(Пролог)Кровавая лаванда

Агея всю ночь вымаливала прощения. На её коленях проступили синяки, кожа стёрлась от усердной мольбы. Загрязнённый от пыли воздух не давал дышать, а ледяной пол пробирал до костей. Не хотела Агея плачевной судьбы для своей любимой доченьки. Корила себя за воспитание и за неусмотрение, и за это просила Геру о помощи, и неустанно рыдала Афродите. Когда же силы всё-таки иссякли, опершись на какой-то хлам на чердаке и подняв пыль ещё сильнее, Агея встала. Медленным шагом она решила спуститься к Мирре, проведать её. Зашла в комнату к своей дочери и увидела замысловато сложенную постель. Подойдя ближе, лишь почувствовала пустоту и заметила, что это подушки, сложенные в виде человеческого тела. Агея нервно выдохнула, решив, что Мирра снова ушла гулять — не впервой она сбегает из дома. Никто не может её поддержать, так как к мужу сейчас нельзя. Он развлекается со служанками. В комнате на супружеском ложе лежал Кинир, полностью обнажённый; ждал он новую служанку, которая попадётся ему в жертвы. Царь Кипра уже предвкушал, как принудит к близости несчастную помощницу; как раз помнил, что сегодня во дворец прибыли женщины с захваченных царём стран. Разочаровавшись, сев на кровать, Агея глубоко погрузилась в свои воспоминания. --- Около двух декад тому принцесса Кипра — Агея — была в самом расцвете сил, поразив всех своим умом и красотой. Несмотря на юный возраст, она отличалась редкой мудростью. Поклонников у неё было множество — не только благодаря её добродетелям, но и из-за высокого положения. После смерти отца Агеев трон оставался пуст. Её мать состарилась и уже не могла править государством одна; да и не положено было женщине управлять всей державой. Но она думала иначе. Жаждала власти, мечтала править единолично и ощущать силу над народом. Агея же ежедневно чувствовала на себе материнское давление. Её взгляд словно преследовал повсюду. С детства мать пугала её тем, что «уши и глаза» у неё по всему дворцу — будто даже стены и потолки следят за каждым шагом. Агея не могла более терпеть. Ей было тяжело — и душевно, и нравственно — жить под постоянным надзором. Долго размышляя, что же предпринять против матери, она тайно задумала выйти замуж, чтобы избавиться от её опеки и изгнать её из замка. --- Деметра всё сильнее горевала по дочери — значит, наступала холодная, суровая зима. Агея сидела в своей комнате и смотрела через окно на снежинки, падающие на стекло и образовывающие маленький сугроб на смальте. Читала интересные бумаги и узнавала всё больше о истории своего же замка. Но что-то вновь промелькнуло в окне и послышался глухой удар — это была не снежинка, а снежок. Снежок оставил за собой след на мозаичном стекле. Агея встала и посмотрела, кто мог кинуть ей снежок в окно. — Может, опять дети служанок резвятся? — подумала она вслух. Никого. Выглянув в окно, она никого не увидела. Тогда она решила, что её подозрения подтвердились, и не стала обращать внимания на назойливых детишек. Второй удар, за ним последовал третий. Молоденькая Агея вышла через балкон и накричала: — Вы мешаете мне заниматься, дети! Вдруг прилетает снежок — не в окно, а прямо в Агею. Снежок неприятно попал ей в лицо. Не ожидав такого, она замешкалась и убрала холодную стружку со щеки. Прямо в лёгком одеянии, не волнуясь о морозе, вышла из своей комнаты и спустилась по лестнице, поймав лишь крик матери: — Куда ты бежишь, деточка? Служанки поспешили открыть двери во двор. Она задержалась сначала у себя во дворе, думая, что кто-то может быть там, вдруг кто-то спрятался. Но опять никого. Выбежала на улицу и оказалась в окружении сугробов и деревьев с белыми шапками. Оглянулась и подошла в ту сторону, куда смотрит её окно. Опять никого. В последний раз посмотрела на окно, на котором всё ещё виднелся след от снежка. Опустив плечи и наконец почувствовав всю суровость зимы, Агея решила вернуться назад. Внезапно неведомая сила тянет её назад и прижимает её спину к стволу дерева. Еле открывая глаза, сквозь затуманенный взгляд она видит перед собой человека, облачённого в гиматий. Она застыла и смотрела на неизвестного. Красиво уложенные волосы, будто с золотистым оттенком, утончённые черты лица, красный от холода нос с лёгкой горбинкой — всё было так, как Агея представляла в самых смелых своих мечтах о будущем муже. — Ты ведь Агея? — завораживающим голосом проговорил неизвестный. — Агея… — нервно сглотнув, сказала она. Встал неизвестный на колени, поцеловал подол платья Агеи и предложил немыслимое: — Вы выйдете за меня? Хоть она была поражена красотой, смелостью милого юноши и весьма заманчивым предложением, но не поддалась желанию. — Да как ты смеешь предлагать такое самой принцессе Кипра да и в таком месте?! — после этого на прекрасной щеке принца появился красный след от пощёчины. Ничуть не смутился принц — лишь улыбнулся широкой улыбкой. Выпрямился и снова навис над невысокой Агей. Потрогав её холодную щёку ладонью и наклонившись к её уху, он нежно сказал: — Сам Аполлон хочет, чтобы мы были вместе, так почему бы нет? - очень уверенно произнес он. — Ты думаешь, что, просто заявившись в лес и сделав мне предложение тут же, я не смогу тебе отказать? Что за безрассудство! Грубо убрав его руку, она ушла, поправляя свою ночнушку и пытаясь не окоченеть от холода. Нагнал незнакомец девушку и накинул свой гиматий ей на плечи. Она посмотрела на него с ещё более нахмуренными бровями. — Я знаю, что мы предназначены судьбой, и я добьюсь, чтоб ты была моей. Запомни моё имя, которое будет знать весь Кипр: я — Кинир! — смотрел он в спину своей суженой. — Вот глупый! Ты не знаешь, кто я! И ты не знаешь, чего я хочу, Кимир, — специально неправильно сказав его имя, она хотела его разозлить. — Эй! Вообще-то… — не успев договорить, Агея уже зашла за ворота дворца. --- Кинир — наследник царя города Паралеи. Давно он мечтал об умной и красивой жене, которая была бы ему опорой. Много у него было поклонниц, но все казались ему лишь пустышками, не заслуживающими его внимания. И решился он попросить помощи у своего отца… Аполлона. Пришёл он в храм и, положив на мраморный алтарь вино, возвал к нему: — О Феб лучезарный! Услышь меня и мои молитвы! Помоги мне найти мою любовь… Устал я ходить один, без спутницы жизни. Мне нужна истинная спутница, которая поддержит меня в любой ситуации. Умная, добрая, красивая… — немного улыбнулся принц Кинир и добавил: — и желательно с наследством, ведь, как ты знаешь, у всех моих братьев есть своё собственное королевство, а у меня нет! Сколько заслуг у меня было, сколько земель я завоёвывал! Их ты разделял между моими братьями, а мне — ничего! Прошу тебя, я понимаю, что я много дел сотворил в неосознанном возрасте, много ошибок допускал, но я повзрослел, я смогу править! Внемлил Аполлон его желаниям и спустился с Олимпа в облике прекрасного золотого ворона. Решил он помочь ему: как взмахнул он крыльями — так и прозрел Кинир. Познал он об Агее — принцессе Кипра. Узнал о её истории, красоте, уме, нраве — будто теперь знает Агею лучше, чем она сама. Также прознал он о её плане и об одном препятствии в её жизни — матери. — Эта девушка предназначена тебе судьбой. Не будешь с ней — не будешь ни с кем, — звонким, громким и строгим голосом сказал Феб. --- Три месяца завоёвывал сердце Агеи Кинир. Он сразу понял, что сладкими речами у него это не получится. Поэтому каждый раз одаривал её подарками, и к каждому подарку прилагал одну ветку белой лаванды. И к счастью Кинира это работало, ведь не могла она устоять перед его напором, харизмой и умом. Голубоглазая Агея на самом деле с первого раза поняла, что именно Кинир будет её суженым. Она будто чувствовала это всем своим сердцем, чувствовала некую привязанность к нему. Именно его видела Агея подле себя. Немного капризничала, немного дразнила напористого принца, что самому принцу очень нравилось. Лаванду он приносил по её прихоти, а белую лаванду не так-то просто найти посреди суровой зимы — но что не сделаешь ради внимания Агеи. И в итоге полностью отдалась она Киниру. Свергнув её мать, они стали править вместе. Первое, что сделал Кинир в честь своего правления — построил целый сад с лавандой для своей Агеи. --- Вздохнула горько и встала с лектуса. Направилась вверх по лестницам в свою комнату, которая была через дверь от супружеского ложа, в котором был Кинир с предполагаемой служанкой. Зайдя в очередной коридор, Агея, опершись о стену, отдохнула — ведь устала много подниматься по лестницам. Вдруг она немного отшатнулась: в неё врезалась убегающая фигура. Она посмотрела ей вслед — и узнала по спине свою дочь, которая была обнажена, и лишь тонкая простынь скрывала её наготу. Следом раздался крик. С немыслимой злостью и яростью побежал за Миррой царь Кинир — её отец. Неприятные, тошнотворные крики он издавал так, что даже слюни вытекали из его рта. В его глазах было ясно одно — убить свою дочь для него уже не было грехом. Вмиг осознала Агея, какое горе постигло её семью. Опустила голову, и горькие слёзы мгновенно заполонили её глаза. По коридору, опасно медленными шагами, она шла вперёд. Все воспоминания её жизни промелькнули в один миг. Сожаление, горе, боль — будто не отпускали её сердце, из-за чего она не могла даже вздохнуть. Подняв голову, она увидела перед собой красивый пейзаж, освещённый луной. Встала под луной, и лёгкий ветер подул ей в лицо. Потянулась — встав на носочки, она словно хотела дотянуться до самой Селены. В следующий миг она почувствовала приятную невесомость — под ногами ничего не было. Агея закрыла глаза. Она упала на тот самый сад с лавандой, окрасив некоторые цветы в красный цвет. Привеет, надеюсь все понравилось! Оставь отзыв если не трудно) Пока будет "заверешен" вскоре опубликую 3 главу