Засада

      В узком переулке пахло солью и гнилыми водорослями, близость порта давала о себе знать. Высокие стены из серого камня, покрытые тёмно-зелёным мхом, нависали с обеих сторон, создавая гнетущее ощущение ловушки. Редкие масляные фонари отбрасывали неровный свет на влажную от морской взвеси брусчатку.       — Дерьмо! – Варрик перекатился за покосившуюся колонну, украшенную полустёртым орнаментом. Его короткий охотничий плащ был забрызган грязью, а на лице блестели капли пота. – Хоук, слева, смотри!       Марион развернулась, выставляя мерцающий голубоватым светом барьер. Её чёрные волосы растрепались в бою, а по виску стекала тонкая струйка крови. Разбойники прижали их в узком переулке – слишком много для случайной стычки. В тусклом свете поблёскивали добротные клинки и начищенные нагрудники, эти люди явно не были обычными бандитами. Засада.       — Нужен лёд! – крикнула Изабелла, уворачиваясь от вражеского топора.       Марион потянулась к магии, но тут же отшатнулась, Фенрис прошёл сквозь её заклинание, словно его и не было. Его татуировки ярко вспыхнули, ослепляя ближайших противников. Концентрация Марион сбилась, и она не смогла воссоздать нужную магию.       — Следи за своей магией, Хоук!       — А ты следи за своими фазовыми прыжками! – огрызнулась она, чувствуя, как кровь закипает от злости. Он ведь специально это сделал!       Очередной разбойник прорвался к ней. Марион выругалась, делая надрез, магия крови была быстрее обычной. Фенрис дёрнулся, сбиваясь с ритма боя.       — Чтоб вас! – Изабелла крутанулась между ними. – Или работаете вместе, или все сдохнем! Ну, кроме меня, я свалю и не обернусь, мать вашу!       Марион стиснула зубы. Права. Будь он проклят, Иза права.       — Фенрис! – крикнула она. – Твой клинок. Сможешь его зачаровать?       Он метнул в неё яростный взгляд, но кивнул. Марион сконцентрировалась, направляя магию в его меч. Лириумные татуировки вспыхнули, резонируя с заклинанием. Следующая атака Фенриса снесла троих разом. Марион прикрыла его барьером, и на этот раз он не стал уклоняться.       — А вот теперь, – Варрик перезарядил Бьянку, – это больше похоже на работу команды. Но хромаем ещё, товарищи, хромаем.       Когда последний разбойник упал, Фенрис повернулся к Марион:       — В следующий раз предупреждай.       — Это ты себе, дружочек? В следующий раз не беги под мои заклинания.       Они смотрели друг на друга – злые и взмыленные. Не зная, что сказать.       — Ну наконец-то, – пробормотала Изабелла. – А то я думала, они друг друга поубивают. Не, ну было бы эффектно, но потом грустно. Вы такие хорошие малышики.       — Делаю ставку на... – начал Варрик, хохоча.       — Заткнись, Варрик, – хором ответили Марион и Фенрис, и тут же отвернулись друг от друга.       Группа отдышалась и проверила друг друга на наличие ранений.       — Нужно осмотреть трупы, – Марион вытерла кровь с руки. – Это не обычные бандиты.       — Согласен, – Фенрис уже обыскивал карманы главаря. – Слишком хорошо вооружены.       — И слишком хорошо знали, где нас ждать, – Изабелла присела рядом с одним из тел. – О, что тут у нас?       Она достала помятое письмо. Варрик выхватил его:       — «Перехватить группу Хоук. Особое внимание магессе и эльфу с татуировками». Подписи нет.       Марион и Фенрис переглянулись.       — Данариус? – она подняла бровь.       — Или храмовники. Или разбойники, – его губы сжались в тонкую линию. – У тебя становится слишком много врагов, магичка.       — У нас, – поправила она. – Теперь у нас. Ты ж с нами, не забыл?       Что-то промелькнуло в его глазах, почти растянулось в улыбку. Удивление? Признательность? За эту долю секунды Марион не смогла понять, момент был упущен.       — Нужно уходить, – Изабелла поднялась. – Стража будет здесь с минуты на минуту. Я не готова к ещё одному бою.       — «Группа отступников отбилась от очередной засады», – продекламировал Варрик. – «Храбрый гном спас положение...»       — Варрик!       — Что? Я просто планирую завтрашний рассказ в таверне. Я писатель, не забывайте!       Фенрис фыркнул, в этот раз в его взгляде на Марион было меньше враждебности. Совсем немного меньше.