. - А друзья у тебя были? – девушка сама не поняла, зачем спросила это. - Нет, друзей у меня не было. Только в детстве было что-то, что можно было назвать этим, но полноценной дружбой это назвать было нельзя. Скорее это было общением из-за безысходности и отсутствия выбора. Договорив, Микки слегка нахмурился, задумываясь и будто заглядывая внутрь себя, даже взгляд от лица Дженны отвёл. Он думал секунд десять, затем вновь взглянул на девушку и заговорил: - Извини, я соврал. Дженна в недоумении вскинула брови. Но задать вопроса она не успела, потому что Микки продолжил: - У меня был друг. Вернее, подруга. - Подруга? – переспросила блондинка, но вновь без иронии и неверия. - Да, подруга, - кивнул брюнет. - А… ты сейчас с ней общаешься? - Я не умею разговаривать с мёртвыми, принцесса. И вновь это пугающее сочетание – жуткий смысл и совершенно спокойный равнодушный тон голоса. Это настораживало в Микки настолько, что по коже пробегал холодок. - А сколько ей было лет, когда… она умерла? – спросила Дженна после недолгого молчания. - Семнадцать. «Как мне», - грустно подумала девушка и опустила взгляд. От мыслей об этой умершей девушке, которая была её ровесницей, на сердце вдруг стало как-то горько. Микки видел это яркое изменение состояния Дженны и, пронаблюдав его несколько секунд, шагнул ближе к девушке и коснулся её плеча. Почувствовав это прикосновение, девушка вскинула голову, смотря на брюнета. - Не грусти, принцесса, - произнёс Микки. - А разве смерть – это не грустно? Я, вообще, не люблю о ней говорить, - она нахмурилась и вновь опустила взгляд. – И думать не люблю. - Ты теряла кого-то из близких? Дженна подняла взгляд, хмурясь ещё больше. - Нет, - ответила она. – При моей жизни никого. - Вот видишь, - слегка улыбнулся Микки. – Зачем же тебе расстраиваться из-за смерти, если ты даже не знакома с ней? - А с ней обязательно знакомиться, чтобы не любить её? – слегка поджала губы Дженна, возвращаясь к своей более привычной манере ведения беседы. - Нет, совсем не обязательно, - так спокойно ответил брюнет. – Когда с ней знакомишься, то становится уже не страшно. - По-моему, это бред, - Дженна скрестила руки на груди. - А, по-моему, ты совсем ничего не знаешь об этом и потому судить не можешь, - не то улыбнувшись, не то ухмыльнувшись, отозвался Микки и тоже сложил руки на груди, зеркально отражая позу собеседницы. Он шагнул ещё ближе к ней, и Дженне захотелось отступить назад, но она этого не сделала, гордо выдерживая этот вызов. - Не тебе судить – о чём мне судить, - проговорила блондинка, уверенно смотря Микки в глаза, и тут же подумала: «Да уж, масло масляное. Хорошо сказала, ничего не скажешь». - И ты не господь бог и не высший судья, чтобы решать за меня. - Обычно, когда говорят «высший судья», то бога и подразумевают. - А я не верующая. - Зря. - Только не говори, что ты веришь в бога, - фыркнула Дженна. - Я не отрицаю возможности его существования. - Если так, то ты, дорогой мой, сгоришь в аду. - Это мило до невозможности, - улыбнулся Микки и покачал головой, - сказать человеку приятные слова и, одновременно, пожелать ему всего самого худшего. Дженна хотела ответить сразу, даже открыла рот, делая глубокий вдох, но передумала, решив взять тайм-аут в несколько секунд. - По-моему, ты хотела что-то сказать, - так обворожительно улыбнувшись, произнёс брюнет. – Говори. За слова не бьют. По крайней мере, я. - По крайней мере – ты, - повторила за парнем Дженна, фыркая. – А до тебя я как-то никогда в жизни не боялась, что мне может быть больно за мои слова. - А разве я сделал тебе что-то плохое? – так искренне удивившись, поинтересовался Микки. - Ты меня похитил. И ты меня душил. По-моему, этого более чем достаточно для того, чтобы начать тебя опасаться. - Повторяю, - поджав губы, ответил брюнет, - я тебя не душил. - А что ты делал? Нежно обнимал меня за шею? - Это не так. Но мне настолько понравилась твоя формулировка, что я приму её. - А чем это было, по-твоему? – вскинув бровь, поинтересовалась блондинка. – Мне просто интересно. Микки вновь слегка улыбнулся одними губами. - Это было нежными объятиями за шею, - ответил он, продолжая держать уголки губ приподнятыми и смотря Дженне в глаза. - Ты издеваешься? - Нет. - А, по-моему, ты надо мной просто издеваешься. - Я просто согласился с тобой, принцесса. Гордись этим, потому что я почти никогда и ни с кем не соглашаюсь. - Гордиться? – вновь переспросила Дженна, смотря исподлобья на Микки, по-другому просто не получалось, если не задирать голову, потому что он был заметно выше неё. – Окей, - она вздохнула и прикрыла глаза, - будь по-твоему. - Вот видишь, мы уже пришли к согласию, - вновь слегка улыбнулся Микки. – Я принял твои слова, а ты мои. - Ага, - фыркнула блондинка и поджала губы, сложила руки на груди, совсем забыв о том, что на ней одно лишь полотенце, из-за чего оно едва не упало. Ещё чуть-чуть натянуть и упадёт точно. – Можно сказать, что мы уже почти друзья. «Почти друзья», - повторил про себя Микки слова Дженны, улыбаясь уголками губ, и в голове его прозвучал отдаленный тяжёлый вздох «Крёстной». Как видно, ей не нравилась вся эта ситуация, этот диалог и эта наглая девчонка, стоящая перед Микки. И она об этом уже говорила, но сейчас решила не напоминать о себе и о своих чувствах и мыслях по этому поводу. Да и недавно принятые лекарства не давали ей права голоса. Дженна вздохнула, посмотрела на раковину и зеркало, будто ища, куда деть взгляд. Затем она вновь повернулась к Микки и нервным движением поправила полотенце, которое как раз готовилось упасть с её груди. - Может быть, пойдём в комнату? – спросила девушка. - А ты уже домылась? - Даже, если бы я этого не сделала, я бы не стала продолжать, потому что мыться при тебе как-то совсем не хочется. Она замолчала, но всего на секунду, после чего вновь заговорила, восклицая: - Кстати, а ты не подумал, что я могу быть в душе, когда ты в ванную ко мне вламывался? - Если честно – не очень. - Как мило, - поджала губы девушка, вновь складывая руки на груди. – Теперь я буду бояться принимать душ. Спасибо. - Не бойся, скорее всего, это был единичный случай. - Как ты, вообще, дверь открыл? - У меня есть ключ. Дженна вновь открыла рот, набирая полные лёгкие воздуха. Подождав несколько секунд, она произнесла: - Ты не мог бы мне его отдать? – и протянула раскрытую ладонь. Микки слегка усмехнулся и достал из кармана ключ от ванной комнаты, неотрывно смотря при этом Дженне в глаза. Он почти вложил его в ладонь девушки, но в самый последний момент, когда ключ почти коснулся её ладони, поднял руку. Блондинка непонимающе и недовольно нахмурилась. - Отдай, - твёрдо проговорила она, смотря на брюнета исподлобья. - Отбери. - Микки, отдай. - От-бе-ри, - по слогам произнёс брюнет, продолжая держать ключ примерно на уровне глаз девушки. Дженна шумно и резко выдохнула носом, демонстрируя своё раздражение. - Хорошо, - тоже почти по слогам проговорила она, сверкая бирюзовыми глазами. Она сделала не слишком прицельный выпад рукой, пытаясь отнять ключ, но промахнулась, что было неудивительным. Поджав губы и слегка скривив их, Дженна вновь попыталась забрать нужную ей вещь, но вновь безуспешно. Микки было так забавно наблюдать за игрой негодования и решительности на её миловидном лице и за тем, как смешно она то делала шаг вперёд, становясь на мгновение такой смелой, то вновь отступала назад. - Давай же, принцесса, - сказал брюнет, слегка улыбнувшись и чуть прищурившись, смотря девушке прицельно в глаза. Он уже успел заметить, что её это бесило. Конечно, «принцессе» было непривычно видеть того, кто не боялся её власти и позволял себе бросать ей вызов. И это действительно работало. В глазах Дженны появилось ещё больше негодования, она тоже слегка прищурилась и вновь попыталась схватить ключ, но Микки всякий раз немного отодвигал руку, не позволяя ей этого сделать. Он играл с ней. И эта игра вновь не была спланирована, но очень нравилась парню. «Ну, всё, достаточно», - подумала девушка, поджимая губы и останавливаясь. Решив действовать по-другому, она схватила руку Микки, в которой он держал ключ, одной рукой, а второй попыталась отнять его. Но она едва успела коснуться гладкого металла, как почувствовала, что полотенце начало падать с неё. В самый неподходящий момент. Распахнув от удивления глаза, девушка прижала полотенце, которое ещё не успело оголить тела, к груди и отскочила назад. Отвернувшись, она получше закрепила полотенце, проверила, не упадёт ли оно больше. Посмотрев на Дженну, стоящую к нему спиной, несколько секунд, Микки подошёл к ней сбоку и произнёс: - Бери, ты заслужила, - и протянул ей ключ. Дженна хмуро и как-то, будто обиженно взглянула на него, смотря, как всегда, исподлобья и не слишком веря в то, что Микки не обманет её в этот раз. Подождав немного и так и не дождавшись действий Дженны, Микки вздохнул и, взяв руку девушку, сам вложил ключ в её ладонь, после чего загнул ей пальцы. Задержавшись так немного, касаясь такой тёплой руки девушки, Микки отпустил её и, развернувшись и ничего не сказав, направился к двери. Дженна хмуро смотрела ему в спину, провожая взглядом и продолжая сжимать в кулаке ключ. - Микки? – обратилась она к брюнету, когда он уже был на пороге. – Подожди… Микки остановился и обернулся, вопросительно и внимательно смотря на девушку. Вздохнув, собравшись с силами, Дженна добавила, спрашивая: - Микки, можно тебя кое о чём попросить? В глазах парня отразилось ещё больше интереса, некоторое удивление тем, что Дженна решилась попросить его о чём-то, остановив, когда он уже собирался уйти. Полностью развернувшись к девушке, брюнет сложил руки на груди и кивком показал, чтобы она говорила. Вновь вздохнув – всё-таки, говорить было непросто – Дженна попросила: - Ты можешь принести мне некоторые книги? Микки вопросительно вскинул бровь, несколько секунд смотря на девушку, затем спросил: - Что именно ты хочешь почитать? - Учебники, - Микки слегка усмехнулся на такой ответ, но ничего не сказал, позволяя Дженне продолжить. – Я собираюсь в университет поступать и мне надо готовиться. А я и так потеряла много времени. В глазах Микки отразилось ещё большее удивление. Думать об учёбе в той ситуации, в которой находилась Дженна, мог только самый сильный и целеустремлённый человек, который на сто процентов уверен в том, что скоро вернётся к прежней жизни и не желающий упускать время и менять свои планы. Он даже на мгновение засомневался в том, что сам бы смог повести себя так. - Учебники? – переспросил брюнет, но мыслей своих не выдал ни единым микродвижением мышц лица. - Да, ты можешь принести мне их? - Без проблем, - ответил Микки, слегка пожимая плечами. – Только скажи, мне, какие именно книги нужны. - Дай мне какой-нибудь листик и ручку, я напишу. - Говори, я запомню, - суше ответил брюнет, и улыбка исчезла с его лица, не оставив и следа на губах или в глазах. Вновь вздохнув и решив не спорить, Дженна надиктовала названия пяти книг по праву, юриспруденции и так далее. Учебники эти были толстыми и очень богатыми на нужную фундаментальную информацию, потому она посчитала, что их ей будет достаточно сейчас. Закончив со списком нужных ей учебников, Дженна сглотнула, перемялась с ноги на ногу, отводя взгляд, но затем вновь возвращая его к Микки, который продолжал стоять около порога. - Это учебники по немецкому праву, - уточнила девушка, всё-таки, они сейчас были в Австрии. - Я понял. - Я на всякий случай уточнила… - почувствовав себя немного неловко, ответила блондинка. - Хорошо, Дженна, - произнёс Микки, - я постараюсь приобрести их в ближайшие дни. - Спасибо, - негромко ответила Дженна. - Пожалуйста. Это всё? - Да, всё, - кивнула девушка, согласившись и соврав. На самом деле ей было что сказать. Микки слегка кивнул и, ничего не сказав, вышел из ванной, а затем и из гостевой комнаты, запирая дверь. В этот раз Дженна не стала его окликать и останавливать, а просто осталась стоять, смотря на пустой дверной проём и стараясь не думать. Просто не думать. Мысли были её врагами в этих стенах, потому что с каждым днём они всё сильнее пытались изъесть её изнутри и свести с ума.