3. Цель

Брок ходил за Фриггой хвостом, не отлипая. Плевать ему было на задиру Тора, на всё плевать. Он слишком маленький, а тут всё слишком большое. Детское тело было слабым, а мозги — ещё слабее. Пусть Брок переродился в теле малыша Локи со всей своей памятью, знать — не значит уметь. «Я знаю кунг-фу». Ха! Если бы! Впрочем, раздумывать над цифровыми навыками цифрового Нео Брок не собирался. У него хватало своих проблем. Не понадобилось много времени, чтобы выяснить: Локи вовсе не сын Одина и Фригги по рождению, а его биологический отец — проигравший враг Одина. Вот не было печали! Однако по какой-то своей причине Один принял его в семью как своего ребёнка и, как понял Брок, это обнуляло все кровные связи. Недовольных таким решением царя Брок пока не встретил, но они точно есть. Не может не быть. Поэтому Брок и прилип к царице. Она была только рада: Тор начал отдаляться от неё, а детей Фригга очень любила. Поэтому и наукам Брок начал учиться раньше, чем Тор, и намного усерднее. Пока тот махал деревянным мечом и рубил траву на лугу под присмотром дядек и нянек, Брок рисовал и лепил, развивая мелкую моторику и мозг, собирал мозаики из полудрагоценных камней, запоминал лечебные травы, выписывал руны и их прямые и обратные значения, сочетания, способы гадания. Одарённый в магии, он под присмотром Фригги потихоньку творил простейший сейд — та учила его, как залечить порез и ссадину, как вынуть занозу или колючку, как обезболить ушиб: как любой здоровый ребёнок, Брок был активным и непоседливым и ничего не мог с этим поделать. Хотя он и в той, прошлой жизни не замечал за собой усидчивости. Вздыхая, он вспоминал иногда то, что составляло его радость в той, прошлой жизни: ночные десантирования с парашютом, когда над тобой расправляются бесшумные чёрные крылья; стремительный бег с полным обвесом, на пределе сил; ярость атаки… Но здесь, будучи пусть и совсем мелким, но царевичем, он учился радоваться другому: наслаждениям ума. А атакуют пусть простые вояки. Разумеется, его учили биться: с мечом и копьём, с оружием и без. В Асгарде это входило в обязательный минимум для недорослей благородных кровей, независимо от пола. Разумеется, у Брока получалось: это тело, пусть мелкое и с непеременившимися зубами, уже могло больше, чем тренированное тело восемнадцатилетнего Рамлоу. И пока Тор ныл и топал, требуя настоящий меч, Брок терпеливо осваивал кинжалы и дротики. Он видел записи ЩИТа с битвой за Нью-Йорк и видел взрослого Локи в деле. Тот дрался как дышал, легко и непринуждённо, но всё же предпочитал брать мозгами. Хотя, конечно, завоёвывать Мидгард с его всегдашним хаосом в бардаке — такая глупость… С некоторым удивлением Брок осознал, что теперь он амбидекстр. А осознав, стал учиться и тренироваться ещё усерднее. И хотя у них с Тором были наставники-воины, Брок старался всему, что только возможно, учиться у Фригги. В конце концов, прекрасная царица владела кинжалами и коротким мечом куда искуснее, чем наставник Эйхар, и тренировок не забрасывала. Одина Брок видел редко и застывал под его взглядом, как мышь под метлой. Что если тот увидит барсучка вместо змеёныша? И решит выкинуть или придавить ненужную тварюшку? Но Один скользил по нему взглядом и отворачивался. Брок пока был слишком мелким, чтобы заинтересовать Всеотца, который чадолюбием не славился, зато власть любил страстно. Ну и ладно. Ну и хорошо. Ну и к лучшему. Несмотря на все асгардские праздники, за течением лет Брок не следил. Расти ему ещё очень и очень долго. Брок читал, пока Тор куролесил с прибившимися к нему ровесниками, сбегая с уроков. Варил свои первые зелья и смешивал настои, когда Тор пробовал украденную с кухни медовуху. Творил чары в то время, когда Тор пробирался в конюшню, чтобы покататься на Слейпнире. И тайком пробирался в царскую сокровищницу, пока Тора пороли за проказы: не двадцать первый век на дворе, не просвещённая Америка — детей за проёбы лупят, даже если они царские дети. Брока не били. Не потому, что он не творил проказ и пакостей. Он просто не попадался. Очередной любовнице Одина, сиявшей, как начищенный медный таз, оттого, что Всеотец на пиру усадил её за один стол с Фриггой — а та и сказать ничего не могла, и возразить, только губы кусала, — Брок подлил в зелье для умащения волос настой, от которого волосы сначала зеленели и становились непослушными, как пакля, а потом выпадали. Одину зелёная лысеющая девка не пришлась по душе и он отослал её, поглядывая на жену с опаской и уважением. Когда Тор, недовольный тем, что брата хвалят наставники-книжники, наговорил ему гадостей, а потом зажал в углу и попытался придушить, Брок сначала влупил ему как следует по яйцам, а потом сотворил свою первую дистанционную иллюзию — здоровенных, как в фильме про Гарри Поттера показывали, лохматых чёрных пауков, благо посылать их пришлось недалеко — в соседние покои. Визгу было! С Тором Брок не ладил и ладить не собирался. Он не задирался сам и в целом игнорировал «брата», что бесило того неимоверно: мир должен вращаться исключительно вокруг Тора, и солнце светит только для него. Брок в эту игру играть не собирался. Хватит того, что с белобрысым придурком и так все носятся как с тухлым яйцом: наследник Золотого трона! Сам Брок, хотя Один торжественно и публично объявил наследниками их обоих, иллюзий не питал и геморроя на золотом троне наживать не собирался. Да и доживут ли они с Тором до времени, когда придётся вступать в наследство?.. Асы живут очень, очень долго, а асы царских кровей и того дольше. Ну и потом, нафига ему эта пожизненная головная боль? Отряд в пятнадцать голов поди приструни, а тут — целое царство и все Девять миров. И добро бы тут только люди жили. Так ведь и йотуны эти самые, и муспели, и недобитые тёмные альвы, и ваны, и альвы светлые, и цверги, и кого только ещё нет. У них с Тором для изучения всех завоёванных Асгардом миров и рас отдельный учитель был. Брок держал в голове, что Мидгард асы вообще не учитывают в своих раскладах и что люди довольно скоро основательно их удивят. Как раз и он сам подрастёт, войдёт в силу… Потому что он теперь знает, как становятся асами. Не обязательно им родиться. Можно иначе. Вон у Идунн яблоня сияет и благоухает постоянно — Фригга сама водила сыновей знакомиться с ней, а потом Брок и сам прибегал в потаённый сад: очень уж хорошо в нём думалось, самые сложные уроки укладывались в голове словно сами собой. Время придёт, и Локи Одинсон, царевич, соберёт личную гвардию из ещё даже не родившихся броковых волчат. И тогда они надерут морды и Гери, и Фреки.