Злачный город

      

Глава 11. «Злачный город»

             Группа уже спустилась с горы и оказалась в местности с редким леском. Тонкие берёзы — единственное, что отделяло их от городка с выжившими. За время спуска они разговорились и сумели более-менее прийти в себя. Улыбки наконец засияли на их лицах. Но, как это обычно бывает, всё не могло быть так радужно.       Земля резко ушла из-под ног Себастьяна. Слабость и головокружение свалили его с ног. Перед лицом растянулась серая пелена, замутившая рассудок и картинку вокруг. Вокруг стали слышны крики обеспокоенных друзей. Чьи-то руки стали ощупывать лицо, раскрывать веки. Что-то яркое зажгло глаз. Сначала один, потом второй. Приподнялась его куртка, затем и серый свитер. Ухо прислонилось к левой части груди.       Но тут все ощущения вмиг пропали. Он ничего не слышал, не чувствовал, не видел. И также быстро перед ним начали вспыхивать странные картинки. Каждая смена кадра сопровождалась звуком, похожим на щелчок фотоаппарата со вспышкой. Белые вспышки также присутствовали между видениями.       Сначала промелькнул серый холмик с множеством покосившихся крестов из уже догнивающей древесины. Далее большая деревушка с полуразваленными домами. Следом мелькнуло то ли озеро, то ли болото с чернющей жижей вместо воды. Затем были оранжевые огни: два, четыре, шесть и восемь.              Очередная яркая вспышка и лёгкие наконец-то наполнились воздухом. Мрак вокруг растаял, пелена перестала туманить лысое лицо Якоба и стоящую за ним Элизабет.       — Да что с ним?! — послышался голос девушки, который дробился мерзким эхом. В носу был запах металла, а горло словно прополоскали кровью.       — Тише, — оборвал жену Эванса врач, — он приходит в себя!       — Себ, что с тобой?! Ты слышишь нас?! — взволнованно спросил Кирилл.       — Я... а... — из его рта выходили лишь обрывки слов. Пространство всё ещё не устаканилось.       — Неужели опять приступы... — тихо буркнул Олег.       — Тише ты! — осекла его Света. — Не пугай раньше времени!              Элизабет аккуратно вытирала спиртовой салфеткой кровь, размазанную по носу парня. Вера заметила что-то не ладное и аккуратно приподняла рукав его свитера. Весь он был перепачкан липкой кровью.       — Твою ж мать! — выругалась девушка, отпрянув от друга.       — Чертовщина какая-то... — буркнул медик, закатывая ткань на руке.       — У него шрам разошёлся?! — ужаснулась Эли, глядя на бледное лицо своего мужа.       — Дайте мой рюкзак! — потребовал лысый, осматривая открывшуюся рану в виде цифры один. Олежа быстро приволок ранец врача, и тот принялся рыскать по нему. Его немного дрожащие руки всунули в ладонь жены Себа бутылёк. — Лей на рану по чуть-чуть!       — Х-хорошо... — протянула девушка, подчиняясь просьбе наёмника. Жидкость, смешавшись с кровью, приобрела розоватый цвет и начала активно пенится. Эванс никак на это не реагировал.              Далее врач затянул руку парня выше локтя жгутом, затем вынул хирургическую иглу с нитями, которыми принялся быстро, аккуратно и точно зашивать рану. Управился лысый за пару минут, при этом он успевал обрабатывать инструменты и следить за состоянием пациента. Всё это время рядом стоял замерший Кирилл с рулоном бинтов в руках.       — Давай сюда! — потребовал медик и уже через минуту рана была забинтована.       — Что это с ним? — недоумевала перепуганная Лариса, глядя на Элизабет.       — У него раньше были потери сознания, обмороки, кровь из носа и иногда из этого шрама, но... это было когда мы попали в этот мир в первый раз. После нашего возвращения вся эта херня пропала! Не было такого, что у него шрам разрывался! — девушку явно окатывала паника.       — Тише-тише, Эль! — подошла к ней синевласка, затем взяла подругу за плечи. — С ним всё хорошо будет.              — Уведи её лучше, — попросил Якоб, осматривая бледное лицо парня.       — Пойдём, Эль, тебе нужно успокоиться, — гладя брюнетку по спине, синеволосая отвела её в сторону и усадила на трухлявый пень. Рядом появился Олег и Света.              — Что с ним, док? — обеспокоенно спросил кудрявый, присев на корточки возле своего друга.       — Вы меня спрашиваете? — хмыкнул бывший верующий. — Я могу лишь сказать, что у него по какой-то неведанной причине открылся шрам. Следите за его состоянием, а мне ещё нужно за стариком следить. Его сердце чудом уцелело. Ян чудом не задел орган. Стреляет он хорошо только из винтовки, — нервно усмехнулся мужчина, а затем поспешил к остаткам своего отряда.       Хан, Боря, Имран, Рома, Эд и Миша стояли поодаль от бунтовщиков. Их глаза были полны подавленности и отчаяния. Закалённые в боях воины не хотели больше сражаться. Большая часть отряда кормит нежить на землях проклятого мира. Они разбиты и не желают продолжать поход через ад. Каждый хочет вернуться домой, к жёнам, детям.              — Себ, ты в порядке? — подошла к другу Лариса и положила ему руку на плечо. За её спиной появились силуэты Игоря и Славы. Гриша тем временем пристально смотрел в сторону тусклых огней города сквозь бинокль.       — Я... вроде уже да, — стараясь совладать с собственным телом, буркнул бывший следователь.       — Ты... опять видел что-то? — надеясь на отрицательный ответ, спросил Киря. Писатель какое-то время тупил, всматриваясь в чащобу, из которой они вышли. Затем его взгляд пал на жёнушку, которая сидела на пне и закрывала лицо руками. Рядом её за плечо держала Ника.       — Да... — на выдохе признался брюнет.       — Вот это уже херово, — вздохнул Игорь. — Ты же у нас провидец.       — А что видел-то? — с интересом спросил Слава. Лицо следователя ещё сильнее побледнело.              — Я видел стрёмное кладбище. Там были какие-то гнилые кресты, часть какая-то покосилась. Некоторые могилы были разрыты, а кресты перевёрнуты. Дальше привиделась деревня. Часть домов были разрушены, остальные выглядели не шибко лучше. Из каких-то окон выглядывали бледные лица. Потом какое-то долбанный водоём. Вода чёрная и в ней плавали части тел. А потом вспыхнуло сначала два, потом четыре, шесть и восемь оранжевых огней. Дальше вы меня привели в чувство.       — Ну и треш какой-то... — ужаснулся высокий капитан.       — Психодел сука, — выругался Ярослав, покосившись на Гришу.       — Чтобы это ни было, мы с этим справимся, я уверена, — улыбнулась Лариса.       — Хах, мне бы твой оптимизм, — как-то потерянно, подавлено произнёс Себастьян. Затем он аккуратно поднялся. Кирилл придержал его за плечи, приговаривая:       — Аккуратнее, аккуратнее!              Далее брюнет, немного шатаясь, направился к своей любимой. Её мрачное лицо смотрело на холодную землю. Но на полпути к девушке, дорогу ему преградил Рома. Лысый вдруг спросил:       — Ты опять что-то видел?       — Ну допустим, тебе то какое дело? — ворчливо буркнул Эванс.       — Что ты видел? — в голосе Ромы чувствовалось лёгкое напряжение.       — Да какая тебе разница? — начинал злиться писатель.       — Поверь мне, это важно! Не могу пока назвать причину! — Роман словно стал вести себя живее. В голосе стало больше эмоций.       — Поверить? Тебе?! — Себастьяну не удалось скрыть улыбки и шока от наглости бывшего товарища.       — Я убил его не по своей воле... — шёпотом произнёс лысый, возвращая телефон бывшему пленнику.              Мурашки пробежались по телу брюнета. Он замер и на мгновение перестал думать обо всём, что происходило вокруг. Затем же здравый смысл вернулся в его голову, и он произнёс:       — Так дёшево пытаешься купить меня?       — Да просто расскажи, что видел! Это может спасти жизни!       — Хер с тобой! — устало закатил глаза парень, а затем пересказал ему всё, что видел. — Доволен? — закончил он рассказ.       — И да, и нет... — вздохнул Фекрум. Почему-то Эванс не прошёл дальше, а спросил:       — В смысле?       — То, что ты увидел... Это ждёт нас.       — В смысле?! — удивился Себ, — Но Жертва ведь мёртв!       — А кроме него есть ещё трое существ, правящих этим местом, — нехотя признался Рома.       — Вот дерьмо... И вы нас в это всё втянули, чтобы убить эту троицу?! — ошарашено спросил Себастьян, готовясь обрушить свой кулак.       — Не только из-за этого... Ладно, уже нет смысла держать втайне цель экспедиции, — лысый вдохнул, достал из кармана сигарету, а затем, закурив, погрузился в воспоминания.                     ***                     Стены офиса были вымощены крупной, чёрной, матовой плиткой с тончайшими, еле заметными швами. На потолке тёплым светом горела люстра в виде скрученных спиралью ветвей дерева. По центру стоял большой, дубовый стол чёрного цвета с кучами отчётов и макулатуры. По бокам стояли шкафчики тёмно-коричневого цвета. В бардовом кресле за столом сидел лысый мужчина. На виске была татуировка в виде заглавной, английской буквы «F». За его спиной сквозь панорамные, бронированные окна открывался вид на горный пейзаж. Их верхушки прикрывали небольшие, снежные шапочки. Небо серое, солнце еле прорывается тусклым, белым шаром. Взор серых глаз монотонно плыл по очередному отчёту.       — Та-а-ак... Объект номер сорок три «Потрошитель»... — вслух начал читать мужчина, внимательно вглядываясь в каждое слово. — Снова проявляет агрессию... Да что ж такое, — возмутился он, — неужели никак нельзя подавить...              Тут его размышления прервала распахнувшаяся дверь. Роман, не поднимая взор, буркнул:       — И кто это такой смелый?       — Я, — послышался знакомый голос. Теперь глаза лысого приподнялись. Там стоял парень, очень похожий на него. Разве что не было бороды и были волосы. Чёрные, короткие и вечно торчащие к небу.       — А, это ты... Что случилось? — вздыхая, спросил бородатый. Его внимание наконец-то оторвалось от бумажки.       — Да я вот по поводу второй экспедиции. Ты уверен, что это вообще имеет смысл? Подавленно вымолвил незваный гость.       — А есть другие способы решить нашу главную проблему?       — Ну... — начал было собеседник лысого, но тот его оборвал:       — Это был риторический вопрос... Успокойся, брат. В этот раз я буду с нашими бойцами, а не теми студентами       — Эти студенты Жертву и всю его шайку грохнули так-то, пока наши даже разведать ничего не могли.       — Твари щадили их из-за того парня.       — Себастьяна? Почему ты не назвал его по имени? — недоверчиво спросил брат бородача.       — Не хочу об этом... — отмахнулся Роман.              Их диалог прервал резко поднявшийся гул сирены. Братья переглянулись. Монотонный голос системы оповещения протянул: «Внимание охранному персоналу: в главном экспериментальном зале замечена неизвестная сущность. Всем необходимо вооружиться и последовать к месту происшествия.»              — Чё за херня? — недоумевая выругался брат Ромы.       — За мной, Герман! — лысый сорвался с кресла и ринулся к выходу. Герману не пришлось повторять дважды. Он поспешил за братом. Коридоры с серым полом, чёрными стенами, белым потолком с подсветкой по краям и множеством белых дверей, переливался алым светом. По пути им встречались люди в халатах. На их плечах были нашивки разных узоров и цветов, но в каждой из них фигурировала буква «F». Все они бежали противоположно братьям.              Наконец впереди показалась здоровенная, толстая, стальная, раздвижная дверь. Возле неё столпилось около двадцати вооружённых до зубов людей в тяжелой броне чёрного цвета. Вооружение напоминало привычное оружие, но словно из будущего.       — Чего ждёте?! — грубо обратился к солдатам Рома. — Штурмуйте!       Люди в чёрной форме неуверенно переглянулись и затем один из них, у которого вместо шлема была фуражка, поднёс карту к двери. Послышался тихий звон разблокировки. Группа быстро и с лёгкой неуверенностью ввалилась внутрь. Прицелы заскользили по помещению, а затем сфокусировались на двух силуэтах.       — Боже, что это? — ужаснулся Герман.       — Очередная тварь, — как будто без эмоций буркнул Рома.              В центре зала стояло две человекоподобных силуэта. Первый ростом под три метра. Серо-голубая плоть обтягивала его мощное, жилистое тело. Ноги и руки тонкие, вытянутые, но при этом мощные, с острыми локтями. На ногах было лишь по два тонких, продолговатых пальца. Четырёхпалые руки свисали до бёдер. Голова была формы «треугольник». Ни глаз, ни рта у существа не было.       Рядом стояло похожее нечто, чей рост был более приближён к среднестатистическому мужчине. Внешне он также был похож на человека. Нормальные пропорции тела, по пять пальцев на руках. Едиными странностями были похожий на часть тела плащ, словно состоящий из плоти и свисающий чуть ниже ног и череп существа. Он напоминал голову акулы-молот. Вытянутые будто толстые крылья самолёта отростки торчали в стороны. Глаз у монстра не было, зато был рот без губ, полный острых клыков и растянутый в пугающей улыбке.              — Огонь! — лысый процедил крик сквозь стиснутые зубы, превратив его в злобный рык. Оружия загрохотали, обливая нежить залпами свинца. В ответ тот, что пониже, расслабленно поднял ладно. Град свинца замер в воздухе. — Стоять! — Вновь скомандовал Ромка. Стрельба прекратилась. Замершие в воздухе пули со звоном рассыпались по плиточному полу в миг, когда существо расслабило и опустило руку.       — Прекращайте! — этот омерзительный, хриплый стон донёсся не от высокого или низкого монстра, а словно прямиком из стен, пола, потолка. Каждый находящийся в комнате слышал этот предостерегающий крик. Глава поднял руку вверх, и солдаты замерли. — Отбросим формальности. Сворачивайте всю свою контору добровольно, — потребовал кто-то из них. Судя по тому, как зубастый скрестил пальцы на груди, говорил он.       — Сворачивайте что? — с усмешкой спросил Роман, тихо прошептав брату: — Вызывай ликвидаторов.       — Деятельность вашей организации.       — Смешно... — буркнул лысый, а затем резко пальнул в нежить. Зубастый также заставил снаряд замереть в воздухе, однако под воздействием неведомой силы пуля резко вильнула в сторону, а затем пронзила шею твари справа налево. Уродец хрипло выпалил что-то на неизвестном языке и отлетел назад, злобно скалясь. Наёмники вновь навели винтовки и ружья на тварей. Пули засвистели, наполняя помещение запахом пороха.              Но тут в игру вступило долговязое создание. Его когтистые пальцы будто впились в сам воздух, а затем начали рвать его и пространство, создавая тёмную материю. Она, будто бы эпидемия чумы, расходилась в разные стороны чёрной пеленой. Настолько чёрной, что, казалось, она высасывала весь свет.       Разлом растягивался сверху вниз и немного шёл в бока, образуя кривой, двухметровый ромб. Пули, попадавшие в него, просто исчезали во тьме. Высокого уродца не было видно. Вдруг такой же, но в разы меньший пролом появился над головами стрелков. Заметили они его лишь тогда, когда из тьмы вынырнула длинная конечность. Когтистая лапа резким движением пронеслась по головам, лишая жизни нескольких солдат.       — Назад! — приказал Роман, делая рывок прочь от жуткой конечности. Следом появился второй маленький портал, из которого вынырнула точно такая же рука. В этот раз наёмники успели броситься врассыпную от неё. Лапа ушла назад, а затем проделала дыру в пространстве возле главы организации. Лысый ловко отпрыгнул от пролетевших справа налево когтей. Ладонь Фекрума плавно, но быстро превратилась в острейшее лезвие. Оружие со свистом рассекло воздух и, чавкнув плотью, отрубило руки нежити по локоть.              Мерзкий вопль раздался из разломов, которые стремительно закрылись. Вдруг земля плавно стала уходить из-под ног сотрудников. Все незакреплённые предметы медленно поднимались в воздух. Тварь в плаще спокойно шагала прямо по воздуху.       Взмахом руки системный блок одного из компьютеров с высокой скоростью отправился в одного из бойцов. Голова мужчины вмиг превратилась в алое месиво. Крики наполнили помещение. Пули зависали в воздухе. Однако невесомость не длилась долго. Но теперь гравитация тянула людей к одной из стен. Медленно, но неостановимо. За одним из солдат резко раскрылся пролом материи. Его туловище провалилось во тьму, а конечности и голова продолжили течь под воздействием сил существа.       — Ну и чертовщина! — выругался Герман, плавно приземляясь на стену, ставшую полом.              Двери зала вдруг открылись с металлическим гулом. В коридоре показался человек в чёрной броне с толстыми пластинами на плечах, локтях, коленях. На одной из плечевых пластин гравировка: «F-008». Лицо скрывала маска в виде черепа серебряного цвета. За спиной висела здоровенная винтовка крупного калибра. В руках тактическое мачете. Лезвие горит белым.       — Восьмой, осторожнее! — выкрикнул один из бойцов, отползая назад по стене. Восьмёрка плавно ступил в зал, и гравитация вновь сменилась. Теперь резко, утягивая всех вверх. Ликвидатор сделал ловкий кувырок, приземлившись на одно колено.                     ***                     — Они начали проникать в наш мир, понимаешь? — сигарета плавно рухнула на темную землю. Глаза почти всей группы были устремлены на спорящих.       — А мы тут причём? — вдруг спросил бывший следователь, вгоняя оппонента в ступор. — Не мы заварили всю эту кашу, а ваш Фекрум! Почему такая «могущественная», вездесущая организация ничего не может поделать?! — саркастично выкрикнул свой вопрос парень. На его лице появилась нервная улыбка.       — Да потому что ты — единственный, кто может прикончить тех троих. В тебе кровь Жертвы, не забыл? — как-то печально и даже виновато проговорил лысый.       — Но зачем они здесь?! — теперь голос Эванса горел яростью и ненавистью. Рука вылетела в сторону друзей, указывая на них пальцем.       — Иначе ты бы не пошёл сюда...              Руки писателя крепко вцепились в воротник пальтоРомы.       — Какой же ты мудак... — процедил Себ свой крик сквозь стиснутые зубы, превращая его в злобный хрип. Пальцы опустили бородача. — Ты уже получил своё от Максвелла! — Себастьян толкнул главу, проходя вперёд. Он медленно подошёл к Эли.       — Всё в порядке? Ты как?! — взволнованно спросила жена, осматривая перебинтованную руку.       — Всё... нормально.       — Он опять пытался промыть тебе мозги? — раздражённо спросила Ника.       — Ага... Вы всё слышали?       — Частично, — пожал плечами Олежа.       — Ты же не веришь в эти бредни? — подошёл сзади Кирилл. Лишь на миг брюнет засомневался, но затем уверенно проговорил:       — Нет... — но тут в голове повторились слова лысого: «Я убил его не по своей воле...». Он прогнал их, приобняв Элизабет.       — Нам надо идти, ребят, — проговорила Светка, глянув на Григория, что осматривал округу.       — Собирайтесь! — крикнул рыжий наёмникам. Люди вновь собрались в две группы. Первая и заодно большая подошла к Грише.              — Ну что увидел? — спросила Вера, стараясь разглядеть хоть что-то в серых панельках стоящего в нескольких километрах городка.       — Людей... — голос полицейского дрогнул.       — Значит, реально выжившие... — задумчиво проговорила Лариса.       — Лишь бы не поехавшие какие-то, — вздохнул Себастьян, вспоминая персонал «Маяка».       — Или не бандиты, — мрачно бросил Киря, осматривая руку любимой. Следы от прикосновения нечисти постепенно проходили.       — Давайте не думать о плохом, а то оно после этого и появляется, — слегка улыбнулась Эванс, а её муж поддержал эту идею.       — Вот-вот. Сейчас мы не так безобидны, как в тех ошейниках, — на его лице блеснула хитрая улыбка.              Группа быстро вышла из леса. Город уже был достаточно близок, чтобы разглядеть его инфраструктуру. Большинство зданий хоть и заброшены, но целые. Конечно, было несколько десятков частично или полностью обвалившихся многоэтажек. Деревья поглощали бывшее пристанище рода людского, прорастая сквозь асфальт и пуская паутины трещин. Некоторые высотки были покрыты плющами и лианами.       — Прямо как Припять... — сглотнул колючий сгусток слюны Слава.       — Лишь бы без Кровососов, — подшутил Кирилл, вспоминая старенькую компьютерную игру про Зону Отчуждения.       — Здесь могут быть твари похуже, — нервно усмехнулась Ника.       — Поэтому мы должны быть наготове, — проговорил Себастьян, проверяя наличие пуль в дробовике, взятом из запасов наёмников. У них с собой было запасное оружие.              — Где ты видел тех людей, Гриш? — обратился к сослуживцу Игорь. Группа уже вступала в город. Пока что вокруг были полуразвалившиеся бараки и более-менее нормальные сталинки жёлтого цвета. Один из деревянных пережитков прошлого насквозь пробило вырастающим дубом.       — Вроде, возле той церкви... — нервно вдохнул прохладный воздух полицейский, указывая рукой без двух пальцев на небольшую церквушку. Здание кремового цвета было прямоугольным, размером с двухэтажный дом и одним, уже проржавевшим куполом. Когда-то святое место было примерно в минуте ходьбы от ребят.       — Идём? — неуверенно спросил Олег.       — Как будто есть другие варианты? — ответил вопросом на вопрос Себ.              Вокруг было тихо, даже несмотря на живых людей в центре города, и мрачно. Пустые окна панелек глядели на группу, следили за их эмоциями и пополняли чашу страха, старались перевесить здравый рассудок. То и дело казалось, что из одного, а может и нескольких окон кто-то следит за ними.       На полу валялись осколки стекла, мусор, ветки. Впереди посреди тротуара был опрокинут мусорный пак. Рядом лежало его содержимое, которое было невозможно опознать. Гнилая куча — идеальное описание для этого.       Бараки и сталинки окружали небольшую церковь, а уже за ней возвышались хрущёвки, панельки и брежневки. Вокруг не было ни единой души, однако в сердце поселения горело тусклое пламя жизни.              — Опа, смотрите! — тихо привлекла внимание Света, показывая за угол. Там собралась группа людей. Небольшая, всего шесть человек. Стояли они у панельного дома, первый этаж которого был занят продуктовым и парикмахерской с покосившейся вывеской «Анастасия». Все выжившие стояли спиной.       В центре находился крупный, высокий мужчина в джинсах и клетчатой рубашке, сжимающий в руках топор. По левую руку находилась худая девушка в синих брюках и алой блузке. На пазухе висела коричневая кобура. Перед ней осматривался хилый пацан в очках, белой рубашке и чёрных джинсах. В руках он сжимал автомат. Слева же был кудрявый толстяк в зелёной толстовке и коричневых джоггерах. Его руки крепко держали бейсбольную биту. Пятым членом являлась женщина. Странным было то, что она носила жёлтое платье не имела оружия. Последним был старик в кожаной куртке и спортивных штанах с тремя белыми полосками. Он держал мачете.              — Надо бы войти с ними в контакт... — проговорил Игорь, сделав шаг вперёд.       — Олеж, давай ты! — проговорила Эли, — ты тут, вроде, умник.       — Круто придумали... — вздохнул рыжий, — я херово контактирую с людьми. Особенно, если это вооружённые незнакомцы из иного мира.       — Я всё решу! — вперёд всей группы вышла Вайолет и резко крикнула: — Хей! — В руке она на всякий случай создала метательный клинок. Её крик разлетелся по всей округе. Выжившие почти синхронно обернулись. Очкарик направил дуло оружия на ребят. Здоровяк настороженно крикнул:              — Кто вы?!       — Такие же выжившие, как и вы! — Ви старалась быть дружелюбной, но напряжение заставляло её голос быть грубее.       — Что вам нужно?! — громила с чёрными, короткими волосами сделал пару шагов навстречу. Между ним и Коллекционером было около двадцати метров.       — У вас там поселение, так? Если это возможно, то мы бы хотели посетить его! — девушка следила за каждым движением шестёрки.       — Мы подойдём и поговорим, хорошо?! Только оружие опустите! — попросил выживший, направив остриё топора вниз.       — Хорошо! — согласилась брюнетка, растворив нож. Остальные убрали своё вооружение. Даже наёмники.              Группы быстро встретились лицом к лицу. Недолго между ними держалась тишина. Первым заговорил очкарик:       — Вы откуда в-вообще тут взялись? — он немного заикался.       — Да также, как и вы. Жили себе спокойно, а потом «бац»! И теперь вокруг нежить, — соврал Кирилл.       — Да он не про мир этот! — прохрипел дед.       — Как вы в город попали? — добавила девушка с пистолетом, поправляя свой рыжий, кудрявый хвост.       — Ну... шли... шли... шли... — буркнула Вера, посчитав вопрос и всю компанию странной. Это было отчётливо видно по её бегающему взгляду.              — Ну да... логично, — проговорил здоровяк. — А зачем вам в наше поселение?       — Нам бы передохнуть денёк-два. Прийти в себя, а потом мы уйдём, — с надеждой сказала Элизабет.       — Думаю, никто из наших против не будет... Только вот, что за форма на тех парнях? — спросил пацан с автоматом. В его голосе порезалось лёгкое напряжение.       — Нашли, — коротко ответила Лариса.       — Не волнуйся ты, Юр, — прохрипел старик очкарику. Тот лишь хмыкнул.              — О Господи, мы ведь даже не познакомились! Где наши манеры? Меня Арсений звать, — нервно хихикнул здоровяк, подходя к ребятам. От них вперёд вышел Себастьян. Однако стоило брюнету вытянуть руку навстречу ладони Сени, как вдруг оглушительный хлопок хлестнул его слух.       Всё внутри дрогнуло и облилось хладом. Мурашки пронзили каждый сантиметр тела. Прежде красивая огневласая девчонка с приятным, слегка бледноватым личиком теперь лежала в луже собственной крови. Промеж глаз зияла тёмно-бордовая дырень. Шок поглотил всех, кроме Бориса, в чьих руках была винтовка, наведённая на группу выживших.       — Ты чё сделал?! — округлив глаза, крикнул Хан.       — Соня! — прокричал Юрий. И без того высокий голос юноши стал ещё тоньше.       — Уроды! — вмиг добродушное лицо Арсения стало разъярённым. Топор взмыл вверх, расчерчивая дугу и готовясь обрушиться на застигнутого врасплох Эванса.              Но голова выжившего лопнула, словно арбуз под прессом. Брюнет так и стоял бы посреди улицы, если бы не Элизабет. Девушка выбежала вперёд, несмотря на очкарика, поднявшего оружие. Тонкая рука схватила мужа за локоть, но бежать было поздно. Девушка с силой толкнула любимого в сторону. Ошарашенный писатель споткнулся и рухнул за прогнившую волгу. Ему повезло подставить руки для опоры и отделаться лёгким ушибом локтя.       А вот Эли оказалась под прицелом автоматчика. В её мозгу что-то щёлкнуло, и она резко сорвалась с места, не давая стрелку прицелиться. Зазвучали выстрелы с обеих сторон. Замертво рухнул пухлый мужчина, выронив биту, которая, издав деревянный стук, покатилась к канаве. Друзья бросились по укрытиям. Кто за стены домов, кто за машины или бетонные блоки, коими перекрывали проезд во дворы.       Юра также укрылся за прицепом грузовика, стоявшего неподалёку от церкви. Элизабет тем временем встретилась лицом к лицу со стариком, в руках которого поблёскивало мачете. Не успел седой и замахнуться, как брюнетка прострелила его ладонь из крупнокалиберного пистолета. Отдача больно обожгла руки, но миссис Эванс терпела.              Хриплый крик старца залил её уши. Следующий выстрел пронзил колено деда, и тот свалился на противоположное. Неподалёку точный выстрел пронзил сердце женщины в жёлтом.       — Выходи! — крикнула жена Себа, подставив дуло пистолета к голове старика. Тот что-то ворчал себе под нос. Пацан резко выбежал и хотел было открыть огонь, но его голову пронзил точный выстрел от Бориса. Старик резко укусил девушку за ладонь, а затем оттолкнул её, бросившись бежать. Побег продлился недолго, ведь пуля вскоре поразила его затылок.              Все аккуратно покинули укрытия. Кирилл подошёл к Боре и с силой впечатал кулак тому в грудь.       — Урод! Какого хуя ты натворил?! Я тебя прям щас кончу! — кудрявый уже достал магнум из-за пазухи, как бородатый ответил:       — Я спас твоего дружка, — голос Бори был спокойным, даже несмотря на удар кудрявого.       — Спас?! Из-за тебя все эти люди мертвы! — истерично крикнула Ника, указывая на убитую рыжую. Наёмник же медленно прошёл мимо толпы к трупу убиенной им девушки.       — Во-первых, она держала руку на кобуре, — его слова оборвала Элизабет:       — Так блять, а кто бы не держал на её месте?! — в голосе брюнетки звенела не ярость, а ужас и страх. Себ подошёл к любимой и аккуратно обнял её, поглаживая по затылку.       — Объясняйся давай, пока мы тебе пулю в лоб не пустили, — совершенно серьёзно прохрипел писатель, глядя в серые глаза здоровяка. Тот плавно извлёк мачете из чехла, подошёл к мёртвому Сене. Лезвием он оттянул воротник рубашки, приговаривая:       — А во-вторых, вы вообще уверены, что они люди?              — Какого хера? — удивлённо буркнула Ви, стоявшая ближе всего к солдату.       — На нём тот же символ, что и у тварей в особняке... — к мёртвому подошёл Олежик, не веривший своим глазам. Символ в виде перевёрнутого треугольника красовался на ключице выжившего. В этом месте кожа была бледнее, а вены имели чёрный окрас.       — То есть, они... — начал говорить Эванс, но его голос прервал мерзкий, женский вопль. Головы людей резко повернулись на источник. Женщина в жёлтом стояла как ни в чём не бывало. Теперь всё её тело было бледным. Вены почернели, набухли. Глаза зажглись белым. Из пасти текла чёрная жижа.       Борис решил не ждать атаки твари и первым прострелил её голову.       — Всё ещё хотите убить меня?              — Спасибо... — успокоившись, промямлил Себастьян. Бородач лишь ухмыльнулся, дозарядив оружие.       — Всё как всегда... — потерянно бросила Лариса, — через одно место.       — А если... там все такие? — вдруг поднял неприятную тему Гриша.       — Не проверим — не узнаем, — буркнул Игорь, перешагивая труп женщины в платье.       — Д-да... Пойдёмте лучше, а то ещё кто-нибудь придёт, — Вера зашагала следом.              — А вы... это видите? — заикнулась Света. Её рука указывала на купол церкви.       — Что там? Никого же нет! — напрягся Олег.       — Был только что! — пыталась доказать увиденное блондинка.       — Кто был? — испуганно спросил Слава.       — Какой-то урод с шестью руками стоял на куполе и смотрел на нас... — нервно сглотнула девушка.       — Ты уверена, что там кто-то был? — с сомнением спросил Кирилл.       — Блять, да! — невольно вспылила Светка, — я не сумасшедшая! У него ещё было четыре глаза!       — Оранжевых? — дрогнувший голос Себа донёсся до подруги. Та мрачно кивнула.       — Сука, ты же видел четыре оранжевых огня... — осознал происходящее кудрявый.       — Теперь нужно быть начеку как никогда раньше, — решительно сказала Ви.       — Давайте дойдём уже до пристанища выживших, а там решим, что делать со всей этой инфой из моих видений, — устало предложил избранник.              Группа молча согласилась, продолжая путь к высоткам, в которых горели огни.       — Ты как вообще себя чувствуешь, солнце? — обратилась Эли к мужу.       — Я... если честно, то башка плывёт. Столько херни разом навалилось. Ещё и Рома мозги пудрит.       — Мне, наверное, не понять какого это, когда ты видишь будущее. Ещё и с приступами такими, но... Знай, что я всегда рядом, — она взяла руку мужа в свою, — Какой бы пиздец не происходил, на меня ты положиться можешь запросто. Мы и не из такого ужаса выбирались, — улыбнулась брюнетка. Её возлюбленный не сумел сдержать свои губы, уголки которых плавно приподнялись.       — Надеюсь, что всё будет хорошо...       — Обязательно! — Прошла небольшая пауза, а затем девушка вновь задалась вопросом, но уже другим: — Себ, а-а-а... что тебе Рома шепнул?       — Я убил его не по своей воле... — невольно понизил тон следователь.       — Что? Он это про...       — Ага... Про него, — тяжело вздохнул писатель, прикрыв глаза. Кирилл подслушивал этот разговор, но лезть не хотел.       — Пиздит он! — грубо выругалась Эли, — Не хотел, это не я... Не верь в этот бред, — она злобно зыркнула на лысого с протезом.       — И не собирался, — со смехом сказал парень.              — Надеюсь теперь ты не считаешь всех нас ублюдками, готовыми на всё лишь из-за денег? — вдруг спросил Боря у Эванса. Тот аж остолбенел от такого вопроса со стороны наёмников.       — А это не так? — спросил парень с такой интонацией, словно он сам сомневался в этом. — Вы похитили десяток людей и заставили нас опять оказаться в этом аду, — процедил брюнет. Эли, шедшая рядом, сжимала куртку мужа, мысленно желая дать пощёчину солдату.       — Думаете, мы в восторге от происходящего? Нас наняли как охотников на нежить. Никто тут не заниматься похищение людей, — мрачно признался заместитель Ромы.       — И в чём проблема просто уйти из организации? — наивно влезла в разговор Элизабет.       — Хах... Было бы это так просто, — его взор упал на оставшихся в живых бойцов, — особенно мне, — тише добавил мужчина.       — В плане? — недоумевая, уточнил Себастьян.       — Тебе стирают память за всё время службы. Любую информацию о Фекруме ты забудешь, но есть нюанс. Почти у всех, кто решился на это, развивались беды с головой. Кто-то начинал видеть галлюцинации, у кого-то были фантомные воспоминания о «людях в чёрном» или встрече с паронормальщиной. Зачастую бывшие работники заканчивают либо в дурдоме, либо в двух метрах под землёй, — мрачно закончил бородач. Пара в ответ лишь молчала. Стало не по себе от рассказа наёмника. Жалость боролась с ненавистью.              — Ну а зачем ты нанялся в эту контору? — с лёгким интересом спросила Эли.       — Не хочу об этом, — отмахнулся боец, — мы друг другу никто, чтобы на такие темы говорить. Просто... Хотелось бы, чтобы вы не относились к нам предвзято. Например, тот парень, которого ваша Вайолет пыталась спасти, просто хотел вылечить девушку... Ладно, не ваше это дело. Будьте осторожны, — закончил бородач, вернувшись к своим.              — Ну и что думаете? — подошёл сзади Кирилл. В его руках поблёскивал дулом автомат, похожий на привычный всем «калаш».       — О чём? — потупил Себ.       — О нём, — кудрявый указал взглядом на Бориса.       — Даже не знаю. Он, конечно, спас нас пару раз, но... не думаю, что сейчас можно доверять ему, — Эванс устало помял пальцами переносицу. Девушка аккуратно погладила его растрёпанные волосы.       — По крайней мере, теперь мы знаем, что не все там хотят плясать под дудку этого лысого ублюдка, — хищно ощерился кудрявый.       — Ты хочешь настроить их против Ромы? — удивилась шедшая рядом Ника.       — Ага, — хитро кивнул её парень.              — Эй вы, — тем временем обратился к наёмникам Олежа. Его взгляд был направлен на магазин одежды, — вам бы переодеться. А то ваша форма может оказаться знакомой кому-то.       — Не неси чепуху! Кому какое дело до нашей одежды? — проворчал Хан.       — А ведь он прав... — задумчиво буркнул Эдвард. Якут, недоумевая взглянул на товарища. — Если там есть нормальные люди, то не дай Бог хотя бы один из них узнает, кто мы... Нас просто убьют, — печально подытожил брюнет.       — А ты уже готов под их дудку плясать? — удивился Миша, на чьём лице пылало недовольство.       — Иди и скажи им это, бунтарь, — устало проворчал Якоб.       — Неужели вас всё устраивает? — шатен искренне не понимал своих сослуживцев.       — Знаешь, Миш, — начал Боря, глядя то на Рому, то на Эванса, — Рома повёл нас невесть куда. Да, это наша работа, но... Как-то не очень, когда большая часть наших мертва, а мы даже сути задания не знаем. Да и к тому же... я бы лучше сражался за простых людей, а не ради идей величия, — злобно проговорил наёмник. Однако эта злоба возникла не из-за ненависти. Её переполняла жажда свободы. Затем мужчина после своей пламенной речи обратился к Олегу: — Переоденемся мы, не переживай.              Группа наёмников медленно отклонилась к магазину одежды, который более-менее сохранился. Друзья и Макс остались у входа.       — Думаешь, безопасно отправлять их одних невесть куда? — усомнился Гриша в действии рыжего.       — А что они сделают? — усмехнулся парень, — Сбегут? У нас всех их припасы и вещи. Нападать они не будут, нас банально больше. Да и с Ви они не справятся.       — Часть из них ещё и больше хотят сотрудничать с нами, чем с Ромой, — улыбнулась Света.       — Не будь такой наивной... Пыль они в глаза пускают, как и мы, — угрюмо буркнул Слава.       — Но разве они не могут оказаться союзниками? — буркнула на товарища девушка.       — Я бы не записывал их в друзья, родная, — проговорил своей девушке Огнев.              Тут же из магазина вылезли переодетые наёмники. Управились бойцы достаточно быстро. Борис надел чёрные джоггеры, серую футболку, поверх которой накинул тёмно-зелёную рубашку из плотной ткани. Михаил вырядился в спортивную кофту и треники. Якоб оделся в серый, толстый свитер и коричневые штаны. Хан выбрал чёрную водолазку, чёрные спортивные штаны и чёрную куртку с капюшоном. Эд взял зелёный бомбер белыми рукавами и классические, широкие джинсы. Имрану помогли одеться в клетчатую рубашку, коричневую жилетку и серые штаны, дабы он был больше похож на обычного старика. Последним вышел Рома в кожаной, чёрной куртке и такого же цвета штанах. Его висок, где была татуировка с эмблемой Фекрума, был заклеен пластырем.              — Погнали скорее, модный приговор, блять, — усмехнулся Кирилл, двинувшись к ограждениям впереди.       — Шутник, сука, — тихо и с невольной улыбкой выругался Эдвард. Группа достаточно быстро пересекла две трети расстояния между магазином и районом выживших. Это были четыре квартала, общий наружный периметр которых был ограждён забором. Он дополнительно был укреплён множеством металлических листов и досок. Сверху блестела колючая проволока, а снизу торчали острия баррикад. Забор протягивался между домами, образуя большой квадрат. Впереди показался дом, по центру которого был проезд для машин, ведущий внутрь дворов. Он был закрыт громадными воротами. Ви, увидев убежище выживших, как-то странно переменилась в лице.              Вдруг улицу озарил громкий, шипящий помехами, голос:       — Стоять! — в окнах над вратами появилось несколько вооружённых людей. В их руках были автоматы и снайперские винтовки. — Кто вы такие?!       — Говорить буду я, — обратился Себ к своим, а затем вышел вперёд, крикнув: — Такие же выжившие, как и вы!       — Откуда вы пришли?! — задал новый вопрос немного напряжённый голос какого-то парня.       — Со стороны горы!       — Впервые вижу людей оттуда! Зачем сюда пришли?! — не унимался выживший.       — Увидели ваши укрепления! Подумали, что тут могут быть другие люди!       — Вы ищите помощь или укрытие?!       — Мы рассчитывали на временное укрытие! Пару дней, чтобы передохнуть!              Человек за ограждениями умолк. Какое-то время стояла тишина. За спиной Эванса слышались тихие перешёптывания.       — Подойдите ближе! Оружие уберите из рук! — потребовал тот же парень.       — Себ, ты уверен? — обратился к другу Игорь. — Может мы и без этого поселения справимся?       — Всё будет хорошо... Просто ведите себя спокойно, — вздохнул брюнет, перекинув ремень дробовика на плечо. Группа разоружилась и медленно приблизилась почти вплотную к воротам. Прямо над ними была надстройка в виде большого балкона без крыши и окон. На него вышел рыжий парень. Его волосы были вздыблены вверх. Щёку уродовал крупный шрам, идущий от скулы до области под глазом, где заканчивается челюсть и начинается кость черепа.              — Как вы тут оказались? Сразу всей огромной группой? — теперь голос парня звучал вживую. Он был добрым, но в нём чувствовалось недоверие и напряжение, что было нормальным в такой ситуации.       — Мы отдыхали за городом в коттедже. Пошли к озеру... А потом вспышка, какой-то гул и... вот мы здесь, — Себ специально говорил с паузами.       — То есть вы шли от озера, что за горами? — хмыкнул парень.       — Ага... А что-то не так?       — Нет, просто впервые вижу тех, кто пришёл из такого далека.       — Так вы нас впустите? — тихо спросила Элизабет.       — Простите... но мы не можем сейчас допустить попадания новых людей. У нас есть кое-какие проблемы. Но... руководство предложило выдать вам припасы. Медикаменты, патроны, оружие... Это всё, что мы можем сделать, — с лёгкой виной в голосе проговорил рыжий.       — Но почему?! — вдруг взъелся Кирилл. — Нас много, мы вооружены и можем помочь с обороной! Можем заплатить чем-нибудь!       — Я... подождите минуту, — вздохнул паренёк, удаляясь вглубь убежища.              Вскоре он вернулся с девушкой. Она была среднего роста и телосложения. Кожа бледноватая, голова выбрита налысо. Левый глаз рассекал шрам в виде трёх глубоких порезов. В её руках была спортивная сумка. Ещё две нёс рыжий. Они сбросили их вниз, а затем лысая проговорила:       — Забирайте это и уходите. Мы никак не можем принять вас, — холодно отчеканила она. Стоявший рядом парень старался не смотреть на группу.       — Почему?! — раздражённо крикнул Кирилл.       — Вы можете быть одержимы.       — В смысле? — удивлённо буркнула Лариса.       — Вы ведь видели тех тварей, которые ведут себя как люди, а потом превращаются в не пойми что? Над ними проводят ритуал, после которого человек обращается в одержимого.       — Но их можно определить по символу! Мы нормальные! — вступил в разговор Якоб.       — В том-то и дело, что символ появляется только после превращения. Мы уже допустили однажды такую ошибку и не можем рисковать!              Их переговоры прервал душераздирающий вопль, доносящийся со стороны недавней бойни. Группа замерла, рыжий житель поселения перекрестился, что-то шепча под нос. За воплем последовали десятки похожих и одновременно разных криков и визгов.       — Орда... — с ужасом в голосе буркнула одноглазая.       — Какая нахуй орда?! — вскрикнул Хан.       — Впустите нас! — начинала паниковать Вера. Девушка подбежала к воротам, но тут раздался выстрел в небо.       — Назад! — крикнул мужчина с MR-16 в руках. Эта полуавтоматическая винтовка является очень популярной в Америке. Произношение русского у него хромало. Вдалеке показалось множество человекоподобных силуэтов. Кто-то бежал по крышам, кто-то вываливался из окон первого, второго и даже третьего этажа, затем вставал и продолжал бежать, как ни в чём не бывало.              — Вы же, сука, станете убийцами! — в ужасе крикнул Слава. Выжившие не отвечали. Девушка со шрамом развернулась и как-то неуверенно пошла обратно в здание. — Хотя бы помогите нам отбиться! — заголосил сквозь стиснутые зубы белобрысый.       — Ада, так нельзя! Дай им хотя бы переждать атаку!       — Пусть укроются за баррикадами! — твёрдо произнесла она, выйдя с балкона.       — Вы издеваетесь?! Нас просто разорвут! — злобно крикнула Ви, не решаясь создавать в руках косу, дабы не пугать жителей.       — Я... я попробую поговорить с ней! Ждите у входа! — крикнул рыжий, убежав прочь.              Город пронзил первый выстрел. Существо, бежавшее впереди всех, находилось примерно в восьми домах от поселения. Стреляла беловолосая девушка, в руках которой поблёскивала прицелом снайперская винтовка. Толстый мужчина, чей левый глаз и часть мозга лопнули от пули, рухнул на асфальт, кувыркнувшись пару раз.       Остальная нежить попросту оббежала павшего сородича. Бегущие были очень похожи на людей, если бы не бледная кожа, чёрные, набухшие вены, горящие белым глаза и одинаковые символы на разных частях тела, то их было бы не отличить от обычных. Одиночные и множественные хлопки раздавались сверху. Одержимые падали замертво один за другим. Вперёд вышли наёмники Фекрума, открыв огонь по тем монстрам, которые выбивались вперёд. Казалось даже, что им удастся выстоять.       Однако, как это всегда бывает, ситуация стала кратно хуже. На одной из крыш засветился тот самый силуэт, о котором недавно говорила Светка. Именно она и заметила его первой во второй раз.              — Р-ребят! — резко вскрикнула девушка, указав рукой на десятиэтажное здание, находящееся примерно в тридцати метрах от группы.       — В чём дело?! — с напряжением в голосе спросил Олежа, сжав в руках полуавтоматическую винтовку, напоминающую «Винторез».       — Там та шестирукая тварь!       — Твою мать, оно реально! — ужаснулся Кирилл.       — Без паники! Держитесь, ребят! Не отходим! — скомандовал Себастьян, выйдя вперёд. Его взор выцепил выбившегося вперёд уродца. Точный залп дроби разнёс голову высокой и худой женщины в алый брызг.              Тем временем нечто на крыше дома начало двигаться. Выглядело оно отлично от остальных. Ростом под три метра, сгорбленное. Передвигалось, используя мощные, но при этом худые, длинные ноги и нижнюю пару рук. Пальцев на каждой было по три, толстых, коротких. Как если бы у человека срослись мизинец с безымянным и указательный со средним. Нижняя часть головы была изуродована громадной, распахнутой пастью, полной желтоватых клыков. Над ней было две маленьких дырки по центру головы — то был нос. Чуть выше горели два оранжевых круга. Ещё выше, на лбу горело ещё два таких же огонька.       — Я не хочу вас пугать, но поглядите в сторону церкви! — с ужасом заикнулся Максвелл, который словно пришёл в себя и позабыл об избиении Ромки.              А возле ранее священного здания мрачно брело другое нечто. Чуть выше шестирукого. Глаз у твари как будто было два, но, присмотревшись, можно было различить в каждом оке по три горящих зрачка. Оно было худощавее монстра на крыше. Лапы тянулись практически до колен. Пальцев также было по три, но тонких и длинных. Рядом с ним на четвереньках ползли жуткие отродья, похожие на смесь лысой собаки и человека. Лапы по строению были как у собак, но выглядели как людские. Хвост лысый, как у крысы. Кожа человеческая. Лицо вытянутое, глаза горят белым, зубы и нос как у людей.       — Это дьявольщина какая-то! — панически проговорил Якоб. Вдруг за спинами послышался протяжный скрип ворот.       — Внутрь, живо! — крикнул чей-то отдалённо знакомый голос. А узнал его Себастьян. Ребята и наёмники мигом нырнули в приоткрытые ворота.              Через пару секунд в них послышались десятки ударов.       — Как вы?! Целы? — спросил рыжий. Рядом стояла та девушка и ещё двое мужчин. Один крупный, с короткими, чёрными волосами. Второй худощавый и высокий, чьи белые волосы были зачёсаны назад. Эти лица были смутно знакомы ребятам.       — Д-да, вроде, целы! Спасибо! — заикнулась Ника, осматривая своего парня.       — Да нормально всё, зай! Успокойся! — отмахнулся кудрявый, желая присесть и переварить увиденное.       — Ну, Антон, и почему же вы с Давидом решили их впустить? — недовольно буркнула Ада, лысая девушка.       — Хей, ребята... Вы узнаёте нас? — с надеждой спросил высокий, которого, судя по всему, звали Антоном.       — Да нет, вроде, — хмыкнул Гриша, но вот Себастьяна вмиг осенило. Заброшенная аптека, паническая сборка медикаментов и существо в рясе, преследующее их.              — Ты ведь... Антон, так? Пять лет назад... В аптеке? — ужаснулся Эванс, чуть ли не упав на задницу.       — Твою мать, точно, — округлил глаза Олежа.       — Как вы... что вы здесь делаете?! — подал голос громила.       — Тише, Давид, не кричи, — нервно улыбнулся блондин.       — Так вы знакомы? — кашлянула лысая.       — Мельком... Помнишь, я давно ещё рассказывал про парня со шрамом, как у Лидии?!       — А... так это из-за них на вас напали?! — вдруг переменилась в лице девушка.       — Ад, успокойся! — буркнул на девушку брюнет в серой толстовке.       — Дав, ты понимаешь, что если бы не они, то Тим был бы жив! — процедила дерзкая девушка со шрамом.       — Чё происходит? — тихо шепнул Миша Хану. Тот с глупым выражением лица пожал плечами.              — Слушайте, давайте потом обсудим всю вашу Санта-Барбару?! У нас нашествие! — громко взвизгнул рыжий, что первым встретил новых выживших на балконе.       — У меня херовые новости, Ада! — послышался чей-то крик сверху. В нём чувствовался явный акцент. Парень с американской винтовкой высунулся в одном из окон. — Владыки тут! Все трое!       — Вы их сюда привели! — девушка, являющаяся одной из главных в поселении ткнула пальцем в грудь близстоящего Игоря. Тот опешил от наглости и крикнул:       — Сука, мы просто выжить хотели!       — Мы, так-то, и помочь можем! — огрызнулась Светка.       — Да чем вы... — начала было Адель, как её резко и дерзко перебила Элизабет:       — Слушай ты, сука лысая! Хватит быть стервой! Вы уже нас впустили, так какого хера вместо принятия помощи, ты тут истерику устраиваешь?! — это было очень нетипично для прежде добренькой и спокойной девушки.       — Ахуеть... — тихо и с усмешкой прошептал Кирилл.       — Вот это она дала... — ощерилась Лариса, которой явно был по нраву такой подход. Лысая явно была в шоке.              — Ребят, ситуация ещё херовее! — вдруг из переулка выбежал какой-то пожилой мужчина с длинными, седыми, растрёпанными волосами. В его руках сверкало мачете.       — В чём дело, Альберт?! — крикнул Антон.       — У нас вспышка одержимости! — перекрестился дед.       — Что? — у блондина сделалось такое лицо, словно он увидел ядерный гриб.       — Помочь хотите, да?! — вдруг заговорила Ада, но теперь уже спокойнее. — Идите кто-нибудь со стариком! Желательно, парни! — чуть ли не приказала девушка.              — Мы втроём пойдём! — вышел вперёд Кирилл, положив руки на плечо Себастьяна и Олега.       — Я тоже иду, — мрачно буркнул Роман. Троица явно не оценила такой прибавки к группе, но девушка со шрамом лишь крикнула:       — Отлично! Живо туда! Остальные распределитесь возле ворот и помогайте обороняться!              После этих слов из одного из окон этажа, на котором были стрелки, вылетел кричащий американец, чей живот был вспорот. Бедняга упал на голову, и его шея мерзко хрустнула. Из подъездной двери выбежало несколько выживших. Две рыжие девушки, брюнет, крупный мужчина, пожилая женщина и совсем юный парень. Все вооружены и перепуганы.       Из того же окна, из которого вылетел выживший, показалась мерзкая рожа существа. Уродец сразу же получил порцию свинца в лицо из охотничьего ружья «Сайга». Одержимые стали лезть из окон и подъезда дома, в котором располагались врата. Напор был слабым, поэтому люди Фекрума, Себа и выжившие спокойной справлялись с ситуацией.              В это же время четвёрка во главе с Альбертом бежала сквозь обжитые многоэтажки. Тут и там были бочки с огнём, возле которых выжившие могли греться. На некоторых балконах свисала одежда, которую люди сушили на верёвках. Однако на улицах никого не было. Лишь в одном из окон показалась девушка с ребёнком на руках.       — Тут дети есть? — тихо спросил Себастьян у старика.       — Да кого тут только нет! Всех надо спасти! — прохрипел он, умудряясь в своём возрасте обгонять четверых здоровенных лбов.       — А что за вспышка? — с интересом спросил Роман.       — Видать кто-то из наших после вылазки подхватил эту бесовщину! Обращаются же они не сразу! Кто-то через секунды, а кто-то может неделями ходить. Как заминированный!       — Их никак не отличить от обычных людей?! — ужаснулся Кирилл.       — Обычно одержимый знает, что его отметили. Но этот идиот не рассказал никому! Теперь у нас такой вот пиздец! Потом разговоры давайте, хорошо?!              Впереди показалось десятиэтажное здание. Обычная «брежневка», навивающая «русскую тоску». Но возле неё собралось с десяток выживших. Возле них и здания валялось около одиннадцати трупов с бледной кожей. Ещё пятеро были обычными людьми.       — Похоже, тут и без нас справились... — наивно буркнул Кирилл.       — Не-а! Ситуация полное дерьмо! — крикнул парень в кепке, сжимающий в руках пистолет модели «Глок».       — Кого ты привёл, простофиля?! — крикнул на старика мужчина с седыми висками и коричневыми кудрями. — Мы же не пускаем никого!       — Они как-то с Тохой связаны! — ответил человек в кепке.       — Хер с ним! — крикнула какая-то рыжая девушка с растрепанными волосами. — Пусть помогают!       — Короче, молодцы! — обратился к ним старик, — В здании штук двадцать одержимых! Не вылазят, ждут хозяев своих!       — Хозяев? — напрягся Роман.       — Не перебивай, малой! — упрекнул лысого старец, — вы дуйте внутрь, всех убейте и спасите тех, кто выжил... Если там будут такие. Мы займёмся Владыками.       — Вчетвером против двадцати? В замкнутом помещении? — удивился Олежик.       — Если хотите остаться тут, то помогайте! — крикнул кто-то из толпы.              Себастьян, не желая больше ждать, распахнул подъездную дверь. Из мрака, тускло освещаемого жёлтым светом лампы, выпрыгнуло нечто. Следователь церемониться не стал и тут же пустил в лицо нежити дробь свинца. Громкий рык твари быстро утих. Бывший житель поселения распластался посреди ступенек. Эванс резко перешагнул его, процедив:       — Идёмте уже!       — Какой мы серьезный, — улыбнулся Кирилл, щёлкнув затвором «Калаша». Следом вошли Олег и Рома. Последнему остальная троица была не рада.       На первом этаже была гробовая тишина, а вот сверху доносились хрипы и какая-то возня.       — Это наверху! — прошептал Кирилл. Себастьян жестом показал следовать за ним. В его руках сверкнул нож. Ребята поспешили за парнем. Тот прошёл пролёт между первым и вторым этажом и вдруг замер. Друзьям и Роме он показал ладонь, дав понять, чтобы те остановились. Парни постучались. Тишь прорезал мерзкий, хлюпающий крик, за которым последовал умоляющий, жалобный голос:       — Родная, впусти меня! Почему ты не открываешь?! — кричал совершенно обычный на первый взгляд мужчина средних лет, одетый в зелёную водолазку и чёрные, спортивные штаны. Но стоило рассмотреть его детальнее, то можно увидеть бедную кожу, алые пятна на одежде, тот самый символ в виде треугольника, а также болтающиеся наружу кишки, которые тварь пыталась запихать обратно.       — Илья, просто уйди, прошу! — со стороны запертой деревянной двери доносился надрывный женский голос. После этих слов мужчина замер, а затем заорал на весь подъезд нечеловеческим басом:       — Ах ты сука недоношенная! Я подвешу тебя на твоих же кишках, если сейчас же не откроешь! — то, что когда-то было любящим мужем, прекратило играть в любезности и заколотило в дверь что есть мочи. Конечности моментами пронзало резкими судорогами. Эванс на миг замер из-за резких перемен в поведении одержимого, но потом решительно направился к твари в полуприседе. Уродец заподозрил неладное слишком поздно, ведь рука писателя уже заносила нож для удара. Не успела нежить и зареветь, как орудие с силой и жаждой крови вонзилось в шею.              Нечисть лишь захрипела, пытаясь ударить парня наотмашь, но тот вовремя вынул оружие и вонзил его прямо в лоб мужчины. Тело, одержимое злой силой, обмякло и распласталось по полу. Троица быстро подбежала к Эвансу. Тот тихо постучал в дверь и прошептал:       — Всё в порядке! Он больше не угроза для вас.       Пару секунд царила тишина, а затем дверь с лёгким скрипом начала открываться. За ней показалась обычная девушка лет тридцати. Чёрные волосы взлохмачены, руки трясутся, глаза покрыты алыми паутинками, мокрые.       — С-спасибо... — еле выдавила пленница квартиры и засеменила к спуску, стараясь не смотреть на труп прежде дорогого ей человека. Был слышен её тихий плачь.              — Дальше? — уточнил у друзей Олежа, даже не глядя на Романа. Ответом ему был уставший взгляд Себа на лестницу. Четвёрка поспешила к третьему этажу. Всё спокойно. На четвёртом и пятом также, а вот шестой подготовил небольшой сюрприз. Дверь в квартиру, находящуюся прямо напротив лестницы, была распахнута.       Коридор резко уходил влево, а прямо была небольшая, старая кухонька. Прямо там, за столом расселась пожилая женщина. Её можно было посчитать уснувшей пьяницей или болеющей из-за прижатого к столу лица. Но находящийся чуть выше металлический штырь, входящий через затылок и выходящий под столом, говорил о другой причине такого положения.       Хоть и квартира была старенькой, но было видно, что в ней кто-то жил. Также были видны и следы бойни, ведущие с кухни в тот самый поворот. По полу стелился алый след. Входная дверь висела на одной петле.              — Кажется, нас там ждут, — ухмыльнулся Кирилл и шагнул внутрь. В нос ударил металлический, приторный запах. — Я иду внутрь! Кто-то ждите тут! Остальные пусть следят за подъездом! — процедил парень, поворачивая налево. Олежик встал «на стрёме», а Эванс остался наедине с Фекрумом. Лысый стоял у подъёма, а брюнет напряжённо смотрел на спуск, думая об Элизабет.       Следы вели Кирилла к закрытой комнате. Он так и шёл бы к ней, если бы не мерзкие, чавкающие звуки, доносившиеся слева. Там был небольшой зал, дверь которого лежала на полу. В паре метров от неё развалилось тело и не было ясно — мужское или женское. Верхняя половина была частично обглодана. Вокруг же расселось три существа. Двое мужчин, один толстый. Третьей была старуха. Они жадно отрывали куски плоти, органы, мышцы и прочее содержимое человеческого организма. Вся мебель, кроме громадного серванта была разгромлена. В одной из дверей того самого серванта торчал топор.       Но стоило парню лишь взглянуть на них, как вся троица синхронно перестала есть и посмотрела на него в ответ. Сердце Горшкова пропустило пару ударов, а рука, сжимающая небольшой топорик, обмякла.              Самый здоровый и толстый одержимый быстро поднялся и ловким движением вынул рубящий инструмент из дверцы. Лишь в миг, когда бугай направился к нему, а остальные двое начали, облизывая кровь с губ, подниматься, сознание вернулось к Кире.       — Зря сюда полез! — прорычал громила, ринувшись на парня. Тот юркнул к закрытой двери, врезавшись в неё. Она оказалась не заперта, и выживший с грохотом ввалился внутрь. Урод с топором рванул за ним. Остальные твари замерли в коридоре, заметив Олега.       — Зря, зря, зря, зря, зря, зря... — быстро и тихо тараторила старуха. В одной из её рук сверкнула острейшая спица.       — Вот дерьмо! — стараясь как можно тише, выпалил рыжий и отбежал на кухню. Рука дёрнула первый попавшийся ящик. Лишь вилки, да ложки. Тем временем третий ублюдок, а именно молодой парень со вскрытой шеей, показался в проёме. Себ обернулся на поднявшийся шум, но тут на него выпрыгнула старуха со спицей в руках. Бабка повалила парня на пол, но Рома не спешил помогать. Парень замер, а в его глазах затаился ужас.              Топор прочертил дугу прямо перед лицом Кирилла. Парень сделал шаг назад и почувствовал пяткой что-то твёрдое. За его спиной была кровать. Толстяк ударил вновь, обрушив топор по диагонали слева в нижний правый угол. Киря ловко прошмыгнул в сторону и оказался за спиной одержимого. Теперь уже ударил человек. Топорик вцепился в лопатку нежити, но та не издала ни звука.       В ответ оно зарядило кулаком шатену прямо в живот. Удар был такой силы, что рокер немного согнулся и чуть не выронил из рук топор. Тут же ему в лицо прилетела нога, запустив Горшкова в другой конец комнаты. С кухни раздался грохот битой посуды.       — Вот же блядина! — сдавлено крикнул то ли от боли, то ли от злости, то ли от всего сразу выживший. Не став ждать следующий действий нежити, парень сделал резкий выпад и ударил первым, отрубив по локоть вооружённую руку мужчины. Огонь победы запылал в глазах музыканта, но он слишком рано начал ликовать.       Существо схватило его за шею и одной рукой подняло над полом. Ледяные пальцы так сильно вцепились в горло, что воздух застрял, не проходя дальше. Падающий в бездну паники Кирилл выронил топор, но жажда жизни взяла его пальцы и вонзила их в глаза толстого. Тот издал утробный вопль, впустив из мёртвой хватки длинноволосого. Шатен мигом снял с плеча автомат, дёрнул затвор, а затем отправил в голову целую очередь свинца.       — Пшёл ты... — парень, жадно глотая воздух, поставил точку в сражении.              В то время Олег, не придумав ничего лучше, схватил из комода вилку. Бледный парень уже ввалился внутрь и потянул свои полусгнившие лапы к рыжему. Тот резко вонзил вилку в голову урода, однако существу было плевать. Холодные руки врезались в грудь Олежи и прижали того к шкафам. Нежить принялась бить инвалида спиной о кухонную гарнитуру. В подъезде началась какая-то возня.       Умник всё думал, что противопоставить существу, превосходящему тебя по силе. Разжать хватку было нереально, а отпихнуть одержимого тем более. Спасло Огнева самое здание, а точнее его состояние. После очередного удара что-то треснуло и кухонный ящик, полный посуды, рухнул. Основная часть тарелок полетела на рожу монстра. Рыжий же отделался лёгеньким ящичком, который мигом сбросил с себя. Адреналин делал своё дело, притупляя ноющую спину.       Нежить не успела очухаться, как получила металлическим кулаком прямо в челюсть. Затем ещё. Потом в затылок. Глаза Олега налились яростью. Но нелюдь не желал так просто сдаваться. Бледная рука собрала осколки посуды и, резко повернувшись, швырнула их в лицо выжившему.       Несколько тоненьких порезов разошлись по веснушчатому лицу паренька, оставляя алые линии. От потери зрения его спасли очки с толстыми линзами. Но их стекло немного поцарапалось. Во время бойни с подъезда раздавались вопли старухи. Из глубины квартиры послышался утробный рык толстяка.       Вскипев от злобы, Огнев с силой пнул выпрямившегося парня в живот, а затем сжал лицо нежити протезом. Раздались автоматные выстрелы.       — Помри уже! — громко процедил рыжий, ударив существо о стол, а затем насадив его на торчащий из женщины штырь. Оно перестало дёргаться, а в проёме показался тяжело дышащий Кирилл.              Эванс же во время сражения друзей с одержимыми, пытался скинуть с себя поехавшую старуху. Она что-то быстро шептала. В полумраке сверкнула нанесённая для удара спица. Следователь лишь успел заслониться рукой, в которую оружие тут же вонзилось. Было больно, но брюнет терпел и понимал, что этот удар мог лишить его жизни. Вложив все силы, он обхватил сухую руку бабки, не давая ей вынуть длинную иглу.       — Отдай! Отдай! Отдай! Отдай! — заверещала ненормальная, начав одаривать брюнета пощёчинами. Он же в ответ бил её ногой в живот. Тварь слишком сильно прижалась к нему. На кухне раздался грохот посуды.       — Рома, блять! Помоги! — крикнул Эванс, но лысый словно не слышал его.       — Никто не поможет тебе! — рассмеялась нежить. — Никто! Никто! Никто! Никто! — заголосила она, пытаясь вцепиться своими зубами в шею парня. Из квартиры послышались выстрелы.       Тогда тот пошёл на отчаянный шаг и что есть мочи влетел своим лбом в челюсть бабки. Раздался мерзкий хруст. Голова Себастьяна немного закружилась, рассудок помутнел. Но, собрав остаток сил в кулак, он ещё раз ударил уродину в живот. Это видели собравшиеся Олежа и Киря. Прозвучал ещё один выстрел и вопли нежити прекратились.       Троица уставилась на Рому, который наконец-то зашевелился. Его нога неуверенно спустилась на ступень ниже.       — Из-за тебя мы все могли сдохнуть, урод! — яростно выпалил Кирилл, но оглушительный вопль прервал его. Спереди, перемахнув через перила, выпрыгнул очередной одержимый. Роман не стал медлить и прострелил чудище голову. Нежить даже не успела дёрнуться, как крупный снаряд пробил нос, выйдя через затылок. Следующая пуля прорубила лоб, заставив существо, дёрнувшись, рухнуть на ступени. Следом выбежало ещё одно отродье, за ним ещё, ещё и ещё. Через перила, обгоняя своих союзников, вылетел долговязый старик с пылающими глазами и разинутой пастью. По потолку поползла толстая женщина со вспоротым брюхом.              Пистолет Фекрума вместе с его ладонью плавно превратился в острейшее лезвие. Этим продолжением руки мужчина рубанул старика сверху вниз. Орудие разрубило голову нечисти надвое, как раскалённый нож масло. Стонущее нечто рухнуло, а бородач, ступив ногой на его спину, вонзил и тут же вынул меч из сердца невысокой девушки без нижней челюсти. Следующий тычок пробил её глаз, и тварь обмякла, заставив идущую следом одержимую женщину запнуться.       Его протез снова принял облик руки с пистолетом. Оружие трижды плюнуло свинцом в крупного мужчину, худого подростка и одноглазую старуху. Головешки одержимых полопались от пуль, и те свалились замертво. Толстуха резко спрыгнула с потолка на главу организации, но парень резко юркнул в сторону. Ноги монстра уткнулись в холодные тела одержимых. Тварь хотела заорать, но опять появившееся лезвие быстро отсекло её голову. Последние два существа были полны ярости, но её охладили два точных выстрела в лоб и глаз.              С нежитью на данном участке дома было покончено. Роман направил металлическую руку к трупам, из которых быстро стала вытягиваться то ли жидкость, то ли пыль серого цвета.       — Ты чё это делаешь? — поморщила Олег.       — Возвращаю материал. Пули не бесплатные же.       — А вот мне похер, что там у тебя за волшебная рука! — начал Кирилл, приближаясь к бывшему товарищу, — Какого хера ты встал как истукан?!       — Ой, ну простите что я спас вас от этой толпы! — взбешённо процедил лысый.       — Спас? — вдруг усмехнулся Себастьян. В его голосе слышалась отчётливая боль и тяжесть. — Спас, сука?! — эти слова рикошетили от стен подъезда, устремляясь вверх и вниз. — Из-за тебя мы тут! Из-за тебя погибли Катька, Марк и Ева! Ты убил Сашу! Спаситель херов! — Эванс больше не сдерживался. Он резко подошёл и толкнул бородача так, что тот чуть не запнулся о ступеньки. — Как тебе вообще хватает наглости так общаться с нами?!              — Олеж, пойдём наверх, разведаем обстановку... А то как-то тихо там, — неловко предложил кудрявый своему рыжему товарищу. Тот молча согласился, сняв винтовку с плеча.       — Я... — начал было говорить Рома, но Себ не дал.       — Ты просто мразь! Моя жена беременна и вынуждена сражаться с нежитью, потому что ваша «всемогущая», — это слово писатель произнёс громче остальных и с особой, насмешливой интонацией, — организация опять обосралась! Как ты спишь, зная, что причинил столько боли тем, кто считал тебя другом. Настоящим и хорошим другом! Который оказался трусливой крысой... — агрессивно дышащий брюнет прекратил кричать, а затем процедил: — Съеби с дороги и вали...       — Себ, я... — голос Ромы изменился. Он звучал также, как и при первом знакомстве. Как тогда, когда этот лысый рассказывал о Сашке. Как на пути к «Маяку». Как во времена, когда он был частью их команды. В нём будто бы проснулась вина.       — Я не хочу больше слышать твои лживые оправдания. Никто не хочет! — подойдя почти вплотную, рявкнул Себастьян. Тут послышался голос Александра, побитый помехами: «Я не верю, что ты сделал это по своей воле». Далее звук нажатой кнопки и запись оборвалась. В руках Ромы был телефон Себа.       — Дай мне сказать, — с нормального глаза лысого капали слёзы. Это ошарашило следователя. Тот, дрогнув, взял телефон.       — Что это за перфоманс ты тут устроил?              Тем временем Олег и Киря долбили кулаками дверь квартиры, которая была вымазана тёмной кровью нежити.       — Походу, не откроют нам, — буркнул Олежик, слыша крики снизу.       — А ты думаешь, что там кто-то всё же есть? — с сомнением в голосе спросил Кирилл.       — Ну не просто же так твари туда ломились, — прошептал рыжий.       — Тогда давай ломать... — но кудрявому не дал это сделать тихий скрип щеколды. Дверь приоткрылась и за ней оказалось четверо подростков, которые с опаской вышли. Три девушки и парень.       — С-спасибо, — промямлил низкий брюнет, пропуская девушек вперёд. Те запуганно закивали, спускаясь по лестнице. — Вам надо помочь? — вдруг спросил пацан.       — Беги давай к своим, — усмехнулся Кирилл и хлопнул подростка по плечу. Тот молча рванул вниз. Он пробежал мимо бывших друзей.              — Я жду объяснений, — тихо пробурчал Эванс.       — Я убил Сашку не по своему желанию, — голос мужчины надломился, — и Еву тоже... — добавил он.       — Ага... и по чьему же? — саркастично усмехнулся Эванс. Сверху появились напряжённые силуэты рыжего и шатена.       — Я не главный в нашей организации... Ну как, я глава, потому что мой отец основал эту контору, но... ещё до меня они решили ввести совет. Всякие важные решения принимались только посредством голосования. При мне в совете было десять человек, включая меня. Мой голос считался за четыре. Не знаю почему! Мне приказали втереться вам в доверие.       — И ты это сделал, как послушная кукла, всё? — устало проворчал брюнет, но в его мыслях мелькнула надежда на то, что Рома не такой урод.       — Я к вам всем привязался, — еле выдавил из себя лысый. — к Саше больше всего. Они приказали мне вывести Захарова из себя.              — Зачем? — подал голос Олежа, отойдя от Кирилла.       — Чтобы... Себ проявил себя.       — Нахера им это? — с недоверием подобрался ближе рыжий.       — Им нужны было знать, на что способен прямой потомок Хантера. Это не было моей изначальной целью.       — А какой была твоя цель? — вдруг спросил Себ.       — Я не...       — Не можешь сказать? — его оборвал умник, — А всё потому что ты сыпешь пургу нам в глаза!       — Я должен был кое-что найти в этом мире! Но потом планы изменились, когда у Себа начались видения! — процедил Рома, стиснув кулаки. — Они сказали, чтобы я передавал всю информацию им! Они видели моим глазом-имплантом и слышали через него всё!       — А, то есть сейчас они не слышат? — чуть не рассмеялся Себастьян.       — Связь с советом пропала ещё возле пещеры...       — Хватит уже заливать... Ты убил Сашу и Еву, потому что тебе угрожало начальство, да-да...       — Не мне... — горько сглотнул ком скорби Роман, — вашим родным...              После этих слов на пару мгновений повисла тишь. Парни играли в гляделки, и лишь взор Ромы был направлен вниз.       — Что? — ошарашено спросил Себастьян.       — У меня никого не было, кроме вас... — начал бородач, — а вот у вас... были родные. За непослушание Совет пригрозил убить сначала всю родню, которой вы дорожите, а потом и близких.       — Ты же врёшь, да? — спросил рыжий, поправляя очки и стараясь прийти в себя после рассказанного.       — Нет. Они приказали мне убить Сашку. А в качестве мотивации отправили на мой ПДА фотографию, сделанную в прицел. Он был направлен на твою тётю, Себ. Затем была фотка троих наёмников с оружием возле дома Олега. И таких фотографий были десятки. Они дежурили там как психи! — процедил Фекрум. В его голосе не чувствовалось фальши.              — Ч-чем ты это докажешь? — заикнулся Эванс. В ответ на это Рома извлёк из-за пазухи небольшую, помятую папку. В ней было пару десятков фотографий, про которые мужчина упоминал ранее.       — Твою мать... — выругался Олег.       — Ты... ты не врёшь... — мямлил Себастьян. Лишь Кирилл стоял наверху и прислушивался к чему-то.       — Я взял их с собой с надеждой, что попадётся подобный момент и... — его слова прервал тихий голос Кирилла:              — Я тоже в ахере, ребят, но вы слышите этот вой? — Четвёрка прислушалась и действительно. Наверху кто-то жалобно завывал.       — Это... плачь? — недоумевал Огнев.       — Причём детский... — собравшись с эмоциями, добавил Рома.       — Давайте наверх, только тихо! — проговорил кудрявый. Группа аккуратно двинулась вверх по лестнице. Тем временем с улицы послышались выстрелы и крики десятков голосов. Что-то шло не так.       — Там что-то случилось! — рявкнул Кирилл. Эванс взглянул на них, затем наверх, а потом на подъездное окно.       — Идите! Если местные правы, то там всего пара одержимых! Вы нужны внизу!       — Осторожнее тут! — с согласием крикнул Олежа, а Киря добавил:       — Особенно с этим, — он ткнул взглядом в Рому. Затем кудрявые убежали вниз по лестнице.              Оказавшись на последнем этаже, двоица узрела ужаснейшую картину. Была открыта лишь одна квартира. Там, на полу у входа лежал мужчина с простеленной головой. На его лысом затылке был вырезан тот самый символ.       Себ и Рома быстро вбежали внутрь, почувствовав лёгкий сквозняк. Он доносился из комнаты, где был слышен плачь. Это был небольшой зал с типичным, советским наполнением. Ковёр на стене, громадный сервант, стол-книжка. Возле окна стояла женщина лет тридцати. Рядом был ребёнок, которому на вид можно было дать годиков восемь. Ребята уставились на маму и сына. Первым заговорил Себастьян:       — Всё кончено! Твари мертвы, можно уходить! — спокойно произнёс он. Девушка молчала. Окно возле неё было открыто.       — Себ... дела плохи, — тихо шепнул Ромка, — взгляни на ребёнка.              По телу пробежала мелкая дрожь, а причиной того стала кожа дитя. Она стремительно бледнела. Вены темнели, набухали. На плече мальчика был тот самый символ.       — Девушка, он же одержим! — с напряжением в дрожащем голосе крикнул Эванс.       — Я знаю... Уходите! — крикнула она, а на её лице не было ни единой эмоции. Рома хотел было что-то возразить, как случилось нечто ужасающее. Одержимый отпрыск резко вгрызся в ладонь матери. В ответ та прижала его к себе и резко перемахнула через оконную раму. Пару секунд в квартире царила тишина, а затем с улицы послышался тихий удар, сопровождаемый хрустом. Выстрелы и крики прервались на пару секунд словно специально для этого.       — Твою ж мать... — обомлел Себ, осознавая произошедшее.       — Надо было сразу бежать к ним и вытаскивать бедного ребёнка... — желая о собственной глупости и медлительности, проворчал Фекрум.       — Л-ладно, пора спускаться. Там и обсудим всё, — заключил писатель.       — Ты поверил мне? — удивился лысый.       — Я... не знаю, — подавленно выдавил брюнет, попятившись прочь.       — Ты уже не сказал «нет», — нервно усмехнулся Ромка.       — Я тебе щас всеку. Идём уже! — раздражённо выдал избранник и они вдвоём поспешили наружу.              На улице их ждало разочарование и не понимание. Ни друзей, ни одержимых, ни других выживших на улице не было. Лишь несколько новых трупов появилось.       — Надо бежать к нашим! — проговорил Рома, — наверняка туда пошли Олежа и Киря!       — Нашим... — буркнул американец, затем хмыкнул и выдал следующее: — ты так-то не спеши! Пошли их и... — слова его оборвались оглушительным воем. Глаза парней устремились к источнику звука. Жуткое подобие человека и собаки стояло в подворотне. Глаза пылали белым. Вытянутая морда с людской челюстью и собачьими клыками клацнула ими. Затем издала смесь женского визга, собачьего воя и скулежа.              — Это что за нахер?! — ругнулся следователь и направил дробовик на нечто. За этим «псом» внезапно выбежал второй, а потом и третий. Раздался громкий хлопок ружья. Дробь задела правый бок и глаз монстра, но тот не остановился.       — Ты вредишь моим зверушкам! — донёсся до Эванса и Фекрума потусторонний голос. Он был противно высоким, но при этом также были слышны и мычащие, низкие ноты. Всё из той же подворотни вышел высоченный силуэт. Трёхметровое, бледное создание бездны ужаса. Продолговатые бледные руки тянулись к полу. — Лысого сожрать. Мохнатого ко мне! — процедила тварь, указав длинной, когтистой, трёхпалой лапой на двоицу.              — Беги! — крикнул Рома, толкнув Эванс прочь. Сам же он сжал в руке пистолет, являющийся частью тела.       — Одному бежать?! — глупо спросил брюнет.       — Нет, блять, два! — огрызнулся Роман. Прогремел грохот и голова твари, пережившей выстрел, разлетелась как гнилой арбуз, упавший на асфальт. — Убегай уже! Эта тварь на мне! — злобно процедил глава, сместив взор на нежить со свитой.              Себ рванул прочь. Бежал, несмотря на выстрелы и ужас в теле. Вокруг были похожие дома и переулки. Впереди показался забор. Следователь резко сверкнул, пытаясь вспомнить, откуда они пришли сюда со стариком. Казалось бы, всего четыре квартала, а он уже умудрился заблудиться.       «Он сказал убить Рому, а меня оставить. Неужели за мной опять охотиться?!» — но из этих мыслей парня выбил выскочивший из-за мусорного бака одержимый. Грязный старик вцепился в горло Себастьяна и повалил его на холодный асфальт проулка. Вдалеке слышались одиночные выстрелы Роминого пистолета.       Холодные пальцы вцепились горло. Между ним и Ромкой был всего один двор. Но на его помощь рассчитывать было бесполезно. Рядом не было ни людей, ни монстров. Тело Эванса ослабло после сражения со старухой. Рука ныла, но он пытался отмахнуться от старца.       Внезапно громкий хлопок раздался в считанных метрах от дерущихся. Глаза нежити перестали гореть. Хватка на шее ослабла, и тварь обмякла. Спереди послышался тихий, переводящий дыхание после пробежки, голос:       — Я ведь всё же нашёл тебя! — в нём слышалась лёгкая радость. Голос оказался знакомым. Себастьян уже слышал его. Вдруг события пятилетней давности хлынули в его голову.       — Костян?