5

      Часы застучали, заставив Зою подпрыгнуть в кресле. Подняв голову, она уставилась на массивные настенные часы, чье металлическое тиканье казалось ей громче собственного сердца. Полночь. Сколько же времени она здесь просидела? Зоя зябко обняла себя руками, понимая, что студеная прохлада комнаты обволакивает. Полночь. Сколько часов прошло, сколько она отсидела здесь в полном одиночестве, потерянная в лабиринтах собственных размышлений? Зоя поднялась с кресла, чувствуя, как затекли ноги, и направилась к столику. Пересохшее горло закололо, когда наконец был выпит стакан воды. Она осмотрела спальню. Темная комната, освещенная лишь бледным светом луны, что лился сквозь полуоткрытые занавески. Даже свечи не зазжжены.       Зоя вернулась в кресло и и вновь погрузилась в себя. Где-то в глубине сознания копошились мысли, словно насекомые, прячущиеся от света. Она не могла отогнать от себя навязчивые образы будущего, что мелькали перед внутренним взором. Она откинулась назад, закрыв глаза и стараясь унять звенящую в ушах тишину. Сердце больше не грохотало в такт часов, но теперь она слышала, как оно стучит чуть спокойнее, в глубине своей груди. Мысли о будущем не приносили утешения — горизонт казался ей таким же непроглядным, как и настоящая ночь за окнами.       Однако в самой глубине её сомнений и тревог теплилась слабая искра надежды. Рука безвольно легла на живот. Она знала, что рано или поздно это бы случилось и не потому, что это нужно. Ей хотелось сделать Николая счастливым, родить детей и растить их вместе. Он будет хорошим отцом. В этом Зоя точно была уверена, но она сомневалась, справиться ли она с ролью матери. Быть может, стоит дать шанс времени, позволить ему залечить раны прошлого и открыть двери для новой жизни?       Зоя часто говорила себе, что любовь сделает её сильнее, что она и Николай смогут преодолеть все преграды вместе. Но прошлое, как мрачная тень, часто настигало её, порождая сомнения. Она знала, что нужно отпустить боль, нанесённую прошлым, но это оказалось сложнее, чем она ожидала. Каждый вечер, лежа в постели рядом с Николаем, она мысленно молилась о том, чтобы завтра принесло больше уверенности в себе и своих силах.       Дверь спальни открылась, пуская свет из гостиной. Головы она не повернула, но боковым зрением увидела силуэт мужа. Зоя почувствовала тихий скрип двери, но продолжала сидеть неподвижно. В комнате зажегся свет, заставив поморщиться. Она отвернула голову и старалась не выдать волнения, которое охватило её с момента возвращения в покои.       Николай, видно заметив её сдержанность, подошёл ближе, осторожно прикоснулся к плечу. Его рука, тёплая и весомая, казалась якорем, который мог удержать её на этом месте.       — Ты в порядке? — прозвучал его голос, полный легкой тревоги.       Она медленно кивнула, не отводя глаз от окна. Она знала, что сиюминутный покой всё равно будет нарушен, но хотела оттянуть этот момент ещё на немного.       — Я просто задумалась, — наконец произнесла она, чуть хриплым от неиспользования голосом.       Ложь была почти неуловимой, но она чувствовала, как её собственные слова пробивают минимальный щит, который она пыталась создать внутри себя. Николай, понимая, что не стоит слишком давить, сел рядом на соседнее кресло, всё ещё надеясь прочитать её мысли. Его присутствие, несмотря на все её внутренние терзания, всё же вызывало в ней чувство безопасности.       — Как прошел прием?-решила нарушить молчание Зоя.       — Плохо.       Зоя наконец решилась посмотреть на него.       — Почему?       Он провёл рукой по её волосам. Зоя внутренне признавала, что этот жест всегда успокаивал её в моменты беспокойства.       — Потому, что там не было тебя.       Ее взгляд снова опустился.       — Маргарет сказала, что вы встретили Зарину, и ты ушла с ней.       Дыхание Зои застыло. Николай не сводил с нее взгляда, но она все так же молчала. Зоя пыталась собрать мысли и найти правильные слова в своем замешательстве, но все путалось. Николай наклонился к ней и взял ее руку в свою, переплетая их пальцы.       — Ты не вернулась на прием... Что Зарина тебе такого сказала? Если что-то беспокоит тебя, ты можешь мне рассказать, — его слова, спокойные и убедительные, повисли в тишине комнаты, заполняя собой ту пропасть, которая, казалось, возникла между ними.       Зоя глубоко вдохнула, собираясь с духом и решая, как разделить с ним тот груз, который так неустанно давил на её плечи. Николай продолжил полным заботой голосом:       — Что бы там ни было, ты же знаешь, что я рядом. Всегда вместе и с тобой. Я верю в тебя и знаю, на что ты способна. Зарина может говорить что угодно, но ты справишься. Ты раз за разом показываешь силу и целеустремлённость, которые не поддаются никаким словам. Так что сейчас...       — Я беременна.       Слова эхом пронеслись по комнате, как раскат грома, заставляя Николая замолчать. Он застыл, словно задержался во времени. Как статуя, что уставилась округлыми глазами. И больше ничего.       Она, взволнованно сжимая пальцы, продолжила смотреть на его лицо, где медленно сменялись эмоции. Сначала это было удивление, за ним проснулся страх, а затем нечто неописуемое — неуверенность и замешательство. Казалось, он боролся с самим собой, его мысли путались словно клубок ниток, которому срочно нужно было найти конец. Зоя ожидала хоть какой-то реакции, но он продолжал таращиться.       — Я тебя не тороплю,- она упала на спинку кресла.- О, и если ты еще не успел осознать, то отец- ты.       Зоя закинула ногу на ногу и скрестила руки. Николай, опомнившись, наконец вдохнул полной грудью, будто только что вынырнул из-под воды.       — Святые...Что?       Из груди Зои вырвался стон. Она закатила глаза.       — У нас будет ребенок, Николай.       Он провел рукой по волосам.       — Но, как это получилось?       Зоя шумно выдохнула. Она ожидала разных реакций, но то, что он начал так тормозить, теперь снова заставило ее нервничать.       — Мне и это тебе объяснять? Ты серьезно? Давай поговорим, когда до тебя наконец полностью дойдет?       Она встала с кресла и направилась в сторону кровати, но дойти не успела. Крепкие руки мужа подхватили ее, стиснули в объятьях и закружили. Зоя почувствовала, как её сердце учащённо забилось, когда Николай прижал её к себе с такой силой и теплотой. Он шепнул ей на ухо:       — Родная, прости, - Николай, продолжая ее кружить, шептал ей на ухо. - Просто я… я в шоке. Это же так неожиданно, но, знаешь, мне кажется, что это самое лучшее, что могло случиться с нами.       Он остановился и посмотрел ей в глаза, полный искренне радующегося удивления. В его взгляде не было больше смятения или растерянности, и Зоя наконец почувствовала долгожданное облегчение. Внутри все дрожало от волнения, но теперь это было другое ощущение — не тревога, а радость.       — Это будет невероятно, - продолжал Николай, держа ее в объятиях. - Мы будем самыми лучшими родителями, какими только можем быть. Я хочу, чтобы наш ребенок вырос в любви и заботе.       Зоя обмякла. Николай почувствовал и отстранился.       — Что тебя так беспокоит?       Она ощущала будто снова ей что-то давит на плечи и села на кровать. Зоя опустила взгляд, стараясь собраться с мыслями. Тишина в комнате казалась ей оглушающей.       — Если ты боишься родов или за здоровье малыша, то мы найдем лучших целителей в мире.       — Я боюсь, что не справлюсь, - призналась она, искренность ее слов прозвучала как тихое эхо в комнате. - Как я могу быть матерью, если у меня самой...       Николай, продолжая стоять перед ней, присел, чтобы быть на одном уровне с её взглядом. Он взял ее руки в свои, чувствуя, как она немного дрожит.       — Все будет хорошо, - уверенно сказал он, встречаясь с ее глазами. - У нас с тобой у обоих неудачные примеры, но я верю в нас, и я верю, что мы научимся. Мы рядом, и мы вместе, и это самое главное. У нас впереди целая жизнь, чтобы учиться и поддерживать друг друга. Зоя, родная, я обещаю, мы сделаем всё возможное.       Николай нагнулся, чтобы поцеловать ее в лоб. Зоя поддалась навстречу и крепко обняла мужа. Она вглянула на часы.       — Уже за полночь, так что с годовщиной тебя, муж.