Глава 8

      Это было неправильно. От начала до конца. От появления этих двоих утром в её гостиной, до тех слов и действий, что происходят в ней же. Но Гермиона не может противиться. Ощущая себя слишком озабоченной, чувствуя, как румянец стыда покрывает её щёки, она трётся своим языком о язык мрачного-Драко, при этой двигая бёдрами навстречу пальцам Драко-задиры.       Её захлестывают чувства и ощущения. Слишком много всего. Стыд, отрицание, желание. Слишком много губ и рук, что ласкают её тело. Она сходит с ума, пытаясь бороться сама с собой. И проигрывает. Себе же. Той себе, что готова на все те грязные фантазии, что возникают в её голове. От слов Драко-задиры, от слов мрачного-Драко. Она согласна с ними и не согласна одновременно. Ведь даже если они части единого целого, то сейчас она с двумя мужчинами.       Одновременно.       И пусть они оба — Драко, это в то же время не он. Словно объяснить себе, убедить себя, что в этом нет ничего такого. Что они делают это потому, что Драко Малфой хочет её. Ей кажется, что, когда они вновь воссоединятся, Драко будет её презирать, если не хуже.       Но всё это происходит в её голове ровно до тихого и почти одновременного:       — Котёнок…       — Гермиона…       До двух пронзительных взглядов, почти одинаковых интонаций в голосе. Они одинаковые и в то же время совершенно разные. Но всё в них ей нравится. Её тянет к каждому из них. Она не знает почему. Возможно виной всему то, что это всё равно Драко. Тот, на кого она мастурбировала ночами, тот, о ком она мечтала, когда напряжение в её теле достигало пика.       Но сейчас она смотрит в глаза цвета ртути и те глаза, что напоминают утреннее небо и чувствует, как сдаётся. Тихо всхлипывает выгибаясь, прижимаясь к мрачному-Драко сильнее. Но смотрит в глаза Драко-задиры и впервые тянется сама.       Драко-задира подаётся навстречу сразу. Его просить дважды не нужно, в нём нет сомнений. Он целует отнюдь не нежно. Зубами прикусывает нижнюю губу, чуть оттягивает и не отпускает её взглядом.       Сухие губы касаются её обнажённого плеча. От неожиданности она судорожно выдыхает, прямо сквозь поцелуй. И пока Драко-задира ласкает её промежность сквозь ткань трусиков и штанов, то мрачный-Драко опускает ладонь с шеи и мягко сжимает её грудь.       — Ох… — Гермиона разрывает поцелуй и прикрывает глаза от наслаждения. Ей всё ещё дико находиться между двумя мужчинами. Дико волнительно. До замирающего сердца стеснительно думать о том, что может сейчас произойти.       — На тебе слишком много одежды, котёнок, — хрипит Драко-задира. Хмык мрачного-Драко раздается за её спиной и в нём есть что-то непривычно порочное для него. И она понимает почему. Ведь когда Драко-задира подцепляет пояс штанов и тянет их вниз, заставляя приподнять попку, его двойник проделывает тоже самое с её майкой.       Она никогда не ощущала себя столь беззащитной, смущённой, желанной и возбуждённой. Гермиона чувствует собственную влагу на половых губах. Чувствует лёгкую прохладу от любого движения, чувствует капельку смазки, стекающую по бедру. Она понимает, что может запачкать постель, что смущает ещё сильнее. И беспомощный взгляд в сторону Драко-задиры не помогает. Потому что тот рукой поправляет член, упирающийся в махровую ткань полотенца и не сводит с неё голодного взгляда.       — Позволь доставить тебе удовольствие, — внезапно раздается тихое над ухом. Гермиона закусывает губу до боли, потому что внезапное предложение мрачного-Драко заставляет сердце забиться так, что кажется оно вот-вот пробьёт грудную клетку.       Он мягко ведёт ладонями по её оголённым ногам, дойдя до колен, пальцами проводит вверх по внутренней стороне бёдер, останавливаясь практически у самой промежности.       — Иди сюда, котёнок, — Драко-задира тянет её на себя, вырывая из объятий мрачного-Драко. Целует, когда она нависает сверху, а затем резко разворачивает к себе спиной, заставляя буквально упасть в его объятия.       Он не даёт ей одуматься. Двумя ладонями сразу же сжимает чувствительную грудь, сильно, до лёгкой боли. Слегка оттягивая и концентрируясь на набухших сосках. Длинные пальцы перекатывают твёрдые горошины плоти, вырывая из Грейнджер первый громкий стон.       — Хорошая девочка, — довольно урчит Малфой. — Разведи ножки в стороны, — он не просит, требует. Но команда не успевает стать осознанной для неё. Она чувствует мягкое касание к лодыжке, которую отводят в сторону. Раскрывая её полностью перед мрачным-Драко.       Его взгляд тоже полон желания. Желания на грани с поклонением. В этом они с Драко-задирой тоже совершенно разные. У его двойника в глазах читается животная страсть, которая губит, сжигает, уничтожает. В сладостном удовольствии, но напролом.       Внезапно он отпускает её лодыжку и тянется руками к пуговицам на рубашке. Гермиона только сейчас осознаёт, что в отличие от неё и Драко-задиры, мрачный-Драко всё ещё полностью одет.       Отвлекают от зрелища руки на её груди. Одна ладонь перестаёт терзать сосок и тянется вниз. По животу, накрывает лобок, а пальцы задевают чувствительный клитор. Тихий влажный звук заставляет Гермиону покраснеть сильнее и прикрыть на миг глаза. Смесь удовольствия и стыда. Последнее ещё не покинуло её, и Грейнджер кажется, что это невозможно.       Особенно когда за спиной слышится смешок.       — Мне кажется, ты стала ещё более мокрой, котёнок, — тихо произносит Драко-задира. — Буквально течёшь.       Он пару раз проводит пальцами вдоль промежности, разводит складки в стороны, давит на клитор. Гермиона слишком чувствительная. Она ощущает напряжение каждой клеточкой тела. Она хочет кончить. Хочет получить разрядку. Так, что слёзы выступают на глаза. А разлепив мокрые ресницы, Грейнджер встречается взглядом с мрачным-Драко, который успевает снять рубашку и расстегнуть брюки.       Он слабо улыбается ей, склоняясь сверху. Странно, но Драко-задира весь день казался ей мощнее. Что невозможно, ведь они две части одного целого. Двойники. И сейчас она это понимает. Когда видит широкие напрягшиеся плечи, грудь, исполосованную шрамами, кубики пресса.       Удивительно, но стоит мрачному-Драко склониться ниже, Драко-задира без лишних указаний убирает руку. Он приставляет перепачканные в липких соках пальцы к губам Гермионы, чуть надавливая, заставляя её открыть рот шире.       — Попробуй свой вкус, Грейнджер, — возбуждение вспыхивает в ней с новой силой. Что казалось совершенно нереальным. И она стонет.       Стонет, чувствуя, как дрожат бёдра, которые обхватывают большие ладони.       Стонет, буквально вылизывая пальцы Драко-задиры и ощущая, как сбивается его дыхание.       Стонет, когда он приговаривает тихо:       — Вот так, котёнок…       Стонет, когда губы мрачного-Драко накрывают её клитор.       Её мир буквально взрывается в один миг. Всё, что остаётся в голове — удовольствие. Оно различное, но мешается в один безумный коктейль, что буквально подводит Гермиону к краю бездны. Она сама не замечает, как вперемешку со стонами начинает посасывать пальцы Драко-задиры. Он водит ими взад-вперёд, несколько раз, пока вся её концентрация достаётся мрачному-Драко.       Он втягивает клитор губами, обводит его языком, ласкает широкими движениями влажные складки. Медленно, размеренно, мучительно. Удерживая её бёдра на месте, впиваясь пальцами до явных отметин на слегка загорелой коже.       Гермиона неосознанно смотрит на Драко-задиру, который также не сводит с неё глаз. Жадно. С чуть приоткрытым ртом, словно в желании сказать ещё что-то. Со сбитым тяжёлым дыханием. Он говорил, что мрачный-Драко будет смотреть, но сейчас оказался сам в этой роли. И, кажется, она его не смущает.       — Драко… — выгибаясь в очередной раз, стонет Гермиона, выпуская пальцы из своего рта. Она не знает, к кому именно обращается. Да и обращается ли. Её стон больше походит на мольбу. О чём? Она тоже не знает. Но это словно запускает в движение Драко-задиру. Она чувствует его неловкое движение за спиной. А затем твёрдое тело сменяется мягкой подушкой.       Драко-задира нависает сверху. Гермиона не может лежать спокойно. Приподнимается на локтях, неосознанно запускает пальцы в волосы мрачного-Драко. Пытается податься вперёд, но получается лишь слабое движение.       А затем её внимание вновь привлекает Драко-задира. Он стягивает с бёдер полотенце, обнажая наконец твёрдый ствол, что слегка покачивается от резкого движения.       Гермиона не может отвести взгляд. От бархатистой налитой кровью головки, от капельки семени, что выступила с уретры. От твёрдого толстого члена, обвитого выпуклыми венками, к которому рука тянется сама. Она обхватывает его пальцами, проводя верх-вниз под гортанный стон Драко-задиры.       — Вот так, хорошая девочка, — его рука зарывается в её волосы, когда он приближает бёдра к лицу Гермиону. — Тебе не нужно говорить, что делать, верно?       Она не знает, что отпускает её внутренние тиски. Не понимает. Да и не хочет понимать под гнётом того удовольствия, что разносится током по телу.       Смотря Драко-задире в глаза, она накрывает головку его члена губами, повторяя то же движение, что и с его пальцами. Чувствует чуть солоноватый вкус на языке. Не противный, скорее… возбуждающий?       Она не знает. Не может разделить удовольствие на части. Оно настолько цельное, что и не хочется. Ей нравится, как Малфой стонет, стоит ей заглотить больше плоти, нравится движение губ и языка. Нравятся тихие стоны и влажные звуки, что издают она и мрачный-Драко.       Она растворяется в этом, чувствуя приближение разрядки. Просто отпускает все мысли, всё лишнее из головы. Даже если пожалеет, даже если после воссоединения Малфой её возненавидит. Все тревоги и переживания отступают перед натиском удовольствия.       Внезапно, мрачный-Драко отстраняется от неё. Гермиона чувствует лёгкую прохладу на влажной плоти и косит взгляд, пытаясь понять, что происходит. Не даёт рука Драко-задиры, что направляет её голову, хотя и без лишнего напора.       Но вот губы касаются её живота, оставляя влажный след. А пальцы на бёдрах расслабляются, слегка оглаживая те места, где наверняка будут отметины. Словно извиняясь. И это слишком контрастирует с напором мужчины, что заполняет её рот. Тот еле сдерживает страсть, явно не желая причинить боли, но готовый вот-вот сорваться и начать вколачиваться членом.       Или же это всё её очередные пошлые фантазии?       С мокрым чавкающим звуком Драко-задира вытаскивает член из её рта. Слишком пошло. Тонкая ниточка слюны тянется от её губ к блестящей головке.       Гермиона недоумённо поднимает на него взгляд, натыкаясь на лукавую усмешку.       — Сделаем то, о чём я тебе говорил, котёнок? — спрашивает он её. Тянет к себе ближе, заставляя подтянуться и усесться практически на край дивана. — То, что тебе так понравилось, — уверенно произносит он ей на ухо. Гермиона ничего не понимает, ровно до момента, пока не оказывается в его объятиях. Встречаясь взглядом с мрачным-Драко, который смотрит.       Смотрит, как Драко-задира ласкает её грудь. Смотрит, как он приставляет член к её входу. Неудобно, абсолютно, но в такой позе он представляет её во всей красе. Показывает именно то, что хочет. Или же скорее вбирая в себя то, что желал.       Мрачный-Драко смотрит. Не сводит взгляда с её промежности, о которую трётся твёрдый мокрый член. И Гермиона чётко осознаёт, что этого взгляда достаточно, чтобы сжались её внутренние мышцы, обхватывая пустоту. Она понимает, о чём говорил Драко-задира и хочет большего. Ощущая себя дико неправильно, но она хочет поддаться этому безумию.       И мужчина за её спиной тоже. Он медленно погружается в неё, вырывая громкие стоны из них обоих. Миллиметр за миллиметром, растягивая изнутри, заставляя прочувствовать всё.       Гермиона подаётся бёдрами на встречу сама и вскрикивает от остроты ощущений, когда насаживается на твёрдый ствол полностью.       — Плохая девочка, Грейнджер, — смешок вырывается из него, но голос настолько напряжённый, что в его веселость Гермиона не верит совершенно. Но есть ещё кое-что. Мрачный-Драко. Который смотрит прямо на неё. Переводя взгляд с места, где соединялись тела его двойника и Грейнджер на её лицо. Глаза в глаза.       В его — желание и буря.       В её — блаженство, граничащее с безумием.       Она не отводит взгляд даже тогда, когда Драко-задира начинает двигаться. Быстро, сразу срываясь на тот темп, от которого она просто задыхается. Чувствуя, как покачивается грудь при каждом толчке. Чувствуя его силу и напор.       Она не может сдерживать стоны. Они слетают с её губ каждый раз, как Драко вгоняет в неё член. До шлепка бёдер, до мокрого пошлого звука с каждым толчком.       — Ему нравится, котёнок, — шепчет Драко-задира ей на ухо, прижимая её к себе всем телом. — Ему нравится смотреть, как тебе хорошо. И точно понравится смотреть, как кончишь.       Эти слова посылают очередной электрический разряд по телу. Гермиона стонет и тянет к мрачному-Драко руку. Хочет ощутить его. Их обоих, если честно. И мужчина точно понимает, что от него требуется.       Он придвигается ближе. Прижимается к ней, зажимает между двух горячих тел. Проводит ладонью по шее и зарывается в кудри у самого основания. А затем целует. Целует, тихо выдыхая, когда она запускает руку в его трусы и обхватывает член. Целует, пока Драко-задира стонет громче и впивается зубами в её плечо. Пока он входит в неё раз за разом до основания.       Она уже не стонет. Всхлипывает, тихо скулит, иногда срываясь на крик. Стоит им разорвать поцелуй, как Гермиона сама отталкивает мрачного-Драко. Так, чтобы он сел на постель. Так, чтобы опуститься ближе и ахнуть от измененного угла проникновения. Так, чтобы Драко за её спиной зашипел и впился пальцами в мягкую кожу бёдер, прибавляя ей отметин.       Стоит ей накрыть его плоть губами, как Драко-задира тянется пальцами к чувствительному клитору. Стоит ему его коснуться, как стон вырывается из груди, отдаваясь вибрацией на плоти, что сжата её губами. Гермиона водит головой, помогает себе рукой, чувствуя слюну на ладони. Поддаётся безумию, не в силах остановиться.       Она чувствует, как сильнее сжимаются внутренние мышцы.       Чувствует, как подаётся вперёд бёдрами мрачный-Драко, заставляя её взять больше.       Чувствует, как яростнее становятся толчки Драко-задиры за её спиной.       И весь этот чертов мир и в правду перестает для неё существовать в один миг.       В миг, когда она ощущает пульсацию члена внутри. Сперму, что заполняет глубоко и непривычно. А также пальцы, что путаются в её волосах и солоноватый привкус на языке, когда содрогается плоть в её рту.       И взрыв. Взрыв чувств и ощущений, что разносится по телу от груди к низу живота. Взрыв, что заставляет дрожать коленки. Взрыв, что приносит долгожданное облегчение и уносит куда-то за грань.