Часть 4

С того дня, как Ричард, Джейкоб, Чарли, Шегги и Велма вернулись домой, пережив незабываемое приключение внутри компьютерной игры Эрика, прошла целая неделя. В течение этой недели они всей семьёй сидели дома, пытаясь прийти в себя после пережитого, ибо оно оставило весьма тяжёлые впечатления. После того как Ричард, Чарли и Джейкоб увидели висящий на верёвке труп Эрика на балконе его собственной лаборатории, их всех начали мучить кошмары. В этих кошмарах они вновь и вновь оказывались в компьютерной игре Эрика, прячась от своих родителей, которые охотились на них и пытались убить. Но хоть им и было непросто, мальчики прекрасно осознавали, что их новым родителям было куда хуже. Велме и Шегги казалось, что они едва не убили своих новых детей, едва встретив их. И хоть они и осознавали, что не могли себя контролировать и могли лишь наблюдать за происходящим, они всё равно винили себя в произошедшем. Теперь они боялись не то что говорить, но даже смотреть в глаза мальчикам без угрызений совести. Всё зашло так далеко, что теперь Шегги ел вдвое меньше еды, чем обычно, съедая столько же, сколько едят обычные люди, что в случае с Шегги считалось аномальным явлением. И ел он не на кухне, а запираясь в своей комнате, в полном одиночестве. Велма же чувствовала себя ничуть не лучше. Она также боялась смотреть в глаза своим детям, отводя взгляд каждый раз, когда кто-то из мальчишек смотрел в её сторону, стыдясь саму себя за то, что едва не совершила проступок, о котором сожалела бы до конца своей жизни. Она также заперлась в своей комнате и ела там, выходя исключительно чтобы принять душ, выпить воды или сходить в туалет. Мальчишки пытались поговорить с ними, уговорить их собраться вместе и всё обсудить, но ни Велма, ни Шегги не отвечали им. Первый день после их возвращения из первого приключения закончился тем, что мальчики просто оставили Велму и Шегги в покое, решив, что им нужно побыть наедине с собой и всё обдумать. А сами Ричард, Джейкоб и Чарли разошлись по своим комнатам и легли спать, полностью измотанные и выбитые из сил. На второй день мальчишки выработали новый план. — Слушайте, что-то надо делать! Нужно как-то вернуть прежних маму и папу! — Согласен. Сейчас они какие-то грустные и подавленные, и мне больно видеть их такими. — Но как нам вернуть им прежнюю уверенность, если они даже не выходят из своих комнат? — Давайте попытаемся пригласить их куда-нибудь сходить всей семьёй. Скажем, в кино или парк аттракционов, — предложил Ричард. — Хм, а идея в общем-то неплохая. Давайте попробуем, — сказал Джейкоб. — Отлично. Вы поговорите с отцом, а я постараюсь убедить маму, — распределил роли Ричард. Обговорив план с братьями, Ричард направился в комнату Велмы. Поднявшись на второй этаж, он постучал в дверь. — Кто там? — Это я, мама. Я, Ричард. — Ричард... уходи. Я не хочу, чтобы ты видел меня такой. — Мама, пожалуйста, прекрати это. Так нельзя. Понимаю, ты расстроена и в ярости от того, что произошло, и я понимаю твои чувства, правда. Мы все понимаем то, что вы чувствуете, хотя вам с папой гораздо тяжелее, чем нам. Но это не причина запираться в комнате на весь день. — Ты не понимаешь! Я... я чуть не убила одного из вас! Я смотрела, относилась и разговаривала с вами так, будто вы мне никто! И то, что я не могла контролировать собственное тело, когда делала это, меня не оправдывает! — Но ведь в конечном счёте всё обошлось! Теперь всё позади. Так какой толк зацикливаться на том, что уже случилось и что уже не изменить? — Если бы я сделала это... если бы кто-то из нас убил хоть кого-то из вас троих, этого уже нельзя было бы изменить. И мы бы никогда не смогли простить себе этого, — с болью сказала Велма. — Но ведь в итоге этого удалось избежать! Так какой же ещё смысл думать о том, что было, размышляя, как бы это могло быть? — спросил Ричард. В ответ он услышал лишь тишину. Он знал, что Велма не спала. Возможно, она лежала на полу или на кровати и смотрела в потолок, но он знал, что она не спит. Тогда Ричард тяжело вздохнул и сел на пол около двери. — Ну, хорошо. Если хочешь — оставайся там. Можем поговорить так, через дверь. Я не стану ломиться к тебе или вынуждать выйти против твоей воли. Ты должна сделать это сама. Послушай, я знаю, тебе сейчас больно и страшно. Как и Шегги, как и мне, как и всем нам. Мы все по-своему пострадали, находясь в той компьютерной игре. И вместо того чтобы отрицать это, нужно принять это. Слушай, мама, сейчас я расскажу тебе кое-что. Я никогда раньше не говорил об этом никому. Порой, вспоминая Гвен, я осознаю, что она была единственным членом моей семьи, кто любил меня и по-настоящему поддерживал мою тягу к науке и знаниям. Раньше я ошибочно думал, что родители тоже любили меня, но это была ложь, которую я внушал себе, чтобы утешиться. И когда я потерял Гвен, мой мир разрушился. Я не знал, что делать дальше и куда идти. Когда я потерял её, у меня не было никого рядом, чтобы поддержать меня и помочь в момент, когда я искренне нуждался в помощи. Но у тебя и Шегги есть те, кто любит вас. Есть я, есть Чарли, есть Джейкоб. И мы любим вас и всегда будем рядом, чтобы ни случилось. В какую бы беду или загадку вы ни попали, мы будем с вами, чтобы поддерживать вас. Знайте, что что бы ни было, вы не одни и больше никогда не будете одни. После этих слов Ричард встал и собирался уйти, как вдруг дверь в комнату Велмы открылась, и он увидел Велму с заплаканными, опухшими глазами. Не говоря ни слова, Велма притянула его к себе и заключила в крепкие материнские объятия. — Спасибо тебе, сынок. И прости, что я вела себя так. Ты прав, в жизни порой случаются неприятные вещи. Но ты здесь, и твои братья тоже с нами, и благодаря вам у нас с Шегги есть эмоциональная поддержка. Прости, что вела себя как ребёнок, и спасибо тебе за поддержку. Мне это было нужно, — сказала Велма, крепко обнимая сына. — Всегда пожалуйста, мама. Я всегда готов поддержать тебя и отца. — И мы с Шегги очень ценим вашу поддержку. — Ты точно в порядке? Если хочешь, я могу остаться с тобой, пока тебе не станет лучше. Можем посидеть, посмотреть кино и просто пообнимать друг друга в тишине. — С большим удовольствием. Проходи, — сказала Велма, взяв сына за руку и заводя его к себе в спальню. Они сели на мягкие подушки, расположенные на полу, и включили один из фильмов Винсента Ван Гампа, обнимая друг друга во время просмотра. Спустя примерно полчаса Велма выключила фильм и уснула на плече Ричарда. Ричард аккуратно подхватил её на руки и переложил на кровать, расположив её голову на мягкой подушке, снял очки, положив их на тумбочку, и укрыл её тёплым красным пледом. Взглянув на её спящее лицо в последний раз, Ричард наклонился над ней и поцеловал её в щёку. — Сладких снов, мамочка, — прошептал он. Выйдя из спальни и тихо прикрыв за собой дверь, Ричард направился в свою комнату, лёг на кровать, укрылся одеялом и мгновенно погрузился в сон.