Глава 31. Цветение

Выйдя на крыльцо, они увидели замершего во времени Яриса – часовая стрела настигла его в тот момент, когда парень чесал в затылке. – Жутковато, – признался Жаба. – Но что с ним делать? Оставить его здесь, надеясь, что пацана примут за памятник и принесут цветочков? – Через некоторое время он сам придет в норму, – пояснила Захарра. – Можно оставить. – Давайте лучше свяжем ему руки, – предложила Диана. – Он не такой дурак, понимает, что нам все равно придется действовать вместе. – Не очень-то и понимает, – вмешался Ник. – Не забывай, они хотели вас всех оставить здесь, а забрать только… – Может, еще не поздно, – прервала его Василиса. – Лешка, показывай путь на этот ваш «балкон». Фэш и Захарра переглянулись и поняли друг друга без слов. Девочка молча вытянула стрелу и направила ее Ярису на голову. Среброключник тоже вызвал свою стрелу и провел ею над головой парня. Ярис ожил, повернулся, увидел две стрелы, направленные на него, затем оглядел всех по очереди и молча принял свое поражение. Фэш требовательно протянул к парню руку и приподнял бровь. Ярис поджал губы, но вытянул стрелу с запястья и передал ее среброключнику. Тот, не церемонясь, ткнул его этой же стрелой в бок и кивком головы указал в сторону дорожки, ведущей к КПП. Ник подошел к ним поближе. – Давай-ка я у тебя ее заберу, – произнес он, осторожно забирая стрелу из пальцев друга. – Чтобы ты не наделал глупостей. – Хорошая идея, – поддержала его Диана. Фэш фыркнул, но противиться не стал. Ребята направились к воротам лагеря. Фэш и Диана шли впереди, внимательно оглядывая окрестности. Ярис шел позади них между Лешкой и Жабой. Завершали процессию Ник и Василиса, то и дело оглядывающиеся назад. Подойдя к КПП, Диана остановила время охранникам, и когда все ребята скрылись из вида в темном лесу, фея вернула их к жизни, вызвала крылья и догнала остальных. Ребята зажгли огоньки, которые зависли на их головами и растянулись в колонну по два человека. Теперь впереди шел Лешка, показывая путь на этот самый «балкон». Рядом с ним шагал Ник. Сразу после них шли Диана и Василиса. За ними Ярис с Жабой, который не сводил с бронзового ключника глаз. Фэш и Захарра замыкали шествие. – Что задумал Марк? – спросил среброключник, продвинувшись к Ярису с противоположной от Жабы стороны. Но парень промолчал. – Ярис, отвечай, – потребовал Фэш. – Марк хочет загадать свое собственное желание? Но тот продолжал молча шагать вперед. – Почему ты встал на их сторону? – чуть обернулась к ним Диана. Ярис не ответил и на этот вопрос. – Ты будешь отвечать или как? – начал заводиться Фэш. Ярис продолжал молча шагать вперед. Среброключник пытался добиться от него хоть какого-то ответа, но тот словно воды в рот набрал. Ник и Диана тоже время от времени задавали вопросы. Даже Лешка пытался что-то вставить. Но никто из них четверых не преуспел в этом деле. Ярис молчал как остальские партизаны, про которых рассказывала Рита. Василиса так же шла молча, погрузившись в свои мысли. Тем временем на небе ощутимо посветлело – четче проступили в вышине ветви сосен, запели птицы, где-то застучал невпопад сонный дятел. И никто из остальских людей и животных не догадывался в этот тихий предрассветный час, что вскоре две планеты столкнутся друг с другом, и одна из них навсегда поглотит другую. Фэш протиснулся мимо девочек и поравнялся с Лешкой. – Далеко еще до твоего балкона? – спросил он у остальца. – Думаю, скоро придем, – ответил тот, оглядываясь вокруг. – Видишь вон те скалы, – указал он на черневшие на фоне неба темные очертания, – там и есть балкон. Фэш оценил расстояние. Действительно, вроде выходило, что скоро они уже должны прийти. – Фэш, – Лешка вдруг близко подступил к среброключнику. – Василиса сделала свой выбор. И я ее не осуждаю. Честно говоря, я бы на ее месте тоже выбрал бы возможность летать, путешествовать в прошлое, повелевать временем… – Временем нельзя повелевать, – автоматически возразил Фэш. – Временем можно управлять, но нельзя повелевать. Это один из главных законов часодейства. – Не нуди, – отмахнулся Лешка. – Ты отлично понял, о чем я. Я хотел сказать, что... Ну понимаешь, Василиса мне очень дорога. Мы с ней друзья с самого раннего детства. Она мне как младшая сестренка. А этот ваш мир, он опасный, насколько я понимаю. Василису уже пытались убить. Она была сильно ранена после путешествия в прошлое... При этом я не вижу, чтобы хоть кто-то из вас пытался ее хоть чему-то научить. Диана хорошо к ней относится, но учить не пытается. А ты вообще все время издеваешься над ней. Фэш покосился на него. К чему этот осталец клонит? Уж не собирается ли он просить, чтобы они отговорили Василису от интересного, но опасного часового мира в пользу спокойной жизни на Остале? Хотя, может, так оно было бы и лучше. По крайней мере, ей не угрожала бы опасность состариться и умереть. Может, и правда слишком эгоистично с их стороны тащить ее в этот мир. В конце концов, можно было бы просто почистить ей память и отпустить жить скучной, но спокойной и долгой остальской жизнью. – А этот ее отец мне вообще доверия не внушает, – продолжал Лешка. – Вот с этим я согласен, – хмыкнул среброключник. – Ты тоже доверия мне не внушаешь, – жестко сказал Рознев. – Но я прошу тебя... Позаботься о ней. Я имею в виду... Проследи, чтобы с ней все было в порядке. Чтобы ее никто не обижал в этой вашей часовой школе. Фэш повернулся к парню и удивленно посмотрел на него. Тот ответил тяжелым взглядом. – Я серьезно, – произнес Лешка ледяным тоном. – Если я узнаю, что ты ее обидел, я тебя из-под земли достану. Фэш прикусил губу, пытаясь скрыть расползающуюся улыбку. Этот осталец такой наивный в своей уверенности, что сможет, как он выразился, из-под земли достать часовщика. Даже от той малой части часодейства, которую он видел, уже можно сделать вывод, что у простого остальца нет шансов в поединке даже со слабым часовщиком, таким как Ник, например. А чуть более обученные вообще его размажут просто. Но это беспокойство о Василисе было очень милым. Лешка заметил усилия сребоключника не рассмеяться, и взгляд его стал колючим. – Я серьезно, – процедил он сквозь сжатые зубы. – Я понимаю, – сдавленно ответил Фэш. Он покосился на лицо парня, на котором не было и тени улыбки, и, не выдержав, рассмеялся. – Извини, просто твои угрозы такие забавные. Ладно, не обижайся. Я тебя услышал, – пробормотал он, изо всех сил сдерживая рвущийся наружу смех. Он насмешливо положил руку на грудь, немного склонил голову перед Лешкой и торжественно произнес: – Я обещаю, что позабочусь о ней. А ты передай, пожалуйста, Яне, что мне было весело с ней. Он фыркнул, и, не дожидаясь, пока ему прилетит кулак от Рознева, рванул вперед быстрым шагом. Лешка, рассержено пыхтя, следовал за ним. Интересно, что бы сказал этот осталец, если бы знал, что для Василисы следующие несколько часов, возможно, станут последними в жизни? Спустя еще минут десять до ушей ребят донеслись громкие, раздраженные голоса. Фэш, который теперь шагал первым, резко остановился и шикнул на переговаривающихся друг с другом Диану и Ника. Они замерли. Захарра молча погасила все огни, вытянула свою часовую стрелу и коснулась ее острием горла Яриса. Тот криво усмехнулся, но кричать, чтобы предупредить своих, не стал. Стараясь ступать как можно тише, ребята стали красться вперед. Когда на их пути встала стена из густых зарослей орешника, Лешка остановил их. – Дальше начинается открытая местность, – прошептал осталец. – Сейчас будет курумник, ведущий на скалы, а потом резкий обрыв. Фэш прикинул примерное расстояние до голосов. Судя по всему, они были хоть и недалеко, но все же и не совсем близко. Может, все-таки стоит подобраться поближе?.. – Что такое курумник? – прошептал он, поворачиваясь к Лешке. – Это куча камней… Ну такое нагромождение огромных, больших и маленьких камней-валунов, – как мог, объяснил тот. – Там мы будем как на ладони. Курумник сейчас пойдет вверх и закончится ровной площадкой. А дальше идет резкий обрыв. Поэтому эта скала и называется «балкон». – Ясно, – кивнул Фэш. В таком случае действительно лучше не соваться. Если только их заметят, то тут же остановят им время и привет. – Спрашиваю еще раз! – раздался гневный возглас Марка. – Куда ты ее спрятал?! Краем глаза Фэш заметил, как Лешка отступил к Василисе и что-то прошептал ей на ухо. Среброключник поджал губы, но сумел совладать с собой и просто отвернулся. Сейчас не до ревности. Нужно держаться вместе, чтобы спасти и Эфлару, и Василису. – Говори немедленно! – сердито крикнул Норт. – Ты влез не в свое дело! – Они что, пытают его? – еле слышно прошептал Жаба. – Похоже на то… – ответил ему Лешка. – Не кричи на меня, – спокойно отозвался Серега. – Возможно, медленное старение ускорило бы ход его мыслей? Фэш вздрогнул. Он слишком хорошо знал этот голос, чтобы спутать его с кем-либо еще. Это определенно был Рок. Но неужели он с Ляхтичем заодно?! Хотя чему тут удивляться?! Если Астрагор дал Марку особое задание, то наверняка поставил Рока, чтобы тот следил за золотым ключником. Но теперь дело сильно осложнялось. Шанс справиться с Роком был равен нулю. Даже если он, Диана, Ник и Василиса объединят свои усилия – Рок все равно их с легкостью победит. Фэш почувствовал, что чья-то рука легла ему на плечо. – Это что, Рок? – послышался голос Василисы возле его уха. Не оборачиваясь к ней, он кивнул. – Хорошая идея, спасибо, Драгоций, – кисло отозвалась Маришка. – Только вряд ли кто-то из нас владеет этим способом. – Очень жаль, что вас не обучают столь полезному часодейству. – Судя по голосу, Рок иронизировал. – Конечно, оно запретное, но в жизни бывают всякие ситуации, вот как сейчас. – Заткнись, – велел ему Марк. – Не помогаешь, так и не мешай. Фэш посмотрел на сестру, взглядом спрашивая, понимает ли она, что у них есть только один шанс, основанный на неожиданности, быстро прорваться через камни и захватить карту. И делать это нужно немедленно, так как рассвет наступит через считаные минуты. Захарра отлично поняла брата без слов и быстро кивнула. Но элемента неожиданности не получилось, так как Ярис тоже понял намерения двух Драгоциев и заорал во все горло. Правда, хватило его ненадолго, так как в следующую секунду увесистый кулак Жабы прилетел ему в скулу. Глаза парня закатились, и он осел на землю. Терять было больше нечего. Лешка и Жаба, заорав «Ура!», ринулись сквозь кусты. Ник и Фэш переглянулись и бросились за ними. Девчонки не отставали от парней, поддерживая их на разные голоса. Все шестеро нападающих собирались драться до последнего. Ребята быстро вскарабкались вверх по камням-валунам и изумленно замерли. Сергей, Рита, Рок и Сашка стояли возле небольшого костра. Скорее всего, они только что мирно сидели у огня – в руках рыжего вожатого дымилось два прутика с нанизанными на них грибами, уже подрумянившимися. Возле костра, со связанными руками и ногами, сидели спинами друг к другу Марк, Норт, Маришка и Дейла. – Наконец-то свои! – распознав лица ребят в предрассветном полумраке, облегченно выдохнул Серега. – Я уж думал, совсем тут свихнусь с этими колдунами. – Как вам удалось их связать? – изумилась Диана. – У этого, – Серега кивнул на Норта, – нашлась целая куча бельевых веревок. Только вчера наши тетки из прачечной очень сердито спрашивали у меня, не знаю ли я, кто украл три мотка со склада. Фэш протиснулся между Жабой и Василисой и подошел вплотную к Року. – Итак… – начал он, в упор глядя на старшего брата. – Я – посторонний наблюдатель, – усмехнулся тот. – Если угодно, тайный наблюдатель из Часового Круга. – Он поклонился всем присутствующим. – Мое дело – проследить за порядком. А кто из вас принесет Алый Цветок моему учителю – не так уж и важно. Хотя мы в Змиулане сделали некоторые ставки. Я и Захарра. Фэш повернулся к сестре и вопросительно приподнял левую бровь. Девочка нахмурилась. – Вот нельзя было держать это в секрете, – пробурчала она. И добавила раздраженно: – Ну да, я тайный наблюдатель. Второй. Среброключник усмехнулся. – Я давно догадался, – произнес он. – Еще в наше первое посещение Змиулана. Астрагор не вывел бы тебя к нам, не будь у тебя специального задания. Серега тоже подошел к двум братьям Драгоциям, по очереди пытливо оглядывая обоих. Фэш развернулся к нему. – Что у вас происходит? – предупреждая вопрос вожатого, спросил он. Судя по виду Сереги, он хотел спросить то же самое. Но сдержался и ответил: – Вот этот, – он кивнул на хмуро молчавшего Марка, – вдруг напал на Риту и… сделал что-то такое, что она застыла. – Он кашлянул, скрывая неловкость. – Короче, я успел хорошо его стукнуть. Потом выскакивает Сашок и бросается на этого. – Кивок в сторону Норта. – И что? Сашку тоже будто в камень превратили. Признаться, я растерялся. Но тогда появился Рок и всех… гм-гм… расколдовал. Если бы сам не видел – ни за что бы не поверил… Наверное, он лучше расскажет, чем я. – Я ввел их в курс дела, насколько возможно, – пояснил Рок. – Не знаю, но вряд ли они поверили… Осуждать не могу. Может, вы уговорите их отдать карту безо всякой Игры. Время не ждет – Алый Цветок возродится на рассвете – Временной Разрыв составляет меньше десяти секунд. – В столкновение миров мы не верим, – решительно начала Рита, но Сашка вдруг перебил: – Послушайте, а куда делся Жаба? Все, даже связанные, тут же завертели головами. – Наверняка чернику пошел жрать, – предположил Лешка. – Здесь ее много, весь склон горы – сплошной черничник. – Как он может думать о ягодах в такой момент? – поразился Ник. – А что ты хотел, – насмешливо отозвался Фэш. – Он же осталец. С их планетой ничего не случится в любом случае… – Послушайте, надо ведь что-то делать! – взволнованно перебила Василиса. – Где же карта? Время не ждет! – Не это ищете? Из-за большого круглого камня на самом обрыве показался Жаба. В правой руке у него был зажат свиток. – Ну вот, – расстроился Серега. – А я так надеялся, что хорошо спрятал… – Нашел где, – поддразнил его Жаба. – Я здесь с самой первой смены чернику ел – знаю каждый камешек, каждый кустик, каждую ягодку… Правда, на камне, под которым ты спрятал, я просто споткнулся и вдруг увидел этот флажок. Упал мордой, извиняюсь, прямо на мухомор! И Жаба отдал карту Василисе, стоявшей к нему ближе всех. – Смотрите! – закричал Ник, указывая вдаль. За полосой далеких гор, в серовато-молочной дымке тумана показался алый край солнца – во все стороны брызнули розовые рассветные лучи. – Развяжите их, – быстро приказал Рок. – Время пришло… В Часовой Круг встанут только двенадцать. Все посторонние должны уйти… Он резко взмахнул стрелой и проделал в воздухе сложную замысловатую линию, после чего по очереди указал острием на Риту, Серегу, Жабу и Сашку. Их фигуры замерли: Серега кидал прутик в костер, Сашка собирался присесть, что-то рассматривая на земле, Рита поправляла прядь волос, а Жаба только-только собирался широко зевнуть. В следующий момент все они начали пятиться, пока не исчезли в кустах. – Я отмотал им время до вчерашнего вечера, – пояснил Рок Василисе и Лешке. – Они ничего не вспомнят. Пока Рок проводил манипуляции с остальцами, Фэш и Захарра с помощью часовых стрел освободили пленников. Диана тем временем пыталась привести в чувство Яриса, изо всей силы хлопая парня по щекам. Наконец тот очнулся, поморгал и спросил: – Где я? Что я? – Ты ему память, случайно, не стер? – хохотнул Лешка. – Пусть каждый возьмет свой предмет, – не обращая внимания на него, продолжил распоряжаться Рок. – И достаньте Ключи! Времени мало, нам еще место искать. Поэтому прошу – больше никаких ссор. Он взял пакет и высыпал его содержимое на землю. Ребята молча разобрали свои находки. Марк хмуро поднял свой кусок золота, Маришка – осколок хрусталя, Фэш взял серебряный слиток, Ярис – бронзовый, а Диана получила свой осколок «метеоритного» железа. Пока ключники разбирали свои предметы из прошлого, Рок забрал у Василисы карту и развернул ее перед подопечными. – Теперь приложите ваши Ключи, – скомандовал он. – Тогда путеводные нити активируются. Марк, Норт, Маришка, Фэш, Диана и Ярис столпились перед картой и, продолжая обмениваться свирепыми взглядами, приложили свои ключи в ее центр. Каждый из них ожидал подвоха от другой стороны. Ребята стояли плотно друг к другу, готовые в любую минуту отразить нападение. – Поторопись, Огнева! – рявкнул Рок, смотря поверх головы среброключника и Дианы. Фэш слегка повернул голову и скосил глаза. Василиса стояла за ним и, похоже, не могла протиснуться сквозь эту плотную стену. Он немного отступил от Дианы. Фея заметила его движение и тоже немного подвинулась. Василиса протиснулась между ними. Сейчас они стояли так близко друг к другу, что Василиса была плотно прижата к его боку. Это невольно напомнило мальчишке, как они сидели у нее на кровати в изоляторе и смотрели фильм, и как она прижималась к его руке и хватала его за рукав, когда ей было страшно. Василиса протянула руку со Стальным Зубком и приложила его острие к карте. Бумажная поверхность тут же вспыхнула тысячами мелких ярко-алых точек, складываясь в сложный и беспорядочный узор. – Сильные часоводы, – пробормотал Марк и взглянул на Василису с особой неприязнью. Никто не обратил внимания на его слова. Взгляды всех присутствующих были устремлены на карту. Рассыпавшиеся алые точки, которых теперь стало больше в несколько десятков раз, одновременно вспыхнули и вдруг погасли. А сама карта вдруг зашипела и опала вниз горсткой пепла. Все изумленно уставились на Черную Ключницу. – Ты что наделала? – первой возмутилась Маришка, норовя хорошенько стукнуть Василису по голове, но Рок придержал ее за плечо. – А ну тихо! – жестко произнес он. – Разойдитесь в круг… Дайте место смотрителям. Никто не посмел его ослушаться. Ребята, держа свои ключи в одной руке и принесенные предметы из прошлого в другой, разошлись и образовали новый Часовой Круг, расположившись в том же порядке, что и в Лазоре, только теперь на предполагаемых цифрах «4» и «5» присутствовали Рок и Захарра. Некоторое время ничего не происходило. Мирно щебетали птицы, где-то стучал надоедливый дятел, тихо скрипели, покачиваясь на ветру, тонкие стволы сосен. И вдруг листья папоротника веером разошлись в стороны, открывая вид на небольшой пятачок черной земли. Фэш инстинктивно протянул руку немного вправо и поймал ладонь Василисы. – Смотри… – шепнул он. Девочка взглянула сначала на него, потом, заметив, что он смотрит в центр круга, так же как и все остальные, тоже повернула туда голову. Из возникшего черного пятачка земли выползал тонкий и длинный стебель, на его конце стремительно разрастался черно-белый бутон. – Ему нужна кровь, – произнес Рок. Норт испуганно вытаращил глаза. – Подойди к нему и прикоснись, – посоветовал Рок. – Алый Цвет сам заберет сколько надо… И не бойся. Брат Василисы остался на месте. Остальные присутствующие на Часовом Круге молчали, но во взгляде каждого сквозило явное презрение к мальчишке. Фэш продолжал сжимать руку Василисы. – Давай же! – зло поторопил друга Марк. – Ты задерживаешь! Однако Норт словно застыл. Его глаза в страхе смотрели на бело-черный цветок, лепестки которого вяло шевелились, будто белые пиявки. И тогда Марк схватил Норта за шиворот и с силой выбросил вперед: нелепо взмахнув руками, Огнев упал на колени. Лепестки цветка тут же потянулись к нему; раздался тонкий визг – Норт подскочил, как ужаленный, и бросился прочь. Марку еле удалось его задержать и вернуть на место. – Успокойся! – прорычал он. С растением начали происходить быстрые метаморфозы: лепестки стремительно меняли цвет с бледно-белого на ярко-алый. Из самой середины чаши ударил в небо столб ослепительного света и опал на траву сияющим куполом. Находившиеся в руках ключников куски золота, серебра, бронзы и железа вдруг принялись нестерпимо жечь, и ребята с криками побросали их – и тут же все осколки ушли под землю. Кусок хрусталя в руках Маришки превратился в воду и моментально просочился в почву. Сияющий купол окреп. Рок подошел к полупрозрачной стене и осторожно коснулся ее – его пальцы нащупали преграду. Двенадцать человек, находившихся в Часовом Круге, оказались отрезаны от окружающего мира. – А теперь – черный ключник, – произнес Рок. Услышав голос Рока, Василиса машинально вытащила ладонь из пальцев среброключника и сделала несколько шажков вперед. Фэш внимательно наблюдал за каждым ее движением. Сердце его бешено стучало, желудок скрутился в тугой жгут. А в мозгу пульсировала мысль, что все зря. Они так и не выяснили, что это за хрустальное сердце. Василиса сейчас перережет стебель этого проклятого цветка и умрет. А он вернется жить к дяде и через три года тоже умрет. Вот и вся их история любви. Прямо как в том фильме, что они с Василисой смотрели. Василиса подняла Стальной Зубок чуть повыше – на лезвии кинжала заиграли алые блики. От Цветка шел сильный жар – даже стоящие на Часовом Круге его чувствовали. – Не медли! – рявкнул Марк. Если бы он был ближе – ему в лицо уже прилетел бы кулак среброключника. Но Марк стоял далеко – на противоположной части круга, и, к своему счастью, был недоступен для кулаков Фэша. Василиса послала ему презрительный взгляд, присела перед цветком и взмахнула ЧерноКлючом. В отличие от своего брата девочка действовала смело и решительно. Одним твердым ударом она перерубила тонкий стебель, и Алый Цветок оказался у нее в руках. В следующий миг Ярис через весь круг бросился к среброключнику и, подставив ему подножку, сбил его с ног. Фэш, который смотрел только на Василису, этого не ожидал и не успел среагировать. Только оказавшись на земле, он понял, что произошло, и попытался вскочить на ноги, но Ярис пнул его в живот. Горячая волна удушающей боли пронзила все тело. Дыхание перехватило, мальчик согнулся пополам, отчаянно пытаясь вдохнуть воздух. Сквозь пелену боли перед глазами он заметил, что Норт атаковал Ника и тоже повалил его наземь. А Маришка подходила к Диане с поднятой часовой стрелой. Дейла отбежала в сторону. Слева от него Захарра решительно направлялась к Диане, на ходу вытаскивая свою стрелу. А справа Лешка уже лежал на земле. Рок же отошел к куполу и молча наблюдал за происходящим, даже не пытаясь вмешаться. Но самое главное, что Марк находился возле Василисы, протягивая к ней руку. Она крепко сжимала Алый Цветок в руках и с решительным видом смотрела на златоключника. Тонкие алые лепестки цветка сворачивались и извивались, будто живые змейки, а его черная середина переливалась загадочным мерцающим светом. Вид пальцев Марка, тянущихся к Василисе, пронзил среброключника адреналином острее любой боли. Ярость от бессилия и несправедливости придала мальчишке силы. Игнорируя спазмы в животе и проклиная себя за невнимательность, он резко выпрямил ногу и пнул Яриса под коленку. Тот охнул и схватился за ногу. Фэш вскочил на ноги и, собрав в кулак всю свою ненависть и страх за Василису, ударил бронзового ключника в скулу. Ярис отлетел на землю. Фэш резко развернулся и бросился к Диане, намереваясь помочь девчонкам, но на его пути внезапно вырос Норт, уже занесший руку для удара. Среброключник рефлекторно откинул голову назад и сумел увернуться от его кулака. В следующее мгновение он сам врезал Огневу под дых. Тот вскрикнул и согнулся пополам. Но в этот момент Фэш снова оказался на земле от сильного удара в спину между лопатками. По спине разлилось тупое жжение. Ник бросился на помощь другу. – Сзади! – выкрикнул Ярис. Норт резко выпрямился и развернулся, одновременно занося руку для удара. Ник не успел среагировать, и кулак Норта врезался ему прямо в нос. Ник вскрикнул и, схватившись руками за лицо, осел на землю. Сквозь его пальцы тут же потекли струйки крови. Фэш видел, как Диана ринулась в центр круга, видимо намереваясь помочь Василисе. Решив, что фея достаточно сильная, чтобы уберечь черноключницу от Марка, Фэш поднялся и рванул к Нику, к которому уже подходил Норт. Но Огнев, видимо, услышал приближающиеся шаги, потому что резко развернулся и занес кулак, собираясь ударить среброключника в лицо. Но тот снова сумел отклониться. Кулак просвистел в сантиметре от его виска. Не давая Огневу опомниться, Фэш размахнулся и ударил соперника в ухо. Норт, жалобно застонав, отлетел на землю. Решив, что Ник пока в безопасности, Фэш развернулся к центру, чтобы помочь Диане справиться с Марком, и замер. Раскинув руки, фея неподвижно лежала на земле. Василиса пошатнулась и упала, уткнувшись носом во влажную рыхлую землю. Тело ее начало меняться – и без того худенькая девчонка стала еще больше худеть и сохнуть. Руки ее становились тощими – просто костями, обтянутыми кожей. Пальцы, все еще продолжающие сжимать стебель Алого Цветка, скрючились и почти разжались. Марк без труда выхватил из них чашу цветка. Лицо его совершенно преобразилось: злой оскал и безумный взгляд исказили его до неузнаваемости. – Цветок – мой! – люто вскричал он, отшвырнув Василису прочь. В его голосе звучало звенящее, победное торжество. Часовой купол начал редеть, опадая клочками серого тумана. Из-за его стенок проявлялись фигуры людей – среди них многие были в темно-фиолетовых мантиях. Марк поднялся и, пошатываясь, направился к стенке купола, видимо собираясь отдать чашу цветка Астрагору. Фэш же рванул к Василисе, но кто-то цепко ухватил его за запястье. Мальчик обернулся и увидел позади себя Яриса. Он попытался выдернуть руку, но с другой стороны чьи-то пальцы впились ему в плечо. Фэш в панике огляделся в поисках Ника, чтобы позвать его на помощь, но тот лежал на земле с окровавленным лицом. Сердце среброключника сжалось. Сначала Диана, теперь Ник, и для Василисы тоже, похоже, все кончено. Он не был готов к тому, чтобы потерять разом всех троих друзей. Он перевел взгляд на Василису и ужаснулся. От еще недавно красивой, сияющей девочки не осталось и следа. Теперь это была высохшая старушка с бледным, морщинистым лицом; костлявыми, скрюченными пальцами; даже волосы ее из ярко-рыжего превратились в тускло-розовые и продолжали седеть на глазах. И в этот момент в мальчишке что-то сломалось. Нет! Нет, нет, нет! Почему они!? Этого не может быть! Этого не должно быть! Где же это проклятое сердце?! – кричало все его существо. Сердце сжалось ледяным комком от ужаса. Жгучее и горькое осознание того, что он продал себя дяде зря, пронеслось в его затуманенном сознании. Все трое его друзей лежали в грязи, а он не мог даже помочь им. Фэш с рычанием попытался вырваться, выкручивая руку из пальцев Яриса, но тот лишь сильнее впился в него, оставляя белые следы от пальцев на коже. Последним усилием воли, не обращая внимания на горящие мышцы и кожу, Фэш все же сумел вырвать руку из ослабевшей хватки Яриса. Однако Норт, хорошенько размахнувшись, тут же врезал ему кулаком в висок. В голове потемнело. Как будто в комнате, где он находился, резко выключили свет. Звуки вокруг – хрип Василисы, торжествующий смех Марка, что-то кричащие люди за куполом, даже собственное бешено колотящееся сердце – все это куда-то уплывало, замедлялось, как будто тонуло в ватном одеяле. Последнее, что он почувствовал, прежде чем его сознание отключилось, была не физическая боль. А всепоглощающее чувство полного, тотального отчаяния. Он так и не сумел спасти Василису. И более того, возможно, потерял еще и Диану с Ником.

***

Сознание возвращалось медленно, отягощенное странной мягкостью и тишиной. Фэш открыл глаза и обнаружил себя в широкой, удобной кровати, накрытый мягким стеганым одеялом сиреневого цвета. Комната, в которой он находился, была довольно просторной, в черно-фиолетовых – его любимых – тонах. Мальчик пошевелился. Тело тут же отреагировало тупой, ноющей болью в боку и животе. Поморщившись, он осторожно сел. Первое, что бросилось ему в глаза, был камин на противоположной стене, выполненный в виде головы дракона из черно-серебряного мрамора. Пасть зверя, широко раскрытая, была топкой. А его глаза переливались кроваво-красным, как угольки. Над камином висела его коллекция ножей, закрепленных на темно-фиолетовом бархате. Фэш невольно замер. Такой камин мог быть только в одном месте… – Фэш! Звонкий голос позади заставил его вздрогнуть и резко обернуться. В глубоком кресле возле высокого окна, залитого теперь утренним светом, сидела Захарра. Она вскочила и подбежала к кровати, и прежде чем он успел что-то спросить, обняла его, прижавшись щекой к его плечу. – Как ты себя чувствуешь? – она немного отстранилась и погладила его по растрёпанным волосам. – Голова не кружится? Они отмотали время только внешним повреждениям на лице. А эти гады тебя здорово побили. Я просила Ро… – Захарра! – перебил ее Фэш, хватая за руку. – Что с остальными? Как Василиса? Ник? Диана? Последнее, что я помню – как Ник и Диана лежали на земле, а Василиса… Голос его сорвался, когда перед глазами вспыхнул образ девочки с морщинистым лицом и седыми волосами. Он смотрел на сестру и боялся дышать, боялся услышать, что Василисы больше нет в этом мире. Захарра пригладила его растрёпанные волосы. – С Василисой все хорошо, – мягко сказала она. – Немного повредила руку, но ей отмотают время вечером. Она сумела разбить хрустальное сердце и загадала правильное желание. Эфлара теперь на сто часов в прошлом, следовательно духи пройти на нее так и не смогут. Сама Василиса в полном порядке, за исключением пары синяков и немного поврежденной руки. Воздух, которого Фэш не замечал, что задержал, вырвался из его груди долгим, сдавленным стоном. Он откинулся на подушку и накрыл лицо ладонями – облегчение, которое он сейчас испытывал, было таким огромным, что не было сил удерживать себя в сидячем положении. С Василисой все в порядке. Она жива, молода и даже сумела спасти планету от поглощения. Нарушила планы Астрагора. Его жертва, возвращение в этот замок не были напрасными. В этот момент все – и страх перед дядей, и потеря свободы, и даже то, что через три года он должен будет передать свое тело другому человеку – все казалось приемлемой платой. Однако в следующую секунду другая мысль пронзила его сознание. Фэш снова резко сел, поморщившись от вспыхнувшей боли в боку. – А Ник? Диана? – выдохнул он. – Что с ними? Захарра опустила глаза. – Ник в порядке, – тихо сказала она. – Брат Василисы сломал ему нос, но время уже отмотали и все восстановили. Он сейчас в лагере, как и все остальные – их отправили собирать вещи. Потом они все отправятся в дом Огнева. Василиса тоже в лагере, только в изоляторе. У нее немного повреждена рука, а до вечера время ей не отмотать. – А Диана? – с замиранием сердца спросил Фэш. – Диана… Она… – голос сестры сорвался. Облегчение, такое яркое секунду назад, вдруг рассыпалось, уступая место новому, леденящему ужасу. – Что с ней? – выдохнул он. – Насколько плохо? – Диану зачасовали, Фэш, – тихо произнесла Захарра. Она сжала пальцы брата и подняла на него глаза. – Но с ней все будет хорошо! – быстро сказала она. – Рок сказал, что феи знают, что надо делать! Она была зачасована не числовым именем, поэтому просто уснула. Ее можно вернуть к жизни! Так же как они вернули Ника. – Я видел, как она лежала на земле, – прошептал Фэш. – Но я думал, что они просто вырубили ее. Я даже представить не мог… Какие же они сволочи… Боль от очередной потери вдруг пронзила его тело, заглушая ноющую боль в боку. Фэш прикрыл глаза и с силой сжал пальцами одеяло. Диана за эти несколько недель стала ему близким другом. Наверное единственным человеком в мире, кто знал его настоящие страхи и переживания. И сейчас радость за Василису и боль за Диану столкнулись у него внутри, создавая мучительный диссонанс. – А что Марк? Норт? И остальные? Их накажут? – глухо спросил он, впрочем уже зная ответ. – Накажут? – горько усмехнулась Захарра. – Огнев и эта его подруга, Мортинова, а также наш дядя, полностью их прикрыли. Просто завязалась драка, никто не виноват. Ты же знаешь, как это работает. Да, он знал. Отлично знал, что Марк, Норт, Ярис и Маришка действовали очень слаженно и точно знали, что могут причинить любой вред оставшимся ключникам и ничего им за это не будет. Но как же они сами-то могли проворонить такое нападение?! Почему недооценили врагов? Почему подставились так глупо?! Ярость, беспомощная и глухая, снова стала закипать у него внутри. – Фэш, а ты сам-то как себя чувствуешь? – Захарра снова накрыла ладонями его пальцы, все еще сжимающие одеяло. – Я видела, что они тебя бьют, но не могла помочь тебе. Фэш откинул одеяло и осмотрел себя. Из-под пижамных штанов был виден покрасневший бок – здесь явно будет огромный синяк. Также болело где-то внутри живота и между лопатками. Но других повреждений не было заметно. Мальчик потрогал лицо – тоже вроде все целое. – Они отмотали время видимым повреждениям, – сказала Захарра, наблюдая за его действиями. Она легонько прикоснулась пальцами к покрасневшему боку, чем заставила брата дернуться и непроизвольно застонать. – Я попрошу Рока выдать тебе мазь, – добавила она, поспешно отдергивая пальцы. – Главное, что с тобой все хорошо.