13. Первые успехи

      Зеленоватые зеркальные полы отражали вид с улицы, откуда через высокие окна пробивался весь солнечный свет. Каменные колонны, расставленные в каждых пяти метрах друг от друга, упирались в высокий потолок помещения. Половина его, ближе к двери, то есть задняя часть, была залита тусклой тенью, в то время как если посмотреть оттуда на вид из окон можно было заметить и бескрайнюю листву под резиденцией Хокаге, и чистое голубое небо, — все это было как на ладони. Большой холл, расположенный на солнечной стороне Конохи, вмещал себя помимо колонн и окон, расстилающихся по всему периметру, только один скромный деревянный стол и два стула. Неотшлифованная поверхность дерева могла создать впечатление бедности, что на контрасте с богатыми галерейными видами по левую сторону — там, где находился балкон во всю длину, и можно было выйти посмотреть на окружающий мир, было заметно особенно сильно. Здесь была хорошая акустика. Все произнесенные, эхом еще девять раз отбивались о поверхность пола, что уж говорить о бесконечном и тихом щебете пролетающих мимо птиц и перекатывании веток деревьев с их шуршащими листочками. Наверное, именно поэтому здесь нравилось Хирузену. Одинокое место, позабытое всеми Хокаге до него, куда и он наведывается редко. А ведь при входе сюда первым делом взор бросается не на чистые полы, в отражении которых видны свои морщинки, не на запах жженого дерева и облака, до которых словно подать рукой… нет, вовсе не на них. При входе сюда ты первым делом замечаешь тишину, сквозь которую каждый твой шепот имеет потенциал стать громче крика. Нельзя не заметить здешнюю атмосферу мирности, ностальгии и меланхоличного покоя, в котором нет места для громкого смеха или слез. Это место идеально подходило для переговоров — так считал Хирузен, ведь то, что говорилось здесь, оставалось здесь, и никто, кроме прилетных птиц, не ведал о происходящем в отдаленном от мира уголке. — Новый сенсей Команды 7… — Ирука посмотрел по правое плечо, наружу, и повернулся обратно в сторону Хокаге, чтобы не создавать впечатление человека, испытывающего волнение перед встречей с лицом выше тебя. Ирука и Хирузен столкнулись взглядами. Никто из них не притронулся к своим чашечкам с чаем. Хирузен молчаливо смотрел на Ируку, ожидая, пока он продолжит свою мысль. Стрекот насекомых и шелест травы уже не успокаивал, а наоборот, создавал гнет. Хирузен знал: никто кроме него не может выдерживать здесь тишину, и Ируке понадобиться сказать пусть даже незначительную мелочь, лишь бы не находиться среди одинокого эха дыхания стен позади себя. — Суровый ниндзя, ведь так? Его методы обучения… Справиться ли он с детьми? Теперь уже Хирузен посмотрел в окно. С его лица не слезала умиротворенная улыбка. Морщинистые старые пальцы неспешно поглаживали поверхность чашки. Молчание затянулось на большее время, чем рассчитывал Ирука, и он уже начал задумываться, услышал ли его Хокаге. — Так вот зачем ты пришел. — Да, — спокойно ответил Ирука с собранным выражением лица. Его руки, лежащие на столе, были сжаты в кулаки, на что Хирузен обратил внимание. Он посмотрел на Ируку. — Какаши не такой, как другие джонины. Когда о нем заходит речь, невозможно обойтись без деталей и вечных «но». Он противоречив, я понимаю… Ирука проморгался и опустил подбородок ниже. Он был готов жадно глотать каждое слово Хирузена. — Взгляни-ка, — под тяжелое тарахтенье Хирузен подрагивающими руками вытащил из одеяния пыльную книгу, больше похожую на библиотечную, нежели на ту, которая принадлежит великому Каге. Как раз в это время Ирука заскользил глазами по матовой, потертой временем обложке, мысленно читая название одновременно с голосом Хирузена. — Это план управления и руководством команд за последнее десятилетие. Ирука недоуменно поднял взгляд на Хирузена. Тот отхлебнул чая, облизнулся и начал искать нужную страницу. — Список всех учеников Какаши. Хирузен положил книгу на стол буквами в сторону Ируки и легонько подтолкнул ее к нему. Ирука молчаливо повиновался немому приказу и взял в руки книгу. Он не смог скрыть удивление на своем лице. — Никто… — Он посмотрел на Хирузена. — Никто не прошел его испытание! Хирузен, посмеиваясь, убрал книгу. — Чтобы попасть под предводительство Какаши у детей должно быть огромное везение. Ирука промолчал, потому что с детства его учили не рубить с плеча. Хирузен заметил изменения в настроении Ируки и заговорщеским тоном мудреца поинтересовался у Ируки так, словно уже знал ответ на свой вопрос. — Ты так боишься отпустить своих бывших учеников в вольный путь или ты не веришь в их силы? Может, все дело в Какаши? Пальцы Ируки отцепились от стола, сжались в воздухе и снова разжались, упав обратно на стол. — Я стараюсь поверить, он достаточно компетентен, чтобы суметь обуздать эту троицу. — Не сомневайся в нем, — медленно произнес Хирузен. — К слову, что насчет Наруто? — Он… Ирука выдохнул, пусть в его легких почти не было воздуха. Это было странное тревожное придыхание, какое свойственно особенно бережливым и опекающим родителям. С усилием Ирука заставил себя вспомнить, что с Наруто все будет в порядке и у него нет проблем в жизни, и, самое что ни на есть важное — Наруто жив и здоров — этого знания беспокойному учителю достаточно. — Полагаю, Мисаки, Саске и Сакура стали для него хорошими друзьями, — Ирука улыбнулся. Хирузен поочередно постукивал по столу пальцами своей вялой руки. — Ясно… хорошо. У меня есть вопросы, касаемо учебного процесса Узумаки. У него рано или поздно всегда начинает чесаться учудить что-то эдакое… Хирузен резко посмотрел на Ируку. — Ты ведь и сам понимаешь, что я имею в виду, когда говорю про взбалмошность Наруто. В Ируке взыграло эгоистичное желание обелить Наруто в глазах Хокаге. — Наруто, может, и отличается от других детей, да вот та, за кем действительно нужен глаз да глаз — Мисаки. Она точно себе на уме. Хирузен сложил пальцы в замок. Он пристально посмотрел на Ируку, отчего тот заерзал на месте. — И какова же она? Сильно хлопотная? — Мисаки не проблемная, просто… своевольная. Одновременно в ней сочетаются самые разные черты. Если быть кратким: одна сплошная перемена. Бесспорно, это и выделяет ее среди других учащихся. Наруто буйный, но справедливый. И Мисаки такая же. Полагаю, стремиться к ярким краскам — черта всех Узумаки. Ирука не хотел наговаривать на Мисаки. Он соврет, если скажет, что и Мисаки ему не породнилась настолько же, насколько и Наруто. Увидев довольные глаза Хирузена, Ирука понял, что его только что грамотно обвели вокруг пальца, выудив даже ту информацию, которую разглашать Ирука не собирался. — И за всеми ними нужен глаз да глаз, — Хирузен посмотрел в сторону улицы, пестрящей цветами листвы. После этого Хирузен не сказал ни слова, и Ируке пришлось уходить в сопровождении природной тишины. Ему почудилась тень. Ветер зашумел, точно как в предзнаменовании грозы, и также быстро стих. *       Испытание началось. Повторять Наруто и Саске о командной работе уже стало пустой тратой времени. Как бы я ни старалась вбить в голову одну простую заповедь успеха этого теста от Какаши, они пропускали мои слова мимо ушей. Пока я твердила им об одном и том же, Наруто поддакивал, а Саске делал вид, что ему плевать, и я была уверена в их благоразумии в тот краткий миг, когда Какаши объявил начало испытания. Наруто и Саске взметнулись в воздух так быстро, что трава на том месте, где они еще пару секунд назад стояли, смялась. Они быстро удалились в противоположные друг от друга стороны, оставив меня одну в полном смятении. Настроение упало под ноль. Только что случилось то, чего я так сильно не хотела допускать. Наруто проигнорировал меня, как и всегда, когда дело касалось боя: он всегда делал вид, что все знает лучше меня, хотя всегда наши спарринги оборачивались если не взаимными побоями, то моими победами точно. Неужели его хрупкое эго взыграло и в такой ситуации? Под удар встал вопрос не только о силе, но и о том, кто же пройдет испытание, и я сомневаюсь в том, что Наруто осознает, насколько он подставил меня и Саске. Я предполагала, что Саске поступит своевольно. В этом с Наруто они похожи как две капли воды, к сожалению… и к счастью Какаши, потому что его взгляд не предвещал ничего хорошего для Команды 7. Вынырнув из книги, он критично осмотрел меня, уже сделав в голове неутешительные выводы о нашей троице — это я поняла по скептичному выражению его лица. Шея вжалась в плечи, — так я постаралась сделаться мельче и незаметнее для чужих глаз. Короткий миг тишины и переглядок показался мне вечностью. Пару секунд мы с Какаши пялились друг на друга. Моя мимика выдала все за меня, и Какаши ободряюще улыбнулся мне, призывая не расстраиваться, хотя я сразу поняла, что эта типичная улыбка носит больше издевательский характер, нежели подбадривающий. Посмешищем быть не так уж и сложно! Я неловко почесала щеку указательным пальцем и спросила: — Можете отдать колокольчики? Какаши, медленно моргнув: — Не считаешь свой вопрос странным? — Даже если я очень хорошо попрошу, не дадите? Суть задания состоит не в вежливости? — Нет. Я очень, очень грустно выдохнула. — Тогда я пойду. И, сраженная унижением, устало заковыляла в сторону леса. Листва деревьев шуршала для меня уже по другому. Обычно я искала ответы среди природы: у неба, у воды, у травы. Сегодня же, сколько б я не прислушивалась, все было тихо. Сквозь стрекот цикад мне послышались голоса и Наруто, и Какаши, и Саске. Странный мираж. Такое часто бывает, если ходить под палящим солнцем на полигоне круглыми сутками. Сумерки сгущались ближе к скоплению большего количества деревьев. Они своими раскидистыми ветвями, на которых мерно покачивались шуршащие листочки и кое-где бутоны, закрывали землю от слепящего солнца. Почему этот шум вокруг уже не навевает на меня мысли, как это было раньше? То ли природа со мной больше не говорит через голубое небо, то ли я сама уже слишком повзрослела, чтобы находить ответы у облаков. Я вгляделась наверх. Глаза закрылись сами по себе, и в голове начали рисоваться сюжеты прошедших дней. Например дней, когда я тренировалась на полигоне у приюта. Там же, где я впервые встретила Сакуру. Итачи частенько наведывался ко мне и проверял результаты моих тренировок в свободное время, а иногда он брал с собой и Саске, после чего мои упорные старания метания кунаев превращались в споры с Саске. Мне мог почудиться и голос Итачи тоже. Это было бы очень… печальной иллюзией. Что-то всколыхнуло мою интуицию. Я резко повернулась в сторону далекого куста, и как раз в этот момент сквозь него пробежала тень. — Наруто? Но тень не ответила. Я потеряла ее из виду, а следом там показалась темная макушка. — Саске? — шепотом позвала я. Ни один из них не вышел ко мне навстречу. Я подозрительно сощурилась, нутром предвещая, что это ни Наруто, ни Саске, ни кто либо еще мне знакомый. Тревожное чувство зародилось в ключицах, ближе к горлу, и я заозиралась по сторонам. Я попыталась прочесть ауру незнакомца, но все было тщетно. — Да что происходит?.. — Я сомкнула челюсти и провела рукой по лбу. Не хочу, чтобы этот день оказался в плохом смысле особым в череде моих воспоминаний. Я услышала чей-то разочарованный голос, и мое сердце в испуге пропустило несколько быстрых ударов. Саске был готов пустить в меня кунай, однако поняв, что я — это я, он неохотно убрал оружие. Ему было гадко возвращать кунай обратно, ведь он думал, что любое оружие, вытащенное из подсумка, непременно должно было во что бы то ни стало достигнуть своей цели. Появление Саске не успокоило меня: кожей я перманентно чувствовала на себе чей-то взгляд. Решив списать это на излишнюю тревожность, я обрадовалась хоть чему-то позитивному сейчас: — Саске! Неожиданно для себя и для него радостно я подскочила с пня. Надежда наполнила меня с ног до головы: — Осталось только найти Наруто! — я не сдержалась и победно вскинула кулаками. Саске сморщил губы, посмотрел поочередно то в левый угол, то в правый, то на меня. Он выглядел так, словно только что услышал самую глупую вещь на свете. — Зачем? — Чтобы вместе справиться с заданием Какаши, конечно! — Не мели чепуху. Я не хочу тратить время на возню с вами. — Мы в одной команде, если ты не забыл! — В любой команде есть сильное и слабое звено. Просто не мешайся у меня под ногами и, если встретишь Наруто, — Саске приготовился бежать, — передай ему тоже самое. И он исчез. В Команде 7 идеальная командная работа, если командной работой считается командно друг друга избегать. Я сжала губы в тонкую полоску и широко раскрыла ноздри, вздыхая, ибо хотелось злиться. Наруто и Саске не собирались действовать сообща. Однако почему-то я была уверена: повернись ситуация опасным для команды образом, Наруто и Саске начнут работать в тандеме, сочетаемые, словно огонь и вода. А что дело до меня — так меня не воспринимают, что уж о моей силе… я не знала причину этого. Может, все дело в том, что я не мальчик, а может дело просто во мне, но найти причину того, почему же Наруто и Саске не могли свыкнуться с мыслью, что я тоже могу быть сильна, я не могла. Каждый сегодня пытается доказать самому себе свою собственную истину. Наруто пытается сказать всем о своей силе, Саске — о самостоятельности, я же — о силе и о своей самостоятельности, о том, что тоже имею право биться с ними бок о бок. Эта проблема еще не столь явна, однако она уже глубоко пустила свои корни, поэтому стоит разобраться с этим поскорее и утереть их самодовольные носы. Полагаю, сейчас одновременно и идеальный для этого момент, и нет. Я должна сделать минимум, требуемый от меня, выложись на максимум. У меня не было плана — это было самым позорным для меня в этой ситуации. Действовать как попало мне не хотелось, ибо так риски оказаться за бортом становились слишком высоки. А мне для начала бы пройти испытание, и уже после думать о собственной силе и прочем… Ниндзя не думает, ниндзя делает, а я должна мыслить как ниндзя. Я принялась готовить ловушки хаотично по округе вне зоны видимости Какаши-сенсея. Конечно, я не надеюсь, что высокоранговый джонин попадется на мои детские уловки. Моя цель: это немного запутать его и хотя бы на пару секунд сбить с толку. Какаши-сенсей будет ориентироваться по местности, в том числе и на свои ловушки. Он с большей вероятностью знает всю Коноху наизусть, однако я видела краем глаза его зевки, а учитывая наш провал в самом начале испытания, он не будет ожидать от нас хитрых техник и приемов. Если он задумается хоть на долю секунды, это даст фору любому из Команды 7 — Саске или Наруто. Может, то, что я полагаюсь на них, при этом внеся свою лепту и называется командной работой? Жаль, что мало кто будет задумываться об этом в ходе теста. План сработает, только если я смогу повести его в бою в нужном мне направлении, но недостатки этой схемы перевешивают достатки. Я расставила ловушки с целью сбить Какаши, а уж на то, что он попадется хоть в одну из них я даже не надеюсь. Вот только Наруто и Саске вполне могут угодить в мои ловушки, ведь они о них не осведомлены, да и предупредить их я никак не могу. Я, конечно, сразу освобожу их, но пусть только попробуют огрызаться, иначе я разовью им огромную тираду о моей правоте в деле командной работы и о моей смекалке. А вот бороться против Какаши в случае чего нет смысла — поддаваться он не будет, а если и будет, то по сравнению с моими силами это не сильно облегчит мне задачу. Я в сотый раз поняла, что, объединившись и объединив наши силы, мы могли бы и пройти это испытание. Сомнение — вещь очень страшная, но мне просто нужен был спусковой крючок, после которого я начала бы действовать. Готовить первую ловушку я начинала боязно, оглядываясь по сторонам и пугаясь каждого шороха. Закончила же последнюю я полная энтузиазма и вдохновения, готовая на свершения. Будь что будет. Птицы всколыхнулись и быстро пролетели мимо меня, чуть ли не сбивая с ног. Внезапный крик напугал меня. Я рефлекторно попыталась отыскать источник звука и еле удержала равновесие, схватившись за ветки передо мной, используя их для того, чтобы скрыть себя. — Я не неудачник! Вот и ты, Наруто. Былая лесная гармония умерла в боевых кличах маленького урагана. Он летел на Какаши-сенсея с кунаем в руке, пока тот мирно читал «Приди, приди, рай». Все знали, какой Наруто безбашенный, но вот так без плана нападать вслепую — это действительно было верхом идиотизма. Приняв решение понаблюдать еще немного и посмотреть на развитие боя, я села на землю. Уголки моих губ опустились вниз, и моя голова была задрана. Я одобрительно покачала головой, когда Какаши-сенсей не то, что ухом не повел, а даже с места не сдвинулся, пока Наруто всеми силами пытался его задеть. Это нельзя назвать боем. Наруто тыкался в Какаши со своим кунаем, как котенок мордочкой в ладонь. Разными способами Наруто пытался достать колокольчики: прыгал и сбоку, бросая кунаи и сюрикены; и сверху, пытаясь взять Какаши на удушающий; и даже выпрыгивая у Какаши из-под ног (когда тот все-таки встал из уважения к братьям нашим меньшим). — Я покажу на что способен! — Попробуй, — сказал Какаши, добавляя масла в огонь своей безразличной реакцией. Наруто забыл, что ему нужно было отобрать колокольчики. Оранжевое пятно кружилось вокруг неподвижно стоящего джонина, и лишь изредка тот оборачивался и отражал удары — остальные по нему попросту не попадали. Всё, о чем думал Наруто — как бы стереть это равнодушие с лица заносчивого сенсея и показать ему, где раки зимуют. Активные и разъяренные движения, ускоренный темп, сузившиеся зрачки и быстрое сбившееся дыхание — все твердило о старательности Наруто достать Какаши. И все было бестолку. Взмах ногой. Какаши сделал шаг назад и легко увернулся. С другой стороны его уже ждал кулак Наруто. Какаши поймал его ладонью и без применения силы отбросил в сторону, словно надоедливую мошку — зачем же стараться, чтобы прибить муху на стекле, верно? Наруто повторил еще и еще. Кулаки, ноги и кунаи летали по всему полигону, а на Какаши по прежнему не было ни царапины. Наруто зарычал. Он начал беспорядочно пытаться попасть по Какаши. По прошествии минуты мне начало казаться, будто Наруто специально не попадает по Какаши, хотя, вот же он, ровно стоит и ждет, пока ты отнимешь у него колокольчики и выполнишь это чертово испытание! Это было похоже на иллюзию или на сон, в котором ты бежишь со скоростью пешего шага. Причина проста. Наруто был чертовски слаб, а Какаши был чертовски силен. Я уже собиралась уходить, как заметила, что Наруто дистанцировался от Какаши на метров двадцать, чтобы отдышаться. Его грудная клетка тяжело вздымалась то вверх, то вниз. В правой руке он по прежнему держал кунай, и ей же он утер тыльной стороной большого пальца накопившийся пот над губой и на лбу, и подправил свой хитай-ате. — Если ты не неудачник — докажи. Пока что я вижу, — Какаши склонил голову набок и серьезно посмотрел на Наруто, — только подтверждение своим словам. Он сказал это с целью посмотреть на нынешний максимум Наруто чисто из любопытства. Однако Наруто было несмешно: Какаши задел Наруто за живое и он знал, куда давить, чтобы пробудить эту животную силу. Сейчас будет маленький «бум»… Я задержала дыхание. Казалось, всё вокруг повторило за мной. Но это был обычный тест, и Наруто, в глубине души осознавая это, смог сдержать себя. Еще чуть-чуть — и он точно постарается выложиться на максимум. Вот только эта злость была ненастоящей, поэтому мало что у него сейчас получится, — и это он тоже сам прекрасно понимал. Точнее, понимал Курама — тот, кто сидит в Наруто и вылазит лишь в страшных кошмарах, на пороге жизни и смерти. Наруто вернул себе сосредоточенность и постарался успокоиться… …Будь он дисциплинированнее и старше, я бы поверила в это, а вот Какаши взаправду повелся и с искренним интересом хмыкнул, наклонив голову набок. Наруто шаг за шагом отходил назад, чтобы разбежаться и в полете бега использовать запретную технику клонирования, вот только… — Наруто, стой! — Поздно спохватилась я, сложила руки крестом и начала быстро отрицательно кивать головой в разные стороны. — А… — Короткий обрывок испуга я застала в глазах Наруто, когда он, повернувшись ко мне, мигом взлетел вверх. Я уже не сдержалась и очень смачно, звонко и громко ударила себя по лбу. Наруто попался в мою ловушку! И сейчас он висит вверх ногами, подвешенный за ногу к ветви дерева. Конечно, это должно было случиться с Наруто. Ну кто же еще мог! Какаши разочарованно выдохнул, покачав головой. Он сложил руки в карман и принялся ожидать дальнейшего развития событий. Я хотела оперативно спрыгнуть к Наруто с небольшого склона. Мои ноги затекли, поэтому я в моменте приняла решение просто скатиться по склону вниз и мигом оказаться около Наруто. И я позорно медленно скатывалась по склону, оставляя за собой протяжный след из земли. — Томатоголовая! Я так и знал, что это твоих рук дело! Вытащи меня отсюда, даттебайо, я только начал! Наруто агрессивно махал кулаками в стороны, из-за чего качался туда-сюда, влево-вправо, и своими хаотичными движениями сбивал этот же ритм, смахивая на рыбу, выброшенную на берег. — Прости-прости! — я сложила руки в молельный жест. — Я не думала, что ты совсем потеряешься в пространстве и забудешь смотреть по сторонам в попытках задеть Какаши-сенсея… Наруто яростно задергался на веревке, пружиня, из-за чего его голос колебался: — Если бы не твоя идиотская ловушка, я бы смог сейчас использовать технику множественного теневого клонирования, глупая твоя красная, красная голова! Он пытался дотянуться до меня, чтобы отвесить оплеуху, но в заветные моменты, когда его кулаки были рядом со мной, он назло отпружинивал вверх. Я схватила его за голову. — Что ты только что сказал?! Наруто похлопал ресницами. Я замотала бедного Наруто туда-сюда: — Дурак! Зачем ты выдал сопернику свою технику?! Не мог потерпеть, пока я тебя развяжу, чтобы пустить в обиход толпу своих таких же дурацких клонов, как и ты?! Внезапно я услышала одобрительно угуканье Какаши: — Спасибо, Мисаки. Я не услышал о чем вы говорили до этого, потому что отвлекся на помятый корешок книги. Правду говорят: повторенье — мать учения, — Какаши запустил ладонь в свои волосы и нарочито мило улыбнулся. Я виновато и со скрежетом повернулась в сторону Наруто. Не успела я и слова обронить, как Наруто воскликнул, глядя на нечто позади меня: — Саске! Покажи ему, давай! Размажь его! Эй, что с твоим лицом? Я обернулась. Саске стоял позади Какаши с приготовленной печатью. — Круто мы придумали, Мисаки! Команда 7 — такая Команда 7, когда мы просчитываем все до деталей. Мы отвлекли Какаши-сенсея, а Саске уже почти забрал колокольчики! — воодушевленно заговорщески произнес Наруто. — Подожди, у меня кружится голова… — Идиот… — агрессивно, с долей уставшего каприза выплюнул Саске, потому что обломался с попыткой неожиданно напасть на Какаши из-за Наруто. Я спохватилась освободить Наруто от ловушки, вот только к тому моменту, как я развязала его, он уже был в отключке. Мои глаза широко раскрылись. Да не может быть, чтобы такой жук вырубился только из-за того, что повисел минутку вверх ногами! Я бегло и грубовато вследствие спешки осмотрела его лицо, придержав его щеки одной рукой. За месяц Наруто заметно похудел, а учитывая его желтоватый оттенок кожи, нехарактерный ему, можно и запросто сделать вывод о его питании, если таковое вообще есть. Ставлю на кон, он точно не ел последние два дня и тренировался до упаду. Саске вел бой с Какаши за колокольчики. Он выглядел гораздо серьезнее, чем Наруто. Десяток сюрикенов. Какаши увернулся ото всех. Саске стремительно приблизился к Какаши, вынуждая его отступить назад — там его ждал уже летящий кунай со взрывной печатью, который был брошен за миг до этого. — Конь, тигр. Элемент огня: огненный шар! — Саске сложил печати, и в следующую секунду из его рта уже выходил огромный огненный шар. Я стояла далеко, но даже до меня долетел этот жар. Удивление в глазах Какаши внушало Саске уверенность в себе, и он усмехнулся. — Невозможно… А ты и вправду хорош, — с еле различимым восторгом произнес Какаши. Поворот. Какаши кинул многочисленные сюрикены в сторону Саске. Саске отбил их. Один из них полетел в мою сторону, так что я быстро отразила этот сюрикен в сторону головы Какаши. Одновременно с этим я достала из подсумка кунай и метнула его в сторону колокольчиков. Какаши растерялся на долю секунды. Саске продолжал безостановочно нападать на Какаши, каждый раз меняя характер своего боя, двигаясь то быстро и активно, то тихо и незаметно, пытаясь не дать и шанса Какаши просчитать ход его будущих действий. Я бегала вокруг них, дожидаясь, пока Какаши повернется ко мне спиной, чтобы сбить с его пояса колокольчики. Параллельно я вызвала клона, и тот хаотично отбрасывал сюрикены, стоя спиной к спине Саске. Какаши во мгновение ока оказался около меня. Я увернулась в миллиметре от крепкой ладони, нацеленной мне на живот. Я старалась больше бегать — это получалось у меня больше всего, и меньше приседать — это получалось хуже. Какаши прознал меня и все чаще начал целиться по ногам. Взмах. Второй. Не успеваю я уворачиваться от одного удара, как в противоположное место летит другое. Теперь бой веду я, а Саске пытается сбить колокольчики. При этом всем Саске недовольно морщится и хмурится каждый раз, когда ему приходится меня выручать или когда я ошибаюсь. Главное — не думать. И в определенный момент я ловлю себя на мысли, что не поспеваю за атаками Какаши. Он попадает мне в плечо рукоятью куная, и в полете отбрасывает его за себя, на Саске. — Я мог справиться… — кунаи Какаши летят в сторону Саске, и он отбивается, — и сам! — Да ты что! Мой темп становится все медленнее. Я начинаю напрямую пролезать к колокольчикам, пока Саске складывает печати, чтобы мне подсобить. Он использует мелкие техники, стараясь сильно не расходовать чакру, и его клон проделывает все тоже самое. Наконец, одному из клонов удается отвлечь Какаши, и пока он был повернут ко мне, в его спину прилетел кунай от Саске. Наш триумф длился недолго. Какаши растворяется в маленьком облачке и бревном падает на землю. Мы с Саске синхронно цыкнули. Какаши подкрался незаметно. Я размахиваю кунаями в разные стороны, в моменты риска отбегая в стороны и кидая их в Какаши, все еще будучи сбитой с толку. Когда силы начинают покидать меня, Какаши приближается. Он очевидно выкладывается максимум на один процент из своих возможностей, но для Команды 7 выиграть особенно важно. Это победа не для меня, — для Наруто и Саске, пусть я все еще чуть-чуть на них обижена. И пока я смотрю в сторону Наруто, я не успеваю среагировать на летящий в меня сюрикен, который чуть царапает мое колено. А Какаши ведь понял, куда целиться, чтоб его! Краем глаза я вижу еще один сюрикен и уже жмурюсь, предвещая боль. Я боюсь неожиданной боли. Я знаю, что в спаррингах Наруто старается сбить меня с ног, и после помогает мне подняться. Я знаю, что после спаррингов с Саске у меня в основном кружится голова и болят мышцы из-за упорной работы. Короткая вспышка на мгновение ослепила на меня. В этот момент все было как в тумане, и окружающий мир вокруг меня будто застыл во времени. Проходит секунда. Две. Три. — Простите, что так долго. Если бы томатоголовая развязала меня чуть раньше, я бы не вырубился, — Наруто недовольно взглянул на меня. Он сжимал в кулаке сюрикен. — Как ты… — мои испуганные глаза зарябили по его лицу. — Я уж точно не похож на того, кто бросает своих товарищей в беде, даттебайо! Какаши на краткий миг опешил. Он взглянул на Наруто так, словно никогда не видел его до этого или признал в нем своего старого друга. Видимый темный глаз Какаши заискрился бликами солнца на мгновение, после чего снова затух. Мурашки коснулись задней части его шеи. Он как-то непонятно остановился, так и не закончив атаку, и выпрямился на месте. Наруто широко улыбнулся мне, довольно посмеявшись, и разжал руку. — Это было классно, да? Окровавленный сюрикен глухо ударился о траву. Наруто медленно поочередно перебирал пальцы рук. Саске звучно цыкнул. Он пытался замаскировать свое тяжелое дыхание под короткими и быстрыми рваными выдохами, камнем пялясь на лес с нахмуренными бровями. Я не стала отвечать Наруто. Неподалеку прозвенел противный будильник Какаши, оповещающий нас о конце испытания. Мы все поняли, что это значило. Колокольчики звякнули, когда Какаши сунул руки в карманы. — Присядьте. Я вынесу свой вердикт. Мы послушно сели у бревен. Какаши выглядел хмурым и задумчивым. Строгость в его голосе утихомирила и наши урчащие животы, и сбившееся дыхание: — Я принял решение, — мы навострили уши. Наруто радостно замотал головой из стороны в сторону, уже представляя, как отлично он проведет время будучи ниндзя и какие опасные миссии будут его ожидать. Саске не спешил радоваться, как и я. Какаши продолжил: — Вы все не прошли. Мир рухнул под нашими ногами. Мое тело пропустило тревожную волну негодования. Усталость стала ощущаться еще явнее, а теперь, когда я поняла, что все это было напрасно — мне стало еще досаднее на душе. Я подмяла колени под себя, стараясь угомонить свою грусть, и наблюдала за переливами травы. Саске посерьезнел, в то время как Наруто недовольно взглянул на Какаши. Мы все хотели протестовать, но все понимали, что это было справедливо, ибо никто не отобрал колокольчики у Какаши по итогу испытания. — Всё, что от вас требовалось — действовать сообща. Наруто виновато покосился на меня, а Саске, не желая принимать этот факт, отвернулся от меня. — Я же говорила, — шепнула я. — Вы пришли сюда поиграть, а не становиться ниндзя. Известно ли вам, кто такие ниндзя? — Это очень сильный человек! — воскликнул Наруто. — И тот, кому не нужна чья-либо помощь при достижении его цели, — добавил Саске. Какаши помотал головой. — Вы неправы. Мы трое удивленно посмотрели на Какаши. — Вашей миссией была цель отобрать колокольчики… любыми путями. Ниндзя должен быть рационален, холоден и беспристрастен. На протяжении всех этих часов вы то и дело бросались в бой, словно обезумевшие собаки, готовые разорвать кусок мяса, — он улыбнулся и указал пальцем на себя, продолжив. — Я не буду говорить и о том, как глупо было полагать, что вы в одиночку сможете справиться со мной… а Наруто, я заметил, был полон отваги побороть меня сегодня, — Наруто скуксился. — У вас могло бы получиться, если бы вы действовали вместе. Надеюсь, в Академии вас научат тому, что такое быть ниндзя. А пока что… я никогда не видел еще столь ужасной командной работы. — Но, Какаши-сенсей!.. — Да, мы не справились, и все-таки…! Мы замолчали. Ни один аргумент не был разумным по сравнению с заключением Какаши. Я опустила голову вниз так, что мои волосы, до этого собранные в хвост, распластались по коленям и кончиками доставали до травы. Наруто шмыгал носом, и Саске недовольно пялился на небо. Я ожидала такого результата и надеялась на него, но когда это произошло я оказалась повержена больше, чем думала. Именно сейчас во мне взыграл боевой дух, и мне горы стали по колено, вот только сейчас уже поздно предпринимать какие-либо действия. Каждый из нас: я, Наруто, Саске — не справились. Каждый по своему облажался, и каждый по своему показал себя с не очень хорошей стороны. — Наруто, как можно было попасться на мою ловушку? — устало и тихо спросила я. У каждого из нас была выраженная обида на лице. — Как можно было ставить ловушку и не догадаться, что твои товарищи могут в нее угодить, даттебайо?! — Не галдите, — прервал нас Саске. — И помолчите. Вы оба помешали мне, а кто как — уже неважно. Я возразила им обом, вскочив с места: — Если бы вы выслушали меня, вы бы узнали о том, что, оказывается, по лесу расставлены ловушки! И я бы не стала носиться по полигону, как гусиха, пытаясь словить все кунаи Какаши, только ради того, чтобы ненароком не помешать тебе! — я уперла руки в боки и пристыдила Саске. Они оба отвернулись от меня и друг от друга. — Эй, с кем я разговариваю?! Это испытание рассорило нас больше, чем сплотило. Диву даюсь, как могло так получиться, что весь сегодняшний день вышел одной сплошной ошибкой. Или мы все встали не с той ноги, или на самом деле я слишком сильно давлю на Наруто и Саске. Я тяжело вздохнула и присела перед ними. Собравшись с мыслями и пересилив свою на них обиду, я сказала: — Не все потеряно. Наруто непонимающе проморгался и на пару с Саске покосился на меня. — Что, если вы попросите Какаши дать вам второй шанс? — Что ты имеешь в виду? — выгнул бровь Наруто. — Мне все равно не хотелось становиться членом какой-либо команды… — Ты…! — Наруто ткнул в меня пальцем и закричал: — Не неси бред! У тебя мозги сварились, пока ты на солнце сидела?! Я удивленно посмотрела на Наруто. — Похоже на то, — тихо согласился Саске. Я похлопала ресницами: — Вы не пойдете? — Команда 7 без Ми… — Наруто запнулся. — Без томатоголовой уже не Команда 7. Саске согласно кивнул головой. Моя былая обида на мальчиков улетучилась. Тепло разлилось в моей груди, и я впервые за целый день вдохнула полной грудью. Мне стало очень приятно от того, что я незаменима, пусть и не сильна. Желание стиснуть их в объятиях я могла подавить в себе только первые пять секунд, но сдалась, и рывком приблизившись к ним, обхватила их за шеи, крепко обняв. На моей памяти это был первый раз, когда я обняла их. Я видела, что Саске заметил мою руку, тянущуюся к нему, и у него в запасе было три секунды, чтобы успеть увернуться, но он лишь молча нахмурился, стараясь не показывать своего радушия. Это согрело мне сердце. А Наруто, который сразу обхватил меня одной рукой в ответ, вовсе его растопил. Я улыбнулась, ощущая, как их макушки колют мое лицо. Это неудобство мне по душе. — Спасибо вам. — М-м, — промычал Наруто, стараясь дышать. Наши животы синхронно проурчали. — Давайте позовем Сакуру и поедим рамена за мой счет? Отпразднуем, что хоть кто-то из нас теперь состоит в команде, — пояснила я и высвободила Наруто и Саске из своих крепких тисков. — Чей же кошелек сегодня будет пуст, если все присутствующие теперь состоят в Команде 7? Наруто и Саске широко раскрыли глаза, а Наруто от удивления даже приоткрыл рот. Я обернулась. Стоящий перед нами Какаши-сенсей выглядел уже приветливее, чем минутами ранее. Я не смогла сдержать свой детский восторг: — Какаши-сенсей! — я подскочила на ноги, и Наруто последовал моему примеру. Саске медленно поднялся на ноги. — Это значит… — Добро пожаловать в Команду 7. Мы трое переглянулись, не в силах скрывать наши эмоции, переполняющие нас. Мы уже не задавались вопросами, что повлияло на изменение решения Какаши-сенсея, пусть и могли связать это с тем, что произошло до этого. — Тем не менее, вам предстоит работать, не покладая рук. Сегодня я в настроении, но… Никто не исключает, что рано или поздно с вами случиться непредвиденное. Быть ниндзя значит быть готовыми к риску. Вас могут принудить к тяжелому выбору, на кону могут стоять ваша жизнь, друзья или близкие, поэтому все, что вы можете делать — тренироваться днями и ночами, пока не станете настолько сильны, что сможете понимать друг друга с полуслова. Взгляните на этот камень, — Какаши обернулся к нам спиной, и мы пошли за ним. Ветер дул сильно. Какаши стоял неподвижно, сунув руки в карманы, глядя на камень, в котором были увековечены имена ниндзя. Мне стало холодно. Я взглянула на него с тревожностью в глазах. Какаши посмотрел на нас. Тревога в его глазах усилилась. Она и была не так заметна, как моя, потому что очень глубока. Я скромно схватилась за его штанину, стараясь не улететь. Мы молча смотрели на камень. Только Наруто не поддавался общему меланхоличному настроению: — Я хочу быть там! Надеюсь, и мое имя будет красоваться на этом камне, да самыми большими буквами! Хочу стать героем! — воскликнул он. — Это не просто герои, — взгляд Какаши потяжелел. — УВБ. Они все — УВБ. — Звучит классно, даттебайо! — Это значит, — я обернулась, все еще держась руками за штанину Какаши, — убиты в бою. Мой неслышный голос подействовал на Наруто сразу же. Широкая улыбка спала с его лица, а брови вернулись в исходное положение. Какаши кивнул. — Это мемориальный камень. Здесь есть и имя моего лучшего друга. Минута молчания показалась вечностью для нас. Это настроение больно ударило по нашим детским воображениям, а что уж до Какаши — он стоял, смотрел на этот камень, и ничего больше не говорил. Он привык к этому чувству. — Ступайте, — сказал он нам. Саске и Наруто ушли в Ичираку, а я пообещала им присоединиться чуть позже. Я стояла рядом с Какаши. Ни он, ни я не торопились уходить. — Не страшно ли вам смотреть на этот камень, Какаши-сенсей? — Мне не страшно. Это напоминанием всем нам о тех, кто действовал на благо нашей родины. Единственное подтверждение тому, что ниндзя — оказывается, не просто инструмент. Все почести нас ждут только после смерти. Нет, мне не страшно смотреть на этот камень, Мисаки. — А я боюсь. Он покосился на меня. Я крепче сжала его штанину. — Я не хочу быть ниндзя. — Тогда почему ты так стремишься к этому? — Я хочу быть сильной, чтобы защитить себя и своих близких. — Ты не ниндзя, Мисаки. Какаши улыбнулся, положив ладонь на мою макушку. Мне стало тепло. Показалось, словно я под защитой, и сейчас мне ничто не страшно. — Ты воин. Я удивленно похлопала ресницами, смотря на Какаши. — А Наруто? Он тоже похож на воина? — Знаешь, что отличает тебя от Наруто? Я отрицательно поматала головой. — Ты ценишь жизнь, но боишься боли. Он упускает быстротечность жизни, но не боится страданий. — Откуда вы знаете? — Я и не знаю. Это лишь цитата из книги, — он снова взглянул на мемориал. — Почему вы так легко взяли нас в команду? Я не успела почувствовать всю горечь поражения, как вы поменяли свое решение. Какаши задумался. — Вы напоминаете мне о… В моих глазах он разглядел причину, почему ему не стоит договаривать свои слова. Я смотрела на него доверчиво, внимая каждому слову, и его маска дала трещину. Но он быстро взял себя в руки, больше не позволяя себе глядеть на мои красные волосы, и улыбнулся. — Твои друзья тебя заждались. Иди. Увидимся на тренировке. И, Мисаки… Я обернулась. — Будь бдительнее. …Будто бы тени могли настигнуть меня в какой-то момент. Впрочем, только они меня и пугают. Я ничего не ответила и быстро ушла, попрощавшись с новым сенсеем. Я не помнила, как дошла до Ичираку. В моей голове было одновременно много мыслей и одновременно ни одной. Из этого состояния меня вывел запах только что заваренного рамена. Саске и Наруто сидели, жадно поглощая взглядом еду. Даже у меня потекли слюнки. — А чего не едите? — весело спросила я, войдя в помещение. Когда я вошла, Саске тихо пододвинул тарелку к себе и разломал палочки. Наруто надулся: — Мы ждали тебя! — Очень хорошо, что ждали, потому что всем вместе есть веселее. — Улыбнулся Теучи. — Хе-хе, здравствуйте! — я поздоровалась с ним. — Теперь вы — команда. Я горжусь вами, ребята. — Спасибо! — довольно сказал Наруто с едой, забитой за обе щеки. — Разлука с лапшой сделала меня еще сильнее! — сказал он с щеками, набитыми лапшой. Он проглотил лапшу и блаженно выдохнул, хлопая себя по животу. — Сакура должна подойти сюда с минуты на минуту, — ответил Саске на мой немой вопрос. Я палочкой подцепила яйцо со своей порции и переложила его в тарелку Наруто. Он вопросительно посмотрел на меня, а я прокомментировала это тем, что не люблю яйца. Я и вправду не разделяю восторг к яйцам, но еще больше мне не нравится этот изнеможденный вид Наруто. Полагаю, завершение дня раменом — самый лучший подарок для генина. Я улыбнулась, ощущая, как теплый бульон согревает мое уставшее тело. Мы все сегодня хорошо постарались.