Двор

Пять дней дались ей нелегко. Каждое утро начиналось с противной мелодии будильника, который она откладывала раз за разом, прекрасно понимая, что времени в обрез. Нужно было вставать за два, а то и три часа до начала лекции, чтобы привести себя в порядок: подобрать наряд, придумать новый образ, аккуратно нанести макияж, скрывая следы недосыпа. Казалось бы, привычный ритуал, но за эту неделю он успел порядком утомить её. За те два года Фурина могла проснуться в восемь утра, сделать легкий макияж и заходить на конференцию, а после ждать прихода репетиторов. Но на данный момент ещё приходилось общаться. Снова и снова вступать в беседы, находить темы для разговоров, поддерживать лёгкую улыбку на лице, даже если хотелось молча смотреть в окно и слушать, как капли дождя стучат по стеклу. Но, несмотря на все эти попытки, друзей среди одногруппников у неё так и не появилось. Да и пыталась ли она? Наверное, нет. Только Навия стала исключением — шумная, энергичная, порой слишком навязчивая, но каким-то образом умудрившаяся пробиться сквозь её барьеры. Но она не могла жаловаться, девушка все это время мечтала о подобной жизни. Каждый день что-то новое происходит, и этот день остается в памяти, но порой так надоедает общество. Можно ли порой закрыться ото всех и ни о чем не думать? *** Пятница. Де Фонтейн досиживала последнюю пару вместе с Навией. Время тянулось медленно, словно воздух в аудитории был густым и вязким. Сегодня «подруга» выглядела совсем не так, как обычно: вялая, с тенью усталости под глазами, без привычной искорки во взгляде. Наоборот, сама Фурина чувствовала себя бодрее, чем ожидала. А может, на это влияет уже какая по счету выпитая чашка кофе? Ровным почерком она записывала лекцию, ловя каждое слово преподавателя, тогда как Навия то и дело клевала носом, едва удерживая голову на руках. — Просыпайся, спящая... — Ей так хотелось добавить «красавица», но в горле будто застрял ком. Фурина, чуть наклоняясь к подруге, нежно провела пальцами по её волосам. — Просто просыпайся. Навия сонно приоткрыла один глаз, затем второй, нехотя распрямившись. — Ты бы знала, как у меня болит голова… — простонала она, морщась. — А мы ведь могли уйти с этой пары и провести время с пользой! Де Фонтейн сдержала неловкую улыбку, уже предугадывая замечание преподавателя. Но прежде чем она успела предостеречь подругу, мужчина за кафедрой поднял взгляд и с лёгким укором бросил: — Навия, если вы хотите поспать, то, может, покинете аудиторию? Фурина вздохнула и, не дожидаясь ответа подруги, аккуратно взяла её за руку, помогая подняться. В другой ладони сжала её сумку, подбирая оставленные на парте вещи. Большинство взглядов одногруппников было направлено на них. — Пойдём, пока тебя не выгнали окончательно. Навия хмыкнула, но не стала сопротивляться. Они вышли в коридор, где воздух был свежее, а студенческий шум звучал приятнее, чем монотонная речь лектора.До конца пары оставалось пять минут, поэтому Де Фонтейн с лёгкостью вздохнула. Никакого пропуска не будет. — Ты будто подменила меня. Обычно я бодрствую, а ты ноешь, что устала. — Навия лениво улыбнулась— Но только что, ты смогла меня удивить. Вообще не в твоем характере. Фурина лишь изобразила усмешку. — Аналогично. *** Выйдя из университета, они оказались в объятиях теплого солнечного дня. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь кроны деревьев, играя на влажном асфальте золотистыми бликами. В воздухе всё ещё витал свежий аромат недавнего дождя, смешанный с тонкими нотками цветущих кустов жасмина у входа. Из здания были слышны голоса студентов, обсуждающих очередную пару или… Как раз вовремя. — Смотри, какая прекрасная погода, не находишь? — спросила Навия, ласково положив руку на плечо подруги. Де Фонтейн машинально достала телефон из кармана и взглянула на экран: 15:05. — Мне осталось полтора часа до моего английского, а репетитор чаще всего ездит ко мне на дом. Звучит неудобно, ведь до её дома ёще предстоит ехать на такси. Навия только усмехнулась, слегка качнув головой, и озорно прищурилась. — Тогда по чашечке кофе? Я же сказала, что обязана сводить тебя в ту кофейню. Фурина задумчиво поджала губы. Для неё это показалось неплохой идеей. — Я не против, — наконец сказала она, позволяя лёгкой улыбке коснуться её губ. Ветер едва заметно колыхнул золотистую прядь её волос, а Каспар довольно улыбалась. Навия свернула с главной улицы в узкий проход между домами, ведущий к дворам. Фурина не возражала против смены обстановки. Здесь было куда тише, чем на шумной дороге: редкие шаги прохожих, шелест листвы от легкого ветерка и далекие голоса жителей, переговаривающихся у подъезда. Воздух здесь пах сыростью, смешанной с чем-то уютным — может, с запахом свежевыстиранного белья, развешанного на балконах, или с ароматом ванили, доносящимся из чьей-то кухни. Здесь было так просто. Де Фонтейн не возражала против выбранного пути. Она просто шла рядом, слушая бодрый голос подруги. — За все эти дни я успела столько вопросов придумать, ты не поверишь, — с легкой ухмылкой заявила Навия, её глаза хитро сверкнули. Фурина чуть заметно нахмурилась. Она не слишком любила загадки и интриги, которые так нравились подруге. Всё это казалось ей пустыми играми на чувствах людей. — Может, ты сейчас задашь свой первый во… — начала было она, но её слова оборвал пронзительный визг котёнка, эхом разнесшийся по двору. Звук словно ударил в грудь, заставляя сердце болезненно сжаться. Это был крик страха и боли. Навия вздохнула, остановившись. — Это, скорее всего, какие-нибудь подростки показывают свой характер, — будничным тоном прокомментировала она, но Фурина уже смотрела в сторону звука, напряженно вслушиваясь. — Пойдём проверим, — выдавила Де Фонтейн, её голос прозвучал твёрдо, но губы слегка дрогнули. Навия пожала плечами, но всё же кивнула. Дворы были полупустыми: лишь где-то вдалеке двигался силуэт пожилого мужчины с сумками, а кошки осторожно перебегали между гаражами. Но в воздухе уже повисло предчувствие чего-то нехорошего. Чем ближе они подходили, тем громче становился отчаянный кошачий крик, разрезая тишину двора. Он доносился откуда-то из-за гаражей, где царил полумрак даже в солнечную погоду. Ветер доносил запах ржавчины, мокрой земли и старого бетона. Фурина глубоко вдохнула, пытаясь сохранить самообладание, но звук тонкого, истошного плача словно когтями царапал её сердце. Когда в последний раз она вообще заходила за гаражи? Это место будто дышало запустением: покосившийся забор, облупившаяся краска на воротах и разбитое стекло, поблескивающее в лужах. Навия молча кивнула, и они шагнули за угол. Тишина. Крик внезапно оборвался, оставив после себя лишь нарастающий гул в ушах Де Фонтейн. Глаза тут же заметили чёрное ведро с водой, стоящее чуть в стороне, как будто оставленное кем-то в спешке. Её сердце ёкнуло, она кинулась к нему. Внутри что-то едва заметно двигалось. Котёнок. Маленький комочек шерсти, почти полностью скрывшийся в холодной воде, судорожно хватал воздух, но сил уже почти не оставалось. Фурину начало трясти. В голове была только одна мысль — спасти. Она тут же, не раздумывая, окунула руки в ледяную воду и вытащила его. Крошечное тельце дрожало, шерсть слиплась, а тоненькие лапки еле-еле шевелились. Навия замерла, глядя на происходящее ошарашенными глазами, но ничего не сказала. Фурина, не обращая внимания на свои руки, которые тряслись — непонятно, от холода ли или от тремора, — быстро сняла с себя шарф и бережно укутала котёнка. Он был таким маленьким, ему не могло быть больше месяца. — До ближайшей клиники двадцать минут… Я сейчас вызову такси, — тихо произнесла Каспар, торопливо доставая телефон. Де Фонтейн лишь глубоко вздохнула, крепче прижимая трясущийся комочек к себе. Холодный ветер завыл сильнее, пронёсся по двору, сорвав с земли сухие листья. Казалось, будто даже он сочувствовал маленькому существу, едва не потерявшему шанс на жизнь. У него же есть шанс? **** Фурина сидела на жёстком пластиковом стуле в узком коридоре ветеринарной клиники, устало опустив плечи. Свет ламп здесь был слишком ярким, от него резало глаза, а воздух пропах антисептиками и чем-то металлическим. Где-то далеко, в конце коридора, слышалось приглушённое тиканье часов, размеренное и безразличное. В её руках дрожал телефон. Пальцы быстро печатали сообщение репетитору — урок нужно было перенести. Сейчас ей было совсем не до английского. За дверью кабинета, где осталась Навия с этим крошечным существом, стояла гнетущая тишина. Де Фонтейн не хотела заходить внутрь, не могла заставить себя увидеть этого несчастного котёнка в таком состоянии. Он был на грани. А если он не выживет? Она закрыла глаза и глубоко вдохнула, но ком в горле никуда не исчез. Как люди могут быть такими жестокими? Мысли снова и снова возвращались к тому чёрному ведру. К ледяной воде. К крошечному тельцу, которое сейчас могло и не существовать, если бы они с Навией не услышали тот крик. Фурина сжала телефон в руках, пытаясь унять дрожь. Она не плакала — слёзы, казалось, застыли внутри, но сердце ныло, будто кто-то пронзил его сотней мелких лезвий. Девушка чихнула, стараясь не чесать нос. Сидя у входа в ветеринарную клинику, она глядела в одну точку перед собой. Холодный вечерний воздух слегка щекотал её кожу, а ветер лениво шевелил кончики волос. Мир вокруг будто стал тише: редкие шаги прохожих, мерцание далёких фонарей и негромкий гул машин с соседней улицы. Девушка собиралась вновь взглянуть на телефон, но вдруг краем глаза заметила знакомую макушку. Фиолетовый длинный хвост, строгая осанка, безупречно подобранная одежда — не узнать её было невозможно. Она ущипнула себя за руку, отгоняя туман в голове. Что она здесь делает? — Клоринда? — спросила она, но её голос прозвучал хрипло, словно застрял в горле. Девушка остановилась, услышав своё имя, и повернула голову в её сторону. В глазах мелькнуло лёгкое удивление. Какая неожиданная встреча спустя три месяца. — Фурина? Клоринда неспешно подошла ближе и опустилась рядом с ней на холодную лавку. На мгновение между ними повисло молчание, которое заполнил лёгкий свист ветра. — Что ты здесь делаешь? — первой спросила Фурина, скользнув по ней внимательным взглядом. — У тебя же нет животных. Клоринда усмехнулась, но в её голосе не было и тени насмешки. — Аналогично, — ответила девушка, переводя взгляд на её руки, которые сжимали ткань брюк. — Всё хорошо? Де Фонтейн чуть прищурилась. Они обе оказались здесь в один вечер, но по какой причине? В холле появилась Навия с улыбкой на лице. — Я не думала, что ты настолько быстро приедешь, — обратилась она к Клоринде, подходя ближе. — Это получается, мне нужно вас представить? На секунду между ними повисла неловкая тишина. Навия уже открыла рот, дабы сказать что-то, но Клоринда перебила её: — Мы знакомы. В ответ глаза Каспар округлились от неожиданности. Де Фонтейн могла её понять. Но об этом они поговорят позже. — Как он? — после этого вопроса девушка встала со своего места и подошла к Навии. Каспар смотрела в одну точку в течение нескольких секунд. Фурина уже готова была поклясться, что после этого дня нервных клеток у неё больше не останется. — Всё хорошо. До утра её нужно будет пристроить куда-то. После этих слов Де Фонтейн смогла спокойно вздохнуть. У неё снова появилось желание чихнуть, но она быстро его подавила. ***** Кофейня, в которой они сидели, была небольшой, но уютной. В воздухе витал густой аромат свежемолотого кофе, смешанный с лёгкими нотками карамели и ванили. Тёплый свет ламп создавал приятный полумрак, а за окнами клубился ночной туман, окутывая улицу мягкой дымкой. Людей здесь было немного: кто-то тихо разговаривал за соседними столиками, кто-то уткнулся в книгу, наслаждаясь напитком или же сладким десертом. Фурина чуть ссутулилась. Все её мысли были об этом котенке. Как за такой краткий срок найти ему хозяина, пусть даже на время. — А как же английский? — поинтересовалась Каспар, чуть приподняв бровь. — Уже нет урока, — ответила Фурина, неловко приподняв уголки губ. — Я его отменила. Сейчас она должна быть дома... Но её это не сильно беспокоило. Она даже не предупредила отца, только водителя. Впрочем, ничего страшного — отец, скорее всего, всё равно задержался на работе. За последние пять дней он даже ни разу не спросил, как у неё дела. А вот Лоролен… — Жаль, что я так и не сводила тебя в то кафе, — вздохнула Навия, крутя в руках ложечку. Де Фонтейн посмотрела на неё и усмехнулась. — Я там уже была. В тот же день, когда ты про него рассказала. Навия удивлённо заморгала. — Серьёзно? Ты пошла туда одна? В такой дождь? Фурина отвела взгляд к окну. За стеклом лениво капали остатки дождя, стекая по холодному стеклу неровными дорожками. — Мне неожиданно составил компанию… Нёвиллет. Навия замерла. Её лицо отразило целый спектр эмоций — удивление, лёгкий шок и даже… обида? Она уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент к их столику вернулась Клоринда, неся три чашки кофе. Она спокойно, с присущей ей точностью, расставила их перед каждой, а потом опустилась на своё место. — Почему ты не позвала нас? Мы бы помогли тебе! — возмутилась Навия, наблюдая за тем, как Клоринда чуть поправляет ложечку возле своей чашки. — И вообще, этим должен заниматься официант. Каспар закатила глаза, демонстративно откинувшись на спинку стула. — Боже, успокойся. Это моя инициатива, — равнодушно ответила Клоринда, поднося чашку ко рту. Фурина в это время внимательно наблюдала за ними. В её груди что-то неприятно кольнуло. Кто они друг другу? Этот вопрос неожиданно всплыл в голове и не спешил уходить. Она смотрела, как Навия ворчит, а Клоринда лишь спокойно улыбается в ответ, как будто они давно привыкли к подобным перепалкам. Фурина чуть сильнее сжала чашку в ладонях. Её кофе уже начинал остывать. — Давайте вы объясните, откуда вы друг друга знаете? — неожиданно спросила Навия. — Мы три года как общаемся. А вы откуда узнали друг о друге? — ответила Клоринда Навии. — Мы за одной партой сидим уже как неделю, — вымолвила Де Фонтейн, сделав глоток еле теплого кофе. — А мы с Навией от силы месяца два общаемся, но, признаюсь… эта встреча меня слегка удивила. — Ты меня даже за друга не считаешь? — Каспар сделала вид, будто обиделась, и закатила глаза. Интересная встреча получилась. В кофейне становилось тише — посетителей заметно поубавилось, а за окном окончательно опустился вечер. Мягкий свет ламп отбрасывал на стены тёплые тени, создавая иллюзию уюта, хотя на улице продолжал накрапывать мелкий дождь. В воздухе всё ещё витал густой аромат кофе, смешанный с лёгкими нотами шоколада, а за барной стойкой негромко позвякивали чашки. Фурину поразило, насколько разговорчивой была Клоринда этим вечером. Обычно сдержанная и лаконичная, она сегодня не просто отвечала на их глупые разговоры, а даже поддерживала их. Сначала это казалось странным, но потом девушка просто перестала обращать на это внимание. После ещё одной чашки кофе беседа резко свернула в другое русло. — Нужно найти человека, который хотя бы временно будет заботиться об этом котёнке, — сказала Навия, легко постукивая пальцем по своей чашке. Клоринда уже открыла рот, но мгновенно замолчала, обдумывая услышанное. Впервые за весь вечер в их разговоре повисла пауза. — Моя мать будет против, — наконец сказала Навия, устало откидываясь на спинку стула. — Шарлотта вся в делах, как и Ризли… А что насчёт вас? Фурина задумчиво покрутила ложечку в чашке, прежде чем ответить: — Во-первых, у меня аллергия. Хоть сейчас она и не такая сильная, но кто знает, как будет дальше. А во-вторых, моя мачеха сделает всё, чтобы избавиться от него. Я не хочу рисковать. Почему с моих уст это звучит так… будто я оправдываюсь? Навия посмотрела на неё с озадаченным выражением. — Твоя мачеха не любит животных? Фурина на несколько секунд замерла, словно обдумывая ответ, а потом нехотя проговорила: — Можно и так сказать. Клоринда отпила глоток кофе, наблюдая за подругами поверх чашки. — У меня попросту нет времени ухаживать за таким маленьким существом, — ровно добавила она. Де Фонтейн задумчиво посмотрела на остатки кофе в своей чашке, от которого уже начинало появляться чувство тошноты. Фурина подняла взгляд на Навию. — А что насчёт Нёвиллетa? — после странного взгляда своей «новой подруги» Фурина уже пожалела о том, что вообще задала этот вопрос. Навия лишь едва заметно дёрнула бровью, а затем закатила глаза. — Он даже слушать не станет. Де Фонтейн лишь хмыкнула. — Я с ним поговорю. Хотя бы попытаюсь. Но та тут же рассмеялась. Клоринда, напротив, нахмурилась и непонимающе посмотрела на них обеих. У неё выстроилось своё мнение, но девушка решила начать издалека. — Кто такой Нёвиллет? — спросила она ровным тоном. Фурина с лёгкой усмешкой пожала плечами. — Друг Навии. Клоринда чуть прищурилась, явно недовольная таким размытым ответом, но уточнять не стала. — Нёвиллет никогда не делает необдуманных поступков, — с уверенностью произнесла Навия. — Ты просто потратишь своё время! Де Фонтейн ничего не ответила, лишь задумчиво обвела пальцем край своей чашки, чувствуя, как кофе постепенно остывает. Почему она так переменилась? Фурина лениво повела пальцем по краю чашки, раздумывая. — Даже если так… попробовать стоит, — наконец сказала она, поднимая взгляд на Навию. — Ну-ну, посмотрим, — Навия хмыкнула, скрестив руки на груди. Клоринда молча наблюдала за ними, медленно обводя взглядом сначала одну, потом другую. В её глазах на мгновение промелькнуло лёгкое любопытство. — И что в нём такого особенного? — наконец спросила она, отпив последний глоток кофе. — В Нёвиллете? — Навия усмехнулась. — Он… слишком правильный. Делает всё по законам и не любит неожиданные просьбы. Особенно такие. — Он не любит животных? — уточнила Клоринда. Фурина покачала головой. — Не в этом дело. Хоть я его почти и не знаю, но он не из тех, кто берёт на себя спонтанную ответственность. Всё должно быть обдумано, взвешено, расписано. Но… — она слегка усмехнулась, вспомнив их разговор в тот дождливый день, — если его чем-то заинтересовать, он может пересмотреть свою точку зрения. Клоринда задумчиво посмотрела на неё. — Стоит попробовать,— ровным тоном проговорила она. Навия лишь закатила глаза. — Ой, да Фурина сама скоро поймёт, что это пустая затея. Де Фонтейн ничего не ответила. В голове уже складывался план, как лучше подойти к разговору с Нёвиллетом. В кофейне стало совсем тихо. Кто-то из посетителей листал газету, барист протирал стойку, а за окном мерцали редкие фонари, утопая в тёмном тумане. Наконец, Клоринда аккуратно поставила пустую чашку на блюдце и посмотрела на них обеих. — Мы засиделись, пора идти. Фурина кивнула, неохотно поднимаясь с места. Навия потянулась, убирая волосы за ухо. Как только они вышли за порог кофейни, их тут же окутал свежий, немного влажный воздух. Париж жил своей ночной жизнью: узкие мостовые сияли после дождя, отражая мягкий свет уличных фонарей; на углу соседнего бульвара звучала живая музыка — уличный скрипач исполнял что-то тихое, меланхоличное. Вдалеке послышался шум проезжающего мопеда, а с другой стороны улицы доносился звонкий смех молодых людей, которые оживлённо спорили у входа в винтажный бар. Фурина сделала глубокий вдох, впитывая аромат мокрой брусчатки, свежесваренного кофе и лёгкий оттенок парфюма, что донесся от случайного прохожего. Атмосфера Парижа была особенной, даже в такие вечера — город никогда не спал полностью, он лишь замедлял свой ритм, даря пространство для уединённых прогулок и неслышных размышлений. Она перевела взгляд на улицы, что змеились дальше, уводя в самую глубину ночного города. Где-то там, среди этих переулков и площадей, возвышалась Эйфелева башня — не просто достопримечательность, а символ, маяк в этом океане огней и теней. Эту фразу она услышала от какого-то прохожего ещё давно, но, пожалуй, Де Фонтейн была с ней согласна. Каково это — прожить всю жизнь в Париже и раз в год, если не реже, гулять по городу так, как его позиционируют туристы: «Париж — это город романтики». С лёгкой уверенностью девушка пообещала себе, что обязательно выберется туда однажды. Нет, не как типичная прохожая. Она хочет почувствовать Париж по-настоящему: подняться на самый верх, вдохнуть воздух ночного города с высоты и увидеть, как весь этот бесконечный хаос улиц превращается в мерцающую картину, раскинувшуюся под её ногами. Была бы мама жива.. Но это лишь очередная её фантазия. —Вас подвести?—Спросила Клоринда. Каспар лишь кивнула, и сделала шаг к ней. —Я сама доберусь. —Ответила Де Фонтейн,— Навия, дай мне номер Нёвиллета. Даже если я потрачу время зря, но это будет лучше чем ничего. Девушка замолчала на несколько секунд, после достала свой телефон. —Хорошо, это твой выбор.— Ответила Навия.— Записывай. После «это твой выбор» Фурина слегка прикусила свою щеку. — Уже шесть часов вечера, не задерживайся, — вымолвила Клоринда. — Мы ещё поговорим.