Глава II

Сусанна бедная осталась На свете круглой сиротой. Сперва, конечно, убивалась, А думать начала потом, Как стало нечего ей жрать И слуги все разворовали. А тут еще указ прислали: Хотят именье отобрать. И над ручьем она рыдала, И волосы себе рвала, И богохульно проклинала Мать, Бога, душу и Петра. И вот, подумав головой, Сусанна вещи собирает… Так ход событий роковой Ягненка в льва преображает. Никто не знает, как там было, Как все Сусанне удалось. Но во дворец она внедрилась И зажила, скрывая злость. В корсет потуже затянулась И стала кудри завивать, И научилась танцевать, И сразу многим приглянулась. Он признала весь порядок, Который был введен царем. Табак курила до упаду И запивала все вином. И напивалась так, бывало, Что, не дойдя к себе домой, Слетевши с лестницы крутой, Так там до утра и валялась. И так она жила, что скоро По полной бочке в день пила И Всешутейшего собора «Смиренной матерью» была. Была любимицей Сусанна За свой незлобный, тихий нрав, При остроумье речи бранной Сусанна не качала прав. В веселье, пьянстве и романах Текли года. Она была Все та ж прелестная Сусанна - Собой стройна, лицом светла. Но день настал – и царь скончался, И траур Петербург объял, И в анфиладах бальных зал Плач погребальный раздавался. Три дня Сусанна прорыдала, Потом опомнилась – и вдруг И жизнь, и свет, и Петербург Прозревшим оком увидала. И засмеялась: «Царь в могиле! А я-то, я-то что реву?» И в тот же день она в Москву Из Петербурга укатила.