Часть 2. Прогулка.

Реджина неспешно шла по набережной, вдыхая прохладный, влажный воздух. Вдали виднелись очертания Тауэрского моста. Лёгкий туман окутывал город, придавая ему таинственный, романтичный вид. Люди сновали туда-сюда, но никому не было дела до Реджины. Она смотрела в их лица, кому-то дарила кроткую улыбку в ответ на их улыбки, кому-то — взгляд. Она незнакомка для всех в этом городе. И впервые за последние годы Миллс ощутила чувство безграничной сободы и улыбнулась, предвкушая начало новой жизни. — Если судить по вашей улыбке, вам понравился Лондон. Реджина вздрогнула, словно ее застали за чем-то запретным. Обернувшись на источник голоса, она вытаращила глаза, будто увидела призрак. Даже дыхание задержала на секунды. — Что… Что вы тут делаете? — она задала вопрос таким тоном, будто мужчина не мимо проходил, а намерено следил за ней. — Живу неподалеку. Неловкое молчание повисло в воздухе. Реджина сжала сумочку в руках, словно это был единственный якорь в бушующем море эмоций. Его внезапное появление было как гром среди ясного неба. Лондон, казавшийся таким гостеприимным еще несколько минут назад, вдруг сузился до этого момента и стал почти враждебным. Реджина довольно странно ощущала себя в присутствии Робина. Не то, чтобы боялась, но относилась настороженно. И это было не то волнение первой влюбленности, которое она помнила по юности, и не привычное раздражение, возникающее от общения с коллегами. Скорее, это было что-то вроде смутного беспокойства, словно в воздухе висело что-то невысказанное, недосказанное. Будто оба пытались сделать первый шаг к чему-то, но каждый раз натыкались на невидимый барьер, который заставлял слова застревать в глотке, а мысли путаться. Они работали вместе уже неделю, но Реджина никак не могла понять Робина. Он был обаятелен, безусловно, и неизменно вежлив, но в его глазах иногда мелькала какая-то тень, которая заставляла ее насторожиться. Он всегда держал дистанцию, никогда не переходил на личные темы, но при этом умудрялся быть внимательным и заботливым. Приносил ей кофе. Так невзачай молча протягивал стаканчик, а после удалялся с вежливой улыбкой. Напоминал, что пора бы взять небольшой перерыв. На пытающихся с ней флиртовать коллег смотрел взглядом строгого начальника, просто потому, что видел, как ей это неприятно. При этом за 7 дней они перекинулись всего несколькими до жути банальными фразами, не касающихся работы. Дождь, моросивший уже несколько часов, внезапно усилился, и капли настойчиво забарабанили по асфальту. Наконец хоть что-то заставило нарушить молчание. — Я решила прогуляться. Задумалась и… Кажется, немного заблудилась. Робин усмехнулся, но в улыбке не было ни капли злорадства. Скорее, мягкое понимание. Лондон действительно мог запутать кого угодно, особенно тех, кто впервые сталкивался с его лабиринтами узких улочек и хаотичным движением. — Поймаю такси, — сказала, избегая взгляда. — Позвольте проводить вас, — не медля ни секунды, предложил Робин, а после поспешил объясниться, потому что взгляд женщины был весьма красноречив. — Дождь усиливается, и ждать такси в такую погоду — сомнительное удовольствие. В его взгляде не было настойчивости, лишь искреннее желание помочь. Реджина колебалась, прикусив губу. Она назвала адрес, где снимала квартиру, сомневаясь, стоит ли вообще доверять незнакомцу, пусть и такому обаятельному. А он был именно незнакомцем. Реджина ничего не знала о нем, а жизнь научила не доверять даже тем, с кем провела бок о бок половину жизни. Но что-то в его голосе, в его глазах говорило о том, что он не представляет опасности. И она сдалась. — Мы можем пройтись чуть дольше? — спросил Робин, когда Реджина несмело подхватила его под согнутую в локте руку, шагнув к нему под зонт. Он поймал её удивленный взгляд и заметил замешательство на ее лице. — Или я могу показать вам короткий путь. Он не очень живописный, но гораздо быстрее. Решать вам. Реджина сделала глубокий вдох, глядя в голубые глаза. Её сердце забилось чуть быстрее. Она почти не знала этого человека, но что-то в его взгляде, в его манере говорить, заставляло её доверять ему прямо сейчас. — Я думаю, долгий путь будет интереснее, — произнесла Реджина, стараясь придать своему голосу уверенности. Она сомневалась, что ответ был подобран верно. Какая-то часть её трубила, что стоит как можно скорее избавиться от общества своего начальника, но другая… Другая видела возможность. Она почувствовала, как ее тело немного расслабилось, отпуская напряжение, когда улыбка мужчины стала чуть шире. Он явно был удовлетворён ее ответом. Под зонтом стало как-то неожиданно уютно. Мелкие капли дождя барабанили по куполу, создавая мелодичный аккомпанемент их шагам. Какое-то время они шли молча, но это молчание не было неловким. Оно было наполнено ожиданием, предвкушением чего-то. И когда они вышли на живописную улочку и Робин кратко поведал ей историю одного здания, Реджина вдруг ощутила, что этот случайный вечер может стать началом чего-то важного. — Как вам работается у нас, Реджина? — Меня всё устраивает, — уклончиво ответила она, и Робин еле заметно кашлянул, как бы намекая, что ждет подробностей. — Мне правда все нравится. Особенно то, что другие врачи не пытаются стопорить мою работу и указывать, как лечить пациентов. Потому что между собой они вечно грызутся. — Скажу по секрету, они вас просто немного побаиваются, — мягко улыбнулся Робин. — Что вы имеете ввиду? — вздернув брови от удивления, Реджина посмотрела мужчине в лицо. — Ну… Вы всегда такая серьезная, строгая. Ни тени улыбки, ни намека на дружелюбность. Реджина нахмурилась, обдумывая его слова. Она никогда не задумывалась о том, какое впечатление производит на окружающих. Всегда считала, что профессионализм и компетентность важнее, чем улыбки и любезности. — Знаете, я сюда работать приехала, а не друзей заводить. Робин внимательно смотрел на нее, и в его глазах не было ни осуждения, ни насмешки. — У нас очень дружный коллектив. И они все… хорошие. Никто не осудит вас за нежелание дружить, — улыбнулся Робин. — Главное, чтобы вам было комфортно. Реджина сделала глубокий вдох, и что-то в голове трубило, заставляя объясниться — быть вежливой в ответ на дружелюбность мужчины и его благосклонность к ней. — Я всё ещё пытаюсь адаптироваться. Не так-то просто привыкнуть к чужой стране, чужому городу. Мне здесь нравится, но… Нужно время. Понимаете? И я не хочу создавать ненужные привязанности. Слишком рано. Робин немного нахмурил брови на последних словах женщины и сосредоточено посмотрел на неё, сначала замедлив шаг, а потом и вовсе остановившись. Люди шли мимо них, огибая, как какой-то памятник, а они стояли какое-то время молча, взглядами сканируя друг друга. Дождь, барабанивших по куполу зонта, создавал какую-то особую атмосферу и вынуждал стоять к друг другу ближе, чем было необходимо. — В чём дело? — не выдержала Реджина пристального мужского взгляда. — Вы ведь не собираетесь нас покинуть? Я про ненужные привязанности. Вы ведь не раздумываете, чтобы уйти? Потому что я вас так просто не отпущу. Вы потрясающая. Реджина вскинула брови, немного удивлённо приоткрыв рот. — Я имею ввиду, как врач. Я в восторге от скорости вашей работы, от ваших техник и манипуляций в операционной. Да, я наблюдал пару раз за ходом ваших операций. Вы — очень ценный кадр, и я рад, что мне посчастливилось заполучить вас в свой штат хирургов. Реджина еле заметно приподняла уголки губ. — Я не собираюсь уходить, мистер Локсли. — Робин. Прошу, просто Робин. За пределами больницы. Реджина согласно кивнула и они продолжили путь, до тех пор, пока Робин не предложил зайти в кафе, выпить по чашке кофе. Что её заставило согласиться, Реджина не знала. Но она просто кивнула, предоставляя мужчине возможность узнать её чуточку лучше. По крайней мере, Робин на это надеялся. Реджина была тайной, мрачной и красивой тайной. И ему бы хотелось немного понять её, разгадать. С первого взгляда на эту женщину он почувствовал необъяснимую тягу, как будто её аура манила его, приглашая в лабиринт, где каждый поворот обещал открытие, но и скрывал опасность. В глазах Реджины плескалась грусть, глубина которой пугала и одновременно завораживала. Он видел в ней не сломленную женщину, а воина, закаленного жизнью и готового к новым битвам. Небольшое, но уютное заведение с приглушенным светом и запахом свежесваренного кофе показалось им идеальным местом для передышки от прогулки по вечернему дождилову Лондону. Они выбрали столик в углу, подальше от шума, и углубились в мягкие кресла. Робин заказал кофе, Реджина — травяной чай. Ей было немного неловко от заинтересованных взглядов мужчины, скользящих по ней. Но в то же время и она сама не могла побороть желание взглянуть в его глаза, заострить внимание на улыбке. На легкой беседой Робин читал её, пытаясь понять язык тела, жестов и взглядов. И с удивлением отметил, что не такая уж она серьезная, холодная и неприступная, какой ее считают в больнице. С каждой минутой, с каждым взглядом дистанция между ними сокращалась. Реджина смогла наконец расслабиться, в основном, наверное, благодаря заразительному смеху мужчины, его искренней улыбки и до невозможности добрых глаз. И в сердце Реджины зажглась робкая надежда на то, что прошлое можно не только не вспоминать, но и перекрыть новым впечатлениями, новыми людьми и новыми воспоминаниями.