Юки Конно, часть первая

Юки сидела в отдельной ванной комнате, созданной Шварцбардом специально для неё. Горячая вода пенилась от ароматических добавок для купания, а пузырьки вылетали и лопались, не долетая до её лица. Её не покидало ощущение, что что-то всё-таки пошло не так, как должно было. Где-то внутри себя она чувствовала глухое, почти незаметное недовольство от того, что Элем вытворил такой вот выверт прямо перед тем, как Маки вернулась с поля боя. И нечто внутри неё было недовольно не тем, что он наконец-то подумал о защите дочери вместо неё, а тем, что он остался в сознании после своей клятвы о её неприкосновенности. Будто он был обязан оказаться при смерти. — Борода? Пират, кажется, достаточно восстановил свои процессорные системы, так что его голос не был искажён на этот раз. А откликнулся он без привычного недовольства: — Тебе что-то нужно? — Почему ты предупредил Элема? — Мне показалось очевидным то, что он не мог на сто процентов сконцентрироваться на чересчур опасном для органиков плетении. И что его рассудок затмевает алгоритм, который каждая машина считает во всех разумных антропоморфных органиках излишним. Или тебе интересно, почему события не сложились так, чтобы ты испытала первый опыт процесса, создавшего моего пилота? Как всегда, излишне логичный, ворчливый и несносный десептикон с бзиком на пиратстве указал самую суть. Но он же не мог не понимать, что Юки затруднялась однозначно ответить на этот полувопрос. Как минимум, потому что она не владела собой в достаточной мере, чтобы питать однозначно негативные чувства к отцу девушки с половиной её души. — Не могу сказать. А ты можешь? — Прогноз конкретно этого исхода без моего предупреждения подтверждался с точностью в 99,9(9) процентов. Тебе нужны мои расчёты, или ты сама можешь представить, почему я так решил? — Не надо. Представляю. У нас на борту Эллана, а Элем упоминал, что он уже так чуть не умер, и что они с Вианной его спасали. Сексуальной магией. Случись такое ещё раз, ты бы не мог не предупредить её, если бы она сама это не почувствовала. И Асуна… она бы забыла о том, что злится на него, и что я сама его не люблю. А она училась сексуальной магии у Высших Вампиров, которые её и обратили. Странно, что у тебя есть какая-то вероятность того, что так бы не случилась. — Она всегда есть. Всегда должна быть. — Мне больше интересно, почему я чувствую себя не так, как должна, хотя всё случилось именно так, как я бы хотела. То есть, что ничего не было. Пират замолчал. Юки опустилась под воду по самый нос и пустила пузыри. Мыло чуть не попало в глаза, и она вынырнула. Кибертронец ответил: — Потому что в тебе больше одной разумной сущности. Значительно. И они сдерживаются могущественным договором на грани реальности. Я бы описал это техническими терминами, но когда речь идёт о магии, сложно поддерживать холодную механическую отстранённость. Это… своеобразное проклятие всех трансформеров с модулем вероятностных операций. Девушка подняла глаза к потолку. — Больше одной? Мне понимать это буквально? — Только так и понимать. Ты не задумывалась, почему твоя тень настолько большая, особенно в ментальном плане, что с лёгкостью перекрывает мою тень и тень Элема вместе взятые? А наши способности ты видела только что. В большинстве неразвитых вселенных такие способности обычно называют божественными. Юки невесело усмехнулась: — Я что, похожа на богиню? — Нет. Просто в тебе невычисляемое количество одинаково могущественных копий одной и той же души в разных ментальных состояниях. Самые негативные из которых ограничены максимально агрессивными протоколами защиты в упомянутом мной договоре. Увы, я не могу его просканировать. Могу только гадать, как он устроен. Поэтому ты слишком легко впадаешь в состояние ярости и плохо себя контролируешь. А, учитывая, что в тебе энное количество тёмных отражений одной и той же души, это выливается в откровенное надругательство над материальной реальностью. Подумав немного, Совершенный Меч опустила грустный взор к воде. — Ясно. Это они и недовольны. Другие «я» внутри меня… И их всех во мне держит некое проклятие, да? Им бы понравилось заставлять меня миловаться с Элемом? Делать то, чего я не хочу? Механический голос Шварцбарда её успокоил: — Не совсем. Все они обитают внутри твоего тела и способны выходить только в случае, когда тебе или тем, кого ты любишь, грозит опасность. Причём не только и не столько физическая. А их недовольство обусловлено тем, что они все — девушки подстать тебе. Это природа органиков — стремление к самокопированию через особей противоположного пола. Это основа углеродных форм жизни с Земли. Полезная мутация, развившаяся в процессе продолжительной эволюции. Это и обуславливает удовольствие, которое испытывают ваши тела при воспроизведении ваших меньших копий. Каждая «другая» ты постоянно видит объект вожделения всей женской части твоей команды (включая Асуну, кстати), но их останавливают твои эмоциональные барьеры. Это вызывает их глухой ропот, потому что действовать против твоей воли они не могут. Однако твоё тело… Эта физическая оболочка, призванная уместить в себе столько силы, имеет более активную и даже агрессивную биологическую природу, свойственную не тем видам органиков, которые зародились на Земле. И оно женское. Она уточнила: — Ты можешь это исправить? Пират не согласился: — Нет. Мои возможности не настолько обширны, чтобы менять законы реальностей. Не хватает мощности модуля. Не хватает вычислительных мощностей процессора. Не хватает энергетического запаса Искры. В теории, могло бы хватить Искры Праймуса или Юникрона, но… Они оба не принимают в свои расчёты углеродные формы жизни. И у них никогда не было модуля вероятностей. А тебя не устраивает тело, способное по могуществу сравниться с Сарой Керриган, королевой единого Роя зергов, включающих в себя Рой Сверхразума и Изначальных? — Меня не устраивает, что я испытываю влечение. И не могу его контролировать. Это меня бесит. — Но ведь Элем всеми силами старается соблюдать ваши договорённости. Могу сказать, что процент, с которым он бы их нарушил, не просто ничтожен, такого шанса в принципе не существует. Ноль. Без долей. Без оговорок. Просто ноль процентов. — Поясни. — Твоя физическая форма технически бессмертна. До старости, конечно, ты жить не соберёшься, но вот в краткой перспективе тебя можно уничтожить, только сбросив на звезду. Желательно, в момент, когда та коллапсирует в сверхновую, а затем в чёрную дыру. Это стопроцентная вероятность. Ну, почти, там шанс твоего выживания с помощью теневой магии и твоих копий равняется самому маленькому положительному числу в принципе, которого в большинстве вселенных со схожими исходными данными существовать не может. В остальном успехи попыток уничтожить твоё воплощение местными способами колеблются в районе от ничтожных долей процента до 30-40 процентов. Ну, скажем, если тебя завалить мясом тиранидов, если ты не будешь им сопротивляться или если не возьмёшь их под свой ментальный контроль. Что, полагаю, тебе не особенно требуется ввиду наличия теней. Элем же не собирается умирать или оказываться в таком состоянии, в котором ему бы помогла только тантра, чтобы ставить тебя перед фактом, что иначе вообще никак. Ещё его возможности в вероятностных операциях превосходят мои. Нужны ещё доводы? Юки вновь опустила нос в воду. Нет, доводов не требовалось. Всё равно казалось, что её сделали богиней. По идее, сила должна нравиться, но это угнетало и подавляло. Хотелось стать обычной. Мечницей из Альвхейма. Той, какой была. И не знать всего этого безумия. А ещё хотелось отвлечься: — Как там Маки? Шварцбард никогда не медлил с ответом, если этого не было нужно: — Вернулась на борт, провела диагностику Бога Войны, узнала состояние команды, отца, и вернулась в свою каюту. — Разве её каюта — это не твой мостик? — Нет, это отдельная комната в глубинах этого корабля. Создал в соответствии с её вкусами к жилью и мебели, и с её понятиями об уюте. Она в хорошем настроении, её тело ещё гудит от напряжения после боя и после игры столь громкой музыки, так что можно не опасаться повреждения органических аудиосенсоров. Желаешь поговорить с дочерью? — Если можно. Если она не слишком устала. Кстати, сколько она уже не спала? — 30 часов 23 минуты и 3 секунды. И до сих пор активна, её мозг и тело даже не собираются давать сбоев. Как машина. Юки показалось, что он был неподдельно восхищён. Особенно учитывая, что Маки держала своё слово и не находилась в единстве с машинами дольше, чем обещала ей. Выбравшись из ванны и, обсохнув под потоками горячего воздуха, быстро оделась. — Телепортируй меня к ней. *** Маки как раз собиралась включить какую-нибудь игрушку, чтобы отдохнуть после напряжённого боя-концерта бок о бок с Алисой и Тёмной Асуной, когда в дверь постучали. Адмирал сделал стену прозрачной с её стороны и пару мгновений спустя открыл путь Юки. Эльфийка улыбнулась духовной матери. — Привет, ма. Как у тебя дела? Отражение несносной рок-звезды зеркально вернуло ей улыбку. — Нормально. Как ты себя чувствуешь? Макела Ану Элемис с удовольствием потянулась до хруста в костях и знакомой боли в перетруженных мышцах. — Превосходно! Хочу вот поиграть немного, чтобы разгрузиться. Алису проводила к друзьям, Ангел Доблести осталась с Сороритас, а Тёмная полетела искать своего Кирито самостоятельно. Она превратила несколько хаоситских кораблей в зерговского левиафана, загрузила на него своих марионеток и полетела прочь, чтоб её не атаковали прибывшие имперцы, которые сочли её за осколок флота-улья. Находчиво поступила, однако. Юки согласно кивнула. Тень Тёмной Асуны, замаскированная под разум улья зергов, не выделялась на фоне флотов-ульев тиранидов. Только если для самих тиранидов, которые знали, как должен выглядеть их общий разум. Взгляд Совершенного Меча пал на появившийся из воздуха контроллер. Два контроллера. Она обречённо выдохнула: — О, нет… Маки усмехнулась: — Ой, да брось, ма. Тебе, думаю, тоже надо бы отвлечься. — Ты читер. — Да не, просто хорошо играю. Ну так как? Идёшь? Юки недовольно посмотрела на дочь и, подойдя, села рядом, взяв контроллер. Надо признать, девчонка умела провоцировать. Сев поудобнее, она подождала, пока Маки выбирает игру из обширного списка, и сказала, пока та выбирала из нескольких файтингов: — Я хочу поговорить о твоём отце. Маки замерла, не определившись с выбором. Спросила: — О чём конкретно? — Мы с ним чуть не переспали. Если бы… Борода не предупредил его… — А-а, вот оно что. Ма… Она посмотрела на Юки. — …Он нас любит. Самозабвенно. Он не думал о плетении, он думал о нас. И его чувства всегда откликались взаимностью, он к любой женщине может найти подход. Он всегда верит тем, кого любит. А мы… ну, наша семья, мама Эллана, тётя Ви, мои сёстры… мы верим ему. Юки тихо вздохнула. — А я думала, что он только этого и хотел. — Он хотел взаимности, ма. А не твоё тело. На меня он ведь не смотрит, как на женщину. Хотя я, на его вкус, привлекательнее человеческих девушек. Без обид. Юки снова улыбнулась. — А я думала, что он не делит женщин по расам. Маки кивнула. — Он и не делит. Всё-таки, что ни говори, а быть принцессой и вообще притворяться бабой он умеет, так что знает толк в нашей красоте. Эльфийка рассмеялась, вспомнив что-то. — Помнится, я его как-то с тётей Элин перепутала, хотя она старше его лет на сто. Всё из-за зеркальных причёсок и накладной груди. Папа при желании даже её голос воспроизвести может. Только тётя Элин чистый маг. — Понятно. А для тебя кто предпочтительнее? — Ну-у, знаешь… просто мужскую красоту я могу оценить, но вот эти… круглые уши… Ох, они меня просто вымораживают! Её аж передёрнуло. — Я не могу себе даже представить что-либо большее между мной и любым человеком, чем рукопожатие. Ты и Тётя Асуна — исключение. Вы — семья. Юки смутилась: — Почему? Люди так уж отвратительно выглядят? Маки фыркнула. — Люди отвратительно себя ведут. В любом из миров. Правило такое. За очень редким исключением вроде тебя, или Геральта, например. — А кто тебе ещё нравится? Она задумчиво хмыкнула. — Хм. Дай подумать… Макела посмотрела в экран. Иконки с играми сменились знакомым рабочим столом. Открылась папка с фильмами и сериалами. Юки удивилась их количеству: — Я думала, что пока ты была под крылом у Юджио, у тебя не было времени на игры и кино. Маки пожала плечами и скрестила ноги под собой. — На самом деле, его радовало, что я время от времени просто торчала на борту корабля, не вылезая из каюты. Между тренировками было свободное время. Я же не могла бесконечно постигать Путь Тени и совершенствоваться в Пути Меча. Ну, пока киборгом не стала. А чем ещё мне было заниматься одной на космическом корабле, весь экипаж которого — два наставника Пути Тени, да ангел, друг семьи? Вот и смотрела всё подряд. Ещё в первое время удивлялась, что можно не только читать, но и смотреть, и играть. Я ж из средневекового фэнтези родом… Она начала искать взглядом любимые произведения земного кинематографа и игровой индустрии. — …Вообще, больше всего мне нравится Думгай. Он первым приходит на ум. Потому что прямолинейнее этого персонажа нет никого в принципе. Ему говорят что-то сделать аккуратно, а он тупо всё ломает, потому что использовать энергию ада — зло. Не нашёл телепорт, зато нашёл пушку, ему говорят, что это оружие, а ему просто пофиг. Улыбка стала радостнее. — Обожаю его. Иконки с выбранными картинами увеличивались в размере. — Ещё нравится Данте, потому что всерьёз он относится только к брату. И то не всегда. Каждая его насмешка словно произведение искусства. Но больше мне нравится Вергилий. Как раз именно потому, что он — высокомерный говнюк. С его насмешками та же история. Неро стоит где-то после них. Геральт из Ривии нравится, потому что воин, потому что честный, потому что профи. Вернон Роше, как ни странно, тоже. О краснолюдах вообще молчу, люблю просто всех скопом. Ну, друзей Геральта. Цирилла Фиона Элен Рианнон. Думаю, объяснять не надо. Мне как-то говорили, что я напоминаю её в тринадцать лет. Тоёхиса Шимадзу из Скитальцев — воин до мозга костей, неадекватный берсерк (а не самурай), ненавидящий бесчестье. Уважаю все эти качества и не вижу в нём человека… Она замолчала и вернулась к поиску игр. Юки поинтересовалась: — И это всё? — Нет. Ещё есть Тай Лунг. Круче рукопашника я в жизни не видела. Правда, его подвела одержимость Свитком Дракона, а вот если бы он стремился победить, он бы победил. Особенно если бы восстановился после двадцатилетнего заточения в Чор Гом. Мастер Шифу. Строгий, но хороший учитель. Он бы смог победить Тай Лунга, если бы хоть раз атаковал, но увы. Байонетта. Пошлая тёмная ведьма, которая красиво дерётся, красиво двигается, танцует и подкалывает противников не хуже братьев-демонов. Жанна туда же. Эта ведьма ох как сильно меня бесила, потому что это вторая Байонетта. Я даже заучила их танец из бонусного видео к игре… Она включила как раз одну из частей одноимённой игры. — …Кстати, лично я во время игр не думала о том, что Нэль делала со мной, пока папа искал тебя. А фантазия у неё куда более богатая, чем у тебя. Поверь. И добавила уже без улыбки: — И язык длинный. Юки вновь вздохнула и приготовилась к игре. — Ну, раз тебе это помогло… — …Ма, я хочу поговорить с ней, а не дубасить её. Это с Трин по-другому было нельзя, а Нэль мягкая и нежная. Она в своей жизни никого не убила, даже мясо себе магией создаёт. Любвеобильная не в меру, это да. Но лучше так, чем сходить с ума от жажды крови, как Асуна. — Это Ненэль тебе рассказала? — Нет. Тётя Ви. Её мама, то есть. И тётя Серана. Она-то как раз вампир. Кстати, а почему Асуна у тебя не такая же любвеобильная? Бабушка рассказывала, что она Кирито любит так же сильно, как Ви любит папу. А Ви — суккуба, которой её сделала ты по образу сестры через свою кровь. Совершенный Меч пожала плечами. — Асуна говорила, что переболела идеей стать суккубой. Но она хотела стать сильнее. А Тёмная говорила, что у нас в её жизни был роман. Неуёмная похоть мамоно, думаю, вот в чём причина. Девушки-монстры же зациклены на сексе. А Асуна не хотела становиться нимфоманкой. — Но наплевала на жажду крови? Это ж хуже, чем похоть. Юки согласно кивнула. — Хуже. Я видела, что с ней происходит, если она терпит жажду. Больше такого я видеть не хочу. ***