Выжившие во тьме

      

Глава 9. «Выжившие во тьме»

             Себастьян устало смотрел на замершего Пауля. Тело последний раз дёрнулось в конвульсиях и обмякло. Только тогда парень позволил себе хотя бы чуть-чуть расслабиться. Мачете выпало из уставшей кисти. Колени подкосились, и Эванс уселся прямо на холодный пол.       — Не сиди ты на холодном... — с тихой заботой проговорила его любимая, помогая брюнету встать. Тот устало вздохнул, но затем взглянул в глубокие, голубые глаза, посмотрел на её нежную улыбку, натянутую лишь для того, чтобы самый близкий человек не унывал. На лице писателя появилась лёгкая ухмылка. Искренняя и тёплая. Рука, вся в синяках и ссадинах, легла на талию девушки и потянула её в нежные объятия.       — Спасибо, что ты есть... — вдруг прошептал мужчина. От этих слов по хрупкому телу Эли прошлась приятная дрожь. Улыбка стала настоящей.              Между тем солдаты собирали с пола разбросанные во время боя инвентарь и оружие. Имран и Михаил уволокли павшего товарища в главный зал, где уже лежал Андрей. Помещения больше не менялись и вернулись в изначальную планировку. На улице уже распластались погибшие Зайцев, Влад и Крейн. Всю пятёрку уложили в ряд. Подошедший Борис, прикусив губы то ли от тоски по друзьям, то ли от боли в ноге, принялся медленно и неторопливо поливать трупы бензином из канистры, найденной в подвале особняка. В это время в подвале Роман внимательно осматривал тело аристократа совместно с Ханом.       — Чё делать с ним будем? — хмуро спросил у главы якут.       — Неси масло. Жечь будем, — твёрдо процедил лысый, извлекая из нагрудного кармана дорогую сигарету коричневого цвета с золотистым колечком, отделяющим содержимое цилиндра от фильтра. Комнату постепенно наполнял запах дорогого табака. Кирилл прикусил пересохшую нижнюю губу. Его глаза слегка прищурились, фокусируясь на свёртке табака. Руки пронзила мелкая дрожь, но парень подавил в себе жажду и продолжил слушать Свету.              Это заметил Роман и медленно подошёл к кудрявому, который о чём-то говорил с Никой, Олегом и Светой.       — Как эти твари похожи на тех, кто был в деревне... — с ужасом в глазах проговорила блондинка. Перед её лицом обрывками вспыхивали мгновения штурма тварями её посёлка. То, как старика Клима пронзают стрелы, как Гену и Юли соединило снарядом лука, как Лунатики рвали жителей на части. А также вспомнились мерзкие, липкие прикосновения брата. Девушка поморщилась, прижалась к парню. Рыжий погладил её по голове.       — Опять? — вздохнул он. Светка лишь кивнула, а на груди парня появилось небольшое мокрое пятнышко. Механическая рука начала медленно поглаживать спину.       — Всё же жаль немного тех парней... — вдруг устало прохрипел Кирилл. Тут его плеча коснулась холодная рука. Кудрявый обернулся и перед его лицом была пачка сигарет. Одна трубочка торчала, поблёскивая золотистой ленточкой.       — Держи, — спокойно предложил бородач.       — Я не беру подачки с крысиной лапы, — язвительно отчеканил Киря, натянув на лицо ехидную улыбку. Ромка вдохнул дым и молча покинул их.              Хан тем временем поливал обезглавленный труп немного густоватой, золотистой жидкостью. Она слабо переливалась серебром.       — А что это, Рома? — поинтересовался парень, на чьём затылке при каждом повороте головы моталась плетёная коса.       — Освящённое масло с серебряной стружкой, — без эмоций сказал главарь. Он дождался, пока его подчиненный закончит, а затем медленно швырнул в залитого мертвеца тлеющий окурок.       Пауль вспыхнул мгновенно, покрывшись фиолетово-голубым пламенем. Языки сначала взмыли вверх, а затем осели, не смея возвышался больше пары сантиметров.              «Гори в Аду» — подумал Ромка и медленно направился к лестнице. Танзина удалось привести в чувство. Раненый даже смог встать, но к сражениям не был готов. Хан, закончив возиться с догорающими останками Пауля, помог товарищу покинуть особняк. Группа ребят также поднялась наверх, стараясь не смотреть на место кровавой бойни.       Все собрались наверху, возле входа в дом. Наёмники проверяли оружие, боеприпасы и одежду. Борис заменил свои тактические штаны и куртку на точно такие же из большущей сумки. Теперь им вновь приходилось волочить за спинами тяжеленые рюкзаки. Лес по-прежнему окутывала тьма из-за налитых жидкостью туч. Роман бегло осмотрел округу, взглянул на экран небольшого телефона, а потом заявил:              — Двигаемся туда, — рука указала на участок леса, слегка покрытый туманом.       — А это вообще хорошая идея? Туман ведь может переместить нас чёрт знает куда... — усомнился в решении босса Борис.       — Это не тот туман, — влез в разговор Танзин, — тогда приборы зафиксировали мощный выброс потусторонней энергии.       — Вот, Боря, видишь? Не опасно это. И да... Теперь ты вместо Андрея.              Мужчина удивился и помрачнел. Пять человек погибло в жутком особняке. Сейчас их облили горючей жидкостью и вот-вот подожгут. Трупы вспыхнули и это ознаменовало продолжение экспедиции. Наёмники синхронно двинулись за главой в чащу леса. Ребята же шли отдельно позади. Молча, разбившись по крохотным группкам              — Себастьян... — тихо обратилась Эли к любимому.       — Что случилось? — настороженно спросил тот.       — Живот болит, — жалобно выдавила из себя брюнетка.       — Мать твою... — выругался Себ, — сильно? — он взглянул в её сияющие жизнью очи. Она лишь коротко кивнула.       Тут к ним подошёл Олег, в чьих глазах также читалось напряжение.       — Себ, Эли, я хочу с вами... — рыжий быстро оборвал свою речь, заметив прижатые друг к другу губы девушки, — что с ней? — удивился инвалид, ясно знающий, что Элизабет не ранили в ходе битвы.       — Живот почему-то болит... Щас разберусь, — уверено проговорил Эванс и подошёл к ближайшему бойцу. То был Боря.              — Хей? — обратился к здоровяку писатель.       — М? — вопросительно хмыкнул бородатый, взглянула на парня краем глаза.       — У вас есть обезболивающее? — решительно спросил бывший следователь. Новый заместитель Ромки вздохнул, покосился в сторону своего начальства, а затем прохрипел:       — Вообще... Вам не положено... — он выждал небольшую паузу и затем добавил: — но держите... — прошептал мужчина и быстро сунул в руку пленника небольшую, стальную ампулу. Это был цилиндр серебристого цвета со стеклянным окошком. На нём была начерчена измерительная линейка на пять миллилитров. Внутри находилась жидкость фиолетового цвета. Чуть выше стекла была кнопка такого же цвета, как и сама ампула.       — Что это?       — Считай прокаченный анальгин. Нажми кнопку и выступит игла. Колоть нужно ближе к месту боли. Действует мгновенно и долго, но нужен интервал между приёмами примерно сутки, иначе херово станет, — шёпотом протараторил боец и отошёл от Эванса, как только заметил на себе подозревающий взор Яна. Он не стал ждать благодарности от парня.              Себастьян спокойно вернулся к девушке, находясь в раздумьях.       «Стоит ли колоть эту дрянь ей? А вдруг ей станет хуже?» — проносилось в его уставшей голове по пути к жене. К рыжему и брюнетке тем временем стеклись Кирилл с Никой, Макс, Вера и Игорь с Гришей.       — Я нашёл, — проговорил Эванс, подойдя к любимой.       — Что это? — задумчиво спросила вместо девушки Света.       — Обезбол.       — Ты будешь колоть ей это?! — шёпотом удивился Кирилл, выделив последнее слово восклицанием.       — А что ты предлагаешь? — просипел следователь.       — Ну... Уж точно не колоть хер пойми что. Эта жижа фиолетовая, сука!       — Он прав, Себ... Выглядит это сомнительно, — буркнула Вера.              — Пусть вколет, — прохрипела девушка, взглянув на своего мужа. В её глазах было доверие. Брюнет аккуратно приподнял её чёрную рубашку, а затем аккуратно ввёл содержимое шприца. Эли тихо ойкнула, а затем с удивлением проговорила: — Боль прошла...       — Это всё равно странная херня, — угрюмо буркнул Кирилл, — я бы им не доверял.       — Главное чтобы хуже не стало, — подметила Лариса, следуя за наёмниками впереди.       — Не станет, — вдруг вмешался Макс. Группа вопросительно взглянула на рыжего парня, шедшего позади всех. Его голова была опущена вниз.              — Чего это ты так уверен в этом? — недоумевал Кирилл.       — Мне эту херь кололи уже. Просто усовершенствованный обезбол. Действует быстро и эффект долгий. Только нельзя несколько подряд колоть.       — А тебе её нафига кололи? — спросил Игорь, а затем осёкся, вспомнив рассказ Максвелла.       — Почему они именно тебя содержали? — обратилась к бледному Вайолет. Парень помолчал, затем подошёл ближе и заговорил уже шёпотом, изредка глядя на солдат.              — В общем, я немного больной. У меня диагностировали шизофрению лет в пятнадцать и отправили лечиться. Это помогало, и я даже смог нормально жить. У меня была девушка, нормальная работа и свой анимационный проект, а потом... — вдруг глаза психа на миг стали будто стеклянными. Он вздохнул, стиснул зубы и продолжил: — к нам домой ворвались эти уроды. Что-то вкололи мне, а потом всё как в тумане. Очнулся я в койке, а передо мной какой-то мужик в белом халате и с нашивкой Фекрума. Они ставили на мне опыты и изучали... Уверяли, что во мне кто-то живёт. Поехавшие на голову садисты, вот кто они! — озлобленно процедил Макс.       — Неужели твой диагноз был просто предлогом для экспериментов на людях? — с ужасом в голосе спросила Света.       — Угу... — вздохнул испытуемый, бросив взгляд на идущих впереди.              — Думаешь они поголовно мудаки, садисты и убийцы? — обратился к жертве тайной организации Слава.       — Хрен его знает... Но я знаю точно, что почти все они добровольцы и пришли сюда из-за огромных выплат, — буркнул Макс, а на его лице мелькнула нервная улыбка.       — Не боись, Макс, ответят они за всё, — постарался подбодрить его Игорь.       — Конечно ответят, — как-то жутко проговорил рыжий.       — Да скорее бы уже. Я так домой хочу, — грустно проговорила Вера.       — Ну, под этим конвоем даже не поговорить толком, — вздохнул и возмутился Олег. — Ни выговориться, ни отдохнуть.       — Да пиздец! — добавил Себ, поглаживая Элизабет. — Никогда не думал, что мы опять будем здесь.              — Знаете, я тут хотела кое-что сказать, — вдруг начала Лариса. Ребята вопросительно уставились на девушку. Та перешла на шёпот и медленно заговорила:       — Я за какое-то время до похищения видела что-то странное. Точнее часто мельком замечала людей, одетых в какие-то слишком похожие смокинги. Может, у меня сейчас просто паранойя, но походу эти уроды следили за нами.       — Да, следили, — подтвердил её слова Макс.       — А ты об этом знал? Откуда? — удивился Кирилл.       — А ты думаешь, что я в камере просто хернёй страдал? — самодовольно ухмыльнулся рыжий. — У этих придурков там что-то по одному месту пошло и было решено собирать экспедицию.       — Что ж там случилось, что им пришлось сюда идти так срочно, так ещё и нас собирать... — воспроизвела вслух свои мысли Света.       — Хорший вопрос, но чтобы это ни было, мне плевать на их цели, — проворчал Гриша, с неприязнью глянув на Рому.              Пока друзья ворчали о Фекруме, Максвелл аккуратно подкрался к Эвансу и сказал:       — Себастьян... Мне нужно тебе кое-что сообщить. Это нужно наедине обсудить, — протараторил парень. Брюнет и его возлюбленная, недоумевая переглянулись, и мужчина молча отошёл вместе с бледным. Двоица постаралась незаметно пристроиться в конец группы, но это заметил Кирилл. Кудрявый вопросительно взглянул на друга. Тот в ответ показал жест «Окей». Однако Горшкова это не особо успокоило, и он всё же поглядывал на парней с опаской.              — Чего ты хотел?       — Вы же хотите освободиться? — внезапно поднял неожиданную тему.       — Ну... да, а что? Ты можешь это организовать? — саркастично усмехнулся Себ.       — Да, но никому об этом! — как можно тише и убедительнее процедил парень в белой рубахе.       — Так, хватит шутить... — проговорил писатель. С его лица медленно исчезла улыбка.       — Не шучу, — твёрдо заявил рыжий, чем-то ткнув в бедро мужчины. Взор карих глаз настороженно спустился и замер.              Макс быстро достал из рукава небольшой пульт, который тут же отправился в еле заметный карман на поясе. Он прикрывался бляшкой ремня. Кармашек явно был пришит к штанам уже после выпуска с фабрики.       — Это... — не успел Себастьян закончить мысль даже в голове, как Максвелл тут же произнёс:       — Я это подобрал с трупа того рыжего прихвостня вашего Ромы пока никто не видел. Эта штука снимает блокировку ошейников, — прошептал он так, что даже идущая ближе всех Эли ничего не разобрала.              После услышанного писатель обомлел и тихо проговорил:       — И что ты собираешься делать?       — Дождёмся подходящего момента, и я сниму эти грёбаные поводки с нас. Ну а дальше уже устроим переворот и возьмём власть в свои руки! — заговорщически ухмыльнулся рыжий.       — Ну ты прям злобный гений. А почему никому не говорить?       — Так безопаснее. А тебе сказал, потому что ты, вроде как, у них типа лидер.       — Ну... Вообще, в прошлый раз лидером считали другого человека, — и тут следователю стало не по себе. В голове всплыл образ дерзкого, но доброго парня в кожаной куртке и с бедным лицом.       — Что за человек? Почему его не забрали? — поинтересовался Макс.       — Это личное, — слова были больше похоже на тихий вздох, который Себ попытался замять тему.       — Ладно-ладно, не лезу, — понимающе проговорил рыжий, а затем добавил: — Ну ты всё понял. Я сообщу, когда нужно действовать. Не подведи только, Себастьян, — бунтарь легонько хлопнул нового союзника по плечу, а затем ушёл вперёд.              Себастьян не знал, что и думать. Он шёл всё также медленно, позади всех. И поэтому Эти сама подошла к мужу, тихонько спросив:       — Ты чего, солнце? Всё нормально? О чём вы говорили? — град беспокойства и вопросов отсыпался на писателя. Тот глубоко вдохнул и как-то отрешённо ответил:       — Да, всё нормально. Просто волнуюсь из-за твоего состояния, — Девушка хмыкнула в ответ на объяснения любимого. На её лице мелькнула хитрая, но заботливая улыбка.       — Себ, ты когда пытаешься врать, глаза в пустоту фокусируешь.       «О чём это она?» — думал парень, а затем осознал, что всё это время смотрел в затылок Игоря. «Твою мать...» — мысленно выругался он и посмотрел на любимую.       — Ты права... — виновато пробубнил он.       — Ну так я ведь жена следователя, хоть и бывшего, — улыбнулась миссис Эванс, после чего сказала уже с пониманием и заботой: — Я вижу, что ты волнуешься обо мне, но это ведь не всё.              — И ты как всегда права... — вздохнул Эванс, понимая, что эта весёлая девушка рядом очень помогает ему оставаться в здравом рассудке. Он собрался с мыслями и тихо зашептал: — Короче... У Макса есть какой-то способ свергнуть наших сопровождающих.       — Чего?! — понизив голос до еле слышного шёпотка, спросила девушка.       — Какой способ? — также тихо спросил подошедший справа Кирилл.              — Так, вы оба... — обратился к другу и жене парень, — я вам скажу, но никому ни слова. Макс попросил. Короче, он сказал, что расскажет позже. Когда будет подходящее время. А пока что нам нужно просто не подавать вида, что мы что-то готовим, — тихо прошептал писатель, а в ответ услышал от Кирилла:       — Ты ему веришь?       — Ну, не сказал бы, что доверяю. Просто взял на заметку его слова.       — Да, слепо верить душевно больному херовая идея, — добавила Элизабет.       — Тот громила пялит на нас, — вдруг процедил кудрявый, не сводя глаз со своего друга.       — Потом договорим тогда, — проговорила Элизабет, после чего троица вновь нырнула в группу.              Там только зарождался разговор, который начала Ника:       — Всё же тут как-то безопаснее, чем в той части мира, где были мы. Нас вечно кто-то преследовал, а тут твари нападают только если заметят.       — Есть такое, — вторил ей Олежа.       — Но даже с такими слабыми тварями эти хвалённые наёмники справиться не могут, — проворчала Лариса.       — Вы всё ворчите? — улыбнулась Элизабет.       — Ага, — буркнул Макс.       — Как твой живот? — поинтересовалась у подруги Света.       — Не болит, вроде... Походу тот препарат всё же работает.       — Я бы всё равно не колол его больше на твоём месте, — с опаской сказал Олег.       — Давайте без паранойи только, — попросил Эванс, угрюмо осматривая округу.       — Эх-х-х, — протянул Киря, — шашлыка бы щас...              Разговоры текли вместе с лесным массивом, который то редел, то густел. Туман, слабый, не похожий на тот, что переместил группу, обвивал тонкие стволы берёз, клёнов, лиственниц, ясеней, ольх и прочих деревьев. Их кроны объединились с тяжёлыми от влаги тучами, из-за чего солнце еле доставало землю своими слепящими лучами. Лес был погружён в полумрак, на котором туман был более заметен, нежели на улице было бы ясно и светло. По этой причине на шлемах наёмников горели яркие, налобные фонари. Пленникам же раздали небольшие, карманные фонарики.       Шли они ещё минут тридцать. Тридцать минут ходьбы среди дружеской болтовни, окружённой молчанием вооружённого до зубов эскорта. Вокруг не было слышно не только тварей, но и животных. Гробовая тишина окружала этот туманный лесок.              — Слушайте, может привал? — нарушил солдатскую тишину Танзин.       — Устал, молодой? — усмехнулся Ян.       — Живот что-то разболелся... Видимо не отошёл ещё после особняка.       — Окей, минут десять постоим, — согласился Роман и, облокотившись о кривой клён, закурил. Борис тут же уселся возле большой пихты. Михаил и Имран вытянули по сигарете и принялись о чём-то говорить, отойдя подальше. Два тлеющих огонька плыли от низа к губам, далее вниз и снова вверх. Якоб присел на трухлявый пень, возле которого прилёг Тан. Верующий принялся что-то чиркать в небольшом блокноте. К китайцу подошёл Хан и, присев на корточки, спросил:              — Ну ты как?       — Да более-менее... Отпускает вроде.       — Слава Богу, — выдохнул якут.       — К чёрту его... — вдруг буркнул Якоб. Тан и Хан переглянулись, а затем смуглый спросил:       — Кого?       — Его, — отчеканил верующий, указав взглядом ввысь.       — Ты чё, родной, с ума сошёл? Ты ведь всю жизнь верил... — удивился мужчина, начав перезаплетать косу.       — Всему когда-то приходит конец... — многозначительно буркнул бывший верующий, — верил, верил, да, а что толку? Жена сгорела, детей не спас, а работать тут остался. Сколько вон наших погибло в этом гиблом месте, а где он? — голос лысого дрогнул.       — Як, тише... — попытался успокоить его китаец.       — Простите... Накипело просто, — уныло вздохнул мужчина, взял в руки крестик, висевший на шее, но его он не сорвал.       — Да всё нормально, Ефимыч! — постарался разрядить обстановку Хан. В ответ отрёкшийся лишь натянуто улыбнулся.              В это время Ян слегка удалился от группы. Его взор зацепился за высокое дерево.       — Слышьте вы! — обратился он к пленникам. — Кто из вас умеет по деревьям лазать?       Ребята молчали, но тут тишину нарушил подошедший сзади Рома:       — Чего разорался? На кой чёрт тебе дерево?       — Ну как это? Залезем на верхушку, оттуда из бинокля и глянем что поблизости. Тумана вверх нет.       — А их туда зачем?       — А вы хотите, чтобы кто-то из нас туда лез?! — возмутился снайпер и перешёл на повышенный тон. — Вы извините меня, господин Фекрум, — эти слова он выдавил из себя с каким-то трудом и язвительностью к титулу Ромы, — но вам мало смертей? Мы устали, а нам ещё и туда лезть. У них полно сил!              Ромка хотел что-то возразить, но тут позади раздался голос:       — Я полезу, — Вперёд вышел Кирилл.       — Дурак! — прошептала Ника, на чьём лице было явно заметно беспокойство.       — Киря, ты в своём уме? — удивился Олег.       — Ты уверен? — недоумевал глава организации.       — Ну раз ты ссышь, то да. Тем более мне не впервой, — самодовольно улыбнулся кудрявый, а у самого в голове принеслись жуткие картинки: подгнившие тела людей, нанизанные на ветви сосен. Прогнав жуткое наваждение, кудрявый заплёл волосы во вьющийся хвост резинкой, взятой у синевласки. Вздохнул, взял бинокль и рывком подтянул себя на первую ветвь. Затем ещё и ещё. Выше и выше.              Друзья мужчины пристально следили за его силуэтом, который резкими рывками всё сильнее и сильнее скрывался в серой пелене.       — Эль... — вдруг позади темноволосой парочки послышался голос Ромы, который резко добавил: — Э-Элизабет. Можешь отойти? Мне нужно поговорить с твоим... мужем, — проговорил лысый, глядя в глаза парню. Эли настороженно взглянула на любимого, а затем медленно отошла к Свете с Никой.              — Ну и чё тебе надо? — устало проворчал следователь, стараясь не смотреть на предателя.       — Ты бы аккуратнее был с этим... Максом, — проговорил Роман, вытягивая едкий дым. Терпкий, въедающийся в лёгкие и одежду, запах ударил по ноздрям. Парень поморщился и сделал шаг в сторону. Глава тихо кашлянул и стал выдыхать табак в другую сторону.       — А что с ним? Боишься его? — на лице брюнета появилась ехидная ухмылка.       — Нет, просто... Вот что он тебе там наговорил? Что он бедный душевно больной, а мы изверги, пытали его? Выставлял нас ублюдками наравне с маньяками из вермахта?       — Ну типа того, а что? Это не правда, хочешь сказать?       — Хах... Ты можешь считать меня и всю эту организацию последними тварями, но, поверь, мы меркнем на фоне этого урода, — с неприязнью к рыжему процедил Роман.       — Ну так и что с ним?       — Никакой он не шизофреник. Да, её у него нашли, но никакая это не шиза. В нём живут сразу два существа. Человек и нечисть. Ошейник сдерживает тварь внутри него, но как только его снимут... Он возит тебе под ребро нож и не важно, кем ты ему приходился.       — И мне нужно верить тебе на слово? После того, что ты сделал?! — повысил голос писатель. Несколько наёмников Фекрума и друзей Себа повернулись на двоицу.              — Можешь не верить, твоё право, — самоуверенно улыбнулся бородач, швырнув на землю тлеющий бычок, — но не рыдай потом, когда этот псих будет обмазываться внутренностями Элизабет!              И тут Себастьян сорвался, сам того не заметив. Кулак в мгновение ока превратился в тяжеленую кувалду и устремился в лицо Ромы. Однако лысый ловко поймал руку бывшего товарища своим протезом и сжал её. Несильно, но достаточно, чтобы зафиксировать конечность мужчины.       — Урод, заткни свою гнилую пасть! — вырвался полный злобы и лёгкого страха крик из уст Эванса.       — На первый раз я прощу твою дерзость, но потом получишь предупреждение.       — Не подходи больше ни ко мне, ни к кому-либо ещё из них! — прокричал Себастьян, вложив в этот срываемый фальцетом вопль всю злобу, ненависть, ужас и отчаяние, накопленные за время пребывания на иной стороне.       — Как пожелаешь, — холодно отчеканил мужчина. Его брови нахмурились, и он добавил почти шёпотом, чтобы рыжий не услышал: — но ты бы спросил его хоть о том, что стало с его девушкой.       — Пошёл ты на хуй, — процедил Эванс, вернувшись к своим. В полумраке сверкнула белёсая, надменная улыбка Романа.              — Что случилось?! — обеспокоенно промямлила Эли.       — Да этот придурок херню несёт, вот и взбесил, — буркнул всё ещё не успокоившийся следователь.       — Ты первый ему всечёшь, когда от оков избавимся, — злобно просипела девушка. Этот яростной шёпот обжигал уши.       — Вообще на это я претендовал, но, так уж и быть, отдаю тебе эту честь, — ухмыльнулся Олег.              Тем временем сверху, спускаясь по тёмному стволу, вновь стал проявляться кудрявый силуэт. Музыкант быстро и аккуратно спустился до последней ветви, а затем спрыгнул, приземлившись на холодную землю.       — Ну чё там нашёл? — потребовал выложить всю информацию Ян.       — Хм... Деревья, туман... О! Ещё тучи, прикинь, — ехидно огрызнулся Горшков.       — Слышь, шутник хуев, лучше такой хернёй не страдай... — пригрозил серовласый, покачивая стволом винтовки. Кирилл закатил глаза и прохрипел:       — Сука, даже шуток не понимаешь, душнила... В начале я думал, что там нихера нет, но в той стороне, куда мы шли, видно что-то огромное... На гору похоже.       — Сильно большой объект? — задумчиво спросил Имран.       — Ну... Конца я его не увидел, — мужчина пожал плечами, отдав бинокль снайперу.              — Ну чё, Фекрум, будем по горам лазать? — рассмеялся Михаил.       — Ага, но всё обмундирование тащишь ты, — усмехнулся глава.       — Ну сэ-э-эр... — виновато протянул здоровяк.       — Да успокойся. Там по радару должна быть пещера сквозная. Через неё и пройдём.       — Пиздец... — выругался Ян, — теперь нам ещё и по пещерам лазить.       — А ты думал, что всё так легко будет? — усмехнулся Миша, двинувшись к горе. Длинный лишь что-то буркнул под нос и зашагал следом.              Отряд молча устремился в сторону медленно появляющегося из мглы каменного гиганта. Здоровенной горе не было ни конца, ни края. Впереди буквально выросла каменная стена, уходящая вдаль во все стороны.       — Это... гора? — удивился Боря, — Это сраная Китайская Стена! Я даже конца не вижу!       — Это нормально для этого мира, — задумчиво буркнул Имран, — главное, что мы можем пройти её насквозь.       — Что ж за твари там обитать могут... — вслух поразмыслил Хан.              Группа осторожно приблизилась к каменному гиганту. Первый фонарь резко выпустил из себя яркий, белёсый луч. Природные, каменные тоннели зияющей бездной уходили глубоко вперёд. Свет мог нащупать лишь стены по бокам, а вот спереди была лишь тьма. Отряд аккуратно вошёл в пещеру, становясь единственным отголоском света в этой черни. Фотонные мечи скользили по полу, стенам и потолку, нащупывая вокруг лишь голый камень. Каждый шаг, лязг оружия, удар обвеса об одежду наёмников отдавался звонким эхом, отражаясь от поверхности тоннеля. Температура стала явно ниже той, что была снаружи всё это время.              Вдруг тишину нарушили несколько быстрых, широких шагов. Хотя это было больше похоже на прыжки. Рыжеволосый силуэт быстро подскочил к Хану. Луч его фонаря был направлен куда-то в потолок, а резко подбежавший Олежа быстро отключил осветительный прибор нажатием кнопки. За миг до того, как свет погас, глаза якута заметили короткое шевеление.       «Не показалось!» — прокричал внутренний голос.       — Ты чё...? — начал грубым басом рядом стоящий Имран, но тюрок быстро заткнул его рот рукой и прошипел:       — Тише!       — Что происходит? — тише обычного спросил Роман, с упрёком глядя на подчинённого, позволившего пленнику собой потакать.       — Выключите свет! — Громким шёпотом процедил Олег. — Весь свет!              Бойцы хоть и нехотя, но погасили фонари, оставшись в кромешной тьме. Огнев аккуратно включил карманный фонарь, направив луч вниз и тут же получил первый вопрос.       — Объясняйся теперь, что, творишь, пацан, — приказным тоном произнёс Ян.       — Ваши жопы спасаю, — буркнул рыжий. — Ваш Хан посветил какой-то твари прямо в рожу.       — Да, я тоже это видел, — подтвердил слова парня Якоб.       — Нужно уменьшить яркость и светить вниз, — заключил Роман, продолжив, идти.       — Спасибо... — тихо поблагодарил Олега якут. Фонари вспыхнули вновь. Тускло, но хоть как-то. Вялые лучи направлялись в пол, но даже так ребятам всё же удавалось замечать жутких жителей пещеры.              Существа один в один были подобные обнажённым людям. Но ни половых признаков, ни молочных желёз. Тела лысые и лишь у некоторых на головах прослеживались редкие волоски. Всю нижнюю часть лица заполняли огромные рты, которые при раскрытии демонстрировали обилие длиннейших, острейших зубов. Нос представлял собой просто две неровные, чёрные дыры над пастью. Их словно выковыряли ложкой. А глаза были закрыты, но кожа век была идеально гладкой, ресницы отсутствовали. Тварей было мало и обычно они цеплялись за потолок небольшими кусками по две-пять особей.       Вдруг один из лучей дрогнул, заморгал, а затем потух.       — Да что за херня?! — взбешённо прошептал Гриша, ударяя рукой по гаджету.       — Да тише ты, дурак! — как можно тише процедила Лариса. Тут же и её фонарь погас. — Сука! — проглотила она ругательство в неразборчивом шёпоте.              — Что у вас там? — раздражённо буркнул Ян, как вдруг его налобный источник света ярко вспыхнул, и лампочка отключилась, покрывшись трещиной. Один за другим фонари гасли, издавая еле слышимые щелчки. В конце концов последний огонёк в руках Элизабет также внезапно перегорел.       — И чё это за херь? — возмутился голос Кирилла во тьме. — У вас даже фонари работают через жопу! — упрекнул кудрявый наёмников.       — Нормально у нас всё с оборудованием! — хрипло проворчал Имран.       — Парни! У меня тут куча вспышек аномальной активности! — пролепетал Борис. Он попытался проговорить это так, чтобы это услышали все сослуживцы и не единая тварь. Однако сверху раздалось тихое ворчание, а затем сопение. Не было видно, что творится там, под каменным потолком пещеры.              — Так, тихо! Боря, бери фальшфейер. Парочку отдай гражданским, и идём дальше, — приказал Рома. Здоровяк быстро свесил с плеча рюкзак и резкими движениями принялся на ощупь искать заветные продолговатые цилиндры. Наконец связка из десяти пиротехнических устройств оказалась в его руке. Он вложил по штуке в руку Кирилла, Ви, Себа, Ларис, Славы, Имрана, Хана и Михаила. Остаток оставил себе и первым зажёг пламя. Стоило потянуть за кольцо, как следом вылетел фитиль, зажигая алый огонь. Пещеру наполнило тихое шипение. Фальшфейеры Фекрума работали дольше и шумели меньше. Следом огни зажглись в руках остальных.              Вдруг раздался тихий всхлип, исходящий от Веры. Девушка замерла, глядя ввысь.       — В чём дело? — поинтересовалась Ника.       — У-уходим... — промямлила девушка, стараясь не смотреть на потолок. Терзаемые любопытством люди начали медленно поднимать головы. Наверху собралась целая орда жутких существ. Десяти монстров сгруппировались на потолке, прижимаясь друг к другу.       — Боже мой... — тихо промямлил Якоб, перекрестившись.       — Пиздец жуть... Як аж обратно уверовал, — нервно съязвил Хан.       — Да я по привычке... — прошептал лысый, ускорив шаг.       — Давайте быстрее свалим, а то будить этих уродов совсем не хочется, — ворчливо отозвался Ян.              — Себ, — обратилась к мужу Эли, — Мне что-то не по себе опять...       — В чём дело?! — обеспокоился парень.       — Голова кругом. Ощущение, что щас упаду, — голос девушки дрогнул. Ноги подкосились, картинка перед глазами завертелась и резко сменилась потолком. Хрупкая брюнетка резко рухнула, погружаясь в чёрную пелену, однако Себастьян ловко словил любимую в самый последний миг.       Заметила происходящее лишь Лариса. Блондинка и парочка шли в самом конце. Полицейская быстрыми, тихими шагами приблизилась к ним и шёпотом спросила:       — В чём дело? Что с Эли?!       — Я... Я не знаю... — напугано пробубнил Эванс. Его глаза потерянно ощупывали девушку. Она быстро дышала, глаза под закрытыми веками резко и судорожно двигались, руки сжались в кулаках.       — И что делать?! — на грани ужаса спросила офицер. Писатель быстро поднял жену на руки и поспешил следом за толпой.       — Свети! — процедил Эванс, глядя на растерянную подругу. Девушка молча поспешила за бывшими следователем, стараясь подсвечивать дорогу. Отряд всё ещё не заметил потери бойцов. Существа на потолке сонно ёрзали, словно пытались расположиться удобнее.              — Себ, слушай... — начала вдруг Ви и замерла на месте. Повернувшись, она не увидела товарища. Вместо этого в примерно десятке метрах от неё горел тусклый, алый огонёк, в котором находилось три силуэта. — Мать твою... — прошептала девушка, но не из-за того, что троица отстала. Вайолет попыталась крикнуть, но ком сдавил её горло. Голос стал жалким хрипом, который услышал лишь стоящий неподалёку Боря.       Громила развернулся и тут же обнажил мачете. Он тоже заметил высокий, тонкий, долговязый силуэт, скрывающийся за Ларисой.       — Что у вас там? — тихо спросил Михаил.       — Гражданские отделились. За ними какая-то тварь, — без единой нотки страха проговорил Боря.       — Давайте скорее! Тут уже выход! — хрипло просипел Имран.       — Как выход? А где свет тогда? — затараторил Олег.       — Да там ночь! — буркнул Тан. — Опять это измерение шалит!       — А может хватит игнорировать эту херню?! — выпучив глаза, проворчал Кирилл.       — Себ! — обратился к парню Игорь. — За вами какая-то херня идёт! Вы тише только!              Эванс инстинктивно повернул голову и еле проглотил вопль ужаса. Лицом к лицу он увидел вытянутую, овальную рожу. Именно так её бы назвал парень, ведь подобных лиц не носит ни одно живое существо. Вытянутый почти в метр лик был серым словно камень. Рот являлся рваной дырой продолговатой формы. Глаза — две точки, одна величиной с яблоко, а вторая с куриное яйцо. Носа не было.       Следователь сделал три быстрых шага назад, чуть не свалившись на спину вместе с бессознательной любимой. Лариса также развернулась и зажала рот свободной рукой.       — Не шумите... — произнесло нечто. Голос был тихим и скрипучим, как пенопласт по стеклу. При этом рот твари не двигался. Звук словно исходил из глубины тела твари, которое скрывалось во тьме.              Боря быстро подбежал к ребятам и приказал:       — Отходите! Живо! — говорить приходилось максимально тихо. Писатель постарался зайти за спину солдата вместе с Ларисой. Свет фальшфейера на миг выловил тело создания из мглы. Худое, длинное и переломанное в нескольких местах. Тварь двигалась на четвереньках. Рёбра, которых было в несколько раз больше, чем у человека, мерзко выпирали, натягивая тонкую, серую кожу до передела. Конечности тонкие, словно палочки и имели разное количество суставов. Передняя левая с одним, как у людей, а вот правая аж с тремя. Задние было не разглядеть.       — Сука! Сука! — выдавила из себя офицер, пятясь от твари назад к отряду.       — Хватит мешкать! Мы почти вышли! — прошептал Ян, указывая на дыру в стене. До неё было около тридцати метров, но вот незваный гость не хотел так просто отпускать группу. Что-то холодное коснулось плеча Гриши. Одежда слегка намокла, а хлад чувствовался сквозь ткань.       — Оно тут! — пролепетал полицейский, стараясь не отходить от друзей.              — Да делайте уже что-нибудь! — паниковала Вера, чьи руки начали судорожно трястись. Холодная конечность с тремя длиннющими пальцами медленно появилась за спиной Вайолет.       — В-ви! — промямлила Светка. Брюнетка замерла, ощущая, как воздух за её спиной стал заметно холоднее. Овальной рожи уже не было на прежнем месте, зато была возле уха девушки. Лёгкий выдох коснулся её уха, а в нос ударил запах серы и гнилого мяса. Однако не лыком шитая девушка резко развернулась и прислонила осветительную пиротехнику к роже монстра.              Среагировало нечто мгновенно и отдёрнуло свой лик во тьму.       — Ну и мразь же... — в ужасе прошептала Коллекционер.       — Уходим! Уходим! — приказал Рома. Группа аккуратно двинулась в сторону выхода, прислушиваясь и присматриваясь ко всему.       Тварь вновь проявила себя. Трёхпалая рука вдруг сжалась на бедре Бориса. Прям там, куда вонзил обломок трости Пауль. Импульс боли буквально сбил мужчину с ног. Ноги обмякли, перестав идти, а туловище рухнуло. Шлем слегка смягчил удар лбом о каменный пол. Все силы были вложены в то, чтобы превратить душераздирающий вопль в еле слышный стон.       — Уёбок! — громко прошипел бородач, обнажив мачете.       — Тебе больно? Странно. Я же просто голоден, — оно говорило слова очень быстро, а вот паузы между ними длились минимум секунду. — В тебе много нужной мне жидкости.       — Отвали, мразь! — лезвие орудия пронеслось в миллиметрах от лица монстра, но задело его плечо. Остриё рассекло тонкую плоть. Из раны не полилась кровь.              — Это больно! Не делай так! — тихо возмутилось создание и тут мужчина почувствовал, как холодный палец нырнул в ещё свежую рану. В глазах мигом потемнело. Боец быстро всунул в рот перчатку, да так глубоко, что весь крик стал лишь невнятным блеянием. — А ты умеешь держаться... А если я порву артерию? — с интересом пролепетала тварь и тут брюнет не выдержал и, вынув часть одежды, скомандовал:       — Бегите!       — Ты чё удумал?! Мы тебя не бросим! — возмутился Михаил, сжав в руке винтовку.       — Сейчас нужно будет бежать! — перешёл на злобный крик наёмник.       — Тише ты!       — Бежим! — приказал он всем остальным. На потолке зашевелилась бледная масса. Боря извлёк свой пистолет, стреляющий дробью. Хлопок смешался со вспышкой. Это было так громко и так ярко, что абсолютно все погрузились в секундный ступор.              — Ты же их разбудил! — ошарашено промямлило нечто.       — Твои проблемы! — улыбнулся Борис и бросил под ноги монстра несколько шаров. Все они издавали монотонные щелчки, но с разной скоростью.       Собрав остаток сил в единый выброс энергии, солдат встал и рванул к своим. На помощь ему неожиданно пришли Хан и Кирилл. Кудрявый и хвостатый подхватили хромающего под руки и поволокли прочь. Остальные уже пустились в бег.              И тут тьму прорубил яркий всплеск фотонов, за которым последовал оглушительный грохот.       — Ты бросил ему светошумовые?! — удивился Ян. С потолка десятками попадали жуткие отродья, которые уже на земле начинали корчиться в муках вместо погони.       — Ага... — буркнул Боря, пытаясь не полагаться на помощь товарища и заключённого. За спиной раздался ещё один хлопок, а глаза снова обожгла яркая вспышка света. Через несколько секунд ещё, затем ещё, ещё и ещё. С каждым новым хлопком позади ворчало и верещало всё меньше обитателей.              Наконец, через несколько секунд бега, казавшихся вечностью, весь отряд оказался снаружи. Бежать они не перестали, удалившись от пещеры ещё примерно на двести метров. Лишь тогда тяжело дышащие пленники и слегка уставшие бойцы остановились. Это был склон горы с ограждением в виде дорожного отбойника. Группа выбежала на горную трассу, идущую вниз и вверх.       — Какого чёрта ты устроил?! — перепугано выпалил Рома. — Ты ведь мог нас всех убить! А если бы гранаты не оглушили их?!       — Я знал, что оглушат, — улыбнулся новый заместитель.       — Да как ты мог знать?! — сорвался на злобный рык глава.       — Они спят в темноте и тишине. Не привыкли к яркому свету и громким звукам, — ответил вместо него Олег.       — Так они же щас всей оравой сюда налетят!              — Послушал бы пацана, Ром... Умные вещи говорит, — усевшись на поваленное дерево, пробубнил Борис. — Ты представь, что ты спишь, а тебе сначала лампой маяка в глаз светанули, а потом пушкой под ухо шмальнули. Они там словно под бомбардировкой побывали. Никакой погони не будет.       — Хера ты голова, Борь, — улыбнулся Тан.       — Ай богатырь! — воодушевился Имран.       — Ты... прости, — сбавил тон Фекрум.       — Ничего... просто дай отдохнуть, — попросил бородач, на что начальник закивал и произнёс:       — Да-да... Всем нам надо после этого отойти.              — Эли?! Ты как? — взволнованно тараторил Себастьян, приводя любимую в чувства. Брюнетка, хрипя, открыла глаза и произнесла:       — Что случилось? Мы вышли оттуда?       — Ты сознание потеряла, — сказала Света, осматривая лицо девушки. Бледное.       — Как? Что происходит? — обеспокоенно сыпала вопросами брюнетка.       — Ей опять нездоровиться? — раздался голос Якоба. Его лицо было немного печальным. Наёмнику не ответили. — Я осмотрю её, хорошо?       — Да, спасибо, — неловко ответил Себ, не сводя с медика глаз. Но тут всю их болтовню прервал напряжённый голос синевласки:              — Эй, вы! — обратилась ко всем Ника, — я, конечно, всё понимаю, но... Вы это вообще видели? — спросила девушка, указывая рукой на пейзаж под склоном.       — Охереть... — прохрипел Ян, достав бинокль. Тут его зрачки расширились и из его уст сами по себе вырвались слова: — Да быть того не может...       А там, посреди городских зданий находился забор. Самодельный забор ограждал два небольших квартала в центре города. Прибитые кое-как доски и припаянные металлические листы, колючая проволока наверху. На крышах пары двухэтажных домов пылали костры. В некоторых квартирах был то тёплый, то белый свет.       — Что там?! — заинтересовано спросил Роман, вырывая бинокль из рук снайпера.       — Выжившие...