Глава 35: Искра и пламя

      Голос мужчины разрезал тишину, как лезвие. — Я не буду спрашивать дважды, — прорычал он, медленно водя пистолетом между ними, словно хищник, наслаждающийся страхом своей жертвы. У Берди сжалось сердце, когда она уставилась на него, пытаясь понять, что в нем кажется ей знакомым. Что-то в нем — жестокое выражение его изуродованного шрамами лица, то, как он держался с небрежной угрозой, — она знала этого человека. Мэгги шагнула вперед, с непоколебимой точностью подняв пистолет, и напряжение в ее плечах выдавало готовность действовать. — Мы не скажем вам, откуда мы, — выплюнула она стальным голосом. Мужчина склонил голову набок, и уголок его рта приподнялся в ухмылке, от которой у Берди по спине побежали мурашки. — Ну-ну, юная леди, так разговаривать нехорошо. Разве родители не учили вас уважать старших? Затем, без предупреждения, воздух разорвал резкий звук выстрела. — Нет! — закричала Берди, когда сильные руки Большого Крошки схватили ее и затащили за ржавый седан, прикрыв своей широкой грудью. От выстрела у нее зазвенело в ушах, а перед глазами все поплыло от прилива адреналина. Последнее, что она увидела перед тем, как упасть на землю, — это как Гленн бросился к Мэгги. Она хватала ртом воздух, пытаясь унять дрожь в руках. Ее сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот пробьет ребра. Крошка крепко, но нежно обнимал ее, оглядывая окрестности в поисках угрозы. — Что происходит? — прошептала Берди дрожащим голосом, пытаясь прийти в себя. Парень ей не ответил, его лицо было мрачным и сосредоточенным. Она проследила за его взглядом и выглянула из-за машины как раз вовремя, чтобы увидеть, как Мэгги обезоружили и схватили, как в тиски, а к ее виску приставили пистолет. Гленн стоял перед ними с поднятыми руками, на его лице читались ужас и ярость, пока он пытался уговорить мужчину. У Берди перехватило дыхание, когда она краем глаза уловила какое-то движение. Высокая женщина с длинными дредами вышла из тени ближайшего переулка и пристально посмотрела на них. Она выглядела напряженной, но спокойной, ее взгляд метался между Берди и мужчиной. — Пожалуйста, — едва шевеля губами, прошептала Берди. Дрожащими пальцами она полезла в карман и вытащила ключ — запасной для блока С, название которого было едва заметно выгравировано на изношенном металле. Берди осторожно положила его под машину, безмолвно умоляя женщину понять. Выражение лица женщины стало суровым, и после долгой паузы она едва заметно кивнула. Затем так же бесшумно, как и появилась, она растворилась в тени. — Мисс Берди, — настойчиво прошептал Крошка ей на ухо, его низкий голос дрожал от страха. — Тише, — прошипела Берди в ответ резким, но мягким тоном. Они оба замерли, когда снова раздался резкий и властный голос мужчины. — Не думайте, что я забыл о вас двоих. Вставайте. Медленно. Парень двинулся первым, помогая Берди подняться на ноги, поддерживая ее за руку. Когда они встали, мужчина обошел машину, таща за собой Мэгги. Ствол его пистолета был прижат к ее голове, лицо девушки было бледным, но непокорным. — Садитесь в машину, — рявкнул он низким и злобным голосом. — Ладно, ладно, — сказала Берди, поднимая руки в знак капитуляции, когда они с Крошкой направились к машине. Она оглянулась на то место, где оставила ключ, молясь, чтобы женщина нашла его и чтобы ее ставка не оказалась напрасной. Крршка скользнул на переднее сиденье рядом с Гленном, который так крепко сжимал руль, что костяшки его пальцев побелели. Его взгляд метался между мужчиной и дорогой впереди, а на лице читались страх и расчет. Мужчина затолкал Мэгги и Берди на заднее сиденье рядом с собой, крепко держа Мэгги за руку. Его пистолет был направлен на нее, холодный металл прижимался к ее виску. Мэгги стиснула зубы, ее зеленые глаза горели гневом, несмотря на опасность. Берди сидела рядом с ней, не шевелясь, и лихорадочно искала выход из этой ситуации, нежно взяв другую женщину за руку. — Мы не вернем тебя в нашу группу, — сказал Гленн ровным, но полным ярости голосом, взглянув на мужчину в зеркало заднего вида. Мужчина усмехнулся — низкий, безрадостный звук, от которого у Берди засосало под ложечкой. — О, не волнуйся. Мы не туда едем. — Его тон был спокойным, почти непринужденным, но в нем чувствовалась окончательность, от которой у Берди кровь застыла в жилах. — Мы едем в другое место. А теперь поезжай. Гленн замешкался, на мгновение встретившись взглядом с Берди в зеркале. Затем, стиснув зубы, он включил передачу и отъехал. Атмосфера в машине была удушающей, напряжение было таким сильным, что трудно было дышать. Берди взглянула на Мэгги, чья грудь вздымалась и опускалась при каждом неглубоком вдохе, а рука сжимала руку Берди. Мужчина, сидевший рядом с ними, откинулся на спинку сиденья, по-прежнему держа пистолет наготове, но его поза была тревожно расслабленной, как будто у него было в запасе все время мира. Берди тяжело сглотнула, в голове проносились планы и варианты действий. Что бы этот человек ни задумал, она знала, что они не могут позволить ему осуществить задуманное. Но пока они были в его власти, и с каждой секундой петля затягивалась все сильнее. Поездка в машине была пугающе тихой, если не считать редких отрывистых указаний мужчины. Берди смотрела в окно, пытаясь отвлечься от напряжения, пронизывающего машину. Каждый звук казался громче, чем был на самом деле: гул двигателя, тихий шорох куртки Гленна, когда он нервно ерзал на сиденье, и слабый стук пистолета мужчины, постукивающего по руке Мэгги. Спустя, казалось, целую вечность машина свернула на узкую дорогу, вдоль которой росли разросшиеся деревья и стояли брошенные машины. В конце дороги Берди увидела высокую укрепленную стену с сторожевыми башнями по бокам. У нее перехватило дыхание. — О нет, — прошептала она, чувствуя, как внутри все сжимается от страха. — Остановись перед воротами, — рявкнул мужчина Гленну. Машина замедлила ход и остановилась. Прежде чем Берди успела понять, что происходит, мужчина распахнул дверь и вытащил Мэгги наружу. Берди вытянула шею, выглядывая в окно, и лихорадочно размышляла. Ворота распахнулись, и за ними показались люди в разномастной броне с винтовками в руках. Они двигались с отработанной точностью, окружая машину. Один из них постучал в дверь Берди и распахнул ее прежде, чем она успела среагировать. — Вон, — приказал охранник, грубо схватив ее за руку. Берди споткнулась, но удержалась на ногах, когда ее вытащили из машины. Она обернулась и увидела, что Крошку тоже вытаскивают наружу следом. Его массивная фигура заставила охранников замешкаться, хотя их винтовки по-прежнему были направлены на него. Еёюе запястья завели за спину и связали грубой веревкой, которая врезалась в кожу. Она поморщилась, и ее дыхание участилось, когда она услышала их приглушенные разговоры. — Губернатор захочет взглянуть на это, — пробормотал один из них. Губернатор? Берди едва успела осознать название, как их втолкнули в ворота. Ее сердце бешено колотилось, пока она оглядывалась по сторонам, рассматривая поселение. Все было пугающе нормальным: аккуратно выстроенные дома, люди, идущие по своим делам с припасами, играющие вдалеке дети. Но присутствие вооруженных охранников на каждом углу разрушало иллюзию безопасности. А потом ее взгляд упал на фигуру, стоявшую на возвышении у забора. Птичка запнулась, и у нее перехватило дыхание. Кристен. Ее лучшая подруга и бывшая соседка по комнате стояла там с застывшим от шока лицом. Теперь она была старше, стройнее, волосы были туго стянуты назад, но ее невозможно было не узнать. Широко раскрытые глаза Кристен встретились с глазами Берди, и на мгновение они обе застыли. Резкий толчок одного из охранников вернул Берди в реальность, заставив ее отвести взгляд. Но внутри нее что-то вспыхнуло — огонек надежды. Кристен была здесь. И мужчина, который втянул их в этот кошмар, тоже был здесь. Дядя Боб. Осознание ударило её, как удар под дых. Она бесчисленное количество раз видела его лицо на старых фотографиях Кристен — ближайший друг ее отца, всегда веселый, всегда добрый. Теперь этот мужчина казался тенью самого себя, его изуродованное шрамами лицо исказилось от злобы, когда он шел впереди группы. Их загнали в здание, где резкие флуоресцентные лампы отбрасывали длинные тени на бетонные стены. Берди слышала, как тяжело дышит Мэгги рядом с ней, и как Гленн что-то возмущенно бормочет, когда его отделяют от них. — Гленн! — закричала Мэгги, когда двое охранников потащили его и Крошку по другому коридору. — Держись, Мэгги! — крикнул Гленн в ответ, и его голос затих, когда за ними захлопнулись двери. Берди и Мэгги затолкали в маленькую камеру, и холодная стальная дверь с лязгом захлопнулась за ними. Звук эхом разнесся в наступившей тишине. Мэгги опустилась на землю, крепко прижав колени к груди и все еще сжимая связанные руки. Ее лицо было бледным, а глаза заблестели от едва сдерживаемых слез. — Берди, что нам делать? — спросила она, и ее голос дрогнул. Берди соскользнула по стене и села рядом с ней. Она откинула голову назад и уставилась на мерцающий свет над ними. — Я не знаю. Но на дороге была женщина. Я показала ей, чтобы она подобрала тюремный ключ, который я выкинула. Мэгги резко повернула голову, на ее лице отразилось сомнение. — Ты правда думаешь, что она придет за нами? Берди тяжело выдохнула. — Это маловероятно, да. Но, кажется, она поняла, что я делаю. Если она это сделает, есть шанс, что она найдет остальных. Мэгги покачала головой, ее голос звучал тихо и недоверчиво. — Это большое «если», Берди. — Есть еще кое-что, — сказала Берди уже более мягким голосом. Мэгги смотрела на нее, нахмурив брови, и ждала. — Я знаю его. Того, кто привел нас сюда, — призналась Берди, и у нее засосало под ложечкой, когда эти слова сорвались с губ. — Что? — Мэгги выпрямилась, в замешательстве нахмурив брови. — Его... его зовут Боб. Он друг отца моей бывшей соседки по комнате. Я узнала его по старым фотографиям. И она... — голос Берди дрогнул, горло сжалось. — Я видела ее, Мэгги. Она здесь. Стояла на заборе. Мэгги моргнула, переваривая информацию. — Думаешь, она нам поможет? Берди кивнула, и на лице промелькнула надежда. — Если кто-то и сможет, так это Кристен. Она самый праведный человек из всех, кого я знаю. До всего этого она никогда не отступала, когда нужно было заступиться за меня или кого-то еще. Не думаю, что даже апокалипсис сможет это изменить. Мэгги прислонилась головой к стене, ее дыхание замедлилось, пока она обдумывала слова Берди. — Надеюсь, ты права, — тихо сказала она. Берди уставилась на дверь, стиснув зубы. — Я тоже. Ожидание было мучительным. Каждый звук, эхом разносившийся по коридору, был кинжалом, вонзавшимся в грудь Берди. Приглушенные крики Гленна и Большого Крошки, которых избивали, тошнотворные удары кулаков по плоти и гортанный стон ходячего за дверью заставляли ее вздрагивать. Мэгги прижималась к ней, и слезы капали Берди на плечо. — Что они с ними делают? — Мэгги поперхнулась, ее голос дрожал. Берди не нашлась, что ответить. Она крепче обняла Мэгги, пытаясь предложить утешение, которого та не чувствовала. — Я не знаю, Мэгги, — прошептала она, ее голос сорвался, когда очередной крик боли разорвал тишину. — Я не знаю.. Дверь с оглушительным грохотом распахнулась, и обе женщины вздрогнули. Боб стоял в дверях, и на его лице играла отвратительная улыбка. — Вставайте на ноги, — рявкнул он. Мэгги и Берди на мгновение замешкались, но холодный блеск пистолета Боба убедил их в обратном. Они встали, дрожащими коленями и пошли за ним по коридору. Металлический запах крови становился сильнее с каждым шагом. Когда они вошли в комнату, у Берди скрутило живот. Гленн сидел, ссутулившись, в кресле в центре комнаты, его лицо было окровавлено и опухло. Он низко опустил голову и едва поднял ее, когда Мэгги выкрикнула его имя. — Гленн! — Мэгги закричала, бросаясь к нему. Боб схватил ее за руку и оттащил назад. — С ним все в порядке, более или менее. — Убери его отсюда, — приказал Боб, указывая другому мужчине на Гленна. Охранник поднял его, как тряпичную куклу, и выволок из комнаты. Стоны Гленна были последним звуком, который они услышали, прежде чем дверь захлопнулась. Мэгги и Берди усадили на стулья и быстро связали. Руки Берди были крепко связаны за спиной грубой веревкой, которая впивалась в запястья. Она оглядела комнату — на столах были разбросаны инструменты и приспособления, явно предназначенные для одного: пыток. Дверь со скрипом открылась, и вошел высокий мужчина, излучающий властность. Берди сразу поняла, что это тот самый губернатор. Его пронзительный взгляд скользнул по ним, оценивая, как хищник, прикидывающий добычу. Он сел в кресло напротив них, сцепив пальцы домиком, как будто это была обычная встреча. — Давайте не будем усложнять, — начал он ровным и контролируемым голосом. — Скажите мне, где ваши люди, и мы все исправим. Мы отвезем вас обратно, объясним, что все это было недоразумением. Берди сжала челюсти. — Если это просто недоразумение, почему мы связаны? Почему наших друзей пытают? Губы губернатора скривились в тонкой улыбке. — Справедливо, — сказал он, вставая со стула. Он вытащил из-за пояса большой нож и, вертя его в руке, подошел к Мэгги. Сердце Берди бешено колотилось, пока она пыталась освободиться от пут. — Не трогай ее! — выплюнула она. Губернатор не обратил на нее внимания, его взгляд был прикован к Мэгги. Он одним быстрым движением перерезал веревки Мэгги, и в напряженной тишине громко зашуршало лезвие, разрывая волокна. На мгновение Берди почувствовала надежду. Но затем губернатор толкнул Мэгги вперед, ударив ее лицом о стол. Она вскрикнула от боли, когда он прижал ее к столу, сдавливая шею. — А теперь давайте проясним кое-что, — холодно сказал он, встретившись взглядом с Берди. — Я не трачу время на игры. Либо ты начнешь говорить, либо твоя подруга пожалеет, что не умерла. — Не говори ни слова, Берди! — крикнула Мэгги, ее голос звучал вызывающе, несмотря на страх в глазах. — Пусть катится к черту! Берди пристально посмотрела на губернатора, и ее губы скривились в ухмылке. — Пошел ты, придурок. — Она плюнула ему под ноги, и сердце забилось чаще, когда она приготовилась к последствиям. Выражение лица губернатора помрачнело, его спокойствие улетучилось. — Хорошо, — сказал он ледяным тоном. — Посмотрим, как долго ты продержишься. Он потянулся к поясу, его намерения были очевидны. Мэгги не двигалась, не желая доставлять этому человеку удовольствие. У Берди скрутило живот, когда она боролась с веревками, запястья горели. Прежде чем он успел сделать что-либо еще, дверь распахнулась. — Губернатор, наверху пожар! — крикнул вошедший мужчина. Губернатор застыл, его рука все еще лежала на спине Мэгги. — Что? — Пожар, — повторил мужчина, побледнев. — Вы нам нужны. Губернатор с раздраженным ворчанием отпустил Мэгги. — Свяжите ее снова, — приказал он, и в его голосе слышалось раздражение. Охранник подчинился, грубо толкнув Мэгги обратно в кресло и закрепив веревки. Губернатор подошел к Берди, его нож сверкнул в тусклом свете. — Поскольку это может занять некоторое время, — сказал он почти небрежным тоном, — я оставлю тебе кое-что на размышление. Прежде чем Берди успела среагировать, он вонзил нож ей в живот. Она ахнула, от жгучей боли у нее перехватило дыхание. — Нет! — закричала Мэгги, вырываясь из пут, когда Губернатор вытащил нож и вытер лезвие о штаны. — Если твоя подруга будет жива, когда я вернусь, может быть, я ее подлатаю, конечно, если ты решишь сотрудничать. С этими словами он повернулся и вышел, хлопнув за собой дверью. Берди поникла в кресле, под ней растекалась лужа крови. Она тяжело дышала, и каждый вдох вызывал новую волну боли. — Птичка, останься со мной! — умоляла Мэгги, по ее лицу текли слезы, она извивалась, пытаясь освободиться от веревок. Губы Берди дрогнули, и она выдавила слабую улыбку. — Я никуда... не уйду, — прошептала она едва слышно. Берди обвела взглядом комнату, пытаясь сосредоточиться сквозь пелену боли. — Нам нужно выбраться отсюда, Мэгс. Мэгги взглянула на нее с выражением глубокого беспокойства на лице. — Как? Мы заперты, а ты истекаешь кровью. Берди стиснула зубы и кивнула в сторону стула, к которому Мэгги была привязана раньше. — Стул — он деревянный. Если ты ударишь им обо что-нибудь, он должен сломаться. — Она поморщилась, взглянув на лужу крови, растекающуюся вокруг нее. Мэгги колебалась, ее губы дрожали. — Ладно, ладно. Я сделаю это. Просто продолжай говорить со мной, Птичка. Берди выдавила слабую улыбку. — У тебя получится. Мэгги встала и подняла стул, с решительным ворчанием ударив им по холодному цементному полу. Звук эхом разнесся по комнате, и стул протестующе застонал. Мэгги снова и снова опускала стул, и на ее лбу выступил пот. Голос Берди был мягким, но ободряющим. — Почти готово. Ты справляешься. Продолжай в том же духе. Наконец, стул развалился на части, и куски дерева разлетелись по полу. Мэгги стояла, тяжело дыша, и держала в руках один из зазубренных кусков дерева. — Готово, — сказала она с ноткой триумфа в голосе. — Хорошо, — сказала Берди, и ее голос стал слабее. — Найди нож или что-нибудь острое. Я тебя освобожу. Мэгги окинула взглядом стол, заставленный жуткими орудиями пыток, и у нее скрутило живот. Она схватила маленький зазубренный нож и поспешила к Берди. — Не двигайся, — сказала она дрожащим голосом и сунула нож Берди в рот. Неуклюже зажав нож между зубами, Берди принялась пилить веревки, стягивающие ее запястья. От боли в животе у нее потемнело в глазах, но она заставила себя сосредоточиться. Через несколько напряженных мгновений веревки поддались. Берди передала нож Мэгги, которая быстро перерезала оставшиеся веревки. — Тебе нужно прилечь, — сказала Мэгги, осторожно опуская Берди на пол. Ее руки дрожали, когда она прикладывала к ране Берди чистое полотенце со стола. — Если ты не ляжешь, у тебя будет шок. Берди поморщилась, но не стала спорить. — Дверь заперта? Мэгги бросилась проверять, дергая за ручку. — Да, заперто накрепко. Не думаю, что я смогу открыть его так, как ты. — Поищи отвертку или шестигранные ключи, — сказала Берди, стараясь говорить спокойно. — Маленькие. Такие, как в наборах для сборки мебели. Мэгги начала рыться на полках и в ящиках, пока ее раздражение росло. — Боже, это место набито оружием. Я даже не хочу представлять, кого еще они сюда притащили до нас. — Сосредоточься, Мэгги, — настаивала Берди. Мэгги подняла офсетную отвертку. — Это сработает? Берди нахмурилась, глядя на него. — Нет, сторона слишком короткая, чтобы подойти. Продолжай искать. Мэгги застонала, откидывая волосы с лица. — Может, вместо этого устроим ловушку? Что-нибудь, что отвлечет того, кто войдет следующим, чтобы мы могли сбежать. — Она присела рядом с Берди и вытерла пот со лба, ее лицо было решительно настроено. — Или убей их, — сказала Берди, прищурившись и глядя на банку с гвоздями на ближайшей полке. — Посмотри, нет ли здесь какого-нибудь топлива или легковоспламеняющейся жидкости. Мэгги выпрямилась. — Ты же не всерьез собираешься делать бомбу, да? — Я не собираюсь, — сказала Берди с легкой улыбкой. — Это сделаешь ты. Смех Мэгги был сухим, с нотками нервозности. — Отлично. Спасибо за такое доверие. Через мгновение она нашла бутылку медицинского спирта и подняла ее. — Это подойдет? — Это начало, — сказала Берди, осматривая бутылочку, которую Мэгги поставила рядом с ней. — Но нам понадобится больше, чтобы это сработало. Над ними раздались шаги, за которыми последовали приглушенные крики. Мэгги посмотрела наверх. — Думаешь, твоя подруга Кристен имеет к этому какое-то отношение? — Может быть, — пробормотала Берди, и в ее глазах заплясала надежда. — Или это может быть наша группа. Может быть, они пришли за нами. Мэгги прикусила губу, на ее лице отразилась растерянность. — Ладно, вот что я думаю. Мы используем алкоголь и все, что сможем найти, чтобы соорудить что-нибудь у двери. Сделаем так, чтобы это сработало, когда они войдут. А потом убежим, пока они будут заняты. — Ты начинаешь понимать, — сказала Берди со слабым смешком, хотя от усилий у нее на губах выступили капли крови. Она закашлялась, и боль пронзила тело. — Птичка! — Мэгги присела рядом с ней, лицо побледнело от страха. — Я в порядке, — прохрипела Берди. — Просто… послушай. Я все тебе расскажу, но если никто не придет за нами вовремя… Мэгги, тебе придется оставить меня здесь. Глаза Мэгги наполнились слезами, и она яростно замотала головой. — Не смей так говорить. Я не уйду без тебя. Берди протянула руку и сжала ладонь Мэгги изо всех сил. — Ты должна. Если до этого дойдет… ты должна спасти себя. По лицу Мэгги потекли слезы, когда она неохотно кивнула. — Хорошо, — прошептала она. — Но этого не будет, Берди. Мы уйдем отсюда — вместе. В тесном подвале пахло кровью, потом и страхом. Берди лежала, прислонившись к стене, ее лицо было бледным, как лунный свет, проникающий через высокое грязное окно. Мэгги лихорадочно работала, склонившись над самодельной бомбой, которую она соорудила из стеклянной банки, гвоздей и медицинского спирта. Она оторвала полоску от своей рубашки и пропустила ее через маленькое отверстие, которое проделала в крышке. Ее руки дрожали, когда она подняла бомбу, чтобы показать Берди. — Идеально, — пробормотала она в ответ слабым, но одобрительным голосом. — Маленькая грязная бомба. Ты официально почетный инженер. Мэгги ухмыльнулась, несмотря на напряжение, возникшее между ними. — Отлично. Напиши это в моем резюме об апокалипсисе, — сказала она, устанавливая бомбу и маленькую паяльную лампу в пределах досягаемости Берди. Затем, взглянув на планировку комнаты, она схватила тяжелый деревянный стол у стены. — Позволь мне перевернуть эту штуку. Нет смысла делать бомбу, если она просто разнесет нас в клочья. Она крякнула от натуги, переворачивая стол набок и создавая импровизированную баррикаду между ними и дверью. — Вот так. По крайней мере, это даст нам немного времени. Берди слабо подняла вверх большой палец. — Ты всегда была практичной. Прежде чем они успели окончательно разработать план, в коридоре послышались торопливые шаги. Глаза Мэгги расширились, а Берди, несмотря на слабеющие силы, повернула голову в сторону двери. — Мэгги, быстрее! — взмолилась Берди, ее голос охрип, а перед глазами все плыло. Мэгги схватила бомбу одной рукой, а паяльную лампу — другой. Ее тело дрожало от адреналина. Она сделала глубокий вдох, подожгла фитиль и подняла руку как раз в тот момент, когда дверь распахнулась. — Стой! — рявкнул знакомый голос. Мэгги застыла на полпути, переводя взгляд с фигур в дверном проеме на Большого Крошку. Он стоял, ссутулившись, его массивная фигура поддерживала сильно избитого Гленна, а Кристен — лицо, которое Берди знала так же хорошо, как свое собственное, — стояла перед ними с широко раскрытыми глазами и в панике. — Закройте дверь! — закричала Мэгги, повинуясь инстинкту, когда бомба полетела в центр комнаты. Кристен захлопнула дверь как раз в тот момент, когда Мэгги нырнула за стол, потянув за собой Берди. Взрыв был небольшим, но оглушительным, банка разбилась, и гвозди разлетелись во все стороны. На мгновение комнату наполнило резкое шипение гаснущего пламени и тихий звон разбивающегося стекла. Когда хаос улегся, Кристен приоткрыла дверь и закашлялась от дыма, который клубился вокруг. — Что ты опять сделала со взрывчаткой? — спросила она с раздражением и облегчением в голосе. Ее полуулыбка исчезла, когда она заметила Берди. — О боже мой! — ахнула она, бросаясь к ней. — Как дела? — слабо спросила Берди, ее попытка казаться беззаботной провалилась. Позади Кристен Мэгги помогла Гленну сесть на стул, и они оба молча обнялись, испытывая облегчение. Кристен присела на корточки рядом с Берди и убрала влажные волосы с ее липкого лба. — Берди, ты выглядишь ужасно, — сказала Кристен дрожащим голосом. — Лесть тебе ни к чему, — пошутила Берди, хотя голос дрогнул от напряжения. — Это ты устроила пожар? — спросила она, сжав руку Кристен. Кристен кивнула. — Мой папа мне помог. Он наверху, следит, чтобы все было готово. — Хороший парень, — пробормотала Берди, и ее веки затрепетали. — Мэгги, приведи Гленна в чувство. А ты, Крошка? — Она перевела взгляд на избитого мужчину, который тяжело опирался на стену. — Думаешь, сможешь меня донести? — Я тебя выдержу, — тихо сказал Крошка, делая шаг вперед. Его лицо было в крови — один глаз заплыл, из носа текла кровь, — но он был непоколебим в своей решимости. Он с удивительной нежностью подхватил Птичку на руки, поморщившись от ее болезненного вздоха. — Прости меня, Берди, — прошептал он, и его голос дрогнул от чувства вины. Берди выдавила слабую улыбку. — Не беспокойся об этом, парень. Ты выглядишь хуже меня. Они действительно изуродовали тебе лицо. Он усмехнулся, его смех был низким и грубым. — Я ни с чем не могу не справиться. Они дерутся как дети. Гленн сдавленно рассмеялся, и Мэгги бросила на него любящий, полный слез взгляд, перекинув его руку через свое плечо. Кристен направилась к входной двери, ее шаги были легкими, но быстрыми. — На улице темно, это поможет нам скрыться. Мой отец встретится с нами позже. Шум снаружи был какофонией хаоса — выстрелы, крики и безошибочно узнаваемые гортанные стоны ходячих. Берди наклонила голову в сторону звуков и нахмурилась. — Во что они стреляют? — спросила она между неглубокими вдохами. Кристен оглянулась через плечо. — Не уверена. Мы только разожгли костер… Ее слова оборвались, когда они завернули за угол и чуть не столкнулись со стволом пистолета. Кристен застыла, вскинув руки. У Берди закружилась голова, но она узнала силуэт. — Рик? — прохрипела она. Взгляд Рика метнулся мимо Кристен и остановился на Берди, а затем на Мэгги и Гленне. Его лицо помрачнело, когда он увидел их раны. — О, слава богу, — прошептал он, опуская пистолет. Он подошел ближе, не отрывая взгляда от окровавленного живота Берди. — Как они могли так поступить с тобой? — спросил он, его голос дрожал от гнева и печали. Берди попыталась улыбнуться. — Очевидно как, я тебя тоже раздражаю. Рик коротко и горько рассмеялся, на мгновение обхватив ее лицо ладонями, прежде чем поцеловать в лоб. — Рад видеть, что ты не потеряла чувство юмора. — Она помогла нам, — вмешалась Мэгги, кивнув в сторону Кристен. Рик бросил на Кристен острый, оценивающий взгляд, но быстро переключил свое внимание обратно на свою группу. — Мы въехали на грузовике сквозь стену, — объяснил он бодрым голосом. — Мерл подстроил кучу таймеров для яиц, чтобы они срабатывали после удара. Это место кишит ходячими. Берди слабо улыбнулась, ее силы быстро иссякали. — Взяла пример с меня. Выражение лица Рика смягчилось, но он не остановился. — Пойдем. Нам нужно двигаться дальше. Когда группа скользнула в тень, воздух наполнился стонами ходячих и отдаленными взрывами, скрывшими их побег.