Месть и последствия

Время научило Йеон быстрой реакции. Дверь в чайный дом открыта, она, снова в обличии волка, проскальзывает внутрь и прыгает на грудь жнецам, с силой толкая их в сторону, на пол. Приземляется на лапы, снова становится человеком и встаёт к соседу спиной, загораживая его от более высоких должностей. - Он невиновен. Я его заставила это сделать, - чётко сказала одна, хмурясь и задирая губу, обнажая зубы. Выглядела она, может, немного смешно, но, зная о её сущности, уж точно связываться не захочешь. Если ты не такой же, конечно. Один из молодых людей встал и отряхнулся, потирая бок, а затем вздёрнул одну бровь. В его взгляде читалось: "А толкать было зачем?". А Йеон лишь примирительно пожала плечами, мол, появиться нужно было эффектно. - Пожалуй... - поднялся и второй, облизывая губу и с недоумением смотря на скомкавшиеся рукава, расправил их резким движением, не скрывая недоброжелательности, - Стоит обсудить это поподробнее. Сообщи верхам о непредвиденных обстоятельствах, я пока всё улажу. Йеон расслабила лицо и кивнула, пока жнецы общались друг с другом. Она молча обернулась к соседу, застывшему с круглыми глазами, взглядом попросила не беспокоиться, и прошла глубже в помещение, усаживаясь в кресло. Приятно пахло книгами и кожей. Кресло явно старое, но всё ещё вкусно пахнет. Или это её острый нюх играет. Старший из жнецов вскоре пришёл следом. Лицо его непроницаемо, взгляд холоден и немного раздражён. Ему явно не нравилось, что миссия затянулась. И снова из-за этой волчицы, ведь в прошлый раз, когда наказан был Ван Ё, она тоже соизволила явиться без приглашения и пытаться влиять на его судьбу. Тогда не получилось. Но что-то подсказывало жнецу, что в этот раз Йеон не уйдёт с пустыми руками. - Вы говорите, что принудили жнеца использовать свои силы в ваших личных целях? Заставили его нарушить правила насильственным путём? - отчеканил жнец, доставая записной блакнот и ручку. Йеон невольно осмотрела его и осознала, насколько он был высоким и худым, а напарник его казался маленьким. - Да, - спокойно произнесла девушка так, будто ей было совсем не до этого дела, и мысли её витали где-то в облаках, но вскоре она сконцентрировалась и чуть подалась вперёд, - Я попала в передрягу. Мимо как раз проходил он, и я, прижав его к стене и нанеся пару ударов по носу, угрожая расправой и раскрытием, заставила ему мне помочь. Высокий жнец глубоко вздохнул и помассировал виски. Разумеется, он ей не верил, но это не было вариантом. Да и это же родная сестра уже нарушавшего запрет Ван Ё, почему бы и её не подвести под трибунал? А Йеон, тем временем, надеялась лишь, что жнецы не будут в курсе её недавнего преступления. Дверь в дом открылась, и к ним подошёл со свитком жнец пониже, тяжело дыша, надувая при этом щёки. Он протянул бумаги коллеге, и тот резким движением развернул их, проходясь по строчкам и коварно усмехаясь. Наконец он вновь взглянул на Йеон. - Ещё пара вопросиков? - он тоже подался вперёд, - Зачем вам это? Неужели сложно, не знаю, скрыться? У вас же все равно больше нет связей и родных... Йеон будто толкнули, и она вздрогнула, а затем расплылась в улыбке и рассмеялась. Жнец едва нахмурился, пытаясь понять реакцию девушки, пока та старалась придать смеху больше реалистичности. - Кто бы говорил! - выдавила она и похлопала жнеца по плечу, и тот отшатнулся, поднимаясь на ноги, подошёл к напарнику и пробормотал ему "сумасшедшая", уходя к соседу Йеон, чтобы допросить и его. Не повезло ему, что оба рассмотрели и такой исход событий и заранее обговорили всё до мельчайших подробностей. Стоило жнецу уйти, как волчица сразу стихла и облокотилась о спинку кресла, запрокидывая голову. Из-за дурного предчувствия замутило, и к горлу подступила тошнота, поэтому Йеон встала и размялась, расхаживая по зале. Свободный жнец сначала старался прожечь девушку взглядом, чтобы вызвать в ней хоть каплю стыда и сожаления о том, как она опрокинула жнецов на пол, потоптавшись на глаженых рубашках, но волчица его не замечала. А затем коротыш и вовсе ушёл к коллеге, будто чем-то собирался помочь. Ну и после жнецы всё же вернулись к Йеон, чтобы сверить показания, и низкий жнец помчался к начальству за приговором. - Чай? - предложил сосед Йеон, и та кивнула, но без особого энтузиазма, тогда как жнец с интересом рассматривал резьбу по дереву. Затем часа с два они в тишине то сидели друг напротив друга, разбавляя тишину хлюпанием, то слонялись по помещению, то с подозрением друг на друга смотрели и сыпали оскорблениями. По крайней мере, последнее происходило между высоким жнецом и Йеон. - Тут дело такое, господин, - подошёл владелец чайного дома к старшему жнецу, покусывая губу, - Мне нужно забрать ещё несколько душ сегодня, а время идёт... - Иди, - не став дослушивать, махнул рукой мужчина и отвернулся, углубляясь в чтение книги. Тут и след жнеца простыл, и Йеон осталась с другим наедине. Хлопок двери взволновал воздух, и тот вновь застыл. От тишины у девушки звенело в ушах, а слух концентрировался на дыхании и сердцебиении, в том числе и другого человека. Йеон старалась совладать с собой и не шевелиться, чтобы не показаться странной, но вскоре её проблема была исчерпана. Громко захлопнул книгу жнец, вернул на полку и, важно подойдя к девушке, сел в кресло напротив неё. - Мы раньше встречались? Слишком уж ты знакомая, - он явно на что-то намекал, а не задавал вопрос, судя по его сощурившимся глазам и стремящимся к улыбке уголкам губ. Йеон фыркнула и отложила рассматриваемые песочные часы. - Да. Когда ты моего брата воспоминаниями пытал, - выплюнула она, вальяжно раскинувшись в кресле. Подозрение закралось в её мысли, и сама она уже сощурила глаза. - Нет, я не про это, - громко и коротко рассмеялся жнец, протягивая последний смешок, - Лет так девятьсот назад. Неужели забыла меня? Я же немало на этой службе нахожусь, раньше простым рядовым был, и в один день поручено мне было забрать душу самого императора... В голове Йеон щёлкнуло, и она бросилась вперёд, но жнец, предвидя это, вовремя среагировал и отбежал в сторону. - Вот сучка. В глаза ещё смотреть не стыдно, псина жалкая, - прорычала девушка, впившись в кресло пальцами, и, повернув голову, снова метнулась в сторону жнеца, и через несколько попыток ей удалось ухватить его ворот и впечатать в стеллаж, - Я же по-человечески попросила... - Ты же знала, что я не совсем человек, - усмехнулся жнец, по его брови потекла струйка крови, и он, вывернувшись, прижал Йеон к стене, - Тем более, я же просто выполнял свою работу, - губа девушки задралась, она наступила на ногу жнецу носком и опрокинула его на пол, перекатилась и нависла над ним. - Не тот контекст, придурок. Тебе бы это ничем не помешало. Мне нужно было обмолвиться с ним парой фраз до того, как я его потеряла. А ты... Утащил его с собой. Эгоист хренов! Чем тебе помешало сердце маленькой девочки, раз ты решил его разбить?! Череда ударов пришлась в цель, и лицо жнеца было окровавлено, но вот он перехватил руку Йеон, заставляя её кисть пылать от боли, и перевернул под себя, поднимая в воздух и с силой бросая на пол, а затем пихая её ногой в живот. Девушка поднялась на четвереньки, сплёпыпая кровь. В ухшах стучало, спина разрывалась от боли, но Йеон быстро поднялась, видя, как жнец идёт на неё, и вновь сцепилась с ним. Удар за ударом, пинок за пинком. В ход пошла мебель, стулья ломались о головы и спины друг друга, стол трещал под их напором, пока в граммофоне звучал Бах. Они уже шатались, стоя друг перед другом, зала обратилась в хаос, нетронутым был лишь вход, стол и кухонька для душ. И именно в этот момент, когда один перекидывал другую через плечо, а та, в свою очередь, цепляясь за первого, уволокла его за собой, именно в этот момент вернулся жнец с душой бабульки. Слыша измученные ругательства, вошедший жнец лишь всплеснул руками, пытаясь найти хоть одну причину, по которой они могли бы избежать драки. Бабулечка, войдя в дом, стала молодой красавицей, и замерла в испуге, видя лужи крови и замерших незнакомцев, пытавшихся выдавить друг другу глаза. Конечно, оба они понимали, что вскоре после драки у них и шрама не останется, но чувствительности не были лишены. Как и душа, которая, вскрикнув, спряталась за знакомого жнеца, будто не он - лик смерти, а именно эти двое. - Присаживайтесь, они вас не тронут... Я заварю вам чай, - мило произнёс жнец, успокаивая душу, и та уже было хотела сесть за стол, как мимо её головы пролетел нож и воткнулся в стену прямо перед ней. Оглушительный крик, владелец дома быстрыми шагами подошёл к дерущимся и растащил их за уши, - Что вы делаете, упыри? Это антикварный нож из Древнего Китая, почти что памятник древности, где я вам еще такой достану?! Разошлись сейчас же, или я вас за уши к люстре подвешу! Она, кстати, тоже древняя, так что не смейте, я не знаю, влетать в неё! Спасибо! - прикрикнул жнец, поочерёдно глядя на жнеца и Йеон, но не смог оставаться в образе слишком долго, и быстро поправил воротник пальто, разглаживая нахмуренные брови. Волчица и высокий жнец не отрывали друг от друга взглядов, невербально сообщая, что вернуться к этому позже, - Идите умойтесь хоть... Совсем страшные. Зашумела вода, полилась из крана. Йеон пыталась отмыть кровь от ладони, растирая её до тех пор, пока не сняла заодно и пару слоёв кожи. Красивое мыло пахло клубничкой, но явно не подходило ситуации, только если хозяину чайного дома, который вёл себя по отношению к Йеон и жнецу, как заботливая, но сердитая мать, смотрел с презрением и раздражением, при этом с заботой отдавая приказы. Как только оба были практически отмыты, а душа собиралась притронуться к напитку, до этого отходя от увиденного, в дверь влетел низкий жнец и отдал коллеге свиток с, видимо, приговором. Жестом тот пригласил Йеон вернуться в кресла, где всё началось, они прошли в залу и перевернули упавшую мебель, а затем сели как ни в чём не бывало. - Ван Йеон, одна из последних волчиц племени Да'Ви, - он сделал акцент на последних словах, явно стараясь задеть девушку ещё раз, и у него чертовски получилось оторвать заусенец, - За двоекратное избиение и принуждение жнеца к нарушению правил, предписанных в конституции жнецов, до более подробного разбирательства наказывается заключением в волчье тело сроком в неделю. После судебного разбирательства срок может быть увеличен или изменён на другую меру пресечения, например, на заключение в одном из колец Ада. Приговор принести в исполнение. И прежде, чем Йеон успела возмутиться, на её месте уже оказалась чёрная волчица, во всю рычащая на довольно ухмыляющегося жнеца. Ей ничего не стоило укусить его, и, сделав это, выбежать из чайного дома, пока не успели ей предъявить ещё и за это. И Йеон не сдержалась, выметаясь на тёмную улицу Сеула. Куда идти животному с человеческим разумом в мегаполисе? Видимо, ей предстояло это узнать.