Майк минуснулся.

— О, я и забыл, что у меня есть лифт! — воскликнул Вонка, когда они вышли из орехового цеха и прошли по коридору. — Давайте поедем на лифте, он все ускорит! Он нажал на кнопку вызова, и через секунду перед ними оказалась кабина лифта, которая приветливо распахнула створки. — Заходите! — велел Вилли, заходя первым. Дождавшись, пока все остальные последуют его примеру, он великодушно позволил им оглядеться. Стены были полностью прозрачными, что открывало захватывающий вид на внутреннюю работу фабрики. Вдоль одной стены, от пола до потолка, были расположены кнопки с различными названиями. — Но здесь не может быть столько этажей! — высказался Майк. — Откуда тебе знать, невыносимый всезнайка? — огрызнулся Вонка, и его фиолетовые глаза вспыхнули от раздражения. — Это не простой лифт, который ездит вверх и вниз! Он может ездить и вправо, и влево, и наискосок, как угодно! Сильвия и Элис, завороженные, взирали на калейдоскоп кнопок, представляя себе, какие чудеса таятся за каждой из них. Но Майк оставался равнодушным. Он лениво пожал плечами, и его мысли вновь упорхнули в мир видеоигр. Вилли Вонка нажал на кнопку, и лифт, словно ракета, помчал их вперед, скользя над бурлящими цехами и таинственными отделами фабрики. — Это помадковая гора! — воскликнул он, указывая на возвышающуюся, покрытую сахаром вершину, которая маячила под ними. Гора являла собой зрелище, достойное кисти художника — ее белоснежная, сверкающая гладь играла бриллиантовыми искрами под лучами света. Пролетая над этим сладким Эверестом, они увидели умпа-лумпов, облаченных в альпинистскую экипировку, цепляющихся за приторный склон. Словно трудолюбивые муравьи, они долбили помадку, откалывая крупные куски, которые летели вниз, как сахарные лавины. — Умпа-лумпы добывают помадку для наших вкусных угощений, — с гордостью провозгласил Вилли, и в его глазах зажглись звезды триумфа. — Это деликатный процесс, но они в нем эксперты. Лифт продолжал свой головокружительный полет по фабрике, и взгляд Сильвии зацепился за странное зрелище в загонах. Овцы с розовой, как зефир, шерстью стояли неподвижно, пока умпа-лумпы тщательно стригли их, складывая кудри в специальные хранилища, откуда они отправлялись в другой цех. — О, об этом лучше не говорить… — пробормотал Вонка. Сильвия не могла отделаться от вопроса о предназначении этой розовой, как утренняя заря, шерсти. Это напомнило ей о сладкой вате, тающей во рту, которую она любила есть на ярмарках. Она подозревала, что эта необычная шерсть может быть ингредиентом для какого-то нежнейшего, воздушного лакомства. Но прежде чем она смогла спросить об этом, кабина взмыла выше, являя взору еще одно ошеломительное видение в нескончаемой галерее чудес шоколадной империи. Лифт перенес их в самое сердце диких джунглей, раскинувшихся прямо под крышей фабрики. Деревья-великаны, устремившись ввысь, держали на своих могучих ветвях маленькие домики, соединенные подвесными мостиками. Внизу, на поляне, мерцали огни костров, вокруг которых хлопотали женщины умпа-лумпов, колдуя над дымящимися котлами. Их ребятишки, словно юркие бесенята, носились вокруг, оглашая окрестности звонким смехом. Их наряды, сотканные из листьев и звериных шкур, являли собой пестрый калейдоскоп, а причудливые прически были украшены дарами природы: камешками, ракушками и костями животных. Подобные амулеты красовались и на их шеях, и на ловких конечностях. Вдруг стайка сорванцов обратила свои любопытные взоры на приближающийся лифт. — А это, дорогие мои, поселение умпа-лумпов! — гордо объявил Вилли Вонка, помахав рукой в сторону деревни в джунглях. — Почти все мужчины день и ночь трудятся в цехах моей фабрики, а женщины, словно заботливые пчелки, хранят тепло домашнего очага и заботятся о детях. Умпа-лумпы одарили Вилли лучезарными улыбками и приветственно помахали ему в ответ, излучая благодарность и преданность. Было очевидно, что они души не чаяли в своем эксцентричном благодетеле. — Они предпочитают жить и выглядеть почти так же, как на родине, поддерживая многие из своих традиционных обычаев, — объяснил Вилли. — Но, конечно, они не против перенять некоторые современные тенденции и технологии. Например, во многих их домах теперь есть телевизоры, — Вилли озорно ухмылялся своим гостям, его фиолетовые глаза сверкали от удовольствия. — Разве не удивительно, как они адаптировались к новому окружению, сохраняя при этом свое культурное наследие? При упоминании о телевидении Майк слегка оживился, и в его обычно апатичном взгляде загорелся проблеск интереса. — Это кукольная больница, ожоговый центр. Он сравнительно новый… — объяснил Вилли Вонка, указывая на соседнюю комнату. Умпа-лумпы усердно работали, склонившись над обугленными пациентами, их ловкие пальцы порхали над искусственными телами с удивительной ловкостью. Зрелище было действительно ужасное: оплавленные, изуродованные куклы, лежали на операционных столах, ожидая возвращения к жизни. Вилли, казалось, был неуязвим для этой трагедии. — Ах, чудеса современной медицины, даже для наших любимых кукол! — воскликнул он. — Но не будем зацикливаться на таких неприятностях. На этой замечательной фабрике есть на что посмотреть! Он выдавил из себя улыбку и призвал гостей продолжать свой путь, стремясь уйти от тревожной сцены. — А это административный корпус! — объявил Вилли с гордостью. Снизу им помахал специфический мужчина умпа-лумпа, облаченный в женский розовый деловой костюм, напоминающий дресскод офисного сотрудника. Он восседал за столом, старательно что-то печатая на старенькой печатной машинке. У Сильвии было множество вопросов об этом необычном зрелище, но она тактично молчала, как и остальные гости. Они обменялись любопытными взглядами, но не осмелились говорить, не желая обидеть эксцентричного хозяина этого места. — Привет, Дорис! — помахал ей в ответ хозяин фабрики. — Она предпочитает использовать пишущую машинку вместо компьютеров для всех своих потребностей в печати документов. Дальнейший путь пролегал через длинный туннель, выведший их в гигантский, сумрачный павильон. Внезапно вокруг них разразился впечатляющий фейерверк — умпа-лумпы палили из пушек во все стороны. Чудесным образом ни один из них не столкнулся с лифтом. Сильвия и Элис застыли в немом восторге, очарованные красотой фейерверка, расцветающего миллионом красок. Майк, однако, остался не впечатлен. — Бессмыслица какая-то. — У конфет нет особого смысла, на то они и конфеты, — возразила Элис. — Они предназначены для наслаждения! — Эм, не согласна, вообще-то в них как минимум есть смысл заработка денег, — ответила Сильвия. Она взглянула на Вонку. Вилли выглядел выпавшим из реальности. Он стоял, широко раскрыв глаза, и смотрел перед собой в никуда. Кажется, он снова что-то вспомнил. Но внезапное осознание ударило его, вытащив из глубины его собственных воспоминаний. На короткое время эксцентричный производитель конфет казался почти уязвимым, его обычный фасад безумия ускользнул, чтобы раскрыть проблеск человеческого внутри. Но так же быстро, как и появился, момент прошел, и Вилли Вонка вернулся в реальность. Его фиолетовые глаза тут же уставились на Сильвию, заставляя ее вздрогнуть. — Ты права, Сильвия, — сказал он тихим голосом. — Деньги. Вечное стремление к богатству и могуществу. Движущая сила столь многих извращенных схем и желаний жизни, — он придвинулся ближе к ней, пронзая ее взглядом. Глаза Вилли Вонки блестели маниакальной интенсивностью, когда он смотрел на Сильвию, его голос, словно змеиный яд, сочился сарказмом: — Тебе удалось пробиться через завесу моего безумия и увидеть отвратительную правду. Деньги, говоришь? Корень всего зла, движущая сила коррупции мира? Он отбросил голову назад и засмеялся, звук, который эхом прошел через маленькую кабину лифта и послал дрожь по позвоночнику Сильвии. — Ты абсолютно права, моя дорогая. Деньги — это кровь, жизненная сила, что течет по венам этого убогого, жалкого мира, это универсальная валюта, за которую покупают власть, влияние и абсолютный контроль! — Я хочу выбрать цех! — внезапно заявил Майк, уже порядком уставший от всего этого, по его мнению, бреда. Смех Вилли Вонки мгновенно испарился, сменившись зловещей ухмылкой. — Давай! — разрешил шоколатье, обернувшись к нему. Майк резко нажал на кнопку рядом с надписью «Телевизионный цех», и лифт ожил, быстро доставив их к месту назначения. Когда двери распахнулись, они вышли в коридор, обращенный ко входу в цех. Вилли достал из корзины у двери пару темных очков, похожих на те, что он носил этим утром. — Наденьте их, — строго проинструктировал он. — Освещение внутри очень яркое. Вы же не хотите ослепнуть? Он терпеливо наблюдал, пока его указание не было исполнено, а затем распахнул врата, за которыми мерцал дивный мир телевизионной алхимии. Изнутри действительно хлынул поток ослепительного, всепоглощающего света. — Следуйте за мной, — произнес Вонка, ступая в сияющую неизвестность, и остальные послушно двинулись за ним. Перед ними раскинулся зал, облаченный в девственную белизну. Все, от сложнейших механизмов до одежд умпа-лумпов, казалось, было выткано из света. Лишь темные очки на лицах маленьких тружеников нарушали эту монохромную симфонию. «Интересно, почему все такое белое?» — подумала Сильвия. — Раз уж мы тут, я покажу вам свое недавнее изобретение: я подчинил себе искусство телепортации объектов через экраны телевизоров! — Вонка снова пустился во все тяжкие хвастовства. Видя замешательство на лицах гостей, он поспешил развеять туман непонимания: — Однажды, погруженный в созерцание телеэкрана, я задумался: что, если бы я мог перенести предмет из реального мира на экран одного телевизора и извлечь его из другого? Я стал работать в этом направлении и понял, что если камера уменьшает изображение, то и предмет должен претерпеть метаморфозу, уменьшившись в размерах. Так вот, я изобрел расщепитель материи, который разбивает объекты на мельчайшие частицы, отправляет их в путешествие по эфиру в телевизионную вселенную и собирает вновь, но уже в нужном, уменьшенном масштабе! Разве это не верх гениальности? * Никто не мог поверить в это возмутительное заявление Вилли Вонки. Это звучало совершенно абсурдно, как бред сумасшедшего, и Майк был первым, кто выразил свой скептицизм. — Невозможно! — воскликнул он. — Это идет вразрез со всеми научными принципами. Нельзя просто так передавать объекты по воздуху! Вилли, не терпя возражений, приказал ему заткнуться. — Хватит с тебя, мальчик. Вы увидите правду своими собственными глазами достаточно скоро, — он жестом пригласил всех подняться по ступенькам на балкон, откуда открывался вид на весь цех. — Теперь будьте внимательны, — произнес мистер Вонка повелительным тоном. — Я хочу, чтобы вы все очень внимательно наблюдали и сами убедились в магии моего изобретения. Мистер Вонка дал команду умпа-лумпам внести то, что он собирался передать на стоявший в другом конце цеха экран телевизора. Все увидели, как с десяток умпа-лумпов тащат на себе огромную мегашоколадку в обертке и кладут ее на пьедестал в центре цеха. «Ого! Такую шоколадку можно год есть!» — удивилась Сильвия. — Включайте! — приказал Вилли. — А вы смотрите внимательно, и все поймете. Ответственный умпа-лумпа нажал на кнопку на панели управления, и механизм пришел в движение. И в то же мгновение шоколадка взмыла ввысь и канула в ослепительном зареве, словно растворилась в самой ткани бытия. Шоколадник, с лукавой искоркой в глазах, указал тростью на потолок: — Смотрите! Вот они, частицы шоколадки, о которых я говорил! — Все вскинули головы и увидели диковинную рябь, словно рой мелких мошек, сплетающийся в хаотичном танце. Постепенно этот зыбкий мираж начал таять, исчезая, словно сон на рассвете. — Ну что! Кто был прав? Сейчас они переместятся, и шоколадку можно будет достать! Идем к телевизору! С этими словами, он проворно устремился к противоположному концу цеха. И все кинулись следом. — Включите телевизор! — властно потребовал Вонка. Умпа-лумпа, находившийся рядом, тут же выполнил приказ своего хозяина. Экран ожил, и в его мерцающем свете предстала крохотная шоколадка, одиноко стоящая посреди каменистой пустоши, окруженная хороводом диких обезьян, словно сошедших со страниц «Книги Джунглей». — Вот она, потеряшка! — обрадовался шоколадный гений и обратился к Майку: — Бери ее! — Это просто изображение на экране, — не поверил Майк. — Ну ты и зануда, — вздохнул Вонка, недовольно качая головой. Он перевел взгляд на Сильвию, словно ища спасение в ее невинных глазах: — Тогда бери ты! Сильвия, полная нерешительности, протянула руку к мерцающему экрану, ожидая, что Вилли Вонка разыгрывает с ними какую-то шутку. Но, к ее несказанному изумлению, ее пальцы, словно сквозь воду, прошли сквозь холодное стекло и коснулись чего-то твердого, реального. Она извлекла шоколадку наружу, не веря своим глазам. Эта шоколадная плитка была точной копией той, что подарила ей билет в этот безумный мир. Невероятно! Чудо свершилось! — Это все тот же шоколад, только в миниатюрном формате, — объяснил Вилли, и в его глазах заплясали искры восторга, словно маленькие фейерверки. — Попробуй! Сильвия развернула обертку и с наслаждением откусила кусочек. — Вкусно! — воскликнула она, купаясь в знакомом, как старый друг, вкусе любимого молочного шоколада. Вилли Вонка расцвел от гордости, его улыбка растянулась от уха до уха. — Ну разумеется, вкусно, у меня иначе и не бывает! — хозяин этого места вновь горделиво приосанился. — Только представьте: вы бездельничаете дома уютно устроившись на диване, погружены в мир сериалов или кино, и внезапно появляется реклама моего нового шоколадного шедевра. Вы одним движением руки извлекаете мини-версию и пробуете, лично знакомясь с его вкусом. Как вам идея? — он замолчал, и его брови сдвинулись в задумчивости. — Хотя, я полагаю, мне придется найти способ клонировать одну шоколадку, чтобы она попала во множество телевизоров одновременно, а не в один, как здесь, иначе это долго, трудно и невыгодно. — Таким образом можно передать все, что угодно? — восторженно спросила Сильвия. — Безусловно, да, моя дорогая, — заверил Вилли, и улыбка его казалась вечной, как у Чеширского кота. — И даже кукурузные хлопья? — зачем-то спросила Элис. — Милая моя, а ты знаешь, из чего делают кукурузные хлопья? — спросил Вонка, и не успела Элис и рта раскрыть, как он ответил: — Это стружка из точилок для карандашей! Сильвия и Элис застыли в недоумении от такого высказывания, но только не Майк. Он настолько сильно загорелся огнем восторга, что даже не обратил внимания на этот странный диалог. — А людей вы можете так передавать? — заинтересованно спросил он, широко раскрыв глаза от любопытства. Вилли Вонка окинул Майка взглядом, полным недоумения, словно тот вдруг заговорил на марсианском наречии. — Передавать людей? С какой стати я должен хотеть это делать? Они же совсем не вкусные! — эксцентричный кондитер содрогнулся от этой мысли. — Нет, нет, мой мальчик. Мое изобретение предназначено для кондитерских изделий, а не для транспортировки живых существ. Это совсем другой котел с рыбой, и я не собираюсь его готовить. — Вы хоть понимаете, что вы изобрели? Это не просто система доставки шоколада, это телепорт! Огромный прорыв в науке! — воскликнул Майк, его голос дрожал от возбуждения и невероятного открытия. Не теряя ни секунды, словно молния, Майк рванул к возвышению, грубо растолкав оторопевших умпа-лумпов. Он активировал пусковой механизм и запрыгнул на платформу, очевидно, намереваясь попасть в свою любимую видеоигру или киноленту. — Слезь оттуда! — закричал мистер Вонка, и его лицо исказилось от паники. — Я никогда не передавал живых существ! Это может стоить тебе жизни! Но его предупреждение пришло слишком поздно. Машина с жужжанием ожила и Майк стал подниматься вверх, принимая позы всяких супергероев, после чего его окутала яркая вспышка. Свет померк, и он исчез, растворился в эфире. Вилли тут же обернулся к телевизору, и все остальные последовали его примеру. — Переключайте каналы, а то я начинаю волноваться, — потребовал он. Умпа-лумпа стал щелкать пультом, перескакивая с разных шоу на концерты, потом на мультфильмы, позже на спортивные состязания и в итоге остановился на новостях, где все увидели маленького Майка, стоящего на столе ведущего и что-то пищащего, как бурундучок из мультика. — Вот он! Хватайте его! — воскликнул Вонка. Умпа-лумпа, будто рукой бога, извлек его из глубин экрана. — Отправьте меня обратно!!! — пищал Майк, размахивая своими миниатюрными ручками. На его лице застыла маска панического ужаса. — Я не хочу быть маленьким!!! — Обратной стороны нет. Это же телевидение, а не телефон, — невозмутимо объяснил шоколадник. — Я что, навсегда таким останусь? — пропищал Майк. — Ну, молодые люди весьма эластичны, так что отправим тебя в тянутель тянучек, пусть тебя растянут! — придумал выход Вилли. Внезапно он наклонился так близко, что Майк ощутил на себе его дыхание, а его голос превратился в устрашающее змеиное шипение: — Да и вообще, ты должен радоваться, что добрался целиком, а то, знаешь, иногда добирается лишь половина оригинала… Майк, охваченный паникой, издал душераздирающий вопль, когда умпа-лумпа унес его прочь. — Ну что ж, продолжим наше путешествие, — произнес Вилли Вонка, обращаясь к Сильвии и Элис. Сильвия положила надкушенную шоколадку на тумбочку рядом с экраном телевизора. Они покинули цех, оставив свои очки в предназначенной для этого корзине. — День клонится к закату, а значит, пришло время объявить имя победителя, — улыбнулся Уильям Вонка и хитро взглянул на обеих девушек. — Вы готовы узнать мое решение?